Глава 16

Мы спустились с горы в десять раз быстрее, чем поднимались с Дезом: Лэйнар попросту подхватил меня на руки и пролетел к берегу. Что-то грозное надвигалось: небо затянуло тучами, порывы ветра набрасывались то с одной, то с другой стороны. Лэй был сосредоточен. У самой кромки озера я спросила:

– Мы будто сбегаем. Может, стоило чем-то помочь монахам?

– Мы бы только помешали.

– Что такое аномалия? Если не землетрясение, то что? Ураган?

– Попытки подмира прорваться сюда, – хмуро сказал Лэй.

Я вспомнила своё путешествие к демонам, и меня передёрнуло.

– Почему ты говоришь, что мы бы помешали, ведь ты спасатель?

Лэй посмотрел на меня, и я уловила в его взгляде тень вины.

– Хранитель, мастер и монахи держат баланс энергий на горе и стабильное поле. Это не просто. Мы с тобой нарушили равновесие.

– Мы?! Как?! Мы же только любили друг друга…

– Да, но ты сама видела, животные собрались, произошёл всплеск энергий, которые здесь нетипичны.

– Но это же любовь! Разве любовь – это плохо?

– Любовь – это хорошо, – ответил он. – Для двоих. На священной горе наше поле оказалось неуместным.

Я закусила губу в смущении.

– Ты имеешь в виду, что монахи могли почувствовать что-то?

– Не будем разбираться, решение мастера было неслучайным, – сказал Лэй. – Монахам нужна полная концентрация, чтобы справиться с аномалией. Если мы помешали, значит, должны убираться отсюда.

Обернувшись на гору, я горестно вздохнула. Он положил ладонь мне на плечо.

– Оля, я знаю, что тебе было хорошо в монастыре, потому что там было свободно и не было давления. Значит, мы создадим подобный мир сами. Модель уже есть.

– Но разве это возможно?

– Это неизбежно. Так задумано при создании мира, значит, так и будет, – сказал он, высматривая поверхность кустов, раздвигая одни и другие. – Но где же этот мраков плот?!

– Дез говорил, что он здесь один, – вспомнила я.

Лэй взглянул на меня напряжённо.

– Видимо, он его и забрал.

– Разве он не остался в монастыре? – удивилась я.

– Мастер Ши сказал, что Таббат ушёл ещё до рассвета. – Лэйнар поджал губы. – Найдём что-то. Не волнуйся.

Я помнила, что озеро перелететь было нельзя, и в растерянности осмотрелась: что можно было здесь найти? Плыть вдвоём на том трухлявом пне или на обломке тонкого деревца? В водах, которые кишат мистическими существами? Нет, простыми решениями не обойтись! И вдруг я поняла, что делать. Подбежала к воде.

– Лэй! Иди сюда! – крикнула я. – Дай руку!

Он мигом оказался рядом.

– Что случилось?

– Ты веришь мне? – заглянула я в его глаза.

Он кивнул.

– Помнишь, как мы не разбились в Абринкаре? – продолжила я.

– Да. При чём тут это?

– Просто доверься мне и не выпускай мою ладонь, хорошо? – Я пыталась звучать уверенно, хотя сама дрожала, как лист: вдруг не получится?

Не понимая, зачем, Лэй всё же взял меня за руку. Я сконцентрировалась и представила плот – не такой, какой был здесь раньше, а тот, на котором мы плавали с братом по Лабе. Я таскала им с другом пирожки и квас, когда они делали его у лодочной стоянки и наблюдала подолгу за процессом. Так что теперь представила основу из шести пластиковых бочек, каркас из свежего дерева, запах струганных досок, водостойкого клея, металлические крепления. Всплеск. Брызги. Лэйнар громко охнул. Под ногами сильнее затрепетала земля.

Не отдавая внимание страху, я мысленно приделала новенькое весло. Затем открыла глаза: одним краем в озеро уткнулся настоящий плот – полная копия того, что делали Вася с Шуриком.

– Готово, – охрипнув от волнения, сказала я. – Только думаю, нам всё же лучше продолжать держаться друг за друга. Возможно, иначе он перестанет быть материальным…

Лэйнар присел на корточки и ладонью попробовал поверхность. Постучал по дощатому настилу кулаком, оперся.

– Как настоящий.

Удивление в его голосе мне польстило, но требовалось не отвлекаться. Я просто дышала и смотрела на плот. Земля вновь содрогнулась. Времени на размышления не было.

– Поплывём? – сглотнув холодный ком, спросила я. – На границе мне удалось спасти своими выдумками не только себя, и тогда с парашютом. Просто поверь мне.

– Я тебе верю, – кивнул Лэйнар. – Давай вместе, с обеих сторон. Толкаем.

Мы поднатужились и столкнули наш суперсовременный плот на воду. Было неудобно взбираться на него, не разнимая рук, но у нас получилось. Лэй сказал мне:

– Теперь положи руки мне на плечо, чтобы я мог грести.

Надо было представить моторную лодку…

Осторожно, чтобы не прервать касания, я прокралась пальцами с его ладони до предплечья.

И мы поплыли. Я совсем не смотрела на воду, на бурлящие волны вокруг и то, что в них плескалось. Не оглядывалась назад, хотя очень хотелось. Я уставилась в будто только что отшлифованные рубанком свежие доски плота, погружаясь в их запах, структуру, чувствуя химический аромат клея и стружки. Под моими пальцами взбухали сильные мышцы Лэя, прокладывающего нам дорогу веслом из Спортмастера. Иронично. Но никто не требовал от меня соответствия эпохе и миру, тем более моё воображение.

Нас то несло по течению, то крутило, а потом отпускало. Кожа Лэйнара стала влажной от усилий, а моё внимание полностью было отдано этой нелепой, зато отлично плавающей конструкции, я будто сама стала ею. На моих висках выступил пот. Наконец, плот ткнулся в поросший густыми травами берег, и я выдохнула с облегчением. Лэйнар сказал мне:

– Иди первая. Я за тобой.

Я выскочила на твердь. Обернулась в волнении. Лэйнар провалился в воду, но тут же оттолкнулся ногами от дна и, подтянувшись на руках, выбрался на берег с моим заплечным мешком за спиной. На наших глазах только что материальный плот таял, как мираж над мутными зелёными водами, и через секунду ни осталось ни щепочки, ни куска пластика.

– С ума сойти! – вытер со лба пот рукой Лэйнар. – Ты такое умеешь…

– Мы умеем, – поправила его я. – Вместе. Поэтому что бы ты ни задумал, я смогу помочь тебе. Я поеду с тобой!

– Нет, – мотнул головой Лэйнар.

– Что значит «нет»?

* * *

Оля глянула на него, как в первые дни знакомства. Обиделась? Лэйнар смотрел на неё, красивую, хрупкую, живую, но помнил каждую секунду, когда искал её останки. Такого не забыть! И подобного больше не должно повториться. Именно тот миг, когда он мысленно похоронил её, разделил его жизнь на «до» и «после». К тому же без иммунитета её сразу арестуют, как она этого не понимает?

– Я уже сказал, – ответил он сдержанно, – риск – это моё, тебе я рисковать собой не позволю. Я отвезу тебя в безопасное место, ты переждёшь там, пока я всё решу. Может, оно не настолько приятное, как монастырь на горе, но там тебя не тронут. У меня есть знакомый шаман к западу от границы…

– То есть ты в меня всё-таки не веришь? – Оля насупилась ещё сильнее.

– Не верить и подвергать опасности – разные вещи.

– Но ты же сказал, что ты со мной и так будет! – вскинула глаза она.

– Я с тобой. И сделаю для тебя всё.

– Но я тоже хочу помогать тебе, я же могу многое! Даже могулы…

– Могулы хотели тебя использовать. А я люблю тебя – это разные вещи.

– Любить – значит быть партнёрами, доверять друг другу на все сто, разделять всё, что даётся!

Лэйнар возразил, раскрывая крылья, чтобы высохли:

– Разделять всё не получится. Разве ты не видишь, что мы разные?

Олины глаза расширились, в них близилась гроза.

– То есть вот как! – Грудь её взволнованно вздымалась, мокрые штанины облепили ноги, но гнев мелькнул и погас. Её взгляд вдруг пронзил холод, из голубых радужки превратились в серые, пасмурные. – Ненадолго тебя хватило.

Лэйнар начал сердиться.

– Стоп. Ты опять поняла неправильно. Я говорю, что в нынешнем Аэранхе тебе места нет…

– Прекрасно! В монастыре мне не место, в твоей стране тоже! – не дослушала она. – Наша песня хороша, начинай сначала? Извинение, по-твоему, обнулило счёт и можно опять говорить, что я ни на что не способна, потому что я человек?! А то, что я сотворила только что – не в счёт?!

– Маленькая…

Что-то хрустнуло за спиной. Она сверкнула глазами и фыркнула. Оборачиваясь, Лэйнар успел краем глаза увидеть, как перед мордой динозавра на длиннющей шее с громким хлопком лопнул здоровенный воздушный шар. У громадной рептилии чуть не выпали глаза и зубы из пасти. Динозавр отскочил с прытью зайца на пальмы назад и со страшным грохотом понёсся по джунглям, ломая стволы.

Оля нервно пожала плечами.

– Да, я маленькая по сравнению с тобой. Гожусь только на то, чтобы монахов с пути истинного сбивать и динозавров распугивать!

– Оля, ну что ты говоришь! – возмутился Лэйнар.

– Да ничего! – ответила она и… превратилась в Дезмонда Таббата.

У Лэйнара отвисла челюсть. А Таббат, встряхнув рыжей шевелюрой, проговорил Олиным голосом:

– Ага, судя по реакции, и это получилось. Спасибо за идею, Алкала! А так я, конечно, ни на что не способна! Можно всё решать за меня и, как ветошь, перевозить из одного безопасного места в другое. Сиди, жди, чего-нибудь дождёшься. А я, между прочим, первая решила революцию в вашем гнилом рае устроить! И идеи Дезмонда были очень кстати!

Видеть Дезмонда, говорящим о Дезмонде звонким девичьим голосом, было так непривычно, что Лэйнар растерянно хохотнул.

– Ах, тебе смешно! – Таббат совершенно по-женски всплеснул руками. – Вот и не верь, что люди не меняются!

«Я не человек», – по привычке подумал Лэйнар, но прежде чем успел что-то ответить, поддельный Таббат развернулся и со всхлипом бросился сквозь заросли пушистой мирры с красными соцветиями на концах веток.

– Да постой же! – кинулся за Олей Лэйнар. – Ты меня не так поняла! Оля!

Лэйнар бежал, раздвигая ветки, следуя по шуму шагов впереди, позабыв, что может взлететь. Выскочил из куста и чуть не снёс Таббата. Дался ей этот образ! Дразнится чем похуже!

– Ну что же ты, маленькая! Еле догнал! – выдохнул Лэйнар и в запарке обнял.

– Э-э, Рамма, тебе масломорд мозг выел? Я не настолько рад тебя видеть, – пробормотал Таббат басом и брезгливо выставил руки, высвобождаясь.

Лэйнар громко охнул, разжимая объятия. Справа кто-то прыснул и неистово захихикал. Это была Оля, в нормальном своём виде, если можно было так назвать исполосованные зеленью серые штаны, мокрые по бёдра.

– Развлекаешься? – хмыкнул недружелюбно Таббат.

– Даже не начинала, – ответила Оля.

– А ты чего вернулся? Сказали, что ты ушёл, – поджал губы Лэйнар.

– Ушёл, – с хитрой рожей ответил Таббат, – но на полпути подумал: надо с кем-нибудь пообниматься, я же теперь разведён и свободен. Но не приставай, Рамма, на тебе не женюсь. Второй раз только по любви.

* * *

– Хорошо, что ты пришёл, Дез! – подала голос Оля.

Лэйнар нахмурился и обтёр ладони о штаны.

– Может, хоть ты ему скажешь, что без меня Аэранх не изменить? Ваши же учёные рассчитывали, – продолжила она.

Лэй шагнул к ней и не сдержался.

– Да как ты не понимаешь?! – Он вытащил рывком из кожаного кармана свиток. – Из-за одного этого меня могут арестовать! И кто тебя будет защищать без иммунитета, он, что ли? – пренебрежительно мотнул Лэй головой в сторону Таббата. – Ты сама говорила, что боишься погибнуть со всеми его проектами!

– Прости, пожалуйста, – вытянулось Олино лицо, – но…

– Снова «но»?! – выпалил Лэйнар. – Тогда для ясности: я должен переключить поток энергии из Тела Света, чтобы мир не разрушился. Нет другого выхода! И я в мгновение ока стану государственным преступником, изменником родины! Для всех: для друзей, для семьи, для моих ребят! И они тоже будут правы, потому что переключив энергии, я открою границы и стану предателем! Думаешь, хоть кто-то из лаэров пощадит того, кто был рядом со мной?!

Оля побелела, сплела пальцы на животе.

– Боже, Лэй! Я не знала, что так всё… А ты? Ты даже не говоришь о себе…

– Я должен изменить мир для тебя!

В разговор вклинился Таббат.

– На самом деле, Рамма, кое-кто из лаэров всё же будет на твоей стороне.

Лэйнар громко выдохнул и зыркнул на рыжего могула.

– Те, кто помогал тебе ложные вызовы устраивать? Полковник Кемант? Кто ещё?

– Догадался! Зачёт, Рамма, – кивнул внезапно серьёзно Таббат. – Всех поимённо не назову. Только ты не предатель, и они тоже. Понимание, что сдавливание пружины до предела приведёт к новому взрыву, – признак не подлости, а наличия мозгов. Всем крышка, если пережать.

Лэйнар усмехнулся.

– Дожили. Могул меня успокаивает.

– Могу и по голове погладить. Только без рук, – хмыкнул Таббат и мотнул подбородком в сторону трухлявого бревна на песке.

– Сама мысль о том, что я вынужденно с тобой на одной стороне…

– И что?

Таббат смотрел на него спокойно и выдержанно. Лэйнар с трудом вспомнил о необходимости наблюдать и взял в себя в руки, хотя напряжение буквально вибрировало между ними, как воздух над костром. Той драки явно не хватило.

– Мальчики… – растерянно проговорила Оля, приближаясь.

Вдруг Таббат сказал:

– И ещё кое-что, командир: твой брат жив.

– Что?

– Твой младший брат не умер, – повторил Таббат, глядя с пытливым прищуром.

В голове Лэйнара мгновенно наступила пустота, а затем осознание и гнев: да он издевается!

Но Таббат твёрдо проговорил:

– Твой брат Сандер Рамма, главный разработчик арки телепортации, жив. Я специально проверил это сегодня через своего связного, чтобы не быть голословным.

– Каким образом? – напрягся Лэйнар.

– На экспериментальной станции тогда не погиб никто, – глухо добавил Таббат. – Это была спецоперация. Нам нужна была не только арка, но и разработчики. Похитили всех, включая оборудование и материалы. Взрыв и пожар – только прикрытие, чтобы никто не догадался. Задача моих отрядов была в том, чтобы не пропустить вас, пока спецоперация не завершится. Так что ты был прав: мы не честно играли. Но я не знал, что там был твой брат.

В голове Лэйнара прогремели колокола, в сказанное по-прежнему не верилось. Он стиснул рукоять магоизлучателя и сухо спросил:

– Допустим. И где он сейчас?

– Не знаю. Месторасположение арки и её главного разработчика засекречено.

– Этот ответ меня не устраивает. Вы держите его в заложниках, – сощурился Лэйнар, сжимая рукоять до боли. – Пять лет.

Таббат покачал головой.

– Я только однажды видел господина Сандера. На заложника он был не похож.

– Когда ты видел его? – желваки заиграли на скулах Лэйнара.

– Около года назад. Перед началом проекта, потом я приехал в Аэранх. Он лично объяснял мне суть работы арки. С её помощью мы притянули Олю из её мира.

– Значит, – переступил с ноги на ногу Лэйнар, во рту у него пересохло. – Ты не просто так ошивался возле Шпиля Магов.

– Не просто.

Лэйнар в упор взглянул на Таббата.

– Ты обманываешь меня. Зачем?

Таббат сплюнул в песок и выругался.

– Нет, ну ты идиот, Рамма. Пытаешься с тобой по-нормальному, а ты упоротый кретин. Другого я и не ожидал. На, смотри! – Таббат сунул руку в карман и шлёпнул с размаху на ладонь противника куб с записью.

В зеленоватой магографии Лэйнар увидел младшего брата, только шире в плечах, возмужавшего, с щетиной на щеках, торчащими вихрами и в рабочей мантии. Он с кем-то разговаривал, слов было не слышно. Отпил из могульской чаши напиток и вдруг повернулся прямо в камеру со своей радужной, фирменной улыбкой и подмигнул.

Лэйнар окаменел от неожиданности.

– Сандер! – вырвалось у него.

Олина рука опустилась на его предплечье.

– Это мой брат! – выдохнул Лэйнар. – И он жив.

– Ведь это же хорошо! – ласково сказала Оля. – Это очень хорошо, Лэй!

– Хорошо, – буркнул Лэйнар и, чувствуя неуместное жжение в уголке глаза, отвернулся к кустам. Свернул магографию. Забрал себе.

– Значит, я попала в ваш мир благодаря твоему брату? – произнесла Оля и этим будто разбудила его.

Таббат развёл руками.

– Выходит, так.

Лэйнар выпрямился и сказал:

– Я должен встретиться с братом.

– Боюсь, на поиски у нас нет сейчас времени, – ответил Таббат, глядя прямо в глаза. – Но я даю тебе слово и готов поклясться на крови: вы встретитесь.

И протянул одну руку для рукопожатия, второй достав из кармана изогнутый ритуальный кинжал.