Глава 9

Придя в себя, я резко распахнула глаза и попыталась вскочить. Оказывается, это не так уж просто, если у тебя на животе сидит здоровенный песец и, взволнованно заглядывая в лицо, тычет лапками куда-то под ключицы. Мгновенно вспомнив, что милое пушистое животное в душе — здоровенный красивый мужик, я расслабилась, решив, что все неплохо складывается. Но зверь смутился, фыркнул и спрыгнул на землю, подальше от такого пристального внимания.

— И что мы теперь будем делать, дружок? — насмешливо уточнила я, приподнявшись на локтях и озираясь.

Вопреки заявленной остановке, нас выбросило... на берегу моря! Ну или чего-то очень на него похожего. Прибой набегал на берег, оставляя неровный след в каком-то метре от меня, а примерно в трех, за полосой песка, на которой я лежала, начинала расти жухлая травка, а дальше шли какие-то кусты. Вдалеке виднелись кроны деревьев, но никаких гор видно не было, по крайней мере, из горизонтального положения.

Я снова посмотрела на Филарета и вопросительно приподняла брови. Он-то чего ради трансформировался?

Песец укоризненно склонил голову набок, как будто к чему-то прислушивался. Может, магию свою пытается услышать или почувствовать? Надо будет спросить, как они ее ощущают, вдруг у меня тоже есть, а я и не знаю.

Пока суть да дело, попробовала осторожно сесть. Голова не кружится, перед глазами не темнеет — уже неплохо! Беглый осмотр собственного тела тоже не разочаровал — все осталось на своих местах, даже недавно сделанный маникюр. Что ж, на первый взгляд новый мир прекрасен! Тем более, что здесь явно не зима. Поздняя весна или ранняя осень, что-то такое. Значит, одета я, в целом, по погоде, а куртку можно и снять. И свитер тоже. Футболка, джинсы и удобные кроссовки — однозначно, лучшая форма одежды для любого путешествия.

Я снова глянула на песца, что-то мне в нем не нравилось. Слишком много было в его взгляде гастрономического интереса...

— Ну, и почему ты молчишь? — бодро проговорила я, чтобы просто услышать человеческий голос.

Оборотень смешно пошевелил вызывающе-черным на фоне белой шубки носом и, кажется, прищурился.

— Филя-а, — укоризненно покачала головой я, начиная волноваться.

Не так сильно, чтобы впадать в панику, но вполне достаточно, чтобы начать экстренно продумывать план "Б", "В" и "Г", которыми, по хорошему счету, надо было озаботиться на берегу. То есть, параллельно с решением квартирно-машинных вопросов.

Я осторожно опустилась на колено. Как хочешь, зверюшка, но от объяснений ты не отделаешься.

— Кис-кис-кис, — иронично поманила я песца, сделавшего несколько шагов назад.

Может, у него амнезия? Или что хуже — при переходе он превратился в настоящее животное?.. От этой мысли меня прошиб холодный пот, и по спине пробежала целая толпа мурашек. Я стиснула зубы, унимая дрожь и снова протянула руку, стараясь говорить максимально спокойно и рассудительно:

— Мать всегда говорит, что проблем не существует, есть задачи, ситуации и возможности. Вот неплохо было бы классифицировать как-то то, что с тобой происходит! И, желательно, не как ситуацию с определением "дерьмовая" или "безвыходная".

Последние слова я пробормотала себе под нос, но оборотень услышал и, как мне показалось, фыркнул почти по-человечески. Это вселило надежду и я, не поднимаясь в полный рост, скользнула в его сторону. Пушистый Филарет попятился, качнув хвостом. Ну, песец! Во всех смыслах.

— Ладно, давай назовем это возможностью, — чуть более уверенно проговорила я, стараясь рассуждать логически. — Возможностью изучить поведение песцов в дикой природе? Возможностью адаптации к непривычным природным условиям? Возможностью безнаказанно издеваться над восьмидесятилетним, или сколько тебе там, гениальным айтишником и Хранителем Долины до конца своих дней? — неожиданно развеселились я, чувствуя, что и в самом деле успокаиваюсь.

Он сделал еще несколько шагов назад, но, как выяснилось, на сей раз всего лишь брал разгон. Спустя мгновение мне в предплечье вонзилось сотни острых, как иголки, зубов! Во всяком случае, мне показалось, что их были сотни, потому что следом за этими непередаваемыми ощущениями, я испытала совсем новые...

Такое чувство, что через укус в кровь хлынул жидкий огонь, который, спустя несколько мгновений, превратился в лед, а потом... голова закружилась и хорошо, что я почти сидела! Даже зад не отбила... Аккуратно оперлась на непокусанную руку и прилегла на песочек, прикрыв глаза и прислушиваясь к себе.

— Очень больно?

Внутренний голос был явно не мой. Я не имела привычки разговаривать с собой низким мужским... почти басом.

— Тебе-то какое дело? — едва шевельнув губами, пробормотала я, не открывая глаз.

Замутило, к горлу подкатил комок с привкусом желчи. Видимо, это была возможность обнаружить, что слюна песца токсична, а то и вовсе ядовита.

— Извини, у меня выбора не было, — на сей раз голос прозвучал смущенно. — Ты меня не слышала... а еще несла всякий бред!

Так, стоп! Я любопытно, но очень осторожно приподняла веки, стараясь не шевелиться, чтобы не провоцировать тошноту. Это что же получается?! Филарет сидел прямо напротив меня и довольно облизывался. В уголке хищной зубастой пасти виднелась смазанная кровь...

— Ты мне руку совсем отгрыз, что ли? — проворчала я, боясь увидеть своими глазами.

Кисть я вообще не чувствовала, а в месте укуса пульсировала тупая боль.

— Немного перестарался, давно эту форму не использовал, — оправдывался песец. — Давай помогу...

— Ты ж говорил, что не умеешь лечить, — язвительно огрызнулась я, понимая, что не так уж мне плохо, насколько себя жалко. — И вообще мне не нравится, что теперь мой внутренний голос — твой!

На фоне возмущения тошнота как-то сама собой прошла, и я смогла сесть, не рискуя удобрить ближайшую травку органикой. Рука оказалась на месте, хоть и слегка припухла вокруг четырех аккуратных дырочек, оставленных клыками оборотня.

— Ты можешь меня слышать только так, — пояснил песец. — Понятия не имею, почему я застрял в этой форме, отец ни о чем подобном не предупреждал...

Кажется, он был озадачен не меньше меня.

— А у кого можно узнать? — практично уточнила я, покрутив кистью. — Вот зараза, не чувствую! Как онемела!..

— Дай сюда, — Филарет приблизился, ткнулся носом в запястье и пару раз лизнул место укуса.

Вот же ж б...ь! Электричеством прошило до плеча, но я наконец-то почувствовала пальцы. Пошевелила. Работают.

— Так, дружище, — пошатываясь, я все же приняла вертикальное положение. — Сдается мне, сиди — не сиди, а искать кого-то более опытного в магических делах придется... Кстати, ты только говоришь в моей голове или и мысли читаешь тоже?

Песец так выразительно промолчал, что-то сосредоточенно вынюхивая под ближайшим кустом, что и без слов стало ясно — читает. Не по доброй воле и не из любопытства, но все же. Интересно, он хоть примерно представляет, куда нас занесло и насколько это далеко от пресловутых Драконьих гор?

— Представляю, — неохотно буркнул Хранитель. — Далеко.

Значит, все мысли читает. Та-акое себе, подумала я, снова некстати вспомнив, как он выглядел в человеческом виде в трусах... Да-да, твой укоризненный взгляд, мужчина, я честно заслужила.

— Надо найти ближайшее капище, — внес рациональное предложение песец, не дожидаясь, пока моя фантазия зайдет дальше. — Там точно должен быть кто-то, кто помнит, как инициировать Хранителя.

Хм... идея разумная, и всяко лучше, чем сидеть на одном месте и гадать, что было бы, будь у бабушки борода.

Я осмотрелась и, решительно расправив спину, объявила:

— Вон там виднеется тропинка, предлагаю пойти по ней. Глядишь — куда-нибудь выведет... — я покосилась на оборотня. — Извини, Филя, но сидеть тут и ждать, когда ты снова захочешь меня укусить — удовольствие крайне сомнительное.

— Да не собираюсь я тебя больше кусать! — возмутился мой временный внутренний голос. — А идти лучше не туда, а пройти метров двести на юг. Там тоже есть тропинка, но она безопаснее...

Я пожала плечами, какая, в сущности, разница? Главное — разобраться, что произошло с Хранителем и как ему вернуть человеческий облик. У меня возникло стойкое подозрение, что без Жрицы тут не обойтись, но чтобы подтвердить или опровергнуть эту гипотезу, надо найти хоть кого-то местного, кто был в курсе.

Зверь-хранитель молча бежал следом, не встревая в ход моих мыслей, и, спустя несколько минут, я снова о нем забыла. Получается, что если нас вместо гор закинули сюда, Ирка где-то рядом. Честно говоря, я сильно рассчитывала, что нас перекинет чуть ли не в одну комнату с ней.

С другой стороны, это прям вообще наивность восьмидесятого уровня! Мне все-таки не пять лет, чтобы верить в такие чудеса, а сорок три. Достаточно взрослая девочка, чтобы здраво оценивать ситуацию. Что я могу сказать встреченным эльфам или драконам?..

Шанс ответить на этот вопрос в режиме реального времени мне предоставился, стоило сделать несколько шагов по предсказанной Филаретом тропинке.

— Стоять! — к своему удивлению, я затормозила раньше, чем мозг успел обработать команду. — Назови себя, неизвестный странник! И...

Дальше произошло нечто странное. Едва появившись из-за деревьев, молодой остроухий персонаж обалдело уставился на нас (тут я его понимала — песец был крупный и в несоответствующей сезону шубке) и... медленно опустился на колени. Филарет широко улыбнулся клыкастый пастью и парень, аккуратно положив на землю лук и стрелу, ткнулся лбом в мягкий опад.

— Филя, — позвала я шепотом, почти не разжимая губ. — Что происходит?

— Вик, тебе достаточно просто подумать, чтоб я тебя услышал! — возмущенно напомнил он у меня в голове. — Простым стражам совсем не обязательно знать, что Хранитель Долины накрепко связан древней клятвой с обычной человечкой... то есть с женщиной, конечно!

— А ты стесняешься?! — от удивления я приоткрыла рот, хотя более актуальным явно был вопрос про связи.

Песец оскалился и закатил глаза, явно поражаясь человеческой тупости.

— Встань, верный сын Природы! — услышала явно не только я пафосное воззвание. — Если ты не один охраняешь Долину, проводи нас к старейшему из твоих учителей.

Остроухий длинноволосый парень поднял голову, смерив нас заинтересованным взглядом, откашлялся и, не менее торжественно, произнес:

— О Великий Хранитель Долины! Мы, верные слуги твои и Верховной Жрицы, уже и не надеялись, что Ты вернешься!.. Для меня честь проводить тебя в наше капище, священный песец!

Вырвавшийся у меня истеричный смешок экзальтированный юноша, к счастью, принял за согласие, а вот мой новый внутренний голос раздраженно прошипел: "Вот ты смеешься, а если повезет, они обмолвятся, почему у меня никак не получается превратиться обратно!.. И перестань ржать, для них явление Хранителя Долины — событие столетия!"

Всю дорогу до капища я мысленно доставала Филю вопросами, каким образом эльфы поклоняются священному песцу, приносят ли жертвы и насколько они симпатичные.

— Я тебя сейчас укушу, — пообещал Филарет. — Вопреки своим принципам и пищевым привычкам. Вик, у тебя вообще совесть есть?

— Есть, но я ей не пользуюсь, — тихонько сообщила я, наклонившись к священному эльфийскому зверю. — А почему я понимаю то, что он говорит? У вас же тут наверняка свои языки и все такое. И когда это ты успел дать мне клятву? Что-то я не припомню.

— Наконец-то вопросы по существу! — возрадовался Филя. — Ты же не случайно попала в наш мир, ты пришла со мной. А я пообещал тебе защиту. Значит, что?..

— Хочешь сказать, что этого достаточно? — не поверила я.

— Умница, — насмешливо фыркнул песец. — И моя предусмотрительность уже дает свои плоды...

Не знаю уж, что он там считал плодами, но когда перед нами как будто пространство раздвинулось, мне быстро стало не до его самолюбования. Какая невероятная, потрясающая, просто нереальная красота!

Гигантские деревья со стволами-колоннами, солнечный свет желтыми пятнами просеивается сквозь резные листья, золотя сероватую кору... под ногами по-весеннему свежая зеленая трава, по которой так и хотелось идти босиком, сняв удобные, но изрядно надоевшие зимние кроссовки. Я зажмурилась от удовольствия, вдыхая теплый воздух с ароматами земли, травы и каких-то незнакомых цветов.

Впервые с того дня, когда я узнала правду о своей подруге детства, в голове мелькнула мысль сказать Филе спасибо. Ну, просто потому что в моем возрасте обычно уже перестаешь мечтать о чем-то подобном, а тут... Я в полном восторге посмотрела на своего спутника:

— Филь, это просто... да офигеть же какая красота! Если б не твой укус, который до сих пор болит, я была б уверена, что сплю! Спасибо тебе за... за вот это вот, — я обвела рукой открывшийся вид, не в силах выразить словами то, что испытывала.

Песец смущенно фыркнул и отвел взгляд.

— Погоди, надо еще понять, что тут происходит, — он едва заметно кивнул в сторону терпеливо переживающего наши восторги эльфа.

— Насколько я понимаю, — понизив голос до шепота, проговорила я в пушистое ухо. — Ирка где-то в Долине, иначе мы отказались в горах, как и планировалось. Вопрос только в какой она роли здесь.

— Угу, — задумчиво повел носом священный зверь. — А еще — сколько времени прошло с ее возвращения и насколько можно доверять моим... то есть нашим со Жрицей "верноподданным".

Я согласно кивнула, поднимаясь, и сделала несколько шагов вперед, намекая провожатому, что можно идти дальше.

Не переставая любоваться окружающей нас красотой, я размышляла на ходу. Почему Ирка могла вернуться домой в Долину? Самое банальное — поссорилась с новым мужем — я отмела сразу. Дракон показался мне вполне ей под стать, так что если они и поссорились всерьез, подруге пришлось бы прятать труп здоровенной крылатой ящерицы. А это, насколько я понимала, не так-то просто даже с магией.

Ответ напрашивался сам собой — Ирралиэнь Ард-Аррасель (или как там ее сейчас, если у них тоже принято брать фамилию мужа) не удовлетворилась второй ролью, и активно взялась наводить порядок в своем мире. Вряд ли дракон остался в стороне, но расстановка сил изначально была не в их пользу.

Что ж тут старый пень успел такого наворотить?..

Пока я ломала голову, пытаясь сложить более-менее стройную картину из имеющихся у меня фактов, мы вышли на огромную поляну. В центре, под деревом, похожим на развесистую иву, угадывалась высокая постройка из белого камня, украшенная резьбой и лепниной, а по периметру выстроились компактные домики.

Между ними сновали по своим делам жители, наводя на мысль, что эльфийское капище — это что-то вроде лесной деревни или общины. То есть война — войной, а обед — по расписанию. Кто-то вывешивал стирку, кто-то кормил местный аналог курочек, кто-то спешил к центральной постройке, едва не роняя гору свитков...

Хм, интересненько. Остроухий проводник направился к иве, но обошел ее с правой стороны, миновав загадочное здание по широкой дуге. На нас обращали внимания ровно столько, чтобы благоговейно склониться в поклоне перед священным зверем. Это вселяло надежду, что нам сразу повезло найти тех, кто прояснит ситуацию.

Я сбилась с мысли, поняв, что мы уже несколько минут идем вокруг дерева. Это какое ж оно здоровенное!.. Вертеть головой я, конечно, не стала, хоть и безумно хотелось рассмотреть все повнимательнее, но чрезмерное любопытство выказывать явно не стоило.

— Учитель Аледил! — неожиданно эльф нырнул под ничем не примечательную занавесь ветвей. — Мы дождались! Хранитель вернулся в наш мир!

Голос парня дрожал от восторга и нетерпения. Раздавшийся в ответ звук больше всего напоминал треск ломающегося бревна. Я едва сдержала нервный смешок, представив в красках, как от такой новости учитель рухнул с дерева. Последовавший за ним удар о землю только распалил воображение. Пришлось даже зажать рот ладонью. Что там у них происходит?

Мы с Филаретом переглянулись — даже на пушистой белой морде было написано недоумение.

— Хорошо, когда тебя ждут, хуже — когда поджидают, — очень скептически прозвучало в моей голове.