Глава 33
Love, love me do
You know I love you
I'll always be true
So please, love me do
Oh, love me do…
@The Beatles
Лера.
Этот Новый год был одним из самых счастливых в моей жизни. Сидя в огромном банкетном зале ресторана "Дом Берга" в компании Алисы и Стаса, а так же, Макара и Стаси, я чувствовала себя немного сюрреалистично. И то и дело прикасалась то к золотому крестику, аккуратно лежащему в ложбинке моей груди, то к Кириллу, чтобы лишний раз убедиться, что нахожусь здесь и сейчас.
С ним.…
Все было настолько хорошо, что мне даже было немного страшно….
… Стас и Алиска, нагрянули тридцать первого декабря, и внесли в огромный дом Чертанова шум, гамм и безудержный смех. Громкий и звонкий голос Алисы разбудил меня ранним утром, похоже, что госпожа Темная, очень сильно возмущалась, "гостеприимному" приему хозяина, по ее словам — "дрыхнущему без зазрения совести"…
Я резко села на постели, и толкнула в плечо лежащего рядом со мной мужчину.
— Кир, — без ответа. — Кирилл! — тот же результат. — Да просыпайся же ты!
— М-м…., сладкая, не хочу и… — спросонья, пробурчал Чертанов что-то малопонятное, и преспокойно перевернулся на другой бок.
Вот же зараза…. и надо же именно сегодня, — подумала я, с удивлением отмечая, что на моей памяти это впервые за то время, что я жила с ним, Кир позволил себе поспать подольше…
— Чертанов! — еще раз хлопнула я кулачком по плечу неожиданно ставшего соней мужчину. — Алиса и Стас приехали. Вставай, говорю!
— Который час? — недовольно пробурчал Кирилл, по-прежнему не открывая глаз, но при этом обхватывая меня своей рукой и притягивая к себе поближе.
— 7:15,— ответила я, предварительно посмотрев время на своем телефоне.
— Неееет. Ну, они бы еще ночью приперлись, — возмущенно пробормотал себе под нос Чертанов, после того как широко и сладко зевнул. — Пф-ф-ф… Друзья тоже мне…
— Имей в виду, я одна вниз не пойду, — тут же не преминула заявить я, и для порядка, еще раз пнула любимого в бок.
— Ты чего дерешься-то?! — притворно рыкнул он. — Вот сейчас встану, и кто-то очень сильно пожалеет о своем рукоприкладстве, — пригрозил Кир, в одну секунду подминая под себя мое худосочное тельце.
— Ммм, — довольно заурчала я, когда мой любимый мужчина наклонился и дразняще, с нажимом провел своими губами по моей шее. — А как же гости?! — с усмешкой протянула я, но не отстранилась, чувствуя, как его язык прошелся по моей ключице.
— Подождут… — хмыкнул Кир, продолжая спускаться ниже. — Они мне так много задолжали, что лишний час ожидания им не помешает…
— Задолжали? — хихикнула я, реагируя на то, как колючая щетина Кирилла царапнула мою кожу на груди, стаскивая с нее простынь. — Прямо задолжали? — закусила я нижнюю губу, терпеливо ожидая, когда перестанет быть щекотно.
— Именно задолжали… — пробормотал Кир мне в кожу, прикусывая сосок, от чего я медленно застонала…
— Например….?
— Например — пальто от Gucci. Тебе же нравится, Gucci, сладкая?
Вместо ответа я сильнее сжала затылок мужчины и выгнулась, подставляя под его рот свою полностью обнажившуюся грудь. В данный момент мне были не понятны "разглагольствования" Чертанова про всякие там пальто…. Даже если они были от Gucci. Но зато были очень, очень… понятны намерения, на которые, собственно говоря, я одобряюще и "мурлыкнула".
— Моя маленькая извращенка, — констатировал мои "вокальные данные" любимый, с новой жадностью принимаясь целовать и облизывать напрягшуюся горошину груди. — Обожаю, твои соски… С ума от них схожу.… Одна мысль о них — и "стояк" на полдня обеспечен.
— Кир… — задохнулась я от слов мужчины.
— И кто бы мог подумать, что еще несколько недель назад, ты была — невинна и чиста, как белый снег… Моя — великолепная Лера Снежная…
— Похоже, я многое потеряла, цепляясь за свой глупый принцип, — прошептала я, дразня Кирилла, и мои руки заскользили по его спине — спускаясь все ниже и ниже, зажигая мужчину еще больше, пока не остановились на его обнаженных ягодицах. — Может мне стоило давно с ним распрощаться…?
— Тебе повезло, что ты этого не сделала, милая, — тут же рыкнул Кир — тихо, но очень недовольно, а затем — подхватил меня под попу, приподняв так, чтобы я уперлась своими бедрами в его возбужденный пах, и хрипло пробормотал. — Это мое… — не сильно, но по-хозяйски уверенно прикусил он кожу над моей ключицей. — Все мое… Поняла?
— Не могу поверить, ты ревнуешь, Кир? — улыбнулась я, обхватывая ладонями лицо Чертанова, с интересом заглядывая в его потемневшие от страсти глаза…
— Сладкая, я разве когда-нибудь скрывал тот факт, что я, как и любой другой нормальный мужик, жуткий собственник? — ехидно, пусть эту интонацию и сложно было прочесть за его возбуждением, поинтересовался у меня Кирилл, вырываясь из моих рук. — Ты моя девочка, Лер. Моя… — сказал он, осторожно всосав кожу на моей шее, а затем шумно выдохнул. Я снова "мурлыкнула" и по-кошачьи выгнулась, подтверждая его слова.
— Твоя…
— Только — моя, — переместив руки на мою талию, обвел кончиком языка засос Кир, и, спустившись ниже, добавил. — Теперь и всегда.
— С этим никто и не спорит, — улыбнулась я любимому мужчине, жадно вдыхая запах его парфюма. — Собственник….
— Скорее — рачительный хозяин… — улыбнулся мне Чертанов, и довольная ухмылка озарила его лицо.
— Нам надо спуститься вниз и встретить гостей… — тяжело вздохнув, напомнила я Кириллу о приехавших к нам в гости супругах.
— Угу, — промычал Кир в ответ, целуя мой живот. — Но только после того, как мы пожелаем друг другу "доброго утра" на этой кровати.… А потом в душе… А потом еще где-нибудь…
— А не много Вы на себя берете, дорогой Кир Алексеич? — хрипло рассмеялась я, и погрузила свои пальцы в короткие темные волосы мужчины.
— Нормально-нормально… — "надел" на лицо широкую самодовольную улыбку Кирилл. — Как мне нравится, когда ты меня так называешь.
— Как?
— "Кир Алексеич", а еще мне очень нравиться, когда с твоих губ срывается слово — "мой", — проговорил мужчина, пытаясь заглянуть мне в душу. — Я хочу быть твоим, Лер. Целиком и полностью… твоим, — добавил он, хриплым, чуть срывающимся от эмоций голосом, а я поняла, как тяжело давались ему эти слова. Вздох… Пауза… — Сладкая, я хочу поверить, что могу не только любить…. Но и доверять… — сказал Кир и сократил расстояние между нашими лицами на несколько сантиметров. — Мне страшно снова ошибиться, но я готов рискнуть, потому что ты пробуждаешь во мне необъяснимые чувства…
— Верь мне… Пожалуйста, — прошептала я хрипло. — Я никогда не предам тебя. Никогда не оставлю… — потому что ты… мой.
Мне хотелось так много сказать ему,… прокричать — "Я люблю тебя, дурак. Разве ты не видишь?!". Но Кир бы не поверил,… я ощущала это наверняка. Его внутренние демоны терзали его, не отпускали. А потому — скажи я ему о своей любви, он оттолкнул бы меня.…
Нельзя-нельзя, не сейчас. Придется удержать все внутри — проглотить, временно забыть. Слишком рано.… Уже то, что этот сильный и холодный мужчина, никогда и никому не признававшийся в том, насколько уязвим — не внешне, внутренне, говорил мне о своих чувствах, дорогого стоило…
Ничего я подожду, я дам ему это время…
— Так что там на счет, пожелания — "доброго утра"? — обвивая шею Кирилла руками, спросила я. — Ты обещал на кровати, в ванной и… "где-нибудь еще"…
— Хорошая девочка, — прошептал Кир, поощряя мой маневр, и коснулся кончиком своего носа моего. — А главное — очень умная….- улыбнулся он грешной улыбкой, играя со мной, забавляясь. — А еще ты так восхитительно пахнешь, сладкая, — заправляя волосы мне за ухо, тихо произнес мой личный искуситель, и легко коснулся губами моего виска. — Лерка, ты пахнешь земляникой и… мной…
Крепко держа меня, Кирилл подполз к краю кровати, протянул руку к тумбе и открыл верхний ящичек. Покопавшись, достал оттуда маленькую серебристую упаковку и поднес ее к губам — разорвал ее зубами и взял презерватив в левую руку. Выплюнув обертку, немного отклонился назад, и я последовала ему примеру, чтобы не мешать.
— Приподнимись, — приказал мне мужчина, когда презерватив был на нем, и я сделала это. Он придвинулся ко мне, схватив за колени, потянул к себе и мои широко раскрытые ноги оказались на его талии. Кир оперся на руки, чтобы не раздавить меня, и секунду помедлив, дыша мне в шею, накрыл своим телом.
— Кир.… О, черт! — неожиданно для нас раздался вдруг в спальне громкий женский голос, и мы с Кириллом дружно повернули головы в сторону дверей, где стояла пораженно-замершая Алиса, переводящая свой явно ошарашенный взгляд с меня на Чертанова, и обратно… — Привет, Лер…
— Привет, — поздоровалась я, чувствуя как от абсурдности ситуации, а особенно от Алискиного "Привет, Лер…" начинают трястись в беззвучном хохоте мои плечи.
— Ребят, извините… Я.… Это все Макар…
— Рыжая, тебя в дверь стучать учили? — с усмешкой спросил Кирилл, передвигаясь, так, чтобы закрыть меня собой, не обращая никакого внимания на собственную наготу. — Не знал, что ты скрытая вуайеристка.
— А тебя закрывать их учили? — покраснев с ног до головы, буркнула смущенная Алиса Сергеевна, в спешке ретируясь из нашей с Киром спальни… — Эксгибиционисты, хреновы! — донеслось с холла.
— Эксгибиционисты… — засмеялась я в голос…
— Ничего смешного, сладкая… — опаляя своим, дыхание мою шею, произнес Кир, улыбаясь. — Черт, по ходу 1:1, - хмыкнул Чертанов, а я посмотрела на него, и в голове загудел целый рой вопросов…
Сначала пальто от Gucci, теперь глупый счет… Что вообще происходит?!
Но эти вопросы мигом вылетели из моей головы, как только Кирилл одной рукой обхватил меня за бедро — достаточно сильно, чтобы оставить на нем синяк, притянул к себе и собственно продолжил то, на чем нас прервали…
Я сдавленно вскрикнула, когда он заполнил меня всю, чувствуя, как на мгновение все мое тело, казалось, забыло, как функционировать… Моя кровь забыла, как пульсировать, легкие забыли, как дышать, а бедра — как двигаться…
— У-ухх, — выдохнул Кир, делая первый толчок, входя глубже. — Я люблю, как ты ощущаешься, Лер. Твое тело — моя слабость. Не шевелись, — резко попросил меня мужчина, напряженно сжав свою челюсть, как будто ему было очень больно, и прижался к моему лбу своим, на миг закрывая глаза, чтобы через какую-то секунду распахнуть их, и уже не отрывая от меня взгляда, начать двигаться. Сначала медленно, удерживая меня за бедра и не позволяя выгибаться навстречу ему, не давая мне выбора, заставляя подчиняться своим приказам и наблюдать за тем, как в отражении зеркальных пластин потолка вместе с ним двигается татуировка на его спине.
Десять пластин — десять жутких черных крыльев….
Ангел смерти — Самаэль, состоящий из красного и черного пламени, приходящий на Землю только за грешниками.… Таким открылся для меня Кирилл в ту минуту….
Стараясь не думать об этом, я отвела глаза от жуткого отражения, и вся растворилась в удовольствии, которое дарил мне этот страшный по своей сути человек…. Страшный для всех, кроме меня.…
Пробежав пальцами по изгибу мужской спины, я крепче обняла ногами его упругие ягодицы, чтобы прижаться еще теснее, еще глубже… Ритм любимого ускорился, стал резче.…
— Лерка… — сорвалось с его уст мое имя, когда его рука легла на мой клитор, прижимая меня к его бедрам одновременно с резкими толчками… — Сладкая моя…
Я держалась за предплечья Кира и стонала все громче, срываясь на крик, от пронзающего восхитительного чувства наполненности и завершенности, и требовала — "еще, еще, еще"…. А он двигался внутри меня, вынимая и погружая свой член сильными, быстрыми, ритмичными ударами. Мои пальцы неугомонно продолжали ощупывать его плечи, гладить спину, руки, затылок.
Большой. Сильный. И мой. Целиком и полностью…
Я пьянела от этого чувства… Запах пота и секса, исходивший от нас, кружил мне голову.…
Я опять уставилась в потолок, наблюдая за тем — как в отражении зеркал идеальный во всех смыслах мужчина "берет", потрясающе красивую женщину; как соединяются и расходятся их тела, как они двигаются и дышат в унисон…. Я словно смотрела эротическое кино, и не могла оторвать глаз от картинки в зеркале. Это была визуализация в действии.…
— Кииир….- взлетая на вершину удовольствия, прижалась я к телу любимого, целуя его крепко сжатые губы, чтобы забыв о своем недавнем решении, через мгновение закричать…
— Я так тебя…
Почувствовав сладкие судороги оргазма, который накрыл меня с головой, а за ним дрожь, что прошлась по всему телу мужчины после моих слов… и его пальцы сильно сцепившееся на моем плече, точно препятствующие дальнейшему выражению моих чувств, с тихим полустоном, полукриком добавила:
— Люблю…
Оргазм — маленькая смерть,… как точно сказано… — промелькнуло в моей голове, в то время как душа, казалось, покинула собственное тело, паря под зеркальным потолком, рядом с отражениями, уже больше не казавшимися мне страшными или зловещими.
— Лерка…
Остервенело, продолжая двигаться во мне, потемневшими от расширенных зрачков глазами Кир наблюдал за моими долгими и сладостными конвульсиями, я же опустила ресницы, отчаянно желая, спрятаться от пытливого взгляда серых глаз, мечтая о том, чтобы наша близость не кончалась никогда…
И вот он… — последний яростный толчок, после которого Кирилл, уронив голову мне на плечо, с коротким утробным рычанием вышел, обдав меня напоследок влажным жаром… Он расслабился, придавив меня своей тяжестью, а его горячее дыхание обожгло мне шею.
— Сладкая…
Все мое тело наполнилось сладкой истомой, по коже ручьями струился пот, бедра все еще подрагивали, прижимаясь к его бедрам…
Первым в себя пришел Кир, которому понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и заговорить…
— Ты, чудо, Лер! — хрипло выдавил он, припадая поцелуем, к бешено пульсирующей впадинке чуть выше моей ключицы, и поднял голову. Наслаждение сделало черты его лица непривычно мягкими…
— Серьезно? — сглотнув, поинтересовалась я.
— Да.… От тебя, как и от Алиски, можно ожидать любых сюрпризов. Пословица "В тихом омуте черти водятся" придумана именно про таких как вы… — пробормотал Чертанов, аккуратно прикусывая мой подбородок, поднимаясь с поцелуями выше. А когда наши губы расстались, Кир осторожно сполз с меня и, состроив пренебрежительную гримасу, стащил с себя презерватив, бросая его в ведерко из-под шампанского, стоящее на прикроватной тумбочке из черного палисандра, а я тут же сделалась пунцовой, от одного только воспоминания, каким образом вчера мы допивали коллекционную бутылку Ferrari Rose Brut.
— Значит…. любишь?! — спросил меня мужчина, перекатываясь на бок и подпирая голову рукой.
Даже все еще находясь в некой странной прострации, я не могла не уловить нотки неодобрения в его голосе.
— Да, люблю, — не отводя взгляда от мерцавших ледяным блеском серых глаз, прикусила я губу, отчаянно пытаясь не разреветься. Вот — дура! Самая настоящая дурища!! Ведь, знала же, что рано… — Что в этом плохого, Кир? Что плохого в том, что я люблю тебя? В том, что я не боюсь признаться в этом?
— Ровным счетом ничего… — заметил с неким сарказмом Чертанов, глянул на меня из-под бровей и устало потер лицо. — На самом деле абсолютно ничего плохого, сладкая, — добавил он, и, поднимаясь с постели, будто переводя тему в безопасное русло, спросил. — Хочешь принять душ? Или наполнить ванну…
— Лучше ванну, — расстроено произнесла я, глядя на стоящего рядом с кроватью мужчину.
— Лучше ванну… — повторяя мои слова, вскинул на меня встревоженный взгляд Кирилл и, сделав какие-то свои выводы, кивнул мне. — Окей. Как скажешь… — после чего подошел к замаскированной панели, которую выдавала лишь изящная ручка, торчащая из прямоугольного углубления в стене, и открыл двери в ванную комнату. — Клубника или шоколад? — послышался его голос, одновременно с тем, как раздался шум воды с силой льющейся в ванную.
— Клубника… — крикнула я, откидываясь на подушки и рассматривая собственное отражение в зеркальном потолке…
Оттуда — сверху на меня смотрела, бесспорно, красивая, девушка… Девушка, молочную кожу которой не портили даже побледневшие синяки, густо рассыпанные по телу… Она была прекрасна… — тонкая талия, аккуратная грудь с розовыми ареолами сосков, маленький носик, большие зеленые глаза, алые губы, которые казались еще ярче на фоне светлой кожи и темные, почти черные волосы, спадающие на плечи и ключицы.
— Нет, только извращенец мог до такого додуматься — установить зеркало над кроватью… — пробормотала я себе под нос
— Ты что-то сказала? — спросил Кирилл, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности своего появления.
— Кир, ты меня напугал… — незаметно сглотнув возникший в горле ком, ответила я, переворачиваясь со спины на бок. — Обязательно подкрадываться так тихо?
Мой взгляд скользнул по полуобнаженной фигуре Чертанова, направляющегося к гардеробной. Одно полотенце было обернуто вокруг его бедер, а вторым он тщательно вытирал волосы на голове.
— Прости, я не хотел… — проговорил Кирилл с хитрым прищуром и без всякого сожаления в глазах. Настроение у него, как я заметила, заметно улучшилось, в отличие от моего. — Кстати, ванна готова, — подмигнул мне любимый, видимо заметив, то, как я осматриваю его с ног до головы и, подавив смешок, что-то тихо замурлыкал себе под нос. Судя по словам это, была — битловская "Love Me Do".
— А ты не хочешь со мной? — с надеждой поинтересовалась я, привыкшая за эти дни к нашим с ним совместным водным процедурам.
— Я душ принял, пока кое-кто тут собой любовался, — лукаво усмехнулся Чертанов, натягивая на себя белую футболку и черные джинсы True Religion с резинками внизу.
Красивый… — в очередной раз, сглотнув слюни, подумала я, глядя на баснословно дорогие джинсы Кирилла, которые смотрелись на нем нарочито скромно.
О, эта игра в "бедность" меня, признаться, порядком забавляла.… Ведь если в своих костюмах от Brioni и Fioravanti Кир Алексеич выглядел сексуально, то в простой хлопковой футболке, обтягивающей широкие плечи и в тертых джинсах с опущенными ниже попы карманами, едва державшимися на его бедрах — просто ошеломляюще…
Очень красивый… — поправила я эпитет, когда мой взгляд прошелся по фигуре Чертанова, останавливаясь то на его сильных руках с прожилками вен, то на его пятой точке…
— Лерка, иди, мойся! — фыркнул Кирилл, и в его хрипловатом голосе явно звучал сдержанный смех, от которого у меня по позвоночнику тут же пробежал холодок желания. — Если я стою к тебе спиной, сладкая, это не значит, что я не читаю тебя как раскрытую книгу… — произнес мужчина, разворачиваясь ко мне лицом. — Маньячка…
— Маньячка? — медленно сглотнула я, старательно прогоняя прочь грязные мысли, которые так и бегали как тараканы в моей голове.
— Угу… — уже не скрывая насмешливой улыбки, кивнул мне любимый.
— А это плохо? — откинув одеяло, поднялась я с кровати навстречу к Кириллу.
— Я такого не говорил… — ухмыльнулся он, касаясь теплыми пальцами моей щеки, и его взгляд вдруг стал задумчиво-печальным.
— Тогда что с тобой? — хрипло спросила я, любуясь склоненным надо мной лицом.
— Мысли терзают… — хмыкнул Чертанов, притягивая меня к себе за талию.
— Поделись со мной… Может, что подскажу, — мягко улыбнулась я, заглядывая в прищуренные серебристые глаза обнимающего меня мужчины.
— Думаю не стоит… — буркнул Кир, а я… под мягким напором его сильных рук, которые еще сильнее прижали меня к его крепкому телу, уткнулась носом в его шею и прикрыла глаза, наслаждаясь нашей близостью…
Черт!
Эта бьющаяся венка на его шее…, его теплое дыхание на моих волосах.… Его запах…
Так, наверное, пахнет Рай… — подумала я, приходя к выводу, что не было момента в наших с ним отношениях интимнее, чем вот этот самый миг…
Никакой секс не шел в сравнение с тем, что я чувствовала в ту секунду… Я не знала, о чем Кир думал. Не знала, что за мысли его терзают.… Но, клянусь, тогда я готова была не задумываясь отдать душу дьяволу, за то, что бы тот озвучил мне мысли этого сероглазого мужчины…. Мужчины, что я любила больше всех на свете …
— Мыться? — спросил Кир, когда я открыла глаза и посмотрела на него.
— Да… — кивнула я, а он легко коснулся губами моего виска и выпустил из своих объятий…
— Иди…
— А ты? — задала я вопрос, прежде чем Чертанов, пересекший к тому моменту периметр спальни, дотронулся до ручки дверей.
— У меня небольшое дело…, но я скоро вернусь, — ответил он и вышел.
Я подождала, пока его шаги не затихнут в холле, а затем расстроенная до придела, поползла в ванную комнату, но и тут господину Чертанову удалось меня удивить…
— О-о! — только и смогла выдохнуть я, замирая на пороге, потому как встретить полную ароматических лепестков роз ванну, на поверхности которой плавало покрывало душистой розовой пены, я ну никак не ожидала. — Ну, ты и….- я не могла подобрать слов, правильно охарактеризовавших бы мне на тот момент Кирилла, который за время своего пребывания в ванной комнате успел задернуть рулонные шторы на окнах и включить подводную подсветку джакузи, создав этим самым в помещении непередаваемую атмосферу. — Боже… — замирая от блаженства, скользнула я в теплую воду, погружаясь в нее до подбородка… — Пусть эта сказка окажется доброй… и непременно с хеппи-эндом… — попросила я у Всевышнего, прикрывая свои веки, казавшиеся мне слишком тяжелыми….,желая расслабиться, чувствуя, как мое тело, уже начинают щекотят цветные пузырьки…
Проснулась я от странного, влажного и холодного прикосновения чего-то к своей коже. С трудом открыв глаза, я удивленно посмотрела на сидящего, прямо на полу за моей спиной Кирилла.
— Кир?
— Как ты, соня? — с доброй усмешкой поинтересовался Чертанов и, передвинувшись ко мне ближе, нежно прикоснулся к моей щеке, поглаживая скулу на которой только-только начал проходить безобразный синяк.
— Отлично… — ответила я, зевнув.
— Я заметил… — усмехнулся он. — Стаська несколько раз к тебе в ванную стучала, но…
— Черт. Кир, а как же гости…?? — вскрикнула я, и, упираясь локтями, попыталась привстать.
— Т-с-с.… Не кипишуй.… Все нормально… — отмахнулся Кирилл, продолжая поглаживать мою щеку. — Они там все завтракать собираются… — объяснил он, со смехом, а потом, кивнув на чашку дымящегося напитка, стоящую на широком краю джакузи, добавил. — А я вот тебе кофе принес.
— Спасибо, — поблагодарила я, и, стараясь, не сильно высовываться из воды, потянулась за ароматным напитком.
— Было бы за что… — хмыкнул Кирилл. — Вообще-то это Макар постарался… — шутливо заметил он, наблюдая, как я сделала большой глоток, отпивая из кружки горячий бодрящий напиток.
— Уммм… вкуснецкий кофе…
— Вкуснее моего поцелуя? — шепотом поинтересовался мужчина, наклоняясь надо мной.
— Бесспорно ты вне конкуренции… — засмеялась я.
— Доброе утро, сладкая, — выдохнул Кир в мои губы и попытался отстраниться.
— Доброе, — потянулась я следом за ним, не давая прервать ласку….
— Т-ш-шш, Лер, притормози… — наиграно-суровым тоном приказал мне Кирилл. — Иначе Темные увидят нас только в следующем году…
— Не хочу… — капризно надула я свои губы.
— Лера! — рыкнул мужчина, поднимаясь с пола, но я уже заметила, что его дыхание стало глубже, тяжелее…
Как часто он вот так старался скрыть то, что ощущал за внешней, показной суровостью и приказным тоном….
Наивный…
— Давай вылезай из воды и одевайся, иначе рискуешь остаться без прощального поцелуя в дверях, — усмехнулся он, покидая меня.
Вот гад! А обещал и в ванной и "где-нибудь еще"… — улыбнувшись так широко, как только могла и, оттолкнувшись от бортика руками, я поднялась из ванной, чувствуя, как что-то металлическое блеснуло и качнулось вместе со мной, опускаясь на грудь.
Крестик?!
Ну… — да…! Небольшой, аккуратный и очень изящный крестик из белого золота с маленьким бриллиантовым камушком в центре…
Я ошарашено втянула носом воздух, и сев на край джакузи, непонимающе уставилась на украшение.
Это что же получается — Кир надел его на меня тайком, не сказав мне ни слова….?!
Быстро поднявшись на ноги, я вылезла из воды, и, обернувшись пушистым белым полотенцем, выскочила в спальню, но Кирилла там уже не было. Зато на прикроватной тумбочке стояла темно-синяя бархатная коробочка, в которую обычно упаковывают ювелирные изделия. Подойдя ближе, одной рукой я взяла ее, щелкнув крышечкой, в то время как второй продолжала ощупывать неожиданный подарок любимого мужчины…
Что это?! Зачем?! — не могла я собрать свои мысли в кучу, ведь за то время, что мы были с Кириллом вместе, темы веры мы касались всего лишь один раз — во второе утро, что я проснулась в доме на Лазаревской, разбуженная колокольным перезвоном…
Что я тогда сказала ему?! — Кажется, что-то про то, как тесен мир.… Про то, что именно в эту церковь мы с ныне покойной бабушкой ходили по воскресеньям.… И Кирилл тогда так странно посмотрел на меня. Настолько странно, что я невольно прикусила свой язык, засунув подальше вопрос, готовый сорваться с моих уст…
— Да… дела… — посмотрев на покрытую мокрыми пятнами подкладку бархатистой ракушки и, сильно-сильно сжав крестик в кулаке, я почувствовала, что странный спазм перехватил мое горло, как только я поняла, откуда эти капли воды.…
Так значит, это и было то "небольшое дело"?!! Значит за ним он ездил??! И…
Кир не просто купил украшение или ювелирное изделие, которое носят для красоты, он заехал в церковь и освятил его?!
Я моргнула, пытаясь прогнать выступившие на моих глазах слезы.… Этот его поступок, говорил мне гораздо больше, чем мог сказать словами сам Кирилл.… И теперь, этот крестик, стал значить для меня столько, сколько бы ни смогло значить, ни одно кольцо, подаренное им прилюдно, даже если бы оно было с бриллиантом в десять карат, приобретенное на аукционах Sotheby's или Christie’s.
— Черт! И вот как ему удается меня выбивать из колеи раз за разом…?! — резко вздохнула я, смахивая с ресниц слезы.
Мне действительно в тот момент вдруг захотелось плакать — ведь из моей души начало изливаться "что-то" неведомое — ласковое, нежное и немного печальное.… А еще, у меня возникло безумное желание прижаться к плечу Кира, заключить его в объятья, вдохнув любимый горьковатый аромат и прошептать ему прямо в губы — "люблю"… Вот только не была я уверена, что он захочет обсуждать сейчас свой подарок, иначе по-другому обставил бы его подношение…., да и утреннего "прокола" мне хватило с головою, а потому — рот на замок…
К тому времени, когда я спустилась на кухню — Кирилл со Стасом уже успели уехать в офис "Афос limited GROUP", Алиса и Стася допивали свой утренний кофе.… А Макар, стоя у открытого окна, курил, как всегда о чем-то споря с девчонками — подначивая и дразня их.… Такой встретила меня светлая и просторная кухня на Лазаревской, но как только я появилась в ее дверях, все разговоры между "этими тремя", как я успела "обозвать" про себя веселящуюся троицу, мигом прекратились…
— Доброе утро, — стараясь отогнать вдруг нахлынувшее на меня смущение, поздоровалась я с ребятами и посмотрела на улыбающуюся от уха до уха Алиску.
— Доброе-доброе, — проворковала госпожа Темная, отодвигая для меня стул рядом с собой.
Бросив взгляд на ухмыляющиеся лицо Стаси и иронично-серьезное Макара, который при виде меня перебросил сигарету из одного угла рта в другой и широко улыбнулся, я сделала вывод, что все в курсе утреннего демарша Алисы Сергеевны в спальне Чертанова.
Так-с-с-с… — отлично.… Все, как в плохом анекдоте.…
Разминая пальцы, потому что нервничала, на негнущихся ногах я прошла вперед и села на высокий стул… Нас поглощала образовавшаяся неловкая тишина,… и я почувствовала острую необходимость начать говорить хоть о чем-нибудь, только бы не молчать.
Была — ни была, — подумала я, и резко выдохнув, произнесла:
— Ребят, скажите, мне кажется, или вы действительно безумно хотите обсудить нашу сексуальную жизнь с Киром? Только не говорите, что слово "секс" вас шокирует. Я знаю, что это не так.… Поэтому давайте,… что вас интересует? Спрашивайте?? Я все расскажу…
Неужели, я сделала это?! Я это сказала?
Это было "слишком" из того, что я могла позволить себе раньше, но… как говориться, какие учителя…
Ай, да Лера, ай, да молодец!
На лицах девчонок отразилось полное недоумение, они явно не ожидали от меня чего-то подобного, и потому смотрели ошеломленно и изумленно. Даже Макар, которому "всегда было что сказать" — молчал…
Шах и мат. Съели??!!
— Что вопросов нет? — с незнакомым азартным смешком спросила я и, как можно беспечнее пожав плечами, стараясь не выдать свое волнение, продолжила. — Тогда, Макарушка, будь добр, сделай мне, пожалуйста, кофе, он у тебя такой замечательный….
… - Я никогда не смогу водить мотоцикл так же круто, как ты, — с легкой досадой отпивая кофе, наверное, уже с третьей по счету кружки, произнесла Стася, обращаясь к Макару.
— Сможешь, — возразил ей молодой человек, и, вонзив зубы в нежную пышную мякоть оладушек, которые я только что напекла, восторженно замычал, с удовольствием облизывая налипший на его губы сладкий соус Каджета — известную мексиканскую карамель, приготовленную Алиской. — М-м-м! Фкуфнота-то какая! Обалдеть! Дефчонки как я вас лювблю….
— Нет. С этим талантом надо либо родиться, либо… — повторила девушка.
— А я говорю, сможешь. Да — талант это хорошо, но главное — это тренировки…
Я посмотрела на них почти с нежностью…, усмехнулась себе под нос и поднесла кружку к губам…
Макар и Стася… Стася и Макар… — сделав осторожный небольшой глоток, я поставила напиток на стол…
Красивый, высокий, крепкий парень… Такой же наглый, как и его старший брат, если ни наглее.… Хотя, положа руку на сердце, в последнее время, ориентируясь на себя — я относила эту черту характера мужчин к привлекательной.…
Но… вернемся к Варламу.… Весь его облик — от охренительно-стильной прически, которая бы вмиг превратила любого другого парня в неформала; музыканта — в гея, а простого обывателя — в неадекватного психа…, до огромной любви к нецензурной речи, которую молодой человек употреблял гораздо чаще, чем Кир и Стас вместе взятые, будто бы говорил:- Примите меня таким, какой я есть, или катитесь ко всем чертям! И… сидящая напротив него потрясающе-красивая девушка с обалденно длинными ногами и пепельно-русыми волосами, рассыпанными с изысканной небрежностью по плечам.…
Да, они были бы идеальной парой…
— П-ф-ф-фы… легко говорить, имея "Хонду"… — презрительно фыркнула Стася.
— Не в машине дело, принцесса… — растягивая в саркастической улыбке губы, поморщился Макар. — Дело в понимании, что такое дорога…
— И что же такое дорога?
— Бл#дь, это так просто и не объяснишь…
— А ты попробуй…
— Ну-у…, это как бы… определенное состояние сознания что ли, когда ты, мотоцикл и трасса становитесь единым целым.… Когда ты чувствуешь, в какую именно секунду и на сколько градусов надо повернуть руль.… Когда ты понимаешь, какая именно траектория, обеспечит тебе кратчайший путь… — с затуманенным взглядом человека, умирающего без скорости и адреналина, произнес Варлам.
— Но ведь на хорошей машине это куда проще сделать… — возразила ему Стася.
— Я бы так не сказал…
Господи, как это было здорово, просто сидеть, и слушать ребят.… Под их болтовню, можно было реально обо всем забыть… Просто, знать, что все хорошо, и что дальше будет еще лучше.… Оказывается, у нас с ними было много общего.… С Алиской, например, мы обе, оказывается, любили пиццу с пепперони и пятью сырами, не особо запариваясь, что это неблагоприятно отразиться на наших фигурах.… Со Стасей — фанатели от работ Хорст П.Хорста.… С Макаром сходили с ума от любого свежеприготовленного кофе, если, конечно, это был не Kopi Luwak. Но самое главное было в том, что впервые после отъезда родителей, я не чувствовала себя одинокой… Я была с семьей.… И это были самые замечательные часы, минуты, секунды в моей жизни.
Правда.… Никогда раньше мне не было так легко и спокойно, как в доме Кирилла на Лазаревской…
…- Девули… — вкрадчивым голосом позвал Макар, вытягивая свои длинные ноги перед камином в гостиной, куда мы дружно перебрались после завтрака.
— Ммм… — отозвалась Алиска, поудобнее устраиваясь в кресле-качалке, держа в одной руке маленькую дочку, а во второй бутылочку со смесью…
Семимесячная Василиса Станиславовна Темная, или попросту Васька, как уменьшительно-ласкательно звали ее родители, была точной копией своего папы — смуглая, голубоглазая, с темными немного вьющимися волосами. От Алиски она унаследовала, разве что только, курносый смешной носишко, да непомерную, просто неуемную энергию. Девочка-ангел, к которой мгновенно прикипали всей душой все, кто имел честь с ней познакомиться…
— У тебя какое-то предложение??
— Нет. У меня вопрос.… А вот если допустим… — чисто теоретически… — начал молодой человек, немало нас, этим заинтриговав. — Девушка вдруг говорит, парню, что он — кобель, скотина, урод и идиот… Что это может значить??
— Что он — кобель, скотина, урод и идиот, — засмеялась Стася, и ее голос звонким колокольчиком отразился от стен гостиной.
— Ни скажи… — произнесла Алиса и замолчала, а ее лицо стало отражать степень крайней задумчивость.
— Элиииис… — протянул Макар, переводя взгляд на свою рыжеволосую подругу. — Ты — заснула?
— Кхм… Что ты там спросил? — выплыла госпожа Темная из своего забытья.
— Кобель, скотина, урод и идиот… — напомнила я, улыбаясь, кажется, начиная понимать причину Алискиной задумчивости.
— Тут два варианта — либо она его таковым и считает, либо… — подтвердив мои мысли начала Алиса, и вдруг, прервавшись, спросила. — Слушай, Мак, а это как-нибудь относится к твоему расквашенному носу?
После ее вопроса мы дружно уставились на лицо молодого человека, где на переносице уже второй день "красовалась" огромная свежая ссадина. Выглядела она так, как будто кожу парня содрали чем-то острым…
— Нет, бл#дь, не относится, — фыркнул с досадой Макар, прекрасно понимая, что тем самым выдал нам себя с головою. — Прости, Лис…. Так, что там на счет "либо"??
— Либо она в нем заинтересована… — хитро хмыкнула Алиса.
— Девчонки, боюсь — это не его случай… — медленно протянула Стася, поднялась с диванчика, на котором до этого валялась и, подняв руки к верху, томно потянулась. — Наш Макар — действительно кобель и скотина… — с улыбкой Джоконды произнесла девушка, стрельнув глазами в сторону Варлама. — И это — факт.
— Не зарывайся, детка… — тут же зло оскалился ей в ответ Макар. — Факт в том, что я не повелся на твое предложение тебя трахнуть. И вот это действительно — факт…
— Ах ты, урод! — стоило только услышать слова молодого человека, набросилась на него разъяренная Стася. — Да я тебя сейчас…
— О, нет, нет, нет, ребятки, — передав мне дочку на руки, подскочила к ним Алиса. — Только не здесь и не сейчас… — легким игривым голосом произнесла она, оттаскивая Стасю от ухмыляющегося парня. — Что-что о вот вашу сексуальную жизнь, у нас с Лерой обсуждать точно нет никакого желания…
— А ее и нет, чтобы обсуждать, — холодно бросил Макар, направляясь к дверям. — А тебе…. прежде чем уйти, я дам один совет….- с оскорбительной снисходительностью взглянул молодой человек на Стасю, и его жесткий рот искривился в усмешке. — Повзрослей уже на конец…, говорят, помогает.
— Ты абсолютно прав! Это то,… как раз то, что я собираюсь сделать. С сегодняшнего дня я буду претворять в жизнь твои взгляды! — с перекошенным лицом закричала девушка ему в ответ. — Я буду спать со всеми мужиками, которые попадутся мне под руку. Слышишь, Макар? Но только не с тобой.… Потому что ты — урод и идиот…
— Ну, и дура… — последовал злой рык взбешенного парня, после которого его широкая спина скрылась за стеклянными дверями гостиной.
And You say:
My skin. My blood.
My devil. My God.
My freedom is what You see…
But then I say:
Maybe
We could divide it in two
Maybe
My animals live in Your Zoo
Then I say:
Maybe…
Maybe I'm in love with You..
@Brainstorm
Кирилл.
От бизнес-центра "Волна", отъехал черный матовый Mercedes SLR McLaren, который казалось за доли секунды набрал запредельную скорость и помчался по центральной улице N- да. Господин Темный, сидевший за рулем этого двухдверного спортивного автомобиля, крутанул реле звука на магнитоле, и в салоне зазвучала невероятно нежная и глубокая композиция "Maybe" группы Brainstorm, услышав которую Стас прищурился, и улыбнулся, по каким-то только ему одному понятным причинам, а потом обратился к пассажиру…
— В "Феникс"?
— Так да… — повернул свою голову в сторону друга Чертанов, отвлекаясь от созерцания мелькавших за окнами автомобиля фасадов домов.
По сложившейся у них с недавних пор традиции каждое тридцать первое декабря Кирилл и Стас посещали один-два офиса своей фирмы, где лично поздравляли сотрудников "Афос limited GROUP" с наступающим Новым годом. И последний день конкретно этого года не был исключением.… Вспоминая изумленные выражения лиц работников в "Волне", Кирилл улыбнулся…
Вот, Рыжая… — удивила…
В этом году благодаря главному архитектору холдинга — Алисе Штерн (именно под такой фамилией значилась жена Темного на работе) сотрудники помимо неотъемлемой новогодней добавки к зарплате бонусом получили еще и по набору разноцветных восковых ароматический свечей ручной работы от "Bath & Body Works".
Алиса….- что тут еще скажешь…
— Чего грустим? — спросил Стас у друга, и утопил педаль газа в пол, отчего его "Mercedes", повернувший на площадь Строителей, оставил далеко позади себя BMW с ребятами охраны и Чертанова, и самого Темного.
— Еще минута и Тоха запаникует, — вслух отметил Кирилл, на что Стас, посмотрев в зеркало заднего вида, лишь сморщил свой нос.
Как и предполагалось, начбез Кира, не заставил себя долго ждать — тут же включился CarKit и на весь салон раздался зычный голос Смирнова:
— Стас, твою мать! Хорош дурачиться! — было заметно, что Антон заметно нервничает.
— Какая преданность хозяину, — подмигнул Темный, сидящему рядом с ним Кириллу и заметно сбавив скорость, повторил свой вопрос. — Так чего грустим-то, братка?
— Лера знает… кто я, — словно против воли выдавил из себя Кир.
— Рассказал?
— Да, — сделал глубокий вдох Чертанов, надеясь, что это приведет в движение воздух, застывший в его легких.
— Все?!
— Почти, — ответил он другу, и между ними повисла тишина, нарушаемая только мелодичностью голоса Ренарса Кауперса, чья во истину нетленная композиция вот уже почти полтора года стояла на телефоне Алисы Темной, радуя ее, с каждым звонком мужа.
Стас и Кир молчали, потому что каждый из них знал, что означает это "почти"… Потому что у каждого из них в жизни было это свое конкретное — "почти"
— И ведь не струхнула, глянь, — внимательно посмотрев на Чертанова, произнес Темный, несколько минут спустя.
Наблюдая сегодня днем за Кириллом и Лерой, Стас отметил, что характер друга изменился… Кир действительно стал — легче, веселее, хотя, к чему лукавить, и отдавал временами прежней тяжестью….
— Судя по тому, что видела с утра Лис, у вас все путем. Или нет? — нахмурив брови, поинтересовался бывший одноклассник у Кирилла.
Чертанов достал из пачки сигарету и, щелкнув зажигалкой, отрицательно покачал головой:
— Она не боится меня.… И говорит, что любит… — сказал Кир так тихо, как, будто сам не мог до конца в это поверить.
— Так в чем же дело?
— Ты, же знаешь! Такие, как я, видимо рождаются с душой, проданной дьяволу. Для меня нет ни хорошего, ни плохого. Только цели и жертвы, — угрюмо посмотрев на друга, произнес Чертанов, и теперь его голос звенел сухо и хрипло, как перетянутая на колке гитарная струна. — Не люди — "фантики", — хмыкнул он, вспоминая это чертовски, на его взгляд, верное определение, которое когда-то дала им с Темным Алиска. Это слово она налепила им со Стасом на лоб, как горящую нейлоном бумажку — им не пришлось даже слюнявить и прижимать рукой, так быстро оно прилепилось само…
— Кир, не передергивай….- в тон Чертанову возразил Стас, и тоже вытянув из пачки сигарету, принялся методично мять ее в руке. — Ты же понимаешь, что это не так…
— Тебе напомнить, "кто" я? Забыл?
— Не кричи, — оборвал друга Стас, и все же нарушил обещание данное жене — закурил. — Чем я лучше тебя, Кир?! Скажи…? Но ведь живу.… И… счастлив…
— Да у меня руки по локоть в крови! А, она…. Черт! Да она до четырнадцати лет по воскресеньям в церковь на службу ходила! — подняв голову Кир, повернулся, жестко провел по своему лицу и волосам ладонью, и глянул на Темного каким-то непривычным, совсем уж тяжелым взглядом.
— Серьезно? — с явным недоверием поднял брови Стас. — Никогда бы не подумал.
— Представь себе…
— В любом случае — ты знаешь мое мнение… — тихо начал Темный. — На моих руках крови не меньше, чем на твоих. Один только Влад… Бл#дь! — ругнулся Стас, сильнее сжав руль автомобиля в руках, так что костяшки пальцев побелели. — Кир! Поверь мне, то, что эта девочка не сбежала и все еще рядом с тобой — дорогого стоит! Редкость это, чтобы вот так любили, зная, кто мы и что из себя представляем.…
— Да знаю я это! Знаю!
— Ну, а коль знаешь, значит.… Как там говорит Макар…? "Обнуляй"?!
— Угу… — хмыкнул Кирилл, и прижал ладонями виски, начиная ощущать ломоту и тупое опустошение в голове.
— Один близкий человек, однажды сказал мне, что отношения с Лис — здорово влияют на меня… — в хорошем смысле слова, — улыбнулся другу Стас. — Так вот…, Кир, отношения с Лерой тоже здорово влияют на тебя…
— "Отношения"… — в который раз хмыкнул Кирилл. — Вот кто бы мог подумать, что после "хорошего урока" Ленки, я вот так… — пополной встряну в "отношения"??! Да?
— Бывает…
— Ага.… Причем — сам же буду прыгать до потолка от радости, наблюдая, за тем, как эта девочка раскладывает свои вещи в моей гардеробной… По-идиотски улыбаться от того, что все мои рубашки пропитались ее духами.… Или помада??!
— А с ней-то, что не так? — с весельем в голосе усмехнулся Стас.
— Да все с ней не так! Я же раньше терпеть не мог "облизывать" губную помаду с женских губ. А теперь? Теперь — плевать…, плевать я хотел, накрашены у нее губы или нет.… А ее кот? Это вечно недовольное всем исчадие ада.… Слушай, Темный…, я по ходу влип… Конкретно так влип…
— Как сказала бы моя жена — "а то"! — усмехнулся Стас, и уже просто давясь от смеха, добавил. — Или тебя догнал "тот самый" фатум, Кир… — не удержался, подколол друга Темный.
Tell me would you kill to save your life?
Tell me would you kill to prove you're right?
Crash, crash, burn let it all burn
This hurricane's chasing us all underground
Oh Oh woah
this Hurricane.
Oh Oh woah
this Hurricane.
Oh Oh woah
this Hurricane
Oh Oh woah
@30 Seconds To Mars
Лера.
Если бы месяц назад кто-нибудь, хотя бы намекнул бы мне, что я буду встречать Новый год в самом дорогом ресторане нашего города, да еще в компании таких медийных личностей, как Станислав Темный и Кирилл Чертанов, а самое главное в статусе официальной девушки последнего, у меня бы как минимум случился приступ истерического смеха, а как максимум — я бы решила, что он чокнутый. Звучало это нереально, но, тем не менее, это было так. И это на самом деле происходило в моей жизни…
Я долго думала, что же мне надеть и, в конце концов, остановилась на черном платье от Miu Miu простом и изящном. Возможно, оно было немного откровенное, но без перебора… — все, что не надо тщательно прикрыто,… что надо в меру открыто, ровно на столько, чтобы продемонстрировать идеальные пропорции моего тела…
Красиво, немного пикантно и очень эффектно… — пришла я к выводу, откровенно любуясь своим отражением в зеркале.
— Лерик!! Кто-нибудь говорил тебе, что ты очень-очеееень… красивая??! — восхищенно воскликнула рыжеволосая Алиска, которая для праздничного вечера выбрала для себя чувственный наряд нежно оливкового цвета от Ellie Saab и попала этим в самую точку.… Кстати, по поводу красоты я могла бы с ней поспорить… — маленькая и хрупкая Алиса была просто восхитительна…
— А что ты скажешь, если я отвечу "нет"? — улыбнулась я, разворачиваясь лицом к новоиспеченной подруге.
— Я скажу, что ты неслыханно скромна… — рассмеялась мне в ответ Алиска.
— В таком случае, я лучше промолчу, — усмехнулась я, радуясь тому, что у моей, как я уже сказала новой подруги, а так же по совместительству — супруги одного из самый влиятельных бизнесменов северной столицы, напрочь (и объективно и субъективно) отсутствовал такой модный ныне элемент, как "снобизм материального благополучия".
Удивительно…, но при всем притом, что давал ей статус жены господина Темного — (а это не просто обладание большими деньгами, домами, стабильной работой и возможностью свободно путешествовать по всему миру и жить в любой его точке), Алиса осталась простой и доброй девочкой
"Нет ничего грешного в том, чтобы — быть богатым…"- вспомнила я слова Макара, сказанные им утром за столом, когда Стася в очередной раз подколола молодого человека в излишней любви к дорогим автомобилям…
— Вот-вот, промолчи… — фыркнула, смеясь госпожа Темная, и я подхватила ее заливистый смех.
— А я вот молчать не буду, — раздался вдруг от порога глубокий голос Кирилла. Голос с такими знакомыми мне уже характерными хрипловатыми смешинками, которые появлялись обычно в тот момент, когда Чертанов видел перед собой хоть что-то отдаленно связанное со словом "секс".
— Кир! — подпрыгнув на месте, хором возмутились мы с Алисой.
— Что? — уставился на нас мужчина, растягивая свои губы в мальчишеской улыбке.
— Напугал… — переводя сбившееся дыхание, пояснила я.
— Простите… — улыбнулся Чертанов, а потом жестом руки приказал, чтобы я повернулась вокруг своей оси. И… я с удовольствием это сделала — для того, чтобы он в полной мере смог оценить контраст между строгим лифом надетого на меня вечернего платья и моей вызывающе-обнаженной спиной.
— Как? — кокетливо улыбнулась я, ловя на себе восхищенный взгляд любимого, точно зная, объективно оценивая и умело используя то, какой эффект производит на мужчин моя внешность…
— Эээ…. Безумно возбуждающе, сладкая… — сглотнул Кирилл (с трудом сглотнул), когда его вдруг потемневшие "до грозы" глаза, осматривающие до этого каждый миллиметр моего тела, вернулись к моему лицу. — Просто, ууух….- добавил он, подходя ко мне ближе.
— Комплемент засчитан, — засмеялась я, наслаждаясь коротким обжигающим поцелуем в губы, подаренным мне самым потрясающим мужчиной на свете.
Подумать только… — когда-то в подростковом возрасте я была полненькой и меня жестко "френдзонили", а потом когда занялась собой и похудела — начался "обратный процесс" и те, кто клялся мне в дружбе, стали вдруг неожиданно приглашать меня на свидания.… А я… посылала их одного за другим, видимо, чувствуя, что мне уготована встреча с кем-то необыкновенным.… С кем-то — кто, как и я ценил в отношениях — доверие и уважение.… С кем-то — кто в шутку или же в серьез (неважно) сказал мне однажды, что ценит в женщине характер, ум и чувство юмора — "ведь внешность подтянуть и стать идеальной не сложно, а вот интеллект к суперкрасоте уже не прилепишь"….
— Лерка! — секунда и я была прижата к теплому телу любимого, который, не теряя времени, уткнулся губами в ложбинку между моими грудями. — Девочка моя, нельзя же быть такой… сногсшибательно роскошной, — тихо и низко протянул Кирилл, с жадностью, проводя языком по моей коже, заставляя ее покрыться мурашками. — У меня просто дух захватывает… — добавил он, подхватывая меня под попу и приподнимая так, чтобы упереться своим возбужденным пахом в развилку моих бедер, давая почувствовать свою эрекцию.
— Кир, что ты делаешь? — возмутилась я, пытаясь унять бушующие чувства мужчины. — Мы не одни…
— Констатирую факт, — ничуть не смутившись, пожал плечами Чертанов, но на пол меня все, же поставил, хотя и с видимой неохотой.
— Агхм, Кирилл Алексеевич! Мне хватило утра, я не готова, еще раз увидеть тебя так сказать… "ню"… — взорвалась от смеха Алиса, глядя на нас, и прежде чем Кир успел вступить с ней в пикировку, кинулась на встречу, к появившемуся в дверях мужу. — Стас, здесь комплементы раздают… — тоном капризной девочки произнесла госпожа Темная и надула свои пухлые губки. — Поэтому спрашиваю тебя в пятисотый раз — как я выгляжу?
— Отвечаю в пятисотый раз — ты потрясающе выглядишь, Лис, — усмехнулся Стас, заключая рыжеволосую супругу в кольцо своих рук и притягивая к себе. — Люблю, — тихо произнес этот холодный, сдержанный и расчетливый со всем миром мужчина, после короткого, но нежного поцелуя. — А что — этот паршивец, тебя комплементами не балует? — выразительно выгибая левую бровь с тонким шрамом, серьезно осведомился Темный у Алисы, кивком головы показывая на Чертанова.
— Представь себе, нет… — отшутилась она, а затем, весело подмигнув мне, добавила. — Зато делает таааакоеее, что заставляет меня краснеть и смущаться.
— Поверь, Рыжик, смутить тебя ни так уж и трудно, — улыбнулся одной стороной рта Темный. — Ты краснеешь миллион раз на дню, — засмеялся он, за что тут же получил чувствительный тычок в бок. — Ой! Кир, никогда не позволяй своей женщине садиться себе на шею, свесив ножки, — перехватывая тонкую ручку жены, занесенную для нового удара, по-прежнему смеясь, продолжил мужчина, обращаясь к своему другу, что сейчас крепко обнимал меня в своих объятьях. — Если только, конечно, это не поза "оазис" из Камасутры, тогда другой разговор.… Иначе, тебя ожидает, то же самое, что в данный момент расхлебываю я….
— Ах, ты… — взвизгнула, покрасневшая с ног до головы Алиска, отчаянно брыкаясь в руках мужа, под наш дружный хохот с Кириллом. — Уууу… будет тебе сегодня и Камасутра и "оазис", блин.… Дай только добраться до твоей физиономии…
— Рыжик, спокойно… Я пошутил… — давясь от смеха и прижимая беспомощно-распластанную по его телу Алису, пробасил Стас. — Шутка…! Шутка — говорю…
— За такие шутки, Темный… — возмущалась запыхавшаяся Алиса. — Тебе светит поза даосского воздержания и больше ни-че-го!! — прорычала она, вызывая у нас с Киром очередной приступ дикой икоты.
— Так, минуту, Алиса Сергеевна! Деловое предложение — для деловой женщины, — с серьезной миной произнес Стас, когда его смех затих. — Что Ваша душенька желает за свое хорошее отношение к мужу?
— Выставку Антона Корбайна в "Arte" на Морской… — без малейшей заминки быстро выпалила Алиса, наслаждаясь тем, как изумленно блеснули при этом глаза ее мужа.
— Лихо, — присвистнул Кирилл
— А главное — четко, нагло и с размахом… — с трудом выдавил из себя Темный.
— Видимо общение с тобой дает свои результаты… — хмыкнул Кир чуть выше моего уха.
— Не то слово… — потер свой подбородок Стас.
— Это — да?… — с усмешкой, подняв бровь, спросила у него Алиса, и так ловко у нее это получилось, что я, даже восхитилась.
Не иначе как переняла эту привычку от благоверного…
— Да, Рыжик, это — да, — немного помедлив, произнес Темный, а потом со стоном закатив глаза, чертыхнулся. — Черт! Нет! Лис! Скажи, ты с самого начала это задумала?
— Что "это"? — невинно похлопала ресницами госпожа Темная.
— Это…
— П-ф-фф…, Темный! Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты следил за своей речью?! Так что… — сам виноват… — повела плечиком рыжая хитрюля, направляясь к дверям.
— Ах ты, зараза, мелкая! — громко, но от этого не менее весело, возмутился ее супруг.
— А то! — гордо задрав свой курносый нос, ответила Темному Алиса. — Сам научил… — показала она ему свой язык и, лукаво улыбнувшись, вышла из комнаты.
— Твою ж мать, ребят! Вы понял, как меня только что нагнули на два с гаком ляма?! Я — нет…
— Алиска… — ухмыльнулся Кир, и в его глазах заискрилось, как мне показалось, восхищение.
— Вот и я о том же, братка, — хмыкнул Стас. — Сначала они лупят нам по ребрам, — заулыбался мужчина, заметив моё смущение. — А потом мы еще и виноваты — и Корбайна им подавай… — шутливо произнес он, и, подмигнув нам с Кириллом, так же, как это сделала пару минут назад его жена, вышел из спальни.
— Судя по всему, я тоже влип… да, сладкая? — поднимая на меня свои серебристые глаза, с улыбкой спросил у меня Чертанов, когда мы остались с ним один на один. — Господиии….- протяжно произнес он, и его улыбка переросла в смех.
В потрясающий, бархатистый, тягуче-медовый смех…
Вау!!!
Как обычно — это звучало очень соблазнительно….
Как ему удается делать это без усилий? — в который раз с момента нашей встречи удивилась я — на все сто процентов, уверенная, что господин Чертанов даже понятия не имеет, насколько чувственно он смеется… Я даже дыхание затаила, когда длинные сильные пальцы смеющегося сейчас мужчины дотронулись до его умопомрачительно красивых губ…. Губ, которые мне очень хотелось целовать. Нет, даже не так… Губ, которые мне хотелось поглощать….
Черт, Лера остановись!!! — одернула я саму себя, и, в попытке задвинуть свои похотливые мысли на задний план, принялась разглаживать руками, ткань платья на животе…, стараясь не смотреть на смеющегося рядом со мной мужчину.
— Так что? Влип я или нет?? — повторил свой вопрос Кирилл, по-прежнему давясь смехом.
— А то! — развернулась я к любимому спиной, прошла к кровати и взяла с нее черный клатч, приготовленный мною для выхода "в свет".
— Сладкая… — услышала я, как глубоко втянул Кирилл в свои легкие воздух, прожигая взглядом обнаженную кожу в вырезе моего платья на спине. — Давай задержимся, а?
— Не помню, чтобы Вы предлагали мне, заинтересовавший меня "ченч" Кир Алексеич….- медленно разворачиваясь лицом к лицу Чертанова, криво усмехнулась я. — А как же — "что Ваша душенька желает, Валерия Андреевна, за Ваше хорошее отношение ко мне"?
— Что-о? — удивленно и, кажется, чуть растерянно посмотрел на меня мужчина.
— Сам научил! — вскинула я свой нос к потолку, так же, как это сделала пять минут назад Алиска, и с гордо поднятой головой прошла мимо любимого, чуть придерживая подол платья, лишь в холле позволяя себе широко улыбнуться, зная, что громко смеющийся за моей спиной мужчина, не может видеть моего лица, но прекрасно знает, что я тоже еле сдерживаю свой, рвущийся наружу, смех…
Господи, спасибо.… Не знаю как, но этот "приворот Алисы Темной" действительно работал. И я надеялась, что он будет работать.…
Каждый. Чертов. Раз….
В миллионный раз, дотронувшись кончиками пальцев до золотого крестика на своей груди, я перевела взгляд на Кирилла. В черных брюках, накрахмаленной белоснежной рубашке от GIORGIO ARMANI и с поблескивающими на запястье платиной часами Patek Philippe, кричащими о стиле и качестве… он был — великолепен.
Слишком хорош, чтобы существовать на самом деле…
Мой мужчина.…
Мне вдруг до боли захотелось поцеловать его гладко выбритую щеку, расстегнуть пуговицы этой чертовой рубашки, натянувшейся на его бугристых плечах, прижаться губами к его обнаженному телу и услышать, как бьется его сердце. Теперь я видела в нем не только красивого мужчину — уверенного, дерзкого, высокомерного, каким он предстал передо мной в день нашего знакомства. Нет….! Теперь я точно знала, что цинизм господина Чертанова, может быть смягчен юмором и дружелюбием, а огромный жизненный опыт, наложивший отпечаток усталого всезнания на его мужественное лицо, делал Кирилла в моих глазах еще более привлекательным…
Мой взрослый мужчина, иногда позволяющий себе быть маленьким мальчиком…
Я подмечала каждую мелочь — как он улыбается, как говорит, как держит бокал. Его руки постоянно привлекали мой взгляд, пробуждая воспоминание о том, как они скользили по моей обнаженной спине и нежно сжимали грудь.… Чувствуя, что начинаю дышать чаще, я с трудом заставила себя переключить внимание на застольную беседу…
— И тут я ей такой говорю — "Крошка, обычно девушки обвиняют меня в хамстве только после того, как я вызываю им такси, предварительно хорошенько оттрахав", — с ноткой сарказма фыркнул Макар, наконец-то, поведавший нам историю появления ссадины на своем лице. — А она каааак фиганет меня по носу и бежать.… У меня даже искры из глаз посыпались.… Вот сучка… Самая настоящая сучка, — произнес парень и в его глазах заиграли искорки смеха.
— О. Мой. Бог! — воскликнула Алиска, улыбаясь, и в театральном изумление, прижала обе руки к своей груди. — Неужели хоть кто-то, наконец, это сделал!!
— Сделал что, Лис? — нахмурил брови Варлам.
— Сдул пузырь твоего самомнения, — ехидно уточнила Стася за Алису, сверкнув глазами, и добавила. — С удовольствием пожму руку этой красотке и даже…
— Ну-ну, принцесска, — прервал ее с мальчишеской улыбкой Макар, и мы, переглянулись с Алисой, благодаря небеса за то, что между этими двумя, опять воцарилось пусть и временное, но — перемирие. — Дело за малым — осталось найти этого "Рокки Бальбоа" в юбке и уж тогда я пожму не только ее руку.… Но, и все до чего смогу дотянуться своими… — по-прежнему улыбаясь, произнес Варлам, но теперь его улыбка была вовсе не мальчишеской. То была ухмылка мужчины, который вспомнил неприличную шутку или представил голую женщину в своей постели…
Мысленно восхищаясь смелостью незнакомки, что расквасила нос Макара, я все же не завидовала ей, представляя, что может сделать с ней этот своевольный и не знающий рамок приличия молодой человек, когда ему все же посчастливится ее отыскать.
Это вам не "факи" в окошко показывать.… Хотя…
— Макарушка, мне вот интересно, у твоего самолюбия есть предел? — шутливо спросила я у Макара, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
— Чертенок, я — совершенство, что ж поделать… — ухмыльнулся парень и развел руками, но по выражению его лица, было понятно, что он из последних сил старается не рассмеяться…
— Совершенство с подрихтованной мордой, а ты не боишься в постель терминатора тащить? Мало ли что… — иронично спросил Кирилл у младшего брата, и, взяв меня за руку, небрежно погладил большим пальцем мою ладонь… Мимолетное движение, теплое, интимное прикосновение его кожи и… мои мысли уже не тут, а на огромной круглой кровати в его спальне в доме на Лазаревской….
Но…
— Да какой там терминатор… — со смехом огрызнулся Макар. — Она ростом, наверное, с Элис,… если не меньше.… Но хук слева у нее, конечно, что надо поставлен… — признал парень, и после его слов все дружно засмеялись…
Да, сегодняшний день был для меня поистине полон сюрпризов, и дело было, не только в неожиданном утреннем подарке Кирилла, но и в том, как вел себя Чертанов в компании близких ему людей. Прежде Кир никогда не показывал, каким забавным он может быть, но сегодня они со Стасом и Макаром так часто смешили нас за столом, что нам — девушкам, то и дело приходилось вытирать слезы веселья….
…- А все ж таки "быдлом" быть хорошо, — улыбнулся Макар, в очередной раз "отгоняя" от себя эпитет, что старательно "навешивала" на него весь вечер Стаська, видимо, не много забывшая об их временном перемирии.
— Это чем же? — поинтересовалась у молодого человека улыбающаяся хитрой улыбкой Алиса.
— Да всем, — пожал плечами парень.
— Конкретнее… — если можно…,- не отступила от своего вопроса супруга Темного.
— Вот тебе, Элис, наглядный пример… Недавеча как вчера — выруливаю я, значит, с тележкой к кассе в "Ленте"…
— Ооо! Небожитель спустился вниз и решил, как и все смертные, прогуляться по сетевым магазинам… — неприминула тут же съязвить Стаська.
— Очень смешно… — скуксил смешную рожицу Макар. — Так вот…, выруливаю я, значит, к кассе, а впереди меня, заперев все тележки, стоит "оно" — роется в своих покупках, причем "оно" женского пола с ребенком лет трех. К ребенку, если что — претензий не имею… — усмехнулся Варлам и продолжил свой рассказ. — Эээ… я в тот момент, про то, что эта милейшая девушка в лисьем полушубке — "оно" понятия ни имел, а потому — культурно так ей предложил:- "Девушка, давайте как-нибудь разъедимся?". А мне нежданчиком в ответ прилетело ее шипящие — "Подождешь"…
— Представляю… — проглотила свой очередной смешок Стаська, а за ней это сделали все, кто хоть немного знал Макара — то есть все сидящие за нашим дружным и веселым столом.
— Не-а, не представляешь… — фыркнул молодой человек с весельем. — На меня же, видимо, благодать неземная накатила после прилетевшего хука в нос. И поэтому я так культурно у этой выдры спросил:- "Это Вы мне сейчас хамите?".
— Не может быть… — не сдержалась и засмеялась Алиска, как и я слабо представляющая себе подобную картину — чтобы Макар Варлам после такого, с кем-то да на "Вы"??! Немыслимо!
— Сочиняет….- поделился своим сомнением Темный, хорошо помнящий, каким буром или танком может переть парень там, где нарушается его "интерес".
— Сто процентов….- кивнул Кирилл, перед этим весело подмигнувший мне.
— Да зуб даю… — с горячность в голосе заверил нас Макар. — Говорю же — благодать накатила… — засмеялся он, потерев свой "подрихтованный", как выразился Чертанов, нос. — И что вы думаете, я услышал в ответ? — приподняв брови, спросил у нас молодой человек и тут же сам ответил на свой вопрос. — Правильно — кучу нелицеприятного.… Я — человек не гордый, но слушать о себе подобное из уст какой-то хабалки — увольте. Короче, забыл я о "накатившей на меня благодати", снизил уровень своей интеллигентности до отметки "ноль" и по-старинке произнес:- "Еб#ло завали, не бессмертная". И… — с апломбом фокусника развел руками Варлам. — Подействовало! "Оно" мило улыбнулось и ретировалось вместе со своей тележкой. Вывод — нех#й обтекать культурным потом и страдать, лучше быть — быдлом. Рекомендую… — с кривой усмешкой на губах, закончил свой "познавательный" рассказ молодой человек, и не успел из нас никто открыть и рта, чтобы выразить свое отношение к услышанному, как прямо за нашими спинами раздался низкий, грудной и слегка хрипловатый женский голос…, заставляющий нас обернуться.
— Какие люди.… Все и сразу…. — растянула в акульей (по-другому и не скажешь) улыбке свой обведенный ярко-красной помадой рот красивая блондинка в узком "кровавом" платье с очень смелым вырезом на груди.
Моветон… — подумала я, никогда бы не решившаяся надеть подобный наряд, а неожиданная гостья тем временем, откинув свои светлые волосы назад, обвела женскую половину нашего стола надменным взглядом а-ля — "Ну, вы и швабры безвкусные" и, продолжила…
— А некоторые даже не одни… — со значением посмотрела она на Кирилла, державшего все это время мою руку, после чего мерзко хихикнула. — Поздравляю…,- съязвила "белобрысая язва", снова обнажая свои белые зубы в улыбке, а я отчего-то почувствовала себя так, словно меня только что хорошенько приложили мордой об стол — так сильно перехватило мое дыхание, и сердце, взбесившееся от избытка адреналина, заколотилось где-то в горле…
Да что говорить, там не только мне, даже ежу стало бы понятно, что передо мной стоит бывшая любовница Кира, пропади она пропадом…
Это капец, товарищи, — незаметно сглотнула я возникший в горле ком и отчаянно попыталась не заерзать на стуле.
— Чертанов, наконец-то ты нашел девушку, которая совершенно не похожа на меня… — произнесла эта… эта… даже слов, не было описать, что я хотела сотворить с этой… шваброй.
Вот же сука… — дернулась было я — очень желая последовать недавней "рекомендации" Макара, но меня остановили теплые пальцы Кира не сильно, но ощутимо и упреждающе сжавшие мою руку, а так же его выразительный короткий взгляд.
— Ты забыла мое последнее предупреждение, Лен? — холодно поинтересовался Чертанов у стоящей напротив нас женщины, и его четко очерченные губы изменили свое положение — став тенью недоброй улыбки.
— Грубость — твое второе имя, Кирюш.
— Ты и первое-то за столько лет не выучила… — постоянно его коверкаешь… — спокойно хмыкнул Кир, продолжая сжимать мою подрагивающую руку. — Но я, кажется, задал тебе вопрос?
— Лен, действительно, какого хрена, тебе здесь надо? — спросил у женщины уже Стас.
И я внимательно посмотрела на лица Чертанова и Темного… — они стали чужими,… непривычными. Вроде все те же мужчины… — вот только появились в их взглядах какое-то показное равнодушие и надменность,… будто холодной маской застывшие на их лицах…
— Фи-и, и этот туда же… — фыркнула "язва", переступая с ноги на ногу. — А может, я тоже хочу встретить Новый год в теплом семейном кругу, — засмеялась она и словно нечаянно положила на рукав пиджака Макара выхоленную лапку с покрытыми лаком ноготками. — Милый, ты меня тоже обижать будешь?
— Противно и слащаво, — брезгливо поморщив нос, заметил парень, скидывая руку блондинки со своего плеча. — Впрочем, как всегда…
— Ну, а тебе-то я, чем не угодила? — усмехнулась белобрысая, и в закрытом зале прозвучал ее хриплый смех. — Впрочем, это у вас семейное… — последние слова она старалась произнести нарочито весело, передразнивая интонацию Макара, но некрасивая гримаса исказила черты ее лица и в уголках глаз появились морщинки. Наводящие меня на мысль, что вызывающе-красивая на первый взгляд блондинка, на второй — была значительно старше, чем хотела казаться… — Потрясающее чувство совести… — одно на всех. Не так ли, мальчики?
— Не переигрывай, совестливая наша… — немного насмешливо ответил ей Стас. — У нас, какая-никакая она хотя бы есть…
— Да неужели?! — закатила глаза эта грымза. — Так это, наверное, она, ваша "какая-никакая" совесть, заставила Кирилла подобрать дочурку моего почившего с миром благоверного? Приютить.…Обогреть.… Приласкать.… Будто бездомную собачку…
На несколько секунд за нашим столом воцарилась тишина, а потом чужой, хриплый, какой-то потусторонний голос Темного заставил вздрогнуть меня от неожиданности.
— Кир?! Что за х#ню несет эта дура?
— Стас позже… — произнес Чертанов, и, погладив мою руку большим пальцем, отпустил ее, поднимаясь из-за стола.
Черт… — на подсознательном, инстинктивном уровне, я уже поняла ответ на вопрос Темного… и почувствовала, как меня затапливает паника.
Сейчас, что-то случится,… что-то произойдет…, что-то очень нехорошее…
— Я тебя спрашиваю — что за х#ню она несет? — также рывком поднялся на ноги Стас, казалось почерневший от бешенства и злости. — Объясни! — с яростью рыкнул он, дергаясь с места в сторону Кирилла, из цепкой хватки, поднявшейся вслед за ним Алисы. — Кир! Ну, ты и… сволочь! — стиснув зубы, выдал Темный, готовый, как мне показалось, обеими руками вцепиться в шею Чертанова, чтобы основательно затем ее сдавить. — Сука! Нахера?! Зачем? Объясни!
— Позже, — сухо оборвал Темного Чертанов. — А ты! — обратился он к блондинке, в секунду преодолевая разделяющие их пространство и с силой хватая женщину за плечо. — Зря ты, Лена, влезла в это дело! Без тебя забот-хлопот хватает!
— Отпусти! — зашипела, задергалась в руках Кирилла незваная гостья, не имея никого шанса вырваться.
— Что? — со злостью прорычал Чертанов, побледневшей женщине, уже готовой с жизнью попрощаться в его руках. — Думаешь, я не знаю, почему ты так резко осмелела? Подстилка "загорская"… Да вот только — не спасет тебя "Иваныч". Только не он.… Только не от меня… Урою тебя падлу. Все, что можно переломаю….- сорвался впервые на моей памяти Кирилл, зверея на глазах…
— Кир! — закричала я, подскакивая к мужчине, накрывая своей рукой его руку и прижимаясь щекой к его плечу. — Пожалуйста! — попросила я, заглядывая в его негодующее лицо. — Прошу тебя…
И Кирилл замер, посмотрев на меня, а потом, дав своим людям команду "фас", отшвырнул от себя побледневшую блондинку, по слогам произнеся. — По-шла от сю-да на-хрен! — после чего мягко отстранив меня, метнулся в сторону Стаси, с мертвецки бледного лица которой, схлынули все краски…
— Кир… — полустон-полувсхлип девушки, а так же ее огромные немыслимо-голубые глаза, казалось, расставили все и для всех на свои места. — Отпусти! — закричала Стася, вырываясь из рук своего крестного. — Отпусти меня! Ненавижу!!! Как же я вас всех ненавижу!! — вскочив с места, практически бегом, направилась она к выходу…
Падаю, падаю в бесконечное звёздное небо!
По делам, по делам всем воздастся, и я заплачу.
Пополам, пополам мир сломался и стал чёрно-белым.
Падаю, падаю прямо к звёздам, а думал — лечу….
@Lanskoy & Co
Кирилл.
" …С легкой досадой Кир разглядывал слишком длинную и тощую для своего возраста девочку в удлиненных шортах и большого размера белой футболке.
— Настя… — не зная как завязать разговор, обратился он к ней. — Меня зовут Кирилл. Кирилл Чертанов. Я раньше жил в сто сорок восьмой квартире…, рядом с твоими дедом и бабушкой… Ты помнишь меня?
Девочка не ответила, опустив голову вниз, она уставилась на свою недорисованную картинку на столе.
— Это бесполезно, Кирилл Алексеевич, — произнес за спиной Чертанова женский голос, на звук которого Кир резко обернулся, увидев перед собой женщину средних лет — директора областного кризисного центра для детей-сирот. — Она не говорит…
— Вообще? — нахмурился Кирилл, обводя взглядом пустой в этот утренний час актовый зал казенного заведения. — Или это… — вопрос он так и не закончил, потому что его прервал тоненький тихий голосок.
— Я тебя помню… — произнесла девочка, и подняла на Кира свои огромные голубые глаза, поймав не по годам взрослый взгляд которых, мужчина вздрогнул.…
Вот точно такие же — необычайно сине-голубые глаза были у Стаса, и его старшего брат…
— Кхм… — откашлялся Кирилл, пытаясь придти в себя. — Это хорошо,… что помнишь, — пояснил он. — А ты бы не хотела жить со мной? — спросил он неожиданно даже для самого себя.
Нет! Совсем не для этого Кир приехал в этот приют. Он приехал, чтобы отдать долг бывшему соседу по лестничной клетке, на кухне которого, частенько отсиживался, спасаясь от побоев и скандалов вечно пьяного отчима. Чертанов просто хотел проследить, что внучка этого доброго пожилого человека, умершего десять дней назад, попадет не в детский дом, а в хорошую приемную семью.…
Так какого…?!
Кирилл и сам не мог бы ответить себе на этот вопрос — возможно, это было следствием цвета глаз, сидящей напротив него девочки — хрупкой и беззащитной. Или же — их выражением, которое напомнило Чертанову о той… другой.… О той, что, доверилась ему, смело протянув в его руку свою теплую ладошку.… О той, что показала, что и у него — у киллера, наемного убийцы, тоже есть сердце…"
— Стася… — посмотрел Кирилл на зареванное лицо своей горячо-любимой крестницы, которую нашел в женском туалете, и недолго думая присел на корточки рядом с ней. — Стася… — повторил он, когда она опустила свою голову обратно на свои подтянутые к лицу колени. — Посмотри на меня, пожалуйста, — попросил мужчина, вдруг почувствовал в своей душе прилив нежности, смешанной с жалостью. — Мне, правда… — очень жаль.… Жаль, что ты узнала вот так… — видит Бог, Кир пытался подобрать нужные слова, но они все никак не хотели приходить ему на ум. — Настя! Да послушай же ты меня внимательно…
— Ты никогда бы не рассказал этого, если бы ни Ленка.… Да? — неожиданно взглянув на него, тихо спросила Стася.
Врать было бесполезно,… да и ни к чему…
— Нет… — покачал головой Кирилл. — Не рассказал бы… — произнес он, стараясь, чтобы на его лице не дрогнул ни один мускул… — Зачем?! Что это изменило бы в твоей жизни…?! Что…?! Ответь?
— Все, Кир! Это изменило бы — все! — громко всхлипнула девушка, в глазах которой сейчас было беспросветное отчаяние. — Мой папаша, оказывается, подонок, каких свет не видывал. Просто чудо, а не отец! А я….
— Стася, девочка моя, — ласково коснулся руки крестницы Кирилл. — Ты не имеешь к этому всему абсолютно никакого отношения. В этой жизни каждый в ответе только сам за себя. Возможно, Влад, был не самым хорошим человеком на свете, но, поверь, были люди, которые любили и его тоже… Его родители. Стас.
— А мама? — шмыгнула носом девушка, смахивая бегущие по лицу слезы, а Кирилл ощутил, как чья-то невидимая рука сдавливает ему горло, мешая дышать.
— Кир? Моя мама… любила его? — нервно переплела пальцы обеих рук Стася и немигающим взглядом уставилась на Чертанова. И теперь в душе Кира шевельнулось совсем другое чувство — забытый гнев к уже давным-давно умершему врагу.
Черт побери, этот тип был настоящим уродом! Мир явно стал лучше без него. Но не рассказывать, же девочке всей правды… — сделав глубокий вдох, попытался умерить свою ярость Кирилл.
— Да, она любила его… — соврал Чертанов, глядя в глаза своей крестнице. — Любила, Насть. Иначе, тебя бы не было, — произнес он, и осторожно убрав с ее лба сбившуюся прядь волос, добавил. — Мы не ангелы, милая.… Ни я, ни Стас, ни… Влад.… У каждого из нас есть своя темная сторона. Так уж вышло.… Но, даже мы хотим, чтобы нас любили…
При других обстоятельствах эти слова рассмешили бы Кирилла, но сейчас он постарался скрыть свою горькую усмешку…
Ирония жизни… — Кир доказывал дочери своего врага, человека которого ненавидел раньше, да и ненавидит и теперь, чего уж скрывать, что тот заслуживал любви… ее любви…
Лера.
— И что это было? — как можно тактичнее спросила я, как только изливающую ядом блондинку, вывели из зала ребята Кирилла, а сам он отправился вслед за плачущей Стасей.
— А это… — фыркнула Алиса, и почему-то, предварительно бросив хмурый взгляд на мужа, посмотрела на меня. — Елена Темная.
— Темная? — переспросила я, настораживаясь, потому как то, как изменилось лицо Алиски, когда она произносила имя белобрысой грымзы, не предвещало ничего хорошего… — в частности мне.
— Она что….
— Моя бывшая невестка, — пояснил Стас, прочитав немой вопрос на моем лице. — Вдова моего старшего брата…
— И ваша с Киром любовница, — тут же зашипела Лис, а у меня на спине вышибло волну холодного пота. Да я реально не могла пошевелиться, просто — сидела и пялилась то на Стаса, то на Алису.
Любовница?! Нет, я, конечно, это предполагала.… Но — "ваша любовница"…?! Это что за дела такие…?!
— Рыжик… — сквозь зубы протянул Темный, недобро глянув на свою помрачневшую супругу. — Мы обсуждали это тысячу раз…
— От этого "это" не становиться неправдой, — пробубнила ему в ответ Алиса, и у меня в голове пронеслась мысль, что я впервые вижу эту всегда веселую и озорную девушку в таком взвинченном состоянии. — Ты спал с ней Стас! Спал параллельно с братом и лучшим другом!
— Бл#дь, опять двадцать пять! — рыкнул Темный. — Это было до тебя….
— Я знаю.… Но… — хмыкнула Алиса, разводя руки в стороны.
— Твою ж мать, сколько можно! — запустил свои пальцы в волосы Стас, а потом, тяжело выдохнув, буквально выдавил из себя. — Да не спал я с ней в тот раз, Рыжик. Не спал! Она мне просто отсоса…
— Темный, — оборвала его, покрывшаяся красными пятнами, Алиска. — Черт бы побрал тебя и твою долбаную "привычку" говорить правду.
— Кхм, — неосторожно поперхнулся Макар и засмеялся, вытирая рукавом виски, капли которого стекали по его подбородку. — Вот идиёёёт… Честное слово лучше бы ты молчал, Стасян.
— Да идите вы все… в баню, — рыкнул Темный, поднимаясь со своего стула, а уже в следующую минуту мы наблюдали как широкая спина Стаса, в темно-синем пиджаке от "Alexandra Amosu", аккуратно обходя столики, удалялась в направлении выхода из ресторана.
— С медным тазом… — с ехидным смешком закончил выражение Темного Макар и опустошил свой бокал, одним глотком.
— А я бы на твоем месте тоже помолчала… — выразительно посмотрела на друга Алиса, поднимаясь из-за стола.
— Минуточку, Элис, а я-то тут причем? — удивленно вскинув брови, впился в госпожу Темную полным непонимания взглядом Макар.
— А притом, что в твой койке побывала минимум половина женского населения нашего города в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти…
— Почему до двадцати пяти? — заторможено спросила я, чувствуя, что с этой семейкой мне скоро придется записаться к невропатологу…
Нет…, вы подумайте!! Сплошная Санта-Барбара какая-то… Кто с кем спал…. Кто чья любовница… Фиг разберешь.… Как вообще люди могут быть настолько испорченными?! — вдруг почувствовала я, как к моему горлу подкатывает тошнота…
— Все просто, Лер. Наш Макарушка — тот еще эстет и не терпит баб, старше себя….- криво усмехнулась Алиса. — А так бы тоже связался с этой….фифой. А она — … такая тварь! Тоннами из Кира деньги тянула, а как только на горизонте Влад замаячил, сразу его бортанула, выбирая, где "поглубже". Про Стаса вообще молчу….
Наверное, именно в ту минуту, я поняла все внутренние терзания Кирилла и его недоверие к женщинам…
Так вот значит, откуда ноги растут?! Неужели на свете есть женщина, способная так подло обойтись с ним? С ним?! Вот уж — действительно фифа размалеванная! Она значит, моего мужика обидела, а мне отдувайся…
— Понятно… — буркнула я себе под нос, чувствуя, что еще немного подобных разговоров, и я точно просто лишусь сознания.
— Ладно. Пойдемте, посмотрим как там что… — все так же криво улыбаясь, произнесла Алиса. — Иначе, ребята, придется нам, организовывать похороны, а если все же повезет то — место в реанимационной палате.
Несколько минут спустя мы нашли Кирилла стоящим одного у стены в холле…
— Где Стас? — спросил Макар у Чертанова, и он, молча, кивнул ему на выход из ресторана. — А Ста… — кивок в сторону женского туалета. — Понятно. Дождешься? — снова кивок.
— Ладно, мы за Настькой… — пробормотала Алиса, и, бросив, короткий взгляд на меня, ребята скрылись за дверью женского туалета.
Что-то явно было не так.… Вот только что?
— Кир? — мой взгляд прошелся по фигуре Кирилла, который продолжал стоять у стены и безмолвно смотреть на меня… — Что происходит? — спросила я только сейчас, замечая, что грудь Чертанова часто вздымается и опадает так, как, будто он боролся за каждый вдох…
Эти крошечные капельки пота, выступившие на его лбу, его красивое лицо как-то стремительно побледневшее — застывшее маской… Дрожащие пальцы рук, опущенные вдоль тела.
Он выглядел… больным?!
— Кир…?! — произнесла я, делая шаг в сторону любимого. — С тобой все в порядке? — взяла я его за руку, когда увидела, что он не пошевелился ни на миллиметр и, не раздумывая, машинально прижала ладонь ко лбу мужчины, замечая, как он прикрыл глаза…
— Слава Богу… Жара нет… — отняла я свою рук, немного успокаиваясь, но тут Кирилл резко открыл свои глаза, в которых металась… паника?! — Кир, черт возьми, я ничего не понимаю! Скажи хоть слово. Пожалуйста… — всхлипнула я, сжимая его ладонь, поражаясь тому, насколько она была холодной. — Ты пугаешь меня… Тебе плохо?
Он выпустил мою руку, повернулся ко мне спиной и прижался лбом к стене…
— Голова… — услышала я его прерывистое тяжелое дыхание. — Голова раскалывается…
— Голова? — тихим, дрожащим голосом переспросила я, роняя на пол клатч, и втискиваясь между Чертановым и холодной белой стенкой фойе.
Почему? Черт, он что собирался задохнуться?! Или упасть в обморок прямо передо мной?!
— Суматриптан… в машине… — пробормотал Кир, склонил голову мне на плечо и зарылся носом в шею. — Стас… пошел.
— Господи.… С тобой такое уже бывало, да? — припомнила я уже однажды испугавшую меня, вот точно такую же бледность на лице любимого мужчины. — Кир? Я могу чем-то тебе помочь?
Он поднял голову и медленно приоткрыл глаза.…
Это был не тот Кир, которого я знала и любила. В глазах, этого, нового для меня Кира, я не видела никаких эмоций и чувств, кроме… — обреченности и боли. Это пугало и вызывало жуткий страх и панику…
— Обними меня… — попросил он, и я без колебаний выполнила эту его по-детски звучавшую просьбу.
— Ну, конечно же… — обняла и притянула я к себе мужчину, которого мне сейчас было безумно жаль. — Почему ты молчал? Почему не рассказал, что тебя мучает такая "болячка"? — искренне не понимая молчания Кирилла на этот счет, начала я поглаживать его по спине сверху вниз, иногда пропуская сквозь пальцы его короткие шелковистые волосы на затылке.… Чувствуя, как его затрудненное дыхание постепенно начинало медленно выравниваться, а хватка рук на моей талии ослабевать… — Глупый. Какой же ты глупый…
— Как ты, братишка? — раздался голос Стаса, над моим левым ухом, а затем послышалось шуршание пластиковой упаковки и звук открываемой бутылки с водой. — На вот, держи…
Кир с видимым трудом оторвал свою голову от моего плеча, отодвинулся от меня, а затем закинул протянутые Стасом таблетки себе в рот, залпом запивая их водой.
— Сладкая, ….прости…. за испорченный…. Новый …год… — произнес он несколько секунд спустя, отдавая пластиковую бутылку с водой другу и поднимая на меня свои потрясающие серые глаза…. Я же в ответ метнула на него взгляд — "вот дурак"… и для наглядности покрутила у виска.
— Боже… Она действительно… сокровище. Не так ли, Стасян? — загробным голосом спросил у Темного Кир, пытаясь сложить свои губы в кривую улыбку, и на его лицо наконец-то стали возвращается краски.
Или это был обман зрения?!
— Кто же сомневается… — хмыкнул в ответ господин Темный, несколько долгих секунд внимательно смотревший на меня из-под полуопущенных ресниц. — Все, парниш, а теперь домой… — подхватил он Кира под руку чуть позже, заставляя опереться на себя. — Твоя красотка "Zero" уже заждалась тебя…
— Завидуешь… — ухмыльнулся Чертанов, и тут же ругнулся, закрывая от боли глаза.
— Есть немного, — криво усмехнулся Темный, прежде чем направиться к выходу, взявший меня за руку. — Дождись Алису… — произнес он, и погладил мои пальцы, в попытке успокоить, зная, о том, что я нахожусь в предобморочном состоянии….