Глава 37
Взорваны все посты,
Мой корабельный флаг, моя совесть.
Я за себя больше не беспокоюсь.
Есть только — Ты.
Сорваны все слои.
Я принимаю новое имя,
И это последний шаг,
Возьми меня в руки Твои…
@МАРА
Лера.
Наблюдая на следующий день за тем, как Чертанов знакомиться с моими родителями, я испытала… крайнее беспокойство и тревогу….
Эх, а все так хорошо начиналось…
Начиналось с того, что когда мама отправилась на кухню вынимать из духовки свое коронное блюдо — гуся в яблоках и поливать его апельсиновым сиропом, мы с папой в ожидании приезда "жениха" вышли на балкон — папа покурить, а я — постоять за компанию…. Надо сказать, что окна нашей лоджии выходили прямиком во двор, и приезд Чертанова не остался незамеченным для нас с отцом.…
С замиранием сердца и диким волнением, я увидела, как сначала в наш тихий и покрытый сейчас белым пушистым снегом двор, въехал черный Infiniti Кирилла. А уже за ним — огромный BMW его охраны, ограждающий своего хозяина не только от случайных аварий, но и от настоящих покушений, как бы, прискорбно это не звучало. Первыми, как и полагается, вышли ребята из "свиты" Чертанова — осмотрели двор, проверили подъезд, затем один из них предупредительно распахнул дверцу пассажирского сидения представительской машины, и из нее показался сам Кир.
— Приехал… — произнесла я и аккуратненько перевела свой взгляд на папку, который после моих слов чуть сигаретой не подавился, резко закашливаясь… — Пааап…? — позвала я родителя, похлопывая его по спине, в глубине души радуясь тому, что накануне прислушалась к громко "шептавшей" мне на ухо интуиции — "Не стоит рассказывать отцу заранее, с кем именно предстоит ему завтра встреча…". И вот правильно сделала, что прислушалась — иначе — всю ночь меня бы пытали и учили уму разуму… — С тобой все нормально?
— Почти… — пробормотал папка, откашливаясь и выплевывая остатки табака прямо на пол лоджии. — Он у тебя, олигарх что ли? Или бандит?
— Пап… — возмущенно уперла я свои руки в бока.
— Что "пап"?! Папкает она, мне тут… — сделав суровое лицо, в свою очередь возмутился мой родитель. — О таких вещах, Валерия Андреевна, вообще-то предупреждать надо, — не на шутку разошелся отец, заметно разволновавшись — о чем меня тут же оповестили его движения…. Эти касания подбородка… Приглаживания волос…
Мдя…, дела….- удрученно подумала я, в то время как полковник Снежный язвительно продолжил:
— Ты, когда вчера про "бизнес" его говорила, доченька, у меня в мыслях разве что только ларек с сигаретами был. А не вот этот вот все… — кивнул папка через открытое окно на припаркованные внизу иномарки.
— Господиии… — простонала я, как никто знавшая предвзятое отношение моего отца к так называемым "нуворишам" и "новорушам" с их бандитскими нравами, бандитскими законами и бандитской властью. Но ведь весь смысл заключался в том, что, как вы понимаете, Кира я к этому "дурному обществу" давным-давно не причисляла, считая его, по меньшей мере — "Робин Гудом", да и не было в Чертанове присущего многим "криминальным элементам" — фрондерства, кичливости или бахвальства своими противоправными действиями или хуже того — своим прошлым.… Да, Кир был — хладнокровен, суров и может быть где-то и с кем-то жесток, но… — Что в этом плохого? — спросила я, толи, относя свой вопрос к папиному изумлению, толи — к своим собственным размышлениям…
— Абсолютно ничего — плохого, если твой…. Кирилл нажил это законным путем, — хмыкнул папка, а в прихожей уже раздался долгий и протяжный звонок, на зов которого, собственно, я и поспешила к дверям.
Ну-у…, просто, классика жанра… — не удержалась и захихикала я, увидев на мониторе видеодомофона Кирилла. — Огромный букет белых лилий для мамы и красные розы для меня…
— Привет, — продолжая смеяться, проговорила я в микрофон, одновременно с этим поворачивая ручку замка. — Вы, как всегда, неподражаемы, Кир Алексеич! — вдыхая его запах, который опьянял и дурманил меня, прошлась я взглядом по, как обычно, стильно и неброско одетому мужчине, что не изменял своему вкусу… — черное пальто, под ним темно — синяя рубашка и темные джинсы. — Какой же ты у меня красивый, Кир!
— Ты бесспорно — симпатичней меня, сладкая….- уже лицом к лицу улыбаясь, ответил Чертанов, медленно с видимым удовольствием, оценивая мой сегодняшний наряд. — Само совершенство, Лер. Аж ручки чешутся — хочу… — произнес любимый, давая мне понять, что я не зря старалась. — Иди сюда… — потребовал он, беря меня за руку, как только я поставила его презенты на стенку в прихожей, и тут же, не успела я даже толком ничего сообразить, стремительно наклонился, крепко поцеловав меня в губы… Правда, почти сразу же отступил, положив мне на талию свои руки… — Вот, теперь можно знакомиться с твоим грозным папкой… — усмехался Чертанов, и с довольным видом посмотрел на мои влажные губы. — Если, конечно, у некоторых нет желания пройтись по местам былой славы, — с лукавой интонацией подразнил он меня,… снова придвигаясь ближе.
Да, нагло! Да, самоуверенно! Как обычно…
— Чертанов! Не борзей! — ударила я по загребущим лапкам наглеца.
— Ладно-ладно, буду самым послушным мальчиком, — сделав прямо-таки ангельские глаза, уверил меня мой мужчина.
— Лера, ну, что же ты гостя держишь на пороге?!
— Мам… — появление моей мамы в прихожей стало для меня, почему-то, неожиданностью (кто бы мог такое предположить, да?) и признаком моей запредельной дурости, потому как, в отличие от невозмутимого Чертанова, по моим щекам сразу же расползся предательский румянец….
Представляю, как мы выглядели со стороны….
— Андрюша, у нас гости! — позвала мама отца, который не особо торопился исполнять роль радушного и хлебосольного хозяина. — Эээ… Кирилл…, ну что же Вы… проходите….- с живейшим любопытством, что было написано на ее лице, "изучала" она жениха своей дочери.
А вот отец….
То — как он глянул на Кирилла, когда вышел наконец-то из большой комнаты, вызвало у меня неприятное чувство…, заставляя похолодеть.… Нет! Не было на лице моего папки — ни любопытства, ни оценки, ни вопроса. Андрей Анатольевич Снежный точно знал, кто пришел к нему в дом.… И это не сулило мне ничего хорошего….
Напряжение, повисшее в прихожей, казалось, можно было резать ножом…
— Эээ… мои дорогие, — стараясь хоть как-то сгладить, образовавшуюся вдруг тишину, произнесла я. — Мама, папа! Это — Кирилл. Кирилл Чертанов, — добавила я, под насмешливо-тихое хмыканье папки. — А это мои родители — Ольга Викторовна и Андрей Анатольевич…
— Очень приятно, — одновременно кивнули мама и Кир, а вот папа продолжал хмуро смотреть на руку Чертанова, обнимающую меня за талию.
— Значит… — Кирилл? Чертанов? — наконец-то, уточнил папка, и его лицо превратилось в напряженную маску. — Очень добрый вечер, — качнулся он на пятках, посверлил меня взглядом и растянул свои губы в фальшивой улыбке. — Лерочка, дочка, иди в свою комнату…
— Папа! — возмутилась я, удивленно моргнув, и тут же ощутила, как Кирилл надавил мне на бок, подталкивая себе за спину, словно прикрывая собою.
— Лера! — взревел папка, как раненый бык. — В комнату, я сказал!
— Мне не пять лет! — пискнула я из-за плеча Кира, чувствуя, как по телу расползается страшное липкое чувство страха, заставляющие его онеметь на несколько мгновений.
— Дура! — отчеканил отец- Какая же ты дура, Лер! Он же уголовник! Бандит, решивший мне насолить.… Сколько ты его знаешь, а? — заорал на всю прихожую полковник Снежный. — Месяц-два? Он же играет тобой…
— Папа! — не менее гневно и громко, чем отец, произнесла я, закусила губу, дрогнув в душе, но уже через секунду с прежней решимостью выставила подбородок вперед. — Хватит! Прошу тебя!
— Нет, не хватит! А ты…? — бросил свой разъяренный взгляд на Кирилла, отец. — Какое ты имеешь право появляться на пороге моей квартиры?! Что это за игры, черт бы тебя побрал?!
— Андрей Анатольевич, — начал Кир, и я почти почувствовала, как он сжал свою челюсть, хотя касания его ладоней к моим рукам на талии остались такими же мягкими. — У меня нет никакого желания играть… ни с Вами, ни тем более с Лерой. Все серьезно. Я отдаю себе отчет в том, что Вы не в восторге, — усмехнулся Чертанов одной стороной губ. — Но хочу оставить наши разногласия в прошлом…
— Разногласия?! — развернул наполную свои легкие папка. — Ты… Наглая… Беспринципная тварь,… для которой важно лишь "кого", "когда", "где" и "как", оставляющая морализм заказчику, — сквозь зубы зашипел отец, резко переходя на "ты" и начисто забывая о вежливости. — Ты говоришь мне сейчас о наших с тобой разногласиях??? Сука.… Почему?! Почему тебя не порешили еще там…?!
Мне стало реально страшно, так как я не понимала, что случилось, ни понимала слов папки, не могла разобраться, почему он такой злой.… Казалось, будто гнев и ярость бурлили под его кожей….
Исходя из всего, что разворачивалось перед моими глазами, я могла сделать только один вывод, отец и Кирилл не просто давно знакомы… Все гораздо хуже…
Но, что могло вызвать ТАКОЕ "бешенство" у моего родителя?! — зная его, это должно было быть, что-то экстраординарное.
"Что-то" типа убийства Паршина.… И эти слова — "уголовник", "тварь"…??!!
Я непроизвольно вздрогнула, и Кир, увидев это краем глаза, поднял мою руку, прижавшись губами к кончикам моих пальцев. Это движение Чертанова не укрылось и от папки, упрямо поджавшего губы…
— Андрей Анатольевич, — тихо и серьезно, демонстрируя, что не боится гнева моего разбушевавшегося отца, произнес Кир. — При всех равных условиях — я бы предпочел разговор тет-а-тет. Но на Вашем месте, я бы так же, оставил то, что было… — в прошлом. Кому, как ни Вам, известно, что за то, что я имею, я всегда плачу высокую цену… — растянул губы в холодной улыбке Чертанов, выделив в своем предложении слова — "имею" и "плачу". — Ольга Викторовна, — все так же улыбаясь, обратился он к моей маме, которая на протяжении всего конфликта, молча, бросала удивленно-недовольные взгляды на папку. — Извините, что испортили Вам вечер, — с достоинством наклонил голову Кир, показывая, что искренне сожалеет. — Мне действительно было приятно с Вами познакомиться…
— Ну, что Вы Кирилл… — бросив на папу очередной короткий уничижительный взгляд, улыбнулась мама Чертанову. — Андрюша… Андрей Анатольевич, — поправилась она. — От всех мальчиков Леры был примерно в таком же "восторге"… — очень вежливо, со спокойной улыбкой произнесла мама.
— Ольга…
— Просто ему нужно время…, чтобы это принять, — отмахнулась она, намеренно не заметив, что перебила отца, который как раз собрался что-то сказать.
— Спасибо, — улыбнулся Кир, плавно выпрямился на своем месте, выпуская меня из своих рук, потом потер подбородок рукой и сказал. — Наверное, мы пойдем, да, Сладкая?
Я кивнула в ответ, так как не могла вымолвить ни слова, посмотрела в его серые глаза и закусила губу…, изо всех сил стараясь не расплакаться…
— Лерка… — странно поведя шеей, с каким-то внутренним надломом ухнул папка, уперев в меня свой тяжелый взгляд. — Дочка…? Ты…
— Нет, пап… — покачала я головой, не поднимая на него своих глаз, я не прятала их специально, просто прищурилась…. — Ты убил меня сейчас просто… — всхлипнула я, чувствуя, как мое сердце нервно подпрыгивает в груди. — Разочаровал… — добавила я, медленно сползая по стенки вниз на пол, так как мои ноги просто отказывались меня держать.
— Сладкая?! — подался ко мне Кир, присел передо мной на корточки и поцеловал кончик носа. — Ну что ты, милая моя… — последовал еще один короткий поцелуй, на этот раз в губы. — Давай-давай, поднимайся…
Чертанов быстро поднялся сам и поднял меня с пола, затем открыл дверцу шкафа в прихожей, пробежал глазами по рядам вешалок с одеждой…
— Вот эту, — пришла ему на выручку мама, вытаскивая из шкафа мою шубку.
— Спасибо, — поблагодарил ее Кир, накинул мне на плечи верхнюю одежду и кивнул головой на стоящие, на полке короткие сапожки, заставляя обуться.
Я, молча, повиновалась….
Затем мы также в полной тишине, под тяжелым взглядом папки, вышли из квартиры…
"… — Познакомьтесь, Валерия Андреевна, это Desert Eagle или по-русски "Пустынный орел", но больше они любят, когда их называют — "Deagle", — произнес Кирилл, вкладывая в мои руки огромные пистолеты, и я как загипнотизированная уставилась на выпирающие обводы темной стали…
Они были невероятно потрясающие, настолько, что от них трудно было отвести взгляд…
— Вот так, сладкая, — усмехнулся Кир, голос которого, шевеливший волосы на моем виске, был немного хрипловатым. — Вытяни руки и сцепи вместе большие пальцы, — скомандовал он. — Плотнее.
— Так?
— Да, так. Умница! — похвалил он меня. — Я хочу показать тебе одну штуку, называется она — "стрельба по-македонски".
— Как-как? — усмехнулась я, привыкая к тяжести оружия в своих руках. — Вот уж не знала, что Искандер умел стрелять из пистолетов.
— Женщины… — иронично протянул Чертанов. — По-македонски — значит "с двух рук", — пояснил он, а затем, придав своему голосу серьезности, спросил. — Ты чувствуешь их?
— Да… — кивнула я, ощущая эту ни с чем несравнимую тяжесть в своих руках.
— Отлично, — удовлетворенно произнес Кир. — Хороший стрелок добьется успеха, лишь тогда, когда воспримет свое оружие, как нечто живое. С душой. Когда он будет обращаться с ним, как с любимой женщиной, зная и чувствуя каждую выпуклость, каждую ложбинку… — закрыв глаза, безумно интимным жестом потерся мужчина щекой о мою щеку…
И этот момент был настолько интригующим, что моя голова закружилась, а сердце принялось выбивать аритмию, словно я пробежала десятки километров…
— Ты же у нас левша? — чуть отстраняясь, поинтересовался у меня любимый.
— Да… — снова кивнула я, переводя свое дыхание.
— Дыши ровно.… Целься мушкой и целиком правого пистолета…
Я сглотнула, нервно облизнула пересохшие вмиг губы, и взглянула на подсвеченный силуэт движущейся мишени.
— Отключи голову, сладкая. Оружие само "достанет" цель, если ты все сделала правильно, — голосом учителя ОБЖ произнес Чертанов. — Задержи дыхание.… А теперь — пли! — скомандовал он, и я нажала на спусковые крючки сразу двух пистолетов…, слыша, как в пустом помещении тира громыхнул выстрел. Громыхнул так, что у меня сразу же заложило уши и если бы ни поддерживающий мои руки Кир, огромные "Диглы" "запрыгавшие" сами по себе, ударили бы мне прямо в лицо…
— Ой, мамочки! — взвизгнула я, чувствуя, что впадаю в фанатичное бешенство. — Круто! Кир!! Как же круто! — опустила я оружие в руки Чертанова, и затряслась от смеха. — Скажи же??! Крууутоооо! Да??? — такого всплеска адреналина я давно не получала…"
Я моргнула, возвращаясь к тротуару.… К холоду.… К Киру, что стоял, рядом со мной…
— Итак, живые… — криво усмехнулся Чертанов. — И даже выпущены на свободу, — добавил мужчина, и его пальцы мягко погладили мою скулу. — Лер? Скажи, что ты в порядке
— Прости, кажется, холод напрочь отморозил мне мозг…
— Ну, давай, иди сюда, — взял меня под руку Чертанов, и, притянув к себе, накрыл мои ладони своими, переплетая наши с ним пальцы. — Идем в машину, пока пальцы не отвалились…
— Идем…
Игнорируя своего водителя — Михаила, Кирилл сам открыл дверь длинного отливающего металлическим блеском черного Infiniti, и усадил меня на пассажирское сидение.
— Дай мне руку, — произнес мужчина, как только уселся рядом, и я протянула ему свою ладонь. — Все так плохо? — спросил он, и я не сдержалась, приложила свободную руку к своим губам, в порыве сдержать судорожный вздох, готовый вырваться из моей груди. — Лерааа?? — осторожно позвал меня Кирилл.
— Я не знаю.… Не знаю, Кир! — все-таки не удержалась и всхлипнула я. — Почему он так?? Скажи?
— Он очень любит тебя, — вздохнул Чертанов, откидываясь на спинку сидения. — И за это его сложно судить, Лер. Ни один отец не будет рад такому выбору дочери, — досадливо поморщился мужчина.
— Глупости не говори, — перебила я Кирилла его же словами, но испугавшись своего резкого тона, рискнула посмотреть на любимого. Тот же сидел, призадумавшись, будто и не слыша моих слов. — Кир… — теперь уже я позвала его. — Ты не хочешь рассказать мне, откуда ты знаешь моего отца?
— Хочу, — кивнул Чертанов, и уголок его рта нервно дрогнул. — Очень хочу, сладкая, — расцепив наши с ним руки, Кирилл вытащил из кармана пальто пачку сигарет, достал одну и, чиркнув спичкой, прикурил ее. — Ты не представляешь, что я пережил за последние сутки, — глухо произнес он. — Страх, ужас, панику от осознания того, что могу тебя потерять. И сейчас… я близок к этому как никогда…
— Кир…
— Нет, послушай меня, сладкая. Послушай не перебивая…
Он сделал глубокий вздох, будто пытаясь заговорить.… Затем еще один, но опять ничего не произнес. И у меня возникло чувство, словно его рвало на части — словно он хотел говорить, и не мог…
— Ты ведь прекрасно знаешь, я совсем не "принц из сказки" и не "мастер добрых дел", — наконец произнес Чертанов, и я невольно усмехнулась. — И пусть я не выношу тупого, бессмысленного насилия — большая часть всего "этого" в этом городе — моя "заслуга"… — поднес Кир к губам сигарету, медленно затянулся, а затем, не отрывая от меня глаз, выпустил струю дыма и, открыв окно, выбросил окурок. — Много грязи… — взял он меня за руку, переплел наши пальцы и положил сцепленный "замок" из рук себе на колени. — Много боли…. Много крови.… Очень много, Лер… — хищно и агрессивно улыбнулся Чертанов, прищуриваясь. — Так много, что меня порой от самого себя воротит…
И вот тут — мне стало страшно. Чертовски страшно….
Я смотрела во вдруг потемневшие глаза мужчины, сидящего рядом со мной, и словно погружалась в безжалостный омут их черноты…
Черт!! Кир никогда не был ангелом, и я никогда не считала его таковым. Я ни настолько наивна и глупа, как быть может, считал мой папка…, но… до этого дня я упорно избегала размышлений на тему "Кирилл Чертанов и его место в криминальной иерархии города"…
— Я был киллером, Лер. Наемным убийцей, — словно сквозь плотную вату с трудом доходили до меня его слова. — И во мне нет раскаяния. Слышишь?! Я убежден, что есть люди, недостойные жизни.… Те, кого я убивал.… Десять лет назад я решил распрощаться с этим "ремеслом" и не брать больше в руки оружия. Правда не в том случае, если, что-то угрожает моей семье… — память тут же сыграла со мной злую шутку, заставив увидеть — карие глаза Леши, моя рука под пальцами Кира напряглась, и он нежно погладил ее, пытаясь расслабить. Ведь чувствует меня, видит насквозь… — в который раз убедилась я. — Я не рассчитываю на многое, — пробормотал Чертанов, глядя в потолок автомобиля. — И выход из криминала это вряд ли то, что со мной когда-нибудь произойдет, но ради жизни с тобой стоит побороться, — невесело хмыкнул мужчина, настороженно наблюдая за мной. — Ты дрожишь, констатировал он видимый ему факт. — Боишься?
— Холодно, — ничуть не солгав, ответила я.
— Врешь, — раздался его тихий смешок.
— Пффф… — фыркнула я, уже давно все для себя решив. — Ты действительно считаешь, что в этом городе есть кто-то незапятнанный? — спросила я, и Кирилл удивленно вскинул брови, а надкусанная спичка, перекочевала из одного уголка его рта в другой…
— Хуже меня, наверное, нет… — криво усмехнулся Чертанов, настороженно при этом меня рассматривая.
— Есть, — произнесла я с нажимом, уверенно, сильнее сжимая его ладонь.
— Кхм… — озадачено хмыкнул он, дотронулся кончиками пальцев свободной руки до мой щеки, практически не касаясь, провел по коже, и, наклонившись, прошептал в самые губы. — И все-таки я тебя пугаю…
— Возбуждаешь, — ответила я, нахально забирая губами спичку из его рта и выплевывая ее на пол.
— Удивила…,- улыбнулся Чертанов хищно и довольно, словно кот, поймавший огромную сверкающую серебристую рыбку….
Его поцелуй был успокаивающим и одновременно распаляющим, с горьковатым привкусом сигарет…
Интересно, когда я напрочь забыла, про то, что не люблю курящих?! — промелькнуло в моей голове, прежде чем все мысли закрутились в водовороте. И упорно надрывающийся последние десять минут телефон, был вырван из моей руки и кинут в дальний угол заднего сидения…
Взгляд — холод,
Дышать не можешь,
На выдохе — боль,
Надежда на вдохе.
Знаю, нелегко
со стеклом в лёгких…
Я с тобой на "Рэ", а ты со мною в омут…
@TARAS ft Andery Toronto
Кирилл.
Кир оторвался от созерцания снегопада за окном и обвел взглядом отдельную кабинку в зале своего ресторан. "Дом Берга" — оформленный в духе восемнадцатого столетия, находящийся в исторической части города, был детищем Чертанова, его отдушиной и просто возможностью вкусно поесть…
— И вы просто ушли? — бровь Темного удивленно взлетела вверх
— Да, — пожал плечами Кирилл, еще раз осматривая светлый островок кабинки, которая отделяла их от раздражающего шума и мелькающих огней остального зала.
— Стареет что ли Анатольич, — усмехнулся друг. — Раньше ты из подъезда бы не вышел.
— Раньше я бы в него не зашел, — поведя шеей, ответил Кир.
— Мда… — хмыкнул Темный. — Поверить не могу, ты и дочь "мусора", — произнес он, но увидев хмурый взгляд Чертанова, хохотнул. — Ой, "пордонмуа" за мой французский — дочь полковника полиции. Хотя, ты знаешь… — протянул Стас, ухмыляясь, сделав очередной глоток кофе из своей чашки, и на его лице появилось выражение крайней степени задумчивости, которая обычно смешила Кирилла, потому, что вот такие же лица он наблюдал обычно у Стаси или Алисы, замышляющих что-то непотребное. — Мы тут подумали…
— Коллективный мозг?! — иронично заметил Чертанов, прекрасно понимая, что означает это "мы" Темного.
— Хорош, стебаться…
— Ну, и что "мы" там подумали?!
— Мы… подумали, — улыбнулся Стас, делая упор на чертово "мы". — Что Лерка для тебя просто идеальный вариант… Имеется в виду, как кандидатура на роль — жены. Если ее папка тебя, конечно, не грохнет раньше, чем ты до ЗАГСа дойдешь…
— О, как… — делано, удивился Кир. — И с чего такие выводы, хотелось бы знать?
— Про то, что — "грохнет"?
— Про то, что — "кандидатура"…
— Ну-у… Она дочь ни абы кого, — поиграв бровями, выдал друг. — Навряд ли те же Завьялов или Загорский сунутся к вам, опасаясь "ответочки" разгневанного родителя, — изложил свою мысль Темный, и не сдерживая хамоватой усмешки, добавил. — Главное, чтобы тебя эта "ответочка" не зацепила.
Чертанов не успел что-либо возразить ухмыляющемуся другу, так как в дверях отдельного кабинета появился слегка помятый и очень невыспавшийся фейс его младшего брата.
— Макар, у тебя вообще совесть есть, а? Ты, когда должен был приехать?!
— Кир, не начинай. Ладно?! — парень подошел к столику и поочередно пожал руку, сначала Кириллу, потом Стасу. — Опоздал, всего-то на десять минут.
— Урежу "зп" всего-то… процентов на десять, — огрызнулся в ответ Кир, сдерживая улыбку. — Вот в этом весь ты. Никакой ответственности, — пожурил он младшего брата, настроение и частые загулы которого, в последнее время не просто беспокоили Чертанова, а жутко — бесили и нервировали. — Присаживайся, давай.
Парень кинул на стол ключи от машины и темные вайфаеры, взял стоящую на столе бутылку "Боржоми", налил себе в стакан холодной воды, выпил ее залпом, под насмешливыми взглядами Кирилла и Стаса, затем плюхнулся на кожаный диван, растекаясь по нему лужицей, и прижал бутылку с минералкой к своему лбу.
— Макарушка… Что? Голова бо-бо? — хохотнул Стас. — В пьянстве замечен не был, но по утрам жадно пил холодную воду…
— Заткнись, Темный…
— Вот она молодость — пьем все, что горит и трахаем все, что шевелится, — поддел Стас Макара. — Кто на этот раз? Киска, зайка, солнышко…
— Мышка, — фыркнул парень, — маленький костлявый, бл#дь, мышонок, — осклабился он, передернув плечами.
— Чой-то новенькое.… С каких это пор львам мыши нравятся?! — иронично заметил Кир, окидывая брата скептическим взглядом. — Они ж не вкусные.
— Кому как… — хмыкнул Макар, явно находясь мыслями где-то далеко. По крайней мере, точно не в зале стильного ресторана. — Львы, знаешь ли, мало чем отличаются от котов, — вкрадчиво произнес парень. — Ну, так что?? Вы меня вытащили в десять утра, чтобы обсудить "Добычу хищника" на "Animal Planet"?
— Нет, — отрицательно покачав головой и по-прежнему улыбаясь, произнес Чертанов. — Хотелось бы узнать, что там со "Стройсервисом", а конкретно с их желанием поучаствовать в тендере.
— Ну, что…,- вздохнул Макар, отставив стеклянную бутылку с минералкой. — Наш достопочтенный Юрий Петрович, все ж таки раскатал губенку на "Аркадию", сегодня с утра "Стройсервис" подал заявку на участие в тендере, — отрапортовал молодой человек. — По "агентурным" данным, — подмигнул он. — Завьялов обещал Паршину откат — в десять процентов от суммы договора, если тот поможет ему выиграть торги.
— Твоя "агентура" в перерыве между трахом не уточнила, какую нижнюю планку по цене, "Стройсервис" указал в "конкурентном листе"? — спросил Чертанов с усмешкой, предполагая, что под "агентурой" Макар имеет в виду симпатичную брюнетку — Марию, работающую экономистом в "Стройсервисе".
— Нет, не уточнила, — улыбнулся парень. — Но обещала разузнать. Слушайте, а если наехать на Петровича?! — предложил вдруг молодой человек. — Не ну, а что?
— Не отступит он, — покачал головой Кирилл. — На кону деньги немалые — это раз, да и мы со Стасом давно ему поперек горла — это два…
— И он не упустит свой шанс нам напакостить — это три, — хмыкнул Темный. — Значит, у нас есть четыре месяца до оглашения результатов торгов и ровно месяц на подготовку оферты. Ты, — кивнул Стас Макару, — возьмешь на себя коммерческую часть документации. Алиска с отделом подготовит техническую — генплан и архитектурно-строительные описания работ. Кир… — на тебе все, что касается юридических вопросов. Ну, и еще… — Паршин, конечно, — потер бровь со шрамом Темный.
— Да, "бо-оо-с", — усмехнулся Чертанов, вспоминая недавнюю шутку Макара. — А чем ты у нас займешься?
— Все тем же, сука, неуловимым Алексом Росси, — с досадой произнес Стас. — Ну, и еще Корбайном, будь он неладен, — добавил он, уже с улыбкой…