Глава 39
Любовь есть здесь, любовь есть там,
Любовь звенит ключами к любым замкам.
Любовь звенит ключами к любым сердцам…
@СПЛИН
Кирилл.
Матово-черный с тонированными стеклами Aston Martin Rapide S мчался по Петербургской от здания областной администрации к бизнес-центру "Волна". Сегодня Чертанов, игнорируя свои убеждения, сел в машину брата, левая рука которого небрежно лежала на руле автомобиля, заставляя стрелку спидометра мотаться у отметки сто двадцать. Вообще-то Кир, в отличие от Макара, не любил глупого лихачества и, когда изредка садился за руль сам, отпуская личного водителя, предпочитал езду спокойную и уверенную.… Но сейчас Чертанов был даже рад, что Макар устроил эту лихую гонку, отвлекающую его от ненужных мыслей….
Ужасная погода для работы снайпера. Зато хорошо, если надо оказаться к жертве впритык… — молча, любовался дождливо-снежным городом глубоко задумавшийся Кир, наблюдая за тем, как мелькали за окнами быстрого автомобиля сияющие яркими огоньками витрины магазинов, кафе, офисов…
— Ну, что скажешь? — с усмешкой поинтересовался у Кира Макар, как, только заложив лихой поворот, они вывернули с Софийской площади на Петербургскую. — Откажется Завьялов от дохуиляндра и заберет заявку?
— Тогда уж скорее от ахулиона, — потерев подбородок пальцем, улыбнулся брату Чертанов, сжимая в другой, свободной руке — трубку мобильного телефона…
Ему так хотелось набрать номер Лерки, и услышать ее голос…, что даже кончики пальцев чесались от зуда…, но он старательно сдержал свой, ставший таким привычным, порыв и сосредоточился на вопросах брата.
— И нет, не заберет. Петрович маму родную готов за три копейки в базарный день загнать, а тут… сам Бог велел потягаться.
— А что на счет Загорского и Степы? Кир, они просто так… — начал молодой человек, но потом будто вспомнив, о чем-то более важном, с силой ударил ребром ладони по рулю и громко выругался. — Пизд#ц, еще и Лерка…
— Я знаю, на что подписываюсь, Мак….- перебил брата Чертанов, чувствуя смертельную усталость. — Мне тридцать пять, но иногда мне кажется, что я столетний старик… — пробормотал Кир, потирая сзади шею и разминая занемевшие мышцы…
Быть может, это не особо бросалась в глаза посторонним людям, но те, кто знал Кирилла Чертанова хорошо, замечали, какое напряженное и жесткое выражение лица было у него в последнее время. Вот и Макар, задумчиво хмуря брови, окидывал старшего брата недовольным полным беспокойства взглядом.
— Если они думают, что я, позволю им залезать в мой кошелек, а оттуда прямиком ко мне в штаны — они очень сильно заблуждаются. Я не предоставлю им такой возможности.
— Скажи, ты серьезно…??! — нервно сглотнул Макар. — Серьезно собираешься предъявить им свои "права"…?! Ты же только перевел активы и.… О, черт, Кир…? А как же — "влюбленный волк уже не хищник"??!
— Другого выхода нет, Мак. И ты это прекрасно знаешь.… Так же, как знаешь, что это меньшее из двух зол, — покачав головой, с удивительным спокойствием проговорил Кирилл, взял пачку сигарет с панельной доски, покрутил ее в руке и, похлопав рукой по карману пиджака, в поисках зажигалки или коробка спичек, добавил. — Им придется либо подчиниться мне, либо уябыв#ть из этого города. Третьего не дано…..
Так уж получилось, что с момента своего освобождения из-под влияния Владислава Темного, Кирилл Чертанов представлял собой диковинную смесь бизнесмена с понятиями и бандита-беспредельщика. Впрочем, в этом Кир был типичным сыном своего города, где по-другому было просто нельзя…. Такие уж порядки тут завел старший Темный, и за пять лет, что он пробыл смотрящим, четкая грань между предпринимателями, ворами и "отмороженными" как-то размылась.… Передел собственности, который шел тогда на всех уровнях, заставил откровенную уголовщину тесно переплестись с серьезным бизнесом, который, в свою очередь, опирался на верхушку силовых структур. В этом криминальном вареве порой невозможно было понять, где все "по-закону", а где — "по-понятиям". Много позже, по доводимым до суда уголовным делам, можно было реально оценить, насколько прочно откровенный бандитизм переплетался с респектабельным предпринимательством. Так что… — в этом смысле на первых порах становления Кирилла, как криминального авторитета, он являл собой образец интересного дельца, который утром сидел в солидном кабинете на Петербургской и ворочал большими делами, а вечером с удовольствием "бомбил" кассу какого-нибудь клуба, "снимая" деньги с "лохов"… Пока шесть лет назад "сход" не "признал" его, после чего Кирилл Чертанов стал самым молодым смотрящим по северо-западу… Правда тогда, он отказался от возложенных на него "почестей" предпочтя свободу… Свобода подобна горному воздух — для слабых она непереносима…, но себя Чертанов к слабым никогда не относил…
— Это же Серый… — удивился Макар, заметив знакомого бугая в серой куртке, выходящего из дверей аптеки, расположенной на первом этаже одного из торговых центров города, и направляющегося к припаркованному на обочине BMWX5
— Притормози. Только аккуратно, чтобы не заметил, — приказал Кирилл брату.
На первый взгляд казалось, будто утреннее прощание с Леркой прошло гладко, но Кира томило какое-то смутное беспокойство. Он никак не мог понять, что именно заставляло его опять и опять прокручивать в голове слова девушки:- "Скажи, что ты шутишь…?!.. "Не думай, что я во всем и всегда буду тебе уступать. Не на ту нарвался…" И именно поэтому, увидев, как Сергей выходит из аптеки с небольшим фирменным пакетиком в руках, Чертанов заставил брата остановиться…
— Че за дела? — коротко поинтересовался Макар, озадаченно нахмурив брови. — Там же Лера?! Да?
— Да, — криво усмехнулся Кир, и, заметив, что "беха" трогается с места, добавил. — Поехали! Ну, давай…, давай, не тормози… Жми на газ!
Макар чертыхнулся, вцепился в руль и вдавил акселератор в самый пол. Aston, как бешеный, с ревом сорвался с места и понесся вперед за BMW.
— Кир, может ты, объяснишь, какого х#я, мы сейчас делаем? — вопросительно посмотрел парень на Чертанова. — Только не говори, что ты не доверяешь Лерке??! Ты… что… думаешь, она и… Серега…??
— Я проигнорирую твой тон и херов вопрос, — рявкнул в ответ Чертанов. — И больше, чтобы я такого не слышал, иначе — … пожалеешь, — процедил он сквозь зубы.
— Это угроза? — с явным ехидством, уточнил Макар.
— Это, бл#дь, обещание…
Aston Martin подъехал к еще одному длинному торговому бизнес-центру — "Волна", рядом с которой за минуту до них припарковал машину Сергей, и где, на третьем этаже, только с торца, располагался офис "Афос limited GROUP".
— Какого хрена они поперлись в торговик? — спросил Макар озадачено, наблюдая за спинами странной парочки, только что скрывшейся за стеклянными дверями торгового центра.
— Без понятия, — без обиняков ответил Чертанов, так же, не понимая, почему Лерка со своим провожатым проигнорировали двери офиса, отстегнул свой ремень безопасности, а потом вышел из машины.
Сейчас он чувствовал злость…
Ничего нового, — усмехнулся про себя мужчина, зная, что это была его привычная реакция на все, что ему не нравилось, или чего он не понимал. Вот только… — мелькнуло у него в голове. Впервые она, эта чертова злость, была — агрессивной, рвущей и всепоглощающей, угрожающей подчинить и утопить его в себе…
Что за хрень? Это все, бл#дь, было хренью.… И его непонятная злость на себя, на Лерку.… И нелепые намеки Макара… Чувство к этой маленькой хрупкой девушке, поселившиеся в сердце Кира, к девушке, которой с утра он собственноручно надел на палец кольцо, и которая, скорее всего, носила под сердцем его ребенка, пересилило все доводы его истерзанного сомнениями и недовериями рассудка… Он любил ее так, как никого и никогда больше не любил в своей жизни. И только это было главным в данную секунду…
— Ты со мной? — услышал он, как будто бы через вату, свой собственный охрипший голос.
Макар скупо кивнул:
— Еще бы я такое пропустил…
Спустя пять минут Кир нашел свою девочку там, где и не мог бы предположить, найти — согнувшуюся в три погибели в кабинке женского туалета в замшелом третьесортном кафе.…
Холеная, капризная, избалованная и изнеженная любовью родных и близких Валерия Снежная сидела прямо на полу, и белой дрожащей рукой обнимала… унитаз.…
Твою мать, твою мать, твою мать! Эта картина была неправильной…, она была за гранью… — почти такой же, как картина сломленной, избитой Леры, лежащей на кровати… в то, памятное утро…
— Твою мать! — выругался Чертанов уже вслух, вытаскивая из диспенсера салфетку и прикладывая ее к мертвецки-бледному лицу Лерки. — Лучшего места не нашли? — нажимая на слив унитаза, разражено и зло спросил он у мнущегося в дверях Сергея.
Вот же, бл#дь, косорез несчастный…
— Кирилл Алексеич… — начал запинаться парень. — Да… мы.… Да тут…
— Да мы… да тут……- передразнил его Кирилл, поднимая с пола потрясенно уставившуюся на него девушку. — Бл#дь, дать бы вам двоим…
— Каши… березовой, — усмехнулся Макар, которому, вся эта картина, в отличие от Чертанова, по всей видимости, казалась смешной и забавной.
— Это ж… пизд#ц какой-то, — рыкнул Кир, поправляя рубашку девушки, прилипшую к ее мокрому от пота телу. — Ладно, этот… — олух царя небесного. Но ты, то… Лер?! Что случилось с той умной девочкой, которую я оставил дома утром? Черт возьми, где она? — посмотрел он на бледное, осунувшиеся лицо малышки, на ее опухшие и покрасневшие от слез глаза, и…. ощутил вдруг, как в низу живота все сжалось…
Черт!! В ее глазах была — мука, и… страх?! Опять этот гребанный страх.…
Мысленно проклиная себя Кирилл, разжал левую руку девушки и забрал из нее две яркие коробочки с надписью — "Эвитест"…
— Неужели, это нельзя было сделать дома? Или на худой конец, в туалете "Афоса"… Обязательно здесь?? — поморщился он, заглядывая в огромные испуганные зеленые глаза Валерии.
— Как?? — пробормотала Лера, смертельно побледнев.
И это ее "как" — не могло быть непонятным для Кира…
— Оставите нас, — коротко бросил он Макару и Сергею, указывая кивком головы на выход.
А затем с трудом дождавшись, пока за парнями плотно прикрылась дверь, Кир медленно повернулся к дрожащей в его руках девушке.
— Лер, это не высшая математика, — произнес он, стараясь сохранить на лице спокойствие, несмотря на звенящий шум в ушах, и бешено клокочущие сердце в груди. — Два плюс два всегда четыре. Вопрос в другом… — ты собиралась мне об этом сказать? Или нет…?? — процедил Кир сквозь зубы и застыл на мгновение, понимая, что она побледнела еще больше, услышав его вопрос.…
И это был очень ясный ответ…
Твою ж мать! Бл#дь! Она что ж вообще не собиралась говорить ему про ребенка??!
Вот сейчас, впервые за все время их знакомства Кириллу захотелось придушить свою девочку. И если бы она попыталась, хоть что-то сделать, он, наверное, причинил бы ей боль…. Но Лера не шевелилась, и ее неподвижность, пробудила в Кире здравомыслие, а может быть, дело было в том, что он почти физически ощущал этот ее гребанный… страх??!
"…. — Кирилл, я не хочу жить вот так! — Лена обвела взглядом маленькую кухоньку и брезгливо поморщилась. — Я хочу большего.… Ну, что ты так смотришь на меня? — взяв в руки черную спортивную сумку, девушка весело сказала. — Ты — неудачник, Чертанов. А он… он — может дать мне все…
— А как же ребенок? — устало и как-то обреченно спросил Кир, глядя в окно.
— Ребенок?! — насмешливым голосом переспросила Елена. — А нет больше никакого ребенка, Кирюш. От таких, как ты не рожают… "
Сука! Второй раз на одни и те же грабли! — с силой потерев переносицу, чертыхнулся мужчина, и рассмеялся, хриплым отрывистым смехом, чувствуя, как в нем нарастает гнев…
— О нет, нет, нет, — будто очнувшись ото сна, отчаянно вскрикнула Лерка, и схватилась своими дрожащими холодными, как лед, руками за рубашку на его, Кира, груди. — Я сказала бы тебе, как только сделала тест…
— В самом деле? — ехидно усмехнулся он, глядя на влажные дорожки слез на ее щеках и на припухшие губы. Даже сейчас она была безумно красивой.… Настолько красивой, что у мужчины свело скулы от желания схватить ее в охапку, сжать руками тоненькую талию, впечатывая ее в себя…
Ооо! Этот великолепный контраст молочно-белой кожи и ярких зеленых глаз с темным водопадом, выбившихся из косы, волос…
Спрашивается, почему он чувствует себя обманутым?! Глупость, и ничего больше…. Пора бы уже привыкнуть, что слово бабы — ни стоит ровным счетом ничего, а слово красивой бабы — и подавно.… Но она, же все это время так подкупающе-честно твердила, что любит его… "Верь мне… пожалуйста…, Кир! Я не предам, не оставлю… Я убью за тебя…" А он, как дурак, повелся.…
Полюбил… — возразил его собственный внутренний голос.
Правильно говорят — чем шире ты раскрываешь свои объятия…, тем проще тебя распять…
— Кир, я испугалась… — долетел до Кирилла тихий, срывающийся на плач голос Леры. — Испугалась, черт тебя, подери!! — произнесла девушка уже громче. — Ты же сказал… тогда, ты… не хотел, а я… забыла… выпить эту таблетку… — закрыв лицо руками, прокричала она. — Я испугалась, что ты подумаешь, будто я специально…
Испугалась?! — сердце Чертанова пропустило удар. В хорошем смысле. — Она просто… испугалась?!
Кажется, только сейчас до сознания Кирилла окончательно дошло, что, по сути, перед ним стояла маленькая еще девочка.… И пусть Валерия Снежная была — красивой, чувственной, прекрасной женщиной внешне, внутри — она оставалась — ребенком…, неразумным в плане отношений дитем…
— Лер! — позвал он свою девочку, кляня себя за то, что пусть на короткий, но все же, миг, он посмел в ней усомниться.
— Я испугалась, что подорвала твое доверие… — будто не слыша его, плакала девушка.
— Лера! — уже громче произнес Кирилл, стараясь привлечь к себе внимание плачущей малышки.
— А теперь мне все равно.… Слышишь?? — тряхнув головой, вдруг неожиданно твердым голосом сказала она и к немалому изумлению Кира начала снимать с руки, подаренное им утром кольцо. — Я люблю тебя, но я… не переживу.… Не переживу, если… ты меня заставишь… Мне плевать…, хочешь ты или нет, я не пойду ни на какую чистку.… Главное, что я хочу этого ребенка.… Я! Понимаешь??! И вот на… — держи… — протянула она ему, наконец-то соскользнувшее с ее тоненького пальчика, колечко, а затем… — заплакав, навзрыд, согнулась, пополам.
Твою ж мать….
Это были не просто слезы, льющиеся по щекам, это были безудержные рыдания, которых Чертанов не видел никогда ранее в жизни…
"Чистка"?! "Заставишь…"?!
Что бл#дь, твориться в голове этой глупышки?!
"Ты, же не скажешь мне спасибо, если я тебя потом к врачам потащу, от своих, же проколов чистить"...- всплыли в памяти мужчины неосторожные слова, брошенные им же самим после их "первого раза"…
Вот… дерьмо! — сделал глубокий судорожный вздох Кирилл и его губы скривились в скорбном оскале. — Опять это гребаное чувство, которое я привык ощущать рядом с ней…
Чувство вины… Да буду ли я когда-нибудь "оправдан"?!
Единственное оправдание, которое Кир мог бы найти для себя в данной ситуации, состояло в том, что он любил эту девочку… Он нуждался в ней…
— Я не хотела, так… не хотела… — бормотала Лерка себе под нос, не замечая ничего вокруг…
— Лера! — громко закричал Кир, заставляя ее посмотреть на себя. — Ты можешь помолчать?? Просто, бл#дь, помолчать…? — от души рявкнул он, уже мало беспокоясь о том, что они находились в общественном месте. Положа руку на сердце, меньше всего Чертанову хотелось скандалить в… туалете какой-то забегаловки, да еще скандалить так, чтобы весь город был в курсе его, Кирилла, дел. — Посмотри на меня… — уже другим, более мягким голосом, попросил он у вдруг притихший девушки. — Пожалуйста…
Она всхлипнула и медленно подняла на него свое зареванное прозрачно-бледное лицо с синевой под веками…
— Я люблю тебя, Кир… и его, — запнулась Лерка, моргнув, — его я тоже уже люблю, — прошептала она и, сжав своей маленькой ладошкой его руку, положила ее себе на живот. — Не заставляй меня делать выбор… Прошу тебя…
Еп твою мать…,- пальцы свободной руки Кира самопроизвольно сжались… так, что побелели суставы, а на скулах заиграли желваки.
— Лерка…. — только и смог выдохнуть он. Черт! Эти ее слова просто снесли Кириллу крышу. — Лерка! Сладкая… — повторил он, приходя в себя. Искренняя. Настоящая. Не умеющая ему лгать.… Настолько честная, что Киру хотелось вдыхать эту ее правду с ароматом девичий кожи… Земляника… — этот запах навсегда въелся в него, прочно обосновавшись в легких. — Малышка моя… — облизнув сухие губы, шепотом, произнес он, прижимая девушку к себе, заглядывая в глаза…. — Искренность — слишком редкое качество для женщины. Слишком. Очень много среди вашего пола тех, кто плетет паутины обмана, вырисовывает узоры лицемерия и продажности.… Но только не ты. Лерка!! Только, не ты.…
Кир смотрел в затуманенные слезами глаза малышки и за то, что он видел в них, за то, что затаилось в их глубине, рядом с отражением его собственного взгляда — за это все… стоило побороться. Теперь Чертанов укоренился в своих мыслях — у него был всего лишь один вариант сохранить свою, а также Леркину жизнь, если она останется с ним на правах его законной жены, так чтобы это не стало фатальным ни для кого из них, включая ребенка… Их ребенка. Этот вариант, Чертанов намеренно отбрасывал в самый дальний угол сознания, нет… никак запасной, а скорее как самый крайний.…
Но, будь он проклят, если теперь не воспользуется им…
— Но почему, Лер??? — падая в зеленую бездну ее взгляда, спросил Кир. — Почему?? — прошептал он, и намеренно грубо стиснул девушку в своих объятиях, быстрым поцелуем накрывая губы малышки, не позволяя ей ответить… — Ты ведь знаешь, моя любовь до жестокости жадная, — проходясь губами по ее подбородку, поднимаясь к скулам, возвращаясь обратно к ее дыханию, выдавил мужчина. — И я никогда не отдам тебя никому, — почти зло прорычал он, сатанея от одной мысли о том, что эта очень красивая и очень умная девушка может принадлежать не ему. — Любовь??!! — еле слышно…, с надрывом выдавил Кир. — Как можно выразить одним этим словом то, что я чувствую к тебе, Сладкая? Ты — мой воздух, моя — жизнь, мое — безумие… Я задохнусь без тебя…, сдохну… — чувствуя, как дрожит каждый нерв его тела, продолжил он, на выдохе, прямо в маленькое розовое ушко. — Я никогда и никого не боялся в этой жизни, Лер. Страх — это последняя эмоция, которую я испытывал раньше… Инстинкт самосохранения, возможно, но не страх.… А теперь… — я боюсь… Ты — моя слабость, милая… Я не могу отказаться от тебя, дышать без тебя, думать, существовать… Я на коленях пред твоими стройными ножками, — с грустью усмехнулся Кир. — И самое страшно — это то, что я понимаю, что ты слишком молоденькая, и у тебя это может пройти, а у меня нет.… И это… Бл#дь, сука, это какой-то гребанный акт самосожжения, — судорожно сглотнул Чертанов. — Так ответь мне, теперь…, зная все это.… Почему?! Почему — ты подумала, что я заставлю тебя делать этот выбор???
— Кииир…,- хриплым полным ошеломленного неверия голосом, произнесла Лера. — Я… я… такая — дура.… Прости, прости меня,… если сможешь, — всхлипнула она. — Ты ни разу — ни словом, ни жестом, не дал мне усомниться в тебе, — откинув голову назад, с горячностью в голосе на одном вздохе, выпалила она, обхватывая его лицо своими холодными ладошками. — А я…. все испортила? Да?
— Ты, знаешь, малыш, с некоторых пор я понял, что готов простить тебе все… — притянув девушку к себе ближе, усмехнулся Кирилл. — Абсолютно все, — добавил он, вдыхая запах ее волос. — Это тоже своего рода "залог моего хорошего отношения к тебе", как кольцо, что ты только что сняла, — прикусив мочку маленького аккуратного ушка и улыбнувшись тихому стону, сорвавшемуся с губ Леры, протянул Кир. — А теперь я на минуту выйду, и ты наконец-то сделаешь то, ради чего потащилась в этот вонючий туалет, — тихо рыкнул он, после чего наклонился и прижался в быстром поцелуе к ее теплым губам, с жадностью отдавая свое дыхание и взамен вбирая в себя глоток ее воздуха…. — Черт, почему у женщин после слез губы становятся такими мягкими? — спросил он, медленно проводя кончиком большого пальца по распухшим губам девушки, боясь, что еще секунда, и точно сорвется, потеряв голову, и накинется, сминая все на своем пути, на такое отзывчивое его ласкам тело. А то, что оно было таковым в его руках, Кир знал, и, черт, это знание было самым сладким искушением.
Но, не в общественном, же туалете??!! И не после того, как ее буквально выворачивало на изнанку??! — одернул себя мужчина. И тут малышка шумно вздохнула, и, усмехнувшись, произнесла:
— Чертанов…!! Мне кажется, кто-кто, а вот ты, точно должен знать ответ на свой вопрос. Знакомо по опыту? Да? Сколько у тебя было баб, Кир? — с ревностью дикой кошки, упирая ладошки в его грудь, попыталась оттолкнуть его Лерка. — И скажи, многие из них лили по тебе слезы?
— Я не такой уж и бабник, Лер, — глухо ответил Кирилл, притягивая девушку обратно к своей груди, и зарываясь своей пятерней в волосах на ее затылке, хрипло рассмеялся, ощущая, как затягивается черная бездна в его груди.
Глупышка ревнует…
— Именно такой… — пробубнила Лера, ощутимо саданув его кулачком в бок.
— Дурочка…., любимая моя дурочка! Ну, прости ты меня, за тех баб, что были до тебя… — продолжая смеяться, стиснул мужчина брыкающуюся в кольце его рук девушку. — Сладкая, ты, наверное, ни хрена не поняла и не услышала из того, что я только что произнес. Теперь я твой, Лер. Теперь и всегда.… Так что прекращай лягаться и, давай, обними меня…
— Вот уж точно…, что — волк остается хамом, даже когда извиняется, — засмеялась в ответ Лерка, обвивая своими руками его талию и пряча лицо у него на груди…
Пять минут спустя Кир держал в руках небольшую тест-кассету с двумя яркими полосками.…
В жизни каждого мужчины бывают периоды, с одной стороны очевидные и ожидаемые, с другой — такие, про которые можно сказать, да это было — "как гром среди ясного неба". Примеров тому куча:- "Сынок, ты куришь?", "Вот повестка в военкомат, распишитесь, пожалуйста", и вот этот…:
"Кииир…, там… две… полоски".
А еще самый наиглупейший вопрос, который только мог прозвучать из уст явно ошарашенного Макара:
— Ты станешь, папкой? — хватая ртом воздух, закричал на весь холл парень. — Чертенок, ты серьезно?? Этот бандит станет папкой??!
— Да, да.… Да… — смеясь, ответила Лерка, не успев даже ахнуть, когда Макар, не сдерживая широченной улыбки на лице, подхватил ее на руки и закружил по коридору.
— Эй, слышите?? — бестактно орал он, кружа хохочущую девушку. — Я стану дядькой! Ура-а-а!!
— Я. Стану. Отцом… — улыбнулся Кир, еще раз взглянув на зажатый в руке маленький кусочек пластика.
Ребенок — мальчик или девочка!!! Черт! Это действительно круто…
Его разум, осознав, что означают две розовые черточки (и кто только выбрал такой безобидный цвет для обозначения столь важного события?), словно отказался работать дальше, и лишь одна мысль продолжала крутиться в голове:
Я действительно стану отцом!!!
Сейчас Кирилл до безумия хотел этого всего, что люди называют простым словом — "семья"… Он хотел просыпаться по утрам от гомона детских голосов, хотел взять на руки своего ребенка, хотел посмотреть в его глаза…, которые наверняка будут такими же потрясающе зелеными, как у его мамы… В-первые в жизни Кирилл Чертанов хотел так, много…, что даже немного ошалел от своих желаний…
— Кииир! — услышал он жалобный голос Леры, когда Макар наконец-то поставил ее на пол. — Меня тошнит… — с трудом произнесла девушка, цепляясь одной рукой за рукав его пиджака, а второй прикрывая рот, смертельно при этом бледнея.
— Твою мать! — выругался Кирилл, открывая рывком дверь в кабинку, ставшую за последние пятнадцать минут почти, что родной для него и жестом указал на унитаз. — Вперед! — потом перевел свой взгляд на вдруг притихшего брата, который казалось, побледнел не меньше чем малышка. — Доигрался??
— Мне казалось, что это бывает только по утрам, — теребя черный пуссет в ухе, неуверенно заметил парень.
— Мне тоже… — буркнул Кир.