Глава 40
Издалека течет река
Двух связанный по жизни судеб
Нам вместе нужно плыть пока
В моей руке твоя рука
Пусть больше никогда не будет
Разочарований…
@Торба-нА-круче.
Лера.
— Коробок спичек в кулаке, между прочим, делает силу удара на 30 килограмм больше, — Кир припарковал свой внедорожник рядом со вторым офисом "Афоса", находящимся в здании восьми этажного торгово-офисного центра "Феникс-Сити", отстегнул свой ремень безопасности, вышел из машины, и, обойдя автомобиль, помог мне вылезти, разумеется, моментально осматривая все вокруг.
Сейчас, зная, кем на самом деле является Чертанов, я больше не удивлялась этой его рефлекторной привычке. Казалось, что он даже не задумывается о том, что делает…
— Представь, это сравнимо с пулей. Чем она больше и тяжелей, тем больше приходиться затрачивать энергии, но при этом пробивная сила увеличивается. Так и при ударе кулаком с зажатой зажигалкой или коробком спичек. Конечно, вес увеличивается не на много, но при этом значительно увеличивается плотность кулака.
— Серьезно? — со скепсисом заметила я, поправляя на себе коротенькую шубку и одновременно с этим рассматривая современное здание из стекла и бетона, внешне выглядящее очень даже внушительно. — Где коробок, а где пуля…
— Не веришь? — по-мальчишески улыбнулся Чертанов. — Это, физика, сладкая, — подразнил он меня. — А по ее законам, если правильно приложить энергию — результат превзойдет ожидания. Проще говоря, если зажать в кулаке зажигалку или коробок спичек, размахнуться и ударить, то очень многие после твоего удара окажутся на полу. Проверено, — опять улыбнулся мне любимый. — Правда, надо еще попасть… — хмыкнул он, и его рука скользнула в мою, аккуратно сжимая мои пальцы.
— А я-то глупая, все думаю, почему ты постоянно ходишь то с зажигалкой, то со спичками, — улыбнулась я мужчине в ответ, наблюдая за тем, как кончики его губ приподнимаются в ироничной улыбке. — Оказывается, ты делаешь это в качестве самообороны.
— Отчасти, — ответил Кир, ведя меня к огромным стеклянным дверям.
— Кстати, ты бросил курить?! Или воздерживаешься от своей вредной привычки, находясь рядом со мной? — задала я интересующий меня вопрос, из-за которого вообщем-то и развернулась эта наша утренняя дискуссия с Киром.
Я, конечно же, не могла не заметить, что последнюю неделю, ровно с того момента, как они с Макаром застукали меня блюющую в туалете кафе, сигарет в руках Чертанова я больше не видела, в отличие от зажигалки и спичек. И это было очень непривычно… — по сравнению с тем, как раньше он буквально закуривался — меняя одну дотлевшую до фильтра сигарету, на другую, следом на третью…, делая перерывы между курением на пять-десять минут.
— Пожалуй, бросил, — пожав плечами, ответил Кирилл. — Это моя единственная вредная привычка, — насмешливо обнажив свои ровные белые зубы, добавил он, а я от такой наглой лжи закатила глаза. — И… мне нравится курить, — глубоко вздохнул "человек, имеющий только одну дурную привычку". — Но раз пообещал…, куда деваться. Сейчас мне почти тридцать пять, а курить я начал в четырнадцать. Таким образом, более двадцати лет, ни один день моей жизни, до недавнего времени, не обходился без никотина, — на выдохе произнес Кир и, потянув меня за руку, прижал к себе. — Поэтому возвращаясь к "залогу моего хорошего отношения к тебе", хочу добавить, никотин своего рода — наркотик. Ты — тоже.… Значит, будем считать, что у меня метадоновая терапия, — приподняв бровь мужчина, ощупал меня взглядом сверху донизу, и в его глазах появилась искра шалости, а губы, которые он так многообещающе облизнул, изогнулись в предвкушающей усмешке. — Ммм… детка, ты такая вкусная, а в этом офисе у меня из кабинета открывается такооой вид, — указывая пальцем наверх, туда, где, по всей видимости, находился этот самый кабинет, подмигнул он мне.
— Совсем спятил? — спросила я, улыбаясь.
— Не-а…
— Да твои поклонницы с г#вном меня съедят, — ответила я, хмурясь…
Ничего не могу с собой поделать но, тот факт, что одна треть женского коллектива "Афос limited GROUP" была влюблена в Кирилла, выводил меня из себя, заставляя дичайше ревновать… Хорошо, что две другие трети обратили свои взоры на Макара и Стаса соответственно.
Ооо, эти разговоры в перерывах между работой, о том, кто же из главных акционеров консорциума сексуальнее и красивее, вызывали, чуть ли не скрежет моих зубов…
— Стоп, стоп, стоп! — услышала я приглушенный смех Кира. — Сладкая, я — однолюб. Смирись с этим, — наклоняясь ко мне, прошептал мужчина. Кончиками пальцев он приподнял мой подбородок, слегка надавив на него, заставил раскрыться мои губы и медленно приблизил к моему лицу свой рот.
Невероятно чувственный рот…, хочу заметить…
— Что ты делаешь, Кир? — задыхаясь, спросила я.
Его губы растянулись в ухмылке…
— А на что это похоже? — вопросом на вопрос ответил он, скользя губами по моей щеке.
Вот же…
Я прекрасно знала, на что это похоже…, но одно дело заниматься "этим" в тишине его спальни, в ванной или на заднем сидении его огромного внедорожника, а другое начинать прелюдию в холле огромного торгово-офисного центра, наполненного всевозможными бутиками и show-room, да еще под прицелом любопытных снующих туда-сюда прохожих.
— Ну, не знаю… — соврала я, думая о том, что из-за демонстрации "его хорошего отношения ко мне" у меня могут несколько осложниться отношения с другими работниками компании…
Рисковать своей деловой репутацией не хотелось…, так же как не хотелось завистливых, брызгающих слюной, шепотков за своей спиной.
Видит Бог, я еще натерплюсь после того, как все узнают про нашу с ним свадьбу…
Поэтому я положила свои руки на грудь Кира и попыталась освободиться, но не тут-то было.
— Господи, Сладкая, я изголодавшийся по твоим ласкам мужчина, — притворно простонал Чертанов, пряча лицо в изгибе моей шеи. — Так не отталкивай же меня.
— В самом деле? — засмеялась я, чувствуя, как он тоже улыбается, и от этого ощущения по коже побежали приятные мурашки. — А как же "пожелание доброго утра"??!
— Мне мало… — рыкнул Кир, прижимая свои бедра к моим. — Мне всегда тебя мало, — более жалобно выдал этот манипулятор, и я простонала в ответ, медленно обнимая его за шею.
Наш с ним поцелуй получился нежным, мягким и чертовски сексуальным.
— Если еще у кого-то из персонала и были сомнения относительно нас двоих, то ты их только что прояснил, — прошептала я, после того как он перестал меня целовать, убрала руки с его плеч и глазами показала ему на идущую к кабинкам лифта "мисс главную сплетницу компании" — Марию Петровскую.
Довольно красивая, одетая, как всегда с иголочки, но побледневшая и явно шокированная, шатенка лет двадцати пяти, с сегодняшнего дня была вместе со мной и моей начальницей Валентиной Михайловной переведена во второй офис "Афоса", находящийся на восьмом этаже вот этого самого бизнес-центра.
— Теперь ко мне будут относиться иначе, — с досадой прошипела я, шлепнув Кирилла по загребущим ручкам, пытаясь побороть свое смущение.
— Я уволю их, — со звуком чмокнув меня в щеку, произнес Чертанов и улыбнулся.
— Это не смешно, Кир.
— Ну да, не смешно, — по-прежнему улыбаясь, согласился мужчина. — Тем не менее, если они обидят тебя, я их уволю, — добавил он, жестче, а я сделала для себя вывод — запомнить: не говорить ему, если кто-то меня обидит.
— Кирилл Алексеич, доброе утро, — послышался до слащавости приторный голос Маши. — Лера, — кивком головы, поздоровалась она со мной. — Прекрасное утро, ни так ли? — игривость, с которой был задан вопрос, не оставляла сомнений, что для помощника главного аналитика строительного холдинга "Афос limited GROUP" Снежной Валерии Андреевны, утро оставалось прекрасным еще ровно пять минут, пока эта улыбающаяся мегера напротив не переступила порог офиса.
— Здравствуйте, Мария, — подчеркнуто официально обратился к ней Кир, и его голос резко контрастировал с тем нежным, мягким, и страстным, коим он только что говорил со мной. — Надеюсь увиденное не станет притчей во языцех?! — окинув колючим взглядом вдруг побледневшую девушку, поинтересовался Чертанов, и, взяв меня под локоть, а затем мягко подтолкнув в открытые двери кабинки лифта, холодно улыбнулся.
Даже оскалился, я бы сказала… Кхм… Сильно…
— О, нет, нет! Что Вы… — протараторила Маша, которой Чертанов кивком головы, приказал зайти в лифт. — У меня и в мыслях не было… — покраснев, выдала она откровенную ложь, но, заметив, предостерегающий огонек в глазах Кирилла, замолчала, бросив на меня короткий взгляд.
Удовлетворение.…
Да, именно слабый отблеск удовлетворения почувствовала я в ту секунду. А еще в моих глазах, наверное, легко можно было прочесть — "Зря ты начала играть с ним девочка. Это позволено только мне"…
— Спасибо, — улыбнулась я Киру, как только мы зашли в его просторный светлый кабинет, из окна которого действительно открывался замечательнейший вид.
Вид на город, от которого просто перехватывало дух.…
Не обманул, значит…
— Да ну тебя! — отмахнулся любимый, задумчиво почесав затылок. — Офисные дрязги — это последнее, что должно волновать мою жену, — подмигнув мне, произнес он и вдруг ни с того, ни с сего замолчал.
Кир наблюдал за мной, выжидающе подняв брови, губы его подергивались. И на какую-то долю секунды мне показалось, будто он… нервничает…?!
— Минуточку…,- напряглась я, чувствуя, как меня начинает бить мелкая дрожь. — Жену??! Нет! Да, нет… же… Кииир?!! — не решаясь повторить свои мысли вслух, спросила я, наблюдая, как по лицу этого…. не знаю, как назвать мужчину, губы которого сейчас расползались в насмешливой кривой улыбке. — Чертанов???! — сжав кулаки, топнула я ногой. — Нет!
— Увы… и ах, — театрально приподняв бровь и разведя руками, кивнул он. — Но — "да", — и, рассмеявшись в голос, длинными пальцами потер свой подбородок.
А я, судорожно вздохнув, схватила сумку, и дрожащими руками дернула на ней молнию…
— Если это правда…. Вот, если это действительно так… я…. я… тебя прибью. Обещаю, — бросив зловещий взгляд на стоящего напротив меня и, как ни в чем, ни бывало, смеющегося мужчину, процедила я сквозь зубы. Припоминая, как на днях он брал мои документы, якобы для нужд отдела кадров.… Нашарив на дне сумки мягкую кожаную обложку, я выудила из нее самый главный документ любого гражданина нашей страны, и в панике, стала перелистывать странички.
Один, два, три…
— Ах ты… — зараза! — взревела я, переходя на крик, рассматривая интереснейший штамп на четырнадцатой странице своего паспорта, чувствуя, как кровь отливает от лица, а дурнота подкатывает к горлу. — Ну, я тебя сейчас… — сделав глубокий вдох, попыталась придти я в себя, а затем без лишних раздумий запустила в ухмыляющуюся морду Чертанова свою довольно увесистую сумку.
Хорошо, что при определенных обстоятельствах сумка девушки, наполненная всякой белибердой, как моя в частности, может послужить неплохим снарядом для метания…
— Ты чего, Сладкая??
Отшатнулся в секундном замешательстве Кирилл, явно не ожидавший от меня чего-то подобного.… Но сумку все-таки рукой перехватил.
Жаль…
— Ах, чего я? Чертанов! — буквально выплюнув его фамилию, прошипела я. — Всего неделю назад ты сделал мне предложение, на которое я ответила — "да". Так, скажи на милость, когда ты успел это все обтяпать??? А главное зачем? — уперев руки в бока, нахмурилась я.
— Эээ… кхм… — лаконично выдержав паузу и поправив ворот своей белоснежной рубашки, хмыкнул в кулак мужчина. — Если ты спрашиваешь когда, то мой ответ — десять дней назад, — я внимательнее вгляделась в синюю печать.
Черт, там действительно стояло двадцать шестое число.…
А это значит, что когда, этот хитро прищурившийся тип, одевал мне на палец кольцо, злополучный штамп в моем паспорте стоял уже ровно три дня.
Подумать только: — Три дня??!!
— Ты нормальный??? — задала я вопрос, перебарывая клокотавшее во мне бешенство, очееень сомневаясь в адекватности будущего… тьфу ты, получается уже настоящего мужа…
— Более чем, — ответили мне с нахальной улыбкой.
— Ага, вижу, — огрызнулась я, присела на маленький кожаный диванчик стоящий прямо у окна и стала наблюдать, как Кир стаскивает с себя пиджак и галстук, а затем небрежно отбрасывает их на соседнее кресло.
Я знала, что ему не особо нравилось носить все эти костюмы, как и дорогие часы, которые виднелись под манжетой сорочки — и дома, первым делом, он всегда старался переодеться во что-то менее пафосное.
Мой муж…?! Муж.…
С минуту я, не отрываясь, смотрела, как под его тонкой рубашкой волнующе перекатывались мышцы, а затем, невольно сглотнув, выдавила из себя.
— Кир, тебе следовало бы знать, что я тоже имею право голоса!
— Так я же дал тебе это право…
— Да! Но только после того, как втихаря сменил мою фамилию на свою. "Поделился", блин.… Скажи, а что бы ты делал, если бы я ответила тебе — "нет"??!
— Не думаю, что…
— Чертанов!!! — перебила я, пожалуй, самого самоуверенного человека на планете Земля.
Или??!
Наоборот неуверенного?!!!
Черт бы побрал эту белобрысую ведьму, развившую нелепый комплекс в моем мужчине.
Ведь, если разобраться, именно ее гнусный поступок заставлял Кирилла сомневаться во мне, не доверять…
— Ради, Бога, Кир,… неужели ты, думал, что я могла тебе отказать?? — озвучила я свою догадку.
— Такие мысли не посещали мою голову, — непринужденно ответил он, саркастически скривив губы. Но мне почему-то его ответ показался "слегка" притянутым за уши, может быть от того, что он так посмотрел на меня, будто хотел проникнуть в душу или потому, показалось мне или нет, но у него вырвался прерывистый вздох?
Ага, так я тебе и поверила,… жди.
— Вот скажи мне на милость, как я все это объясню своим родителям? — с досадой, спросила я. — Ты у нас оказывается мастер по уверткам и недомолвкам. Посоветуй…
— Да какая разница… — успел проворчать Чертанов, когда я его перебила.
— Какая разница??! Кирилл ты в своем уме?? Это мои родители! Они неотъемлемая часть моей жизни.
— Знаю, — кивнул он, принимая эти слова как данность. — Но я не мог рисковать… — засунув руки в карманы брюк, бросил он на меня тяжелый взгляд, холодных серых глаз. — Не мог…
— Рисковать? — поморщилась я.
— Да, бл#дь! Рисковать! — почти выкрикнул мужчина, заставив меня содрогнуться.
Вот это да!!
Для меня был полной неожиданностью и этот грубый окрик, и его перекошенное от ярости лицо, и исходящая от него агрессия. В-первый раз я видела его таким…, его "Побрить! Наголо!" не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило в данный момент. Это, видимо, был Кирилл Чертанов, которого так боялся весь город.…
Зрелище малоприятное… Честно…?! Я — струхнула.
— Кир, это из-за папки? — выдавила я из себя. — Или все же…
— Не в бровь, а в глаз, — поморщился он, прежде чем я успела подходяще сформулировать свой вопрос. — Ты с самого начала знала, кто я, и сейчас ничего не поменялось! Тебе достался бандит, девочка моя, — вздохнул Чертанов и его лицо потемнело. — Знаешь, ровно месяц назад, я понял, что очень люблю свою жизнь. С тобой Лер! Свою жизнь с тобой, — криво улыбнулся он, тихому "ох" сорвавшемуся с моих губ. — А потому, как говориться, в любви и на войне все средства хороши…
— Кир, — соскочив на ноги, бросилась я к нему. — Мне все равно! Мне плевать, чем ты занимаешься! — обхватив руками его талию, твердо сказала я. — Ты же знаешь, я люблю тебя… и… всегда буду рядом, — продолжила я, отгоняя от себя картинки, недавнего сна, при одном воспоминании о котором, по моей спине струйками разливался панический страх. — Но теперь, я просто не могу себе даже представить, как обо всем рассказать родителям. О твоем предложении…, о свадьбе, — хмыкнула я, — о моей бере..
— Они что не знают о ребенке? — поразился Кирилл.
— Нет, — прошептала я.
— Твою мать! Что нет? Лера! Черт тебя возьми, что значит твое "нет"?
— Не знают, — с трудом проглотив слюну и закусив нижнюю губу, прошептала я.
— Обалдеть! — упрямо сжав губы, процедил Чертанов и, судя по его участившемуся дыханию, он был очень недоволен. — Я всю неделю вызваниваю этого упрямца, — зарычал взбешенный мужчина, имея в виду моего и впрямь не по-детски упершегося в нежелании идти на контакт отца. — А он значит, а твоей беременности ни сном, ни духом. У тебя есть голова на плечах?
— Кирилл! — одернула я любимого. — Вообще-то, раньше у меня с ним всегда было полное взаимопонимание, — сказала я и, заметив скептический взгляд Чертанова, добавила. — Да, да… представь себе! Я не знаю, такого второго человека, который бы выражался без околичностей. Хотя нет, теперь знаю… — усмехнувшись, стукнула я кулачком по его груди. — В детстве меня иногда пугала папкина прямота…. Но теперь, я понимаю, что почти все вокруг вечно что-то недоговаривают, лукавят…, а он… всегда искренен… во всем.… Понимаешь??! Фантастическая искренность — это его натура.
— Я заметил, — усмехнувшись, задумчиво произнес Кирилл. — Когда-то давно, я был чертовски зол на него… — вкрадчиво сказал мужчина, наклонившись ко мне так, что наши глаза оказались на одном уровне. — И ты даже не представляешь, что сейчас я также чертовски рад, что твой отец, это больше не моя "война"…. — в обращенных на меня слегка прищуренных серых глазах, был воистину арктический холод, но моя душа наполнилась ужасом, когда он добавил к своим словам нечто более убедительное. — Потому что, хочу заметить,… я всегда выигрываю.
Несколько минут мы стояли, молча, кажется, пытая друг друга взглядами…, и я боялась даже пошевелиться, пока такой пугающий меня металлический блеск в глазах Кирилла, не сменился знакомым лукавым огоньком.
— Сегодня же позвони и договорись о встрече с ним. Иначе я, пошлю к Андрею Анатольевичу тяжелую артиллерию в лице Смирнова, — улыбаясь, пригрозил любимый. — А Тоха, поверь мне, в два счета привезет этого барана прямо ко мне домой… и если понадобиться еще и свяжет его по рукам и ногам.
— Кирилл! — толкнула я мужчину в грудь, представляя себе эту картину. — Выбирай выражения, он, если так на минуточку, мой папа.
— А так же мой конкретный геморрой. Черт возьми, мы взрослые люди, Лер. И твоему отцу придется отпустить тебя, — произнес Чертанов с серьезным выражением лица. Его длинные пальцы нежно погладили мою щеку, и он вздохнул. — Потому что теперь ты — моя, — Кирилл намеренно сделал ударение на последнем слове, отчего у меня тут же екнуло сердце. — Но знаешь, сладкая, я не настолько терпеливый, как ты привыкла обо мне думать… — подмигнув, медоточивым, наполненным сексуальной хрипотцой голосом, проникающим в душу и заставляющим дрожать, продолжил Чертанов. И я будто завороженная, наблюдала, за тем как подушечка большого пальца мужчины быстро прошлась по его нижней губе, а затем как кончик соблазнительного языка последовал за ним. — Ммм.… Этот твой "трахнименя" взгляд…, милая.
— Кир, не надо, — неуверенно произнесла я, становясь краснее вареного рака. — До встречи с рекламщиками у тебя осталось всего двадцать минут.
— Целых двадцать минут… — ровные белые зубы Чертанова блеснули в насмешливой улыбке. — Давай проведем их с пользой.
Одна его рука приподняла мой подбородок, а вторая взяла меня за ягодицы и потянула к нему. Наши тела прижались друг к другу, лбы соприкоснулись…
— Макар уже, наверное, ждет тебя в приемной, — попыталась я настоять на своем.
— Я хочу тебя. Сейчас, — шепнул Кир мне на ухо, полностью игнорируя мое замечание, и начал мять мои ягодицы, двигая бедрами.
Черт… Он не шутил… — я почувствовала его эрекцию животом.
— Тс-с! Не дергайся… — всасывая в рот мочку моего уха и легонько покусывая ее, приказал он. И я не удержалась — закрыв глаза, застонала, впиваясь зубами в нижнюю губу.
— Ты — невероятная, страстная, отзывчивая… — бормотал мужчина, продолжая осыпать мою шею горячими поцелуями. — Чем я заслужил тебя…, жена? — раздался у меня над ухом его хрипловатый голос. — Кто я такой, чтобы мне принадлежало такое блаженство?
— Ты мой муж, Кир, — только и смогла произнести я, шумно сглотнув.
— Теперь и всегда? — спросил он, на секунду отрываясь от моей "многострадальной" шеи и заглядывая мне в глаза.
— Да…
Мой словарный запас явно очень оскудел с момента встречи с Чертановым, и голос был больше похож на дыхание…
— Никому вас не отдам, — прорычал Кирилл, зарываясь лицом в мои волосы, с силой прикусывая впадинку под ключицей. — Сдохну. Зубами землю грызть буду, но не допущу, чтобы кто-то отнял у меня вас…,- сказал он, и обрушился на меня в горячем, жадном поцелуе.
Он стонал, рычал, беспощадно терзая мой рот, а я пыталась ответить ему тем же, но мы были в разных весовых категориях и потому, я просто отдалась на милость победителя.
Этот его поцелуй, показался мне отчаянным, надрывным, как-будто Кирилл боялся оторваться от меня, как-будто никак не мог насытиться мною…
— Убью за тебя любого… — услышала я его прерывистый вздох и, несколько не смущаясь, улыбнулась.
Да, он может…
Я в это верила, я это знала… — Кир не станет ни с кем делиться. И да, он — безжалостен… Но, если вспомнить, через что ему пришлось пройти в прошлом, это и не удивительно. Ясно как день и ночь, что этот мужчина,…. мой мужчина, мой… муж… — пойдет на многое, чтобы никогда больше не испытать сердечную боль. Но меня это ничуть не пугало. Более того, я преклонялась перед его властной натурой.… Вот только в его голосе звучала смесь отчаяния, злости и неудовлетворенности, и я, хоть убей, не понимала почему…
— Наивный и глупый, это я тебя никому не отдам — ответила я, стараясь все перевести в шутку, и, поддавшись игривому порыву, демонстративно глянув на свои любимые часики, прибавила. — Кстати, у тебя осталось… пятнадцать минут.
— Упс, кажется, пора поторопиться, — сказал он с полуулыбкой.
— Успеешь? — подразнила я.
— Куда я денусь…,- засмеялся он в ответ.
Все произошло так быстро, что я даже не успела ничего осознать….
Вот Кир оторвал меня от пола, подхватив руками под попу, вот заставил обхватить себя ногами за талию, и уже в следующую секунду оказалось, что я сижу на его огромном рабочем столе…., а теплые руки любимого сжимают мою обнаженную грудь.
Когда он успел, опустить лямочки моего твидового сарафана и расстегнуть пуговички на рубашке?? Непонятно.… Ну, просто маг и волшебник, Копперфильд, блин…
— Черт, малышка, они стали больше, — хрипло засмеялся мужчина, замирая перед моим правым соском. И это было абсолютной правдой. Размер у меня за последние дни стремительно тянулся к троечке с плюсом, грудь набухла и от этого стала очень чувствительной, и, судя по темпам останавливаться на достигнутом она не собиралась…, покупать новое белье "на время" я не хотела, а потому почти всегда теперь ходила без лифчика. — Такая сладкая.… Вот, как можно не хотеть трахаться с тобой??! — усмехнулся Кир и взял мой сосок в рот.
Похоть в его голосе, его горячей дыхание и ритмичные движения, тут же сорвали стон желания с моих губ, заставляя запустить мои ручки в его волосы, в попытке притянуть еще ближе к себе.
— Ох, Кииир…, пожалуйста, — умоляла я, одной рукой зарываясь в его короткие волосы на затылке, а второй крепко сжимая его плечо, пока он, втянув в рот чувствительную кожу, играл с ней языком.
— Что — пожалуйста, милая?
— Я хочу большего…,- с нетерпением выдала я, подначивая мужчину, втягивающего в свой рот сосок уже левой груди. — Пятнадцать минут — это так мало…
— Не терпится? — не поднимая головы, спросил он.
— Да, — честно произнесла я в ответ.
Нет, то, что Кир делал, было чудесно.… Но мне хотелось ощутить его внутри себя немедленно, здесь и сейчас. Поэтому я, с силой дернула его за волосы, заставляя оторваться от моей груди.
— Еще немного, сладкая, — услышала я в ответ его приглушенный смех. — Еще… не… много…
— Чертанов! — обиженно хлопнула я его по плечу. — Ты меня трахать сегодня собираешься или нет?!
— Терпение, малышка. Ты же знаешь, я не подведу, — Кир окинул меня взглядом, и уголок его рта растянула ехидная усмешка.
Ох, что да, то да… — чуть не сорвалось у меня с языка.
Мужчина поднял руку, провел длинным пальцем по моей щеке, и еще раз с удовольствием посмотрел на мою вздымающуюся грудь.
— Поцелуй меня, — неожиданно, произнес он и облизал свои губы, буквально приклеивая к ним мой взгляд.
Сочные, чуть искривленные в усмешке, идеального темно-розового оттенка…. — они были самыми красивыми на свете. Знаю, это ненормально, но мне тут, же захотелось укусить за нижнюю и я, подавшись вперед, поймала ее зубами…, а поймав, потянула на себя.
— Чееерт… — вырываясь, с шипением втянул в себя воздух Кир. — Не уверен, что люблю, когда ты кусаешься…
Опустив глаза, я увидела прокушенную губу и струйку крови на его подбородке.
— Ты меня пометила…??! — облизнул губы Кирилл и самодовольно рассмеялся.
И я посчитала это хорошим знаком. Значит, мой плотоядный выпад не оставил его равнодушным…
Отлично. Ведь, обычно, это он у нас любил кусаться…
— Накажу!! — слегка наклоняя голову, так, судя по всему, как ему было удобнее, рыкнул он и его язык скользнул между моих губ.
У него был вкус ментоловой свежести и соленой крови… и от этого сочетания, я почти, что впала в какое-то неистовство, ощущая себя правнучкой Влада Цепеша.
Но если бы вы, хоть раз попробовали Кирилла Чертанова, вы бы меня поняли…
Я обхватила его руками за шею, оплела своим языком его язык и начала нежно посасывать…
— Как я люблю, когда ты теряешь голову, — разорвав поцелуй, сказал мужчина с хитрой улыбкой.
Я засмеялась и закатила глаза.
— Тс-с! — шикнул на меня любимый и, положив свои руки мне на колени, раздвинул мои ноги, подступая ближе. Его ладони скользнули под подол моего сарафана и медленно поползли вверх, поднимая его. Внимательно наблюдая, как обнажается мое тело снизу, Кирилл снова провел языком по своим губам, заметно при этом морщась.
Стыдно признаться, но видимо с играми в вампиров, я все-таки перестаралась…
— Извини, — вырвался у меня вздох раскаянья. — Ты просто очень вкусный.
— Думаю, ты не будешь против, если и я тоже попробую тебя на вкус… — хрипло произнес Кир, и, не дожидаясь ответа, раздвинув мои ноги пошире, опустился передо мной на колени.
— Кир…? — начала я дрожащим голосом.
— М-м-м? — прогудел он, припадая губами к коже на внутренней стороне моего бравого бедра.
— У нас десять минут…
— Я быстро. Обещаю, — пробормотал в мое бедро Кирилл, и по интонации я поняла, что он улыбается. А потом я почувствовала, как его пальцы скользнули под резинку моих трусиков. — Ну же, сладкая, расслабься, — услышала я ни с чем несравненный звук его хрипловатого голоса. — Тебе же нравиться это, — подбодрил меня мужчина.
— Боже! — прошептала я, закрывая глаза, наверное, с ног до головы краснея от происходящего, но честно стараясь, выполнить его указание, подозревая, что переубедить его не возможно…
— Расслабься, — повторил он.
Мои ноги были разведены и крепко прижаты к столешнице, руками Кирилла и я ничего не могла сделать, чтобы остановить его, даже если бы захотела. Ключевым словом здесь было именно — "если бы"… Потому что, я хотела этого. И, черт, мне действительно это все нравилось… Меня заводили его грязные скабрезности, граничащие с пошлостью, которые он обычно шептал мне во время наших сексуальных игр, а непомерная фантазия и опыт, вызывали желание.… Возможно, каждая наша с ним близость выглядела кадрами из порнофильма, но разве может что-то настолько прекрасное быть плохим?
Нет, я так не думала.…
И если Кир считал себя — падшим ангелом, то так и быть я была согласна стать — грешницей, так же, как согласна была отправиться в ад — лишь бы и там, меня встретили его руки…
— Ты так хорошо пахнешь, Лер, — сбившимся, прерывистым шепотом тяжело дыша, произнес он.
Его рука скользнула вниз, под мое бедро, и, приподняв мою ногу, положила ее к нему на плечо, и в следующую секунду его губы оказался у меня между ног.
— А на вкус еще лучше, — подняв на меня глаза и подмигнув, засмеялся Кир.
— Черт… — прошипела теперь уже я, втягивая воздух.
Его язык змеей прошелся по влажным складкам, нашел кнопку удовольствия и с силой надавил на чувствительную точку. Удовольствие, подобного которому я не испытывала никогда в жизни, казалось, пронзило все мое тело…
— О, Кииир, — простонала я от собственного возбуждения, и, закрыв глаза, откинула назад свою голову.
То, что Кирилл делал, было одновременно и сладко, и невыносимо, и я чувствовала, что мое тело сжимается, как пружина, готовая распрямиться в любую секунду…
— Посмотри на меня…,- хриплым голосом приказал он. — Я хочу, чтобы ты видела, что я делаю с тобой.
— Боже… ты… мой! — послушно поднимая голову, выдохнула я, запуская свои руки в его волосы, и прижимая его к себе сильнее. Он зарычал, вероятно, одобряя мои действия.…
Чувствовать что-то невероятное, что он делал своими губами и языком, видеть его и слышать — было подобно взрыву… Я впилась в плечи Кирилла ногтями, набирая в грудь воздух и тут же медленно выдыхая его. Сейчас мне было наплевать, оставлю ли я метки от ногтей на его коже, порву ли его дизайнерскую рубашку… Сейчас все мои ощущения сосредоточились в одной точке… — там, где язык Кира дразнил меня, заставляя раз за разом кричать.
— Еще…, Кир…, пожаааалуйста… еще… — а в низу живота уже сгущалось знакомое напряжение…
— Тише, сладкая, — густым хрипловатым голосом рассмеялся он. — Своими стонами, ты просто выворачиваешь меня наизнанку… — его умелый язык проник в меня, вышел, покружился вокруг клитора, а потом легонько пощелкал по распухшему комку…
— Ааа-хааа, — закричала я, чувствуя как, мое тело содрогнулось от прокатывающихся по нему волн оргазма. Никогда, никогда еще я не испытывала такого офигенного наслаждения! И только когда пик этого самого наслаждения, наконец, спал, а я слегка расслабилась, Кирилл, поднял голову, взглянул на меня и, облизав губы, многозначительно произнес:
— Видишь? Я же говорил…, что уложимся.
Я кивнула ему, все еще не дыша…, пересчитывая хвостатые звездочки, летающие перед моими глазами.
Вау… Просто вау…
Мужчина медленно поднялся с пола и, убрав с моего лица волосы, тут же впилась губами в мой рот.
— Кир…, это… было… классно, — сумела я промолвить между поцелуями.
— Да? — спросил он с самодовольной ухмылкой.
Кажется, чье-то эго только что взлетело до небес…
— Да, — ответила я, улыбаясь.
И тут раздражающе громкая мелодия его телефона безвозвратно погубила безмятежный миг душевной близости между нами.
С явной неохотой Кирилл отодвинулся в сторону, взял со стола телефон и посмотрел на экран.
— Твою мать! — выругался он, увидев имя звонящего, а я почти физически ощутила, как напряглись и закаменели его плечи под моими ладонями. — Да? — не особо приветливо рыкнул Чертанов, оттолкнулся от стола, и жестом руки указал мне на мою рубашку и сарафан, приказывая привести себя в порядок. — И Вам не хворать…
Я с разочарованной миной на лице показала мужчине язык, и, спрыгнув со стола, каким-то чудом удержавшись на сумасшедшей высоты каблуках, поправила на себе задравшийся вверх подол сарафана.
Нет… ну, что за дела-то такие…??!!
В-первый раз на моей памяти Кирилл поднял входящий на своем телефоне, не сбросив его, как он раньше поступал почти со всеми звонками, мешающими нам заниматься тем, чем мы, собственно говоря, занимались пять минут назад.…
Или это из-за того, что мы находились в офисе?
— Ты же знаешь, Иваныч, я мечтаю, чтобы люди перестали вынуждать меня делать подобные вещи, но к сожалению, они не оставляют мне другого выбора… — натянуто улыбнулся Кирилл, когда наши с ним глаза встретились. — Мне тоже до охренения этого не хочется, — нахмурился он, потирая рукою свою шею сзади. — Когда? Да, конечно…
Наблюдая, как Чертанов Кирилл Алексеевич, успешный акционер строительного консорциума, владелиц нескольких ресторанов и кафе, а так же — как выяснилось полчаса назад, счастливый супруг потрясающе красивой девушки, то бишь меня, разговаривает по телефону с явно ни очень приятным собеседником, я уселась на диванчик и, скинув сапожки на пол, подогнула свои ножки под себя.
— А причем здесь "Славия"? — озадачено спросил Кир, задирая манжету рубашки и бросая мимолетный взгляд на свои часы. — Понятно… — произнес он и в его глазах блеснули серебристые льдинки, в то время как губы уже сложились в недобрую усмешку. — Что, Иваныч, даже на Солнце есть темные пятна…?? Угу… Я так и понял.… Нет, твоя охрана мне здесь на хер не нужна, но я гарантирую безопасность в своем офисе.… Все, договорились…
Положив наконец-то трубку, Чертанов, взъерошил рукой волосы, а потом, опять уткнулся в свой телефон.
— Слушай, Тох, — начал он, и я поняла, что абонентом на той стороне провода, на этот раз являлся Антон Геннадьевич. — Это конфедециальная информация… — поэтому только сам, — произнес Кирилл, странно улыбаясь. — Что хочешь, делай. Подними свои старые связи. Мне без разницы, как это будет выглядеть, но найди мне все, что сможешь о журналисте со "Славии". Да…, да.… И желательно сегодня, так как послезавтра "сходняк" по мою душу.
Тон Кирилла меня не смутил, а вот слова, сумели, привлечь внимание, и зародить панику. Я очень хорошо знала это режущее слух словцо, сказанное им на "фени".
Зря, что ли я дочка полковника полиции…
— Ладно, давай.… Жду результат.
— Что-то серьезное? — даже не пытаясь скрыть напряжение в голосе, спросила я у Кира, как только он закончил свой разговор.
— Нет, просто намечается поездка дня на два, — спокойно ответил он, упираясь одной рукой в столешницу позади себя, а во второй крутя серебристую зажигалку. — Ничего такого, о чем тебе стоило бы переживать…
Не верю…
Ни его словам, ни этой широкой ненатуральной улыбке…
Мне есть о чем переживать!!!
Какое-то смутное, липкое, толком не определившееся чувство неотвратимо-надвигающийся беды, заставило меня вздрогнуть… Сердце в груди забилось как сумасшедшее.…
Почему, бога ради?! Почему именно сейчас??! Нет…, нет…, не хочу.…
Именно в эту секунду, я поняла, чего я боялась больше всего на свете.…
Я боялась потерять Кирилла… Я боялась даже представить себе, что его нет в моей жизни…. Мне стало страшно…, дико страшно.…
Я люблю его… Он — мой муж, он — мой Бог, он — мое все.… С ним тепло и уютно, с ним можно быть настоящей…., к нему можно бежать с грязными волосами, убранными в хвост, с бешено болящим сердцем и со слезами на глазах… и он не оттолкнет, не отвергнет.… За него стоит держаться двумя руками, как за саму жизнь!! Потому что если…, если…. Нет! Лучше тогда и не жить вовсе…
— Кирилл, — чувствуя, что меня начало трясти, я резко подскочила с дивана и как была босиком, прошлепала прямиком до стоящего у стола мужчины. — Я никуда тебя не отпущу!! Никуда! Слышишь?! Я хочу, чтобы ты был всегда рядом со мной.… И… я не могу тебя никуда отпустить… Ты нужен мне живой… и невредимый.… Потому что я…, я… не переживу если… с тобой что-нибудь случится, — всхлипнув, я схватилась обеими руками за рубашку Кира, и притянув к себе, прижалась лицом к его груди.
Сейчас я знала только одно — мне нужно держать его и никогда не отпускать…
— Кир, Господи Боже, я люблю тебя.… До безумия люблю… — скользя губами по его щекам, губам, шее, шептала я. — Ты стал моим миром,… целым собственным миром… — дыхание вырывалось из моих легких сиплыми, надрывными вздохами. — Я не отпущу тебя ни за что на свете…, ты — мой……, и легче разодрать сердце в клочья, чем потерять тебя…,- будто в подтверждение своих слов, я сильнее в него вцепилась. Гладила по волосам и целовала, прижималась к нему всем телом…, сжимала ткань его рубашки, до побелевших костяшек пальцев, чувствуя, как напряжены все мышцы в теле ошеломленного моим отчаяньем мужчины…
Странно…, но слез почти не было. Так бывает — когда очень… страшно…
— Лерка! — донесся из груди Кира глухой рокот. — Родная… — он отстранился и посмотрел на меня с высоты своего роста. Что-то темное мелькнуло в его глазах, прежде чем он улыбнулся и, произнес. — Ну, что ты…. Только дурак может отправиться на погост, сделав такую красивую женщину вдовой.… Нет, Сладкая, дудки им всем…, не дождутся, — нежно поцеловал он меня в висок, лихорадочно гладя по спине и волосам. — Все будет хорошо, милая. Обещаю… — хмыкнул он, и стиснул меня в своих медвежьих объятьях. — Я же всегда выигрываю…
Мы так и стояли, обнявшись еще добрые десять минут, забыв и о дожидающемся Кирилла журналисте, который должен был обсудить с ним заказ рекламного ролика на местном телевиденье, и о, наверное, давным-давно потерявшей меня Валентине Михайловне.
В который раз убеждаюсь, что… секс с одним из главных акционеров холдинга имеет свои плюсы…
— Кир… — произнесла я осипшим голосом, — я тебе рубашку испортила..
— Да, черт с ней с этой рубашкой, — улыбнулся Чертанов. — Сейчас переоденусь, — добавил он, в который раз, за это утро, облизнув губы. Кровь уже не сочилась, и он не поморщился от боли, поэтому я, решившись, встала на цыпочки и, проведя языком по его нижней губе, нежно поцеловала любимого…
— Эй, Кир!!! — дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился слегка заспанный и помятый фейс Макара. — Ой- ой-ой… — скинув руки вверх, засмеялся парень, ничуть не смущаясь своего вторжения. — Чем-то вы таким тут занимаетесь?? — выставляя на просушку все свои тридцать два, осклабился он. — А меня убеждали, что это противоречит правилам компании…
— Скройся, нечисть… — рыкнул Кирилл, запуская в парня увесистую зажигалку…