Глава 11. Армила

По мере того как мы отдалялись от дома, я начала приходить в себя. Леон тяжело и нервно дышал, быстро шагая по дорожке.

– Это ж какой дурой надо быть, – процедил он сквозь зубы, перемежая с более крепкими ругательствами.

– Отпусти меня! Я могу сама идти, – вывернулась у него на руках, пытаясь освободиться.

– Чего ж не ушла тогда, раз сама можешь? Это ж надо было! – Леон остановился, спуская меня на землю. Откинул голову, уставившись на небо, где уже загорались первые звезды, несмотря на то, что еще был ранний вечер. Выдохнул: – Тамин там остался.

Он произнес это таким обреченным тоном, что я невольно поняла подтекст сказанного.

Вспомнила, как миаро бросился наперерез Арону, когда тот чуть было не накинулся на меня.

Мы замолчали оба, разглядывая темнеющую лазурь неба, погрузившись каждый в свои мысли.

– Я должна вернуться, – твердо решила для себя.

Леон взглянул на меня как на сумасшедшую.

– Нет. Арон остынет и сам тебя найдет.

– Но… Что теперь с Тамином?

– Не знаю, – отозвался глухо. – Ничего хорошего, это точно. Он закрыл тебя, принимая основной удар. Если успел выставить щит, то не пострадает… сильно.

– То есть? – Сердечко болезненно сжалось.

– Бесследно ему это не пройдет. Однозначно.

– Ты хочешь сказать, Арон пытался убить меня?

– Нет, – замотал головой высокородный, – убить он тебя не может. У миаро слишком сильная связь с детьми. Мы называем ее Дахо. Она не позволит. Но приложить тебя хорошенько это ему не помешает.

– То есть своими руками не может? Правильно?

Леон неопределенно хмыкнул, подтверждая тем самым мое предположение.

– Зачем ему тебя убивать? Хотел бы – давно бы сделал. Пойдем, – потянул меня за руку в сторону флигельной части дома.

– Жди здесь. – Он втолкнул меня в небольшую комнату и ушел.

Эта часть помещения явно предназначалась для прислуги. Скромно, чисто, аккуратно. Хотя чему удивляться – у миаро везде царил идеальный порядок. Кроме головы.

Что мне теперь делать дальше?

Сидеть и мучиться ожиданием, гадая, все ли целы после истерики моего папаши?! А если и правда Тамин пострадал? Если ему нужна помощь, а я тут прохлаждаюсь?

Хотя чем я могу помочь чистокровному миаро? Они – не люди, и обычные человеческие болячки им не грозят, а телесные повреждения заживают очень быстро. Живой пример – Леон, хоть он всего лишь высокородный.

Сколько дней прошло после того, как он пытался изнасиловать меня в доме у брата и получил за это? А ведь на нем ни царапины не осталось и переломы срослись.

И все равно было неспокойно на душе. Я подошла к окну, раскрывая занавески. Меня оставили одну, слуги разбежались со страху. Самое время спасаться, да останавливало то, что мама тоже наверняка в руках этого монстра и неизвестно, как он отыграется на ней за мою выходку.

Да и далеко ли, надолго ли я смогу скрыться? Вот у мамы не получилось. Судя по фотографиям, он давно ее нашел, но не трогал. Ждал чего-то. А сейчас решил отыграться на беззащитной женщине!

За дверью послышались шаги, и следом в комнату ввалился Тамин.

Я замерла, не зная, как реагировать. Вжалась поясницей в подоконник, не спуская с него взгляда. Бледный, глаза потухшие, едва держится на ногах.

Если бы я не была свидетельницей случившегося, не видела, как Тамин бросился меня защищать, а потом не получила разъяснений от Леона, подумала бы, что он пьян.

– Ты в порядке? – тихо спросил.

И это говорил он, который выглядел сейчас как оживший мертвец!

Придерживаясь за стену, дошел до небольшого дивана-софы и устало свалился на него.

– Как ты меня нашел?

Ему было плохо. Грудь тяжело вздымалась под рубашкой, веки с трудом открывались. Казалось, он вот-вот отключится и только усилием воли держится за сознание.

– Думала, спряталась от меня? – усмехнулся краешком губ.

Во мне боролись два чувства. С одной стороны, хотелось подойти, обнять, прижаться к нему, почувствовать тепло кожи, зарыться в его густые черные волосы и вдохнуть его запах… Забыться в его объятиях, вычеркнув из памяти все плохое, что происходило со мной в последнее время.

Ведь только с ним, только когда он был рядом мне удавалось это. Душа пела, тело наслаждалось.

А с другой стороны, все отравляла ревность. Он ведь не изменился, все так же со своей красоткой Лаурой.

Одно воспоминание, как она кошкой ластилась об него, и сразу тяжело дышать становится, словно в груди кислота разлилась, прожигая дыры, причиняя острую боль.

Он позволял ей это, привел с собой, а значит, ему было приятно, значит, она что-то значила для него. И они по-прежнему вместе.

Тогда зачем кинулся меня защищать, если я – никто для него? Не Леон, не слуги, а именно он?

– Ты сам приказал увести меня, – отрезала холодно, борясь со своими внутренними демонами, которые никак не могли договориться.

– Я испугался за тебя.

Всевышний! Зачем он это делает? Зачем рвет мне душу на части? Неужели не понимает, как мне сейчас тяжело – находиться с ним рядом и понимать, что он чужой мужчина, чужое счастье!

– Тамин, пожалуйста, – прошептала, крепко вцепившись пальцами в подоконник и прикрывая глаза, чтобы он не увидел моих предательских слез, что уже обжигали, – не надо этого.

– Мила, посмотри на меня! – попросил Тамин, заставляя всхлипнуть от его ласкового голоса, от того, какие чувствительные струны он задел во мне. – Девочка моя…

В горле встал колючий ком. Как с этим справиться? Как объяснить сердцу, что нельзя снова поддаваться?

Открыла глаза, обнаружив, что он внимательно наблюдает за мной.

– Уходи! – выдавила обреченно.

– Не могу. – Тамин грустно улыбнулся. – Я люблю тебя!

Фонтан обжигающих эмоций брызнул внутри, растекаясь лавой по венам, превращая кровь в кипяток.

Перед глазами все завертелось со страшной скоростью. Радость смешалась с горечью, счастье с разочарованием.

Хотя по-другому у нас никогда и не было.

Всегда на пределе, попирая законы, переступая запреты. Ходили по грани острого лезвия, рискуя располосовать душу на части.

И сейчас я опять зависла на пороге пропасти.

Поверить? И снова убедиться, что все сказанное ложь? Разве такое возможно? Кто я и кто он!

Я молчала, не в силах выдавить хоть слово, выдать себя и то, что со мной происходило. А миаро вдруг резко начал заваливаться набок.

– Тамин! – Я рванула испуганно к нему.

Присела рядом, подставляя плечо, ощущая тяжесть навалившегося тела и легонько тормоша, чтобы пришел в себя.

– Очнись! Что с тобой? Чем я могу помочь?

– Воды, – прошептал он с закрытыми глазами, – и побудь со мной. Просто рядом.

Это его "просто рядом" обезоружило. Коснулось самых потайных уголков сердца, и обиды на время отошли за задний план. Сделались такими мелкими, ничтожными.

– Сейчас. Ты только не теряй сознание!

Я выбежала из комнаты в поисках воды, открывая попадающиеся по пути двери. Руки дрожали, меня дико трясло.

Наконец за одной из них действительно обнаружилось помещение, напоминающее кухню. Набрав необходимое, я рванула назад, надеясь, что все не так плохо, как мне кажется.

– Пей! Ну же! Пожалуйста! – сунула ему под нос, едва не расплескав, кружку с водой, молясь о том, чтобы не было поздно.

Тамину стало хуже. Он уже не открывал глаза, но воду выпил всю.

– Может, позвать кого? Тебе к врачу нужно. В госпиталь. Тами-и-ин!

– Поцелуй меня, – тихо попросил он.

Так, что я едва его услышала. Дыхание перехватило от такой просьбы.

Святые небеса, ему помощь нужна, мы теряем время, а он о поцелуях!

Но руки сами тянулись к нему. Хотелось обнять, коснуться, почувствовать тепло подушечками пальцев, впитать кожей его мужскую энергетику.

Вгляделась в уставшее лицо. Щеки впали, и на коже, подчеркивая бледность, тень от ресниц. На губах блестели капли воды, приковывая взгляд.

Я медлила, не зная, как поступить. Внутренние качели раскачивались подобно маятнику.

Нет, это бред! Надо звать помощь. Пока я тут любуюсь им, уходит драгоценное время! Но стоило мне дернуться в сторону, как Тамин, уловив мои сомнения, резко перехватил за талию и повалил на себя, прижимая к груди.

Я не успела охнуть, а его губы уже нашли мои, раскрывая их. Горячее дыхание обожгло, и наглый язык ворвался в рот, заставляя подчиниться, отдаться, ответить взаимностью, и я поняла, что не устою перед таким напором.

Руками уперлась в грудь миаро в жалкой попытке оттолкнуть и тут же почувствовала, как рука Тамина крепко стянула волосы на затылке, не давая вырваться, блокируя все мои трепыхания.

Его внезапный шквал желания был похож на цунами, всей своей мощью обрушившись на нас обоих.

Тамин сжимал меня железными тисками, словно боясь, что, если ослабит хватку, я сразу же сбегу. "Пил" меня, глотал жадно мое дыхание, сминая губы, и заражал своим безумием.

Еще минуту назад он лежал без сил, возможно, на пороге жизни и смерти, а сейчас я не могла с ним справиться. Откуда в нем внезапно взялось столько силы?

Распахнула глаза и встретилась с плавящимся серебром в зрачках. Оно не отпускало, засасывая в свои глубины, лишая разума.

Страшно и нереально красиво! Завораживающе!

– Ты…

– Потом! – приложил он палец к моим губам и медленно перевел взгляд на грудь.

Кожа горела, словно он и правда касался ее в том месте. Я не понимала, что со мной происходит, но неведомая сила внутри толкала ближе, убеждая, что все происходящее – правильно, нашептывая, чтобы не противилась. А пальцы Тамина уже ловко освобождали от платья.

– Девочка моя, Мила-а-а, – его голос дурманил разум, в то время как язык вычерчивал узоры на моем теле. – Как же я соскучился!

Ласково, медленно, мучительно пуская сладкий яд в кровь.

Я хватала его за плечи, гладила шею, зарывалась пальцами в густые волосы, наслаждаясь каждым прикосновением наших тел.

Хотелось больше.

Еще.

Сильнее! Острее! Ярче!

Тамин же, словно проверяя степень моего терпения, опрокинул меня на спину и продолжил не спеша спускаться ниже, разводя шире мои колени и устраиваясь между ними.

Он сводил с ума тягучестью. Мучил, играл, подводил к черте и возвращал назад. А когда его язык проник между ног, задевая чувствительный клитор, меня выгнуло от прострелившего удовольствия, что разрядом прошило с головы до пяточек.

Я ощущала, насколько уже мокрая там, внизу, бесстыже распахивая шире колени. Погружаясь в пучину запретного удовольствия. Его пальцы вместе с языком доводили до грани, не давая желаемой разрядки.

Тамин знал, чувствовал мой предел и не позволял перешагнуть его, удерживая каждый раз на самом краешке. А когда в очередной раз он отстранился, я чуть было не застонала в голос.

– Чшш! Сейчас, – выдохнул мне в рот, оказавшись уже сверху и оставляя на губах вкус моей смазки. – Ты такая сладкая. Не мог оторваться!

В глазах взорвался сноп искр от того, насколько резко и нетерпеливо он вошел в меня, заполняя ноющую плоть. Растягивая под себя. И остановился.

Взглянула на него, читая свой приговор в затуманенных глазах.

Я пропала. Растворилась в кипящем серебре. Сдала последние рубежи под натиском его невыносимой нежности.

"Люблю!" – эхом прозвучало в голове, взгляде, в последовавшем движении внутри меня.

"Люблю!" – И меня накрывает волной горячего удовольствия, растекающегося до кончиков пальцев.

"Люблю!" – И я теряю понимание, где кончается мое удовольствие и начинается его.

Теряю себя в вихре эмоций, в водовороте чувств, в мощных толчках внутри меня.

Кто сказал, что мы не созданы друг для друга? Что мы не ровня и не можем быть вместе?

Тамин двигался во мне, покрывая поцелуями лицо, шею, скользил языком по коже, не меняя темпа, и я сгорала в его плену, задыхаясь от накатывающих волн подступающего оргазма, впитывая его порами, как пересохшая губка.

Иногда мне казалось, что миаро каким-то чудом проникал ко мне в сознание, вскрывая потайные замки, сдерживающие факторы, и включал мою чувственность на максимум, обостряя ощущения.

Все то, чего стеснялась и отвергала сама.

Я пришла к финалу раньше, ощутив, как распрямилась внутренняя пружина, как взорвался болезненный комок внизу живота, как сладкие спазмы побежали по всему телу, сокращая мышцы лона и посылая разряды удовольствия в каждую нервную клеточку.

Невероятно нежно и расслабляюще.

Тамин догнал меня почти сразу. Сжал в объятиях, ускорившись. Вбиваясь на полную длину, причиняя легкую боль, и со стоном замер, кончая, оставляя свое семя глубоко во мне, не задумавшись ни на миг о последствиях. Он едва удерживал вес тела на локтях, тяжело дыша и нависнув надо мной.

Я видела, как закатываются его глаза, как пульсирует венка у виска, как подрагивают плечи, и наслаждалась его оргазмом не меньше, чем своим.

Это было потрясающе красиво! В этот момент он был весь мой! Телом, эмоциями, мыслями. Мы с ним связаны. Не знаю как и почему, но именно сейчас я ощутила это. Невидимую нить, протянувшуюся и соединившую нас вместе.

Он не лгал. Не знаю что у него с Лаурой, но насчет своих чувств миаро сказал правду. Сейчас я была в этом уверена.

С души словно камень свалился, наполняя светом, радостью, надеждой и отодвигая в сторону навалившуюся вдруг усталость.

Тамин – мой!