Глава 12. Тамин

Мы лежали, обнявшись, после того как все закончилось, боясь спугнуть мгновения счастья, что отголосками нашего телесного и духовного единения витали в воздухе.

Перебирал пальцами ее волосы, гладил за ушком и не мог надышаться любимым запахом.

Он по-прежнему опьянял меня. Заставлял перечеркнуть накопившиеся претензии и снова зарываться носом в ее макушку.

Мне стало легче. Причем не только душевно.

В теле, несмотря на наш внеплановый чувственный забег, тоже ощущалась необычайная легкость. Сила, которую я почти всю потратил на противостояние с Ароном, вновь забурлила во мне, заискрилась, подчиняясь внутренним потокам, заполняя энергетические каналы.

Я не мог поверить в происходящее, опять и снова прислушиваясь к себе. Так не бывает! Сила возвращается постепенно, день за днем, при полноценном эмоциональном покое. Я точно был уверен, что в другом случае мне потребовалась бы как минимум неделя, а то и больше.

Конечно, я не мог похвастаться полным восстановлением, но уже сейчас чувствовал себя больше чем наполовину здоровым!

И это не чудо. Это моя девочка каким-то образом вдохнула в меня жизнь! Вернула в строй. Невероятное ощущение. Неужели через секс можно восполнять резерв?

Я пытался припомнить такие случаи в парах у миаро, и единственное, что приходило на ум, – это легенды об истинных парах. В их союзах такое было вероятно.

Но то легенды! Сказки о том, чего на свете не существует. Байки для сентиментальных взрослых. А я со своим скептицизмом не верил в подобное. Здесь должно быть другое объяснение, более правдоподобное.

И ведь, когда шел сюда, и близко не было мыслей о сексе. Хотел убедиться, что с Милой все в порядке, что не пострадала, что я успел вовремя закрыть ее от удара.

Подумать только, но если это произошло один раз, то есть опасность, что может и повториться!? Как обезопасить от родного отца, помешанного на мести, если Мила постоянно держит между нами дистанцию?

В памяти всплыл укор в ее взгляде, обида и слезы на кончиках дрожащих ресниц. Невысказанные претензии.

Правда, у меня тоже накопилось к ней несколько важных вопросов, не дававших покоя и крутившихся на языке. Стоило прояснить.

Она лежала у меня на плече, положив ладонь на грудь, прислушиваясь к биению сердца.

– Почему ты сбежала? – я первый нарушил молчание.

– Испугалась, – негромко отозвалась Мила.

И снова целительная тишина. Каждый погрузился в свои мысли.

Я отчаянно пытался вспомнить, чем мог ее напугать. Прокручивал последние события, вытряхивал воспоминания из памяти и не мог найти ни одной зацепки.

– Чего? – не выдержал наконец.

Мне необходимо было это знать, чтобы успокоиться, понять, в какой момент и где я налажал.

– Ты лгал мне, – замерла она в моих объятиях и тут же попыталась отстраниться, на что я лишь крепче прижал ее к себе, пресекая даже попытки оного.

Лгал? Что за чушь? Когда? В чем?

Нахмурился, переводя взгляд на ее лицо, но Мила упрямо не хотела смотреть в мою сторону. Взял за подбородок, разворачивая к себе.

– Поясни?

– Что? – вспыхнула румянцем.

– Я никогда не обманывал тебя, Мила, – покачал головой.

– В тот день… в наш последний день, – запнулась она, – ты обещал, что не лишишь меня возможности стать матерью. А вечером пришел специалист. По стерилизации.

Теперь она с вызовом уставилась на меня, не отводя взгляд. А меня манили губы, оказавшиеся совсем рядом, опухшие от поцелуев и рождающие в голове десятки развратных мыслей.

Я снова начинал хотеть ее, не замечая, что Мила ждет ответа, когда я, как идиот, не могу совладать со своими потребностями.

– Я обещал, – медленно, растягивая слова, пробормотал, стараясь смотреть в глаза, – и я все бы для тебя сделал. Специалист приехал, чтобы подтвердить факт стерилизации, которой на деле бы не было. Ты должна понимать, что такие сделки заключаются не при свидетелях. Поэтому и вызвал его на дом. Я собирался заплатить ему за молчание, чтобы он поставил липовую печать в договоре.

Я боролся сам с собой, пытаясь держать себя в руках, но, когда мое искушение медленно провело по губам язычком, приоткрывая рот и томно выдыхая, я вновь почувствовал зверский голод по моей девочке. Словно не брал ее совсем недавно на этом диване, не кончал всего каких-то несколько минут назад.

Но тело упорно доказывало свое, а яйца дымили так, будто секса не видели несколько месяцев, скручивая пах с особой жестокостью.

– А Лаура?

– А что Лаура? – раздраженно передернул плечами.

Знакомое имя резануло слух. Вот о бывшей любовнице разговаривать сейчас я точно не хотел!

Мила немного отстранилась, смерив презрительным взглядом.

– Это по меньшей мере нечестно к ней.

– Она тебя не должна волновать! С ней я сам разберусь, – отрезал жестко, пресекая разговор на эту тему.

– Но ты по-прежнему с ней! Или думаешь, так легко делить любимого мужчину с другой женщиной?

– А я – любимый?

На меня не произвела впечатления ее гневная тирада о другой, а вот ласкающее слух слово "любимый" уловил сразу.

Мила же резко сдулась после такого вопроса. Засуетилась, пытаясь выбраться из кольца моих рук, понимая, что выдала себя с головой.

– Пусти!

– Лаура для меня ничего не значит, – прошептал на ушко, сдерживая и не давая вырваться, – она – в прошлом.

– Вот только она, похоже, так не считает! – язвительно бросила Мила.

Я прикусил кончик ее ушка, посасывая и играя языком, ощущая, как Милу ведет от моей ласки, хоть и пытается сопротивляться.

– Моя девочка ревнует?

– Ненавижу, когда мне лгут!

– Просто поверь мне. Хотя бы раз. Не задавая вопросов.

Мила окончательно затихла в моих руках, перестав сопротивляться. Вот только развернулась она теперь так, что прижималась аппетитной попкой прямо к моему члену.

К черту! Трахнуть ее снова, чтобы прекратила накручивать себя.

Эта мысль мне определенно нравилась.

– Так надо. Сейчас это не столь важно.

– А что тогда, по-твоему, важно? – вспылила она.

– Я разговаривал с твоим отцом…

Проклятье! Я не могу вести нормально диалог, когда она трется об мой каменный пах. Пусть и не специально. Отодвинулся, присаживаясь на край дивана. Вдох-выдох, вдох – и вроде напряжение отпускает.

– Ты должна увидеться с матерью, – встретил ее удивленно-настороженный взгляд, – только она сможет помочь. В ее руках твоя судьба.