Глава 33. Армила

– Я скучал по тебе, – тихим проникновенным голосом, – дико скучал, Мила-а-а! – эти слова, как самые меткие стрелы, пронзили сердце насквозь, дотянулись до потайных уголков и ударили точно в цель.

Столько бессонных ночей, столько обид, столько нервных клеток, и… словно не было ничего. Разом. Смело такими простыми словами. Очистило от волнений. И камень с души упал.

А я ведь знала! Знала, дурочка, но заставляла себя сомневаться.

Он рядом, он любит, он защитит! И теплая рука, согревающая мою ладонь, лишь подтверждала это.

Мы подходили к кромке воды. Где-то здесь и должен был быть защитный купол. Тот самый, о котором столько говорили и который видели лишь избранные. Вода в реке источала затхлый неприятный запах. А чуть подальше, метров через десять от берега, на воду ложились плотные белые облака.

Туманы.

И в одном месте виднелась черная прореха, как дырка на полотне. Рваная. Безобразная. С грубыми краями.

– Видишь? – Тамин указал кивком в сторону облаков. – Это и есть купол. Стой здесь и не вздумай приближаться. Купол для неопытных опасен. Он ложится на воду, и стоит немного не рассчитать расстояние, как тебя засосет.

– А ты?

– Я справлюсь. Все будет хорошо. Слышишь? – Он обхватил меня за плечи, натягивая цепь на наручниках.

Заглянул в глаза, выискивая поддержку. И столько боли, тревоги, переживаний разом всколыхнулось в его взгляде, что внутри все сжалось в тугой комок. Интуиция заголосила на все лады.

Он специально успокаивал меня, чтобы я отпустила его одного. Чтобы осталась здесь, на берегу. А сам идет на верную смерть. Иначе зачем целым десяти миаро страховать нас? Не одному или двум, а десятку!!!

Вцепилась в его руку, не в силах разжать хватку. Я не могу его сейчас потерять. Только-только поверила, впустила в сердце надежду – и снова в пропасть? Я не выдержу так. Я не такая сильная. Не смогу без него!

А Тамин тем временем высвободил руки и, гипнотизируя взглядом, стал отступать в воду. Все дальше и дальше, медленно ступая назад, скрываясь уже по пояс в воде. И удерживая меня на расстоянии, чтобы не кинулась следом. А отойдя на достаточное расстояние, разорвал связь и уверенно двинулся на облака.

Я закусила губу до крови от бешеного желания рвануть следом, чтобы рядом, плечом к плечу, с ним! Но не смогла сдвинуться с места. Ноги будто приросли к земле. И только ментальные ниточки тянулись следом за ним, раскручивая внутренний клубок, готовясь в любой момент влиться в него, поддержать, защитить. Не дать сгинуть.

Тамин остановился совсем рядом с туманом. Отсюда, с берега, казалось, что он способен рукой дотянуться до облаков.

– Держи с ним связь, – шепнул голос на ухо. – Он не справится один. Только вместе, только объединившись.

Я, почти не поворачивая головы, покосилась на миаро, с которым пришел Тамин. Тот заговорщицки подмигнул и отступил.

Я и сама это чувствовала. Не знаю откуда. Вспомнила последнюю встречу в саду у Арона, обстоятельства, ощущения. Вспомнила, как превратилась мысленно в поток энергии, питая Тамина и отдавая ему свою силу. Сейчас требовалось то же самое. Ничего сложного. Стоило только убедить себя в этом.

Тамин стоял, выпрямив спину и закинув назад голову. Неподвижно. И только я знала, как ему сейчас тяжело, как лопаются от боли капилляры в голове и кровь бешеным напором выдавливает глазные яблоки. Потому что ощущала на себе его напряжение. Оно передавалось сквозь расстояние, нарушая все законы логики и вселенной. А купол, как голодный монстр, пожирал его энергию, тянул, не насыщаясь, и даже близко не было видно конца этому кошмару.

Тамин слабел. Он терял силы. А я никак не могла настроиться.

Почему в прошлый раз все так легко получилось?

– Я не могу, – выдохнула сквозь слезы, – не могу, не могу!

– Вода не дает. Иди к нему, – снова шепнул тот же самый голос, и я без колебаний вошла в прохладную воду.

Подол юбки вился вокруг ног. Каждый шаг давался с трудом. Стихия сдерживала, ограничивала движения. Как во сне, когда хочется бежать, лететь, а тебя гирями тянут вниз. Не пускают. Но чем ближе я подходила, тем ярче чувствовала Тамина. Эмоции становились объемными, живыми, полноценными, а не только маленькими отрывками.

Подошла сзади, обняв за пояс, и положила голову ему на плечо. Он вздрогнул, но не обернулся.

– Я люблю тебя. Я хочу быть рядом. Всегда.

Нащупала его руку и переплела пальцы, ощущая легкое покалывание. Тепло по всему телу, несмотря на прохладную воду.

Он вдохнул полной грудью, расправляя невидимые крылья и посылая новый заряд куполу. Не слабеющий, который вытягивал последние крохи энергии, а мощную волну. Прямо в самый центр чернеющей дыры. И на моих глазах произошло чудо.

Облака загудели, как живые. Задрожали. Задышали белым туманом и начали стягиваться в целое полотно. Словно кто-то изнутри огромной иглой сшивал их в единое целое.

– Получилось? – не выдержала я.

– Да. Почти. Мы смогли, – тяжело выдохнул Тамин, разворачиваясь ко мне. – Зачем ты так рисковала? Я ведь велел оставаться на берегу. А вдруг…

– Я бы не смогла без тебя, – отвела глаза, краснея от его волнующего горячего взгляда.

– Не смей так больше делать! Не рискуй собой! Слышишь?

Он обнял, как мог, гремя цепью наручников, за талию, прижал к груди и уверенно толкнул к берегу, согревая теплом, своим присутствием и, самое главное, обещанием долгих счастливых дней и сладких ночей в будущем.

– Ты ведь не сбежишь от меня больше? – наклонился, развернув к себе.

Обжег дыханием, захватывая в плен мои губы и утаскивая в водоворот своей страсти. Даже так, в подобных условиях и при смертельной опасности.

Я не помню, как он вытеснил меня на берег. Мокрая юбка липла к ногам, заставляя дрожать и плотнее прижиматься к Тамину в поисках тепла, но мне все равно было хорошо, легко и радостно на душе.

– Ты замерзла. Сейчас скажу, чтобы отправили тебя домой. Проклятье! Что за?.. – Он удивленно покрутил головой, выискивая кого-то и не находя.

– Помощников ищешь, Тамин? – раздался знакомый голос сзади. Злой, сочившийся ядом и такой до боли знакомый. – Вот и свиделись. Ну, здравствуй, Мила!

Этот тон, знакомые нотки и привет из прошлого хлестнули острой виной. Больно, пробирая до самых костей. Я застыла, забыв о том, что надо дышать. И даже холод от мокрой одежды не спасал от того огненного жара, что внезапно опалил изнутри.

Я медленно развернулась в его сторону, все еще надеясь, что мне кажется, что это просто плод воображения, эффект от каких-нибудь галлюциногенных газов рядом с куполом, мираж туманов.

Но нет. Зрение и слух меня не подводили. В нескольких шагах от нас стоял Силах! Обросший, с диким выражением лица и жестоким взглядом. Он исхудал, изменился, но это по-прежнему был мой бывший жених! Мой поклонник, друг детства и несостоявшийся муж.

– Всевышний… Силах! – не удержалась от возгласа.

– А мне нравится такое обращение, – усмехнулся, поигрывая в руках непонятной штукой, похожей на верт. – Рада меня видеть?

– Как ты здесь оказался?

– О, это был долгий и тяжелый путь. У меня ведь нет влиятельного папочки и богатого любовника. Я все сам. М-да. Тяжко, – почесал наигранным жестом бороду. – Но ничего, видишь – справился!

– Что ты сделал с охраной? – подался вперед Тамин, задвигая меня за спину.

Я огляделась и чуть было не заорала в голос, вовремя закусив кулак. Все десять бойцов и два сопровождающих миаро лежали на земле в неестественных позах без признаков жизни.

– А зачем нам свидетели? Да и вообще, такое количество миаро на квадратный метр слишком непозволительная роскошь в нашем мире. Мила, солнце мое, ты совсем мне не рада? Не хочешь подойти, обнять? Невеста моя… – он с такой желчью цедил слова, озираясь вокруг озлобленным взглядом, что мне стало страшно.

И это был не тот страх, когда пугают, выскочив из-за угла, не такой, когда накрывает с головой, а такой, когда ползет мерзкими мурашками под кожей, когда стынут внутренности, ноги деревенеют и тело перестает подчиняться.

Что произошло с Силахом с того момента, как мы с ним расстались? Я ведь даже не задумывалась, не вспомнила о нем ни разу, погрузившись в водоворот последующих событий. Даже не пыталась узнать, как он!

– Не подходи, – предупреждающе отозвался Тамин. – И она не твоя. Ты отказался от нее еще тогда, в самом начале.

– Не-е-ет, это ты, подлая тварь, подстроил все так, чтобы выставить меня перед ней в наихудшем свете. Ты решил присвоить ее себе и отобрать у меня жизнь! – сплюнул смачно рядом с собой Силах.

– Я не отбирал у тебя ничего. Я даже не сдал тебя властям! Пожалел и отпустил домой. Идиот!

– Отпустил, говоришь? Вышвырнул на улицу без гроша в кармане, трахая при этом мою невесту!? Это называется пожалел??? А тебе не многовато ли было, мажор? Деньги, слава, породистая сучка в качестве жены и моя Мила. Та, которую я берег все эти годы, пылинки сдувал! А ты ее в качестве подстилки!

– Заткнись! – прорычал Тамин, и я почувствовала, как от него стало фонить отрицательной энергией. – Закрой свой поганый рот. Не смей ее оскорблять!

– Кого ее? Милу? Или ту размалеванную куклу, которую я прирезал на вашей квартире с любовником? Так удачно вышло. Одним махом двоих! А знаешь, как она визжала? Вначале под ним, что через дверь слышно было, как он ее жарит, а потом когда пыталась убежать от меня. Мне понравилось, как она захлебывалась собственной кровью. Я надеюсь, ты оценил?

– Так это был ты! – выдохнул Тамин, едва сдерживая себя в руках.

– Я. Ты забрал у меня любимую, а я у тебя… хотя вряд ли ты ее любил. Не особо скажешь по тебе, что скорбишь.

– А Леон?

– Амбал этот? О, с ним тоже легко было. Эта дура сама вложила мне в руки вот эту замечательную штучку. Видишь? Думала, я высокородный, и давай махать перед носом. – Силах поиграл в руке чем-то похожим на верт.

А я ведь видела уже подобное! При нападении разбойники вырубали такой штукой миаро, обездвиживали, а потом перерезали горло. Да! Именно!

Она работала на расстоянии, поэтому миаро, не ожидая подвоха, попросту не успевали даже сориентироваться, чтобы включить защиту. Да и кто мог подумать, что у людей окажется штука, способная с легкостью справляться с сильными мира сего!

– А-а-а, вижу, узнал! – довольно протянул Силах. – Занятная вещица. Ею и миаро вырубить без проблем, и купол повредить…

Я вглядывалась в знакомые черты лица, в вихрастые русые волосы, что сейчас выгорели под солнцем и отливали рыжиной, и не могла узнать в нем своего защитника в прошлом. Куда делся добрый рубаха-парень, которого я знала? Что с ним сделали ненависть и желание отомстить?

– Мила, у тебя еще есть шанс. Я прощу тебя и даже постараюсь забыть обо всем, если ты сейчас уйдешь со мной.

– Куда? – вылетело машинально, даже не задумываясь.

– Она никуда не пойдет, – отрезал Тамин.

– Пойдет. Иначе отправится вслед за своим отцом!

Меня словно ударили под дых, лишив воздуха. В голове взорвалось нестерпимой болью понимание того, что это он! Это Силах поджег нашу таверну. Не Арон, не кто-то из его шестерок, а тот, кому я верила. Тот, кто был преданнее собаки, кому я, не сомневаясь, вручила бы нож и повернулась бы спиной, будучи уверенной, что вот он – никогда!!!

– За что-о-о? – прошептала я, чувствуя, как слезы потекли по щекам.

Разочарование и ненависть схлестнулись в душе, затягивая в воронку самых опасных эмоций, открывая благодатное поле для ярости и безумия.

Силах нервно передернул плечами, перекидывая свою смертельную игрушку из одной руки в другую.

– Я не стремился его убивать. Хотел всего лишь отобрать у вас то, чем вы так дорожили, чтобы дать почувствовать, каково это – когда тебя лишают мечты. А то, что твой отец не выжил… это оплошность.

– Оплошность? – дрожащим голосом произнесла я, произнесла я, чувствуя разливающуюся горечь во рту и соленый привкус слез. – Смерть невинного человека для тебя оплошность?

Боль скрутила грудную клетку, снова всколыхнув воспоминания об отце, о том, через что пришлось пройти братьям, а для него это оплошность?!

Тва-а-арь!

– Убью, – прошептала, двинувшись на бывшего жениха.

– Мила, стой! Я сам разберусь с ним, – рванул на себя Тамин, и я спиной уперлась в его грудь.

– Твою мать!!! Да ты теперь такая же тварь, как и они! Ты… миаро? – завопил Силах, сжав в руке оружие и наведя на нас. – Гады. Мерзкие нелюди, в преисподнюю вас!!! Расплодились. Ничего. Скоро закончится ваша эра правления. Я пробью купол решетки, которую вы так оберегаете, и вы все сдохнете! Все-е-е!

– Сейчас, на счет три, ты резко ложишься на землю, – шепнул на ухо Тамин, – без вопросов! Поняла?

– Нет! Я его сама…

– С тебя начну первой, – прицелился Силах.

– Три!

В последний момент я не успела среагировать, как Тамин резким движением отшвырнул меня в сторону. Сырая земля забилась в нос, глаза. И резкая боль в сердце пронзила до самого позвоночника, сотрясая тело. Силы метались, тело выкручивало. Что-то бабахнуло, сверкая над головой.

Кое-как протирая глаза и отплевываясь, я вскочила на ноги, и почти тут же земля подо мной закачалась. Тамин лежал, раскинув руки, на спине. Цепь от наручников болталась на одном запястье. А на груди расползалось красное пятно.

Рядом, в нескольких шагах, стоял Арон с каменным лицом, а у его ног последние смертельные судороги сотрясали тело Силаха.

Меня затошнило от увиденного. На негнущихся ногах я бросилась к Тамину, поскальзываясь на влажной траве, царапая колени и снова, уже на четвереньках, спеша к нему.

– Тамин! Любимый! Скажи, что ты живой!

Он еще дышал. Хрипел с надрывом, и тоненькая струйка крови текла по губам вниз, к подбородку. Рана на груди была серьезной. Слишком быстро росло пятно и рубашка пропитывалась кровью.

– Посмотри на меня! – Я обняла дрожащими ладонями его лицо, поворачивая к себе. – Посмотри! Ты не умрешь, слышишь! Ты нужен мне! Нам! Мне и сыну. Не смей! Не смей умирать!!! Не оставляй нас одних! Держись. Борись!

– Я люблю тебя, – прошептал он, слабо шевеля губами, – моя… Мила-а-а! Уходи. Сейчас… опасно, – закашлял, давясь кровавой слюной.

Рана на его груди начинала светиться голубоватым светом изнутри, как светильник, разгораясь все ярче и ярче.

– Нет, нет, нет! Так не должно быть! Я не смогу без тебя! Не выживу! Пожалуйста!!! Тамин! Здесь Арон, он сейчас перенесет тебя в госпиталь, тебя спасут, – шептала, давясь обжигающими слезами, почти не видя ничего из-за пелены перед глазами. – Спасут. Ты только не умирай. Не оставляй меня одну…

Оглянулась в поисках Арона.

– Только сына сбереги, – схватил меня за запястье холодеющей рукой, – и себя. Я вернусь…

– Аро-о-он! – заорала во весь голос и, не выдержав, разрыдалась.

– Ты ему не поможешь, – раздался ледяной голос того, кого звала.

– Перенеси его! В госпиталь. Ты же можешь!!!

– Поздно. Он пробил не только грудную клетку. Он повредил энергетические каналы. Из него уходит жизнь. И сила миаро.

– Но можно же что-нибудь сделать? Остановить как-то?

Взгляд Арона пригвоздил к месту. Лишил веры. Разбил вдребезги последние крохи надежды.

– Она беременна, забери ее, – прохрипел Тамин, обращаясь к Арону. И снова перевел мутный взгляд на меня: – Маленькая моя, пожалуйста! Прости.

– Не могу! Я не могу бросить тебя здесь одного. Я люблю тебя! – Слезы ручьем текли по щекам, смешиваясь с грязью, и капали на руки.

Я уже не обращала на них внимание.

– Я знаю, малыш. Знаю. Я тоже люблю тебя, – надрывно, так, что сердце кровью облилось, – и буду любить вечно. Тебя и сына. Я всегда буду рядом. С вами. Слышишь? Всегда! А сейчас уходи. Ради нас. Ради нашей любви. Ты должна, ты сильная. Ты справишься!

И кровь стынет в венах, потому что я чувствую, что он не выживет. Знаю, что лжет. Не вернется. Ощущаю, как из него сейчас вытекают последние капли энергии, могильный холод растекается под кожей, сковывает тело и костлявая тянет к нему свои скрюченные пальцы.

– Прочь! – заорал над ухом Арон, рывком отцепляя меня от Тамина.

Швыряя, как котенка, в темный, открывшийся рядом временной тоннель. А у меня перед глазами все поплыло, и заколотило то ли от холода, то ли от понимания, что я больше не увижу Тамина.

Никогда.

Он не обнимет больше, не прижмет к себе. Его тело уже сейчас начинает остывать там, на холодной земле, рядом с туманами.

И сил сопротивляться не осталось.

Будь ты проклят, Силах!

Будь проклят!!!

Последнее, что я успела разглядеть, – это потухающий взгляд любимого и яркий столп света, который вырвался из его груди. А затем черный мрак отрезал меня от них, выплюнув совсем в другом месте.