Глава 13. О тонкостях охоты на собак и воришек

Большую часть пути мы провели в молчании. Увиденное попеременно казалось то дурным сном, то затянувшимся спектаклем. Ушлый толстяк на проверку оказался не столь предусмотрительным, каким выглядел. А ведь, когда подписывала щедрый контракт, мне тоже казалось, что я гений предусмотрительности.

Сейчас же все виделось в ином свете. Легкомысленная шутка обернулась серьезными неприятностями. Гораздо больше заработка теперь волновала собственная сохранность. Я крутилась ужом на сковородке и неизменно чувствовала, что покинуть опасное место не успеваю.

Еще и Артур ведет себя так, что не ясно: можно ли доверять. Растус из подозреваемых отпал сам собой. Осталось всего два кандидата, и один из них сидит рядом со мной.

Последнее время все чаще виделось, что Артур и хозяйка заодно. Она заключила хитрый контракт, он следил чтобы я не сбежала. Даже бумагу забрал, чтобы наверняка. И оба к чему-то меня готовили. Зачем двум вранам лик? Не представляю! Они же раньше не знали о даре? Надеюсь, не знали.

– А он лицедеем был, – заметила я невпопад и даже вразрез с собственными мыслями. Но не скажи немедленно, опять забуду. Уже в который раз. – И очень неплохим. Я видела однажды.

Артур бросил на меня короткий взгляд и рассеянно ответил:

– Что-то подобное я и подозревал. Только не понимаю для чего решился.

– В деньгах нуждался, – произнесла я сочувственно. Если бы не это и меня бы тут не было.

– Многие нуждаются, – отрезал тот, резко заходя на посадку: – Но не все ввязываются в сомнительные делишки. Некоторые работают.

– Много ты понимаешь! – разозлилась я. – Я тоже работаю. А толку-то!

Я выскочила из мобиля, со всей силы хлопнула дверью и устремилась к поместью. Ярость так и клокотала во мне. Легко рассуждать, когда с пеленок небо в алмазах. Ему бы мои проблемы, посмотрю, как запоет.

Так я пыхтела, взбегая по лестнице. Но ко второму этажу поостыла и усовестилась. Назвать его жизнь легкой – перебор: одна няня чего стоит. Да и хозяйка не лучше. Каждому свое: мне – денежные проблемы, ему – личные. И не известно, что хуже.

К комнате подошла почти спокойная, стянула охранку, повернула ручку двери и…передумала заходить. Осторожно отпустила ручку, восстановила охранку и пошла обратно. Со стороны манипуляции выглядели странно, я же беспокоилась, что поторопилась.

Тот, кто нахально проник в комнату, ставшую моей, превосходно зачистил следы. Даже вернул на место защиту, будучи внутри помещения. Только об эмоциях позабыл. Все враны забывают об этом при встрече с ликами. Мне же это только на руку. Кроме Артура, конечно, который всегда на стороже. Он исключение.

Я бодро проскакала вокруг дома, встала под балкон и накрылась невидимостью. За тем последовали аура и запах: все, меня как будто нет. Я левитировала, не без злорадства предвкушая как поймаю ночного вора. Или не вора: он тогда ничего не украл.

Плохо, просачиваться через дверь не умею даже с помощью магии. А так хотелось бы, раз и в комнате. Снимала охранку, поворачивала ручку едва дыша и одновременно понимала: бесполезно. Если в комнате вран, а больше там быть некому, то услышит все равно.

Дверь открывала очень медленно, внутрь влетела, а не вошла, но тот, кто находился внутри, уже поджидал меня. Да, дверь, открытую настолько сильно, не спишешь на сквозняк. Да и защиту ветер снимать самостоятельно не умеет. Взломщик нахально смотрел в мою сторону и даже не пытался скрыться. Феноменальная наглость. Хотя, в лаборатории я тоже не пыталась сбежать. И вряд ли выглядела раскаивающейся.

Прятаться больше нет смысла. Затея сразу была обречена на провал, чего уж там. За секунду я скинула невидимость, призвала свет для защиты и требовательно спросила:

– Ну и что ты тут делаешь, Чени?

– Устанавливаю новую защиту на комнату, – соврал тот так ладно, что я поверила. Вернее, поверила бы, не будь магом.

– Ночью?

– Почему ночью? – он с недоумением посмотрел в окно.

Надо же, правда, изумлен. Неужели не помнит? Или думает, что я не знаю?!

– В прошлый раз ты устанавливал защиту ночью. Новый магический ритуал? Поделись секретом!

Смутился, честное слово. Что значит опыт. Точнее его отсутствие. Артура так легко не поймать. Тот сразу выдаст несколько вариантов на выбор, и вычислить, где правда, станет просто невозможно. Или не станет объяснять, а возьмет наглостью и обаянием.

– И вообще, врываться ночью к девушке – это за гранью приличий. А если бы я с любовником была?

Чени поверил и совсем расстроился, я же наслаждалась триумфом и собралась «добить», когда он посмотрел на стену. Ту самую, что отгораживает эту комнату от покоев Артура. Вгонять в краску расхотелось. Не знаю, способен ли мой сосед подслушать разговор, но точно не хочу, что бы он слышал о любовниках. Тем более мифических. Поверит же!

Вместо этого я решила разговорить незваного гостя светом и заодно выгнать из комнаты. Он почти лик и можно поразвлечься. А враны подобное воспринимают, как нападение и в ответ призывают тьму.

Сильно стараться не стала: больше положилась на спецэффекты. Сияние самое яркое, круг пошире. Силы на это практически не затрачиваются, а выглядит впечатляюще. Вначале Чени усмехнулся, потом призадумался, а потом…призвал тьму.

Я тут же прекратила представление со светом. Не от испугалась: от неожиданности. Он же лик, точно лик! Как же так?

Стоило исчезнуть свету, как Чени отозвал тьму и настороженно уставился на меня. Небось просчитывает, что еще придумаю. А я не могу ничего придумать: слишком много вопросов.

– Ты больше лик, чем вран! – я подошла ткнула пальцем ему в живот и добавила от обиды: – Уж это я точно знаю!

Он опешил настолько, что не сразу ответил. Только стоял и молча смотрел на меня да таращился так, словно я сказала самую большую в мире глупость.

– Я вран. И всегда им был. Чистокровный, между прочим, – наконец, пояснил он.

– Нет, нет. Я не могла так ошибиться. Тебя же полностью зовут Шеннен?

– Откуда ты знаешь? – он плюхнулся на кровать, мою, между прочим, и теперь пронзал заинтересованным взглядом.

– Ты в детстве жил в Радужном королевстве и дружил с одной девочкой, – мрачно процедила я.

– А я все думаю, почему твой запах мне знаком?! – он с восторгом шлепнул себя по лбу. – Ну, конечно! Я уже чего только не придумал. А об этом даже не вспомнил.

– Как, ну как, я могла ошибиться? Не может быть. Должна же я, хоть что-то, угадать. Ты обязан быть ликом. Я тебя вычислила, – от расстройства я уселась прямо на пол и теперь чертила пальцем кружочки света, которые тут же гасли.

– Прости. В детстве я носил амулет, маскирующий ауру. Специально, чтобы не привлекать внимание ликов, – он улыбнулся и расслабился, – во мне нет светлой крови. Зато нюх и слух острее, чем у многих вранов.

– Как же так. Ты же видел меня, когда я пряталась под невидимостью в ангаре.

Он развел руки в стороны и после продолжил с задорной улыбкой:

– У тебя очень характерные духи. Ошибиться невозможно. А уж про твою неуклюжесть вообще молчу. Ты же не может спокойно пролететь и не упасть.

– Так что ты ищешь в моей комнате? И зачем следишь? – я вошла в раж и ощущала себя крутым следователем на допросе, и никак не меньше.

– Артур просил приглядеть за беспокойной девицей, что навязала мамаша, – отозвался он спокойно. – Ищу ловушки, которые на твоем пути возникают сами собой. Нам надоело тебя из них вытаскивать.

– Так вы думаете, что это я же их и подстраиваю?

Я взметнулась с пола, в два прыжка подскочила к нему и теперь нависала, угрожающая и страшная. А он мало того, что не испугался, так еще губы сжал покрепче, чтобы не заржать. Чего это он?

– Нет. Мы думаем, что предотвратить проще, чем исправить, – ответил он, хитро улыбаясь, а я удосужилась посмотреть вниз. М-да, декольте оказалось, как раз напротив его глаз, и выглядела я скорее распутной, нежели угрожающей. Польстила себе, так польстила. Я сконфуженно отодвинулась и нахально спросила, пользуясь тем, что он охотно отвечает:

– А Югетт зачем сказал, что влюблен в меня?

– А что еще я мог ей сказать? Она не знает ни про лабораторию, ни про опыты. Зато всегда и всех видит. И в курсе, кто и куда пошел. Клад, а не женщина. Не ходить же за тобой целыми днями.

– С чего она взяла что Артур не интересуется женщинами?

Чени-таки прыснул, посмеиваясь же пояснил:

– Зашла не вовремя. Мы с Артуром только с корпуса вернулись, и проверяли друг друга на запахи. Знаешь, в этом доме очень сложно что-то скрыть. Любой запах выдает. А в лаборатории полно оттенков чуждых дому. Я успел его обнюхать и забраковать. А он обнюхивал меня, когда она вошла. Представь картинку. На нем только брюки, и на мне уже расстегнута рубашка, край которой он держит. Что она должна была подумать?

У меня перед внутренним взором промелькнула картинка нашего с Растусом «разговора», когда он только приехал в этот дом.

– Да. У этой драконессы удивительный нюх на сплетни, – согласилась я, но остался еще один вопрос: – А зачем вы Шафла отселили в другое крыло? Так же следить за ним неудобно.

– Не мы. Дайна. Она здорово нам подгадила, запихнув его в то крыло, которое мы использовали как вход.

– Так она знает про лабораторию или нет? Я совсем запуталась кто, есть кто, – честно призналась я, и старательно округлила глаза. Говорят, так я выгляжу особенно трогательно и беззащитно.

Чени вздохнул, отвел взгляд и ответил далеко не сразу. Я даже подумала, что он вовсе не ответит.

– Догадывается, – выдохнул он. – Она там никогда не была. Но вокруг кружит коршуном. Кружит, но не нападает. Не ясно только почему. И Расти натравила. Даже подсказала ему как пробраться. Ненавязчиво так, чтобы решил будто сам раздобыл.

– Это в ее духе, – усмехнулась я, припомнив как лихо она столкнула меня и Артура.

Чен же вольготно развалился на моей кровати. Вот же, невоспитанный. Я укоризненно посмотрела на него, но похоже, он ничего не заметил или сделал вид. Поудобнее улегся и спросил, глядя в потолок:

– А ты что на базе делала?

– Какой базе?

– В доме, спрятанном в прилегающем к поместью лесу.

Я молчала очень долго. Чувствовала, что зря тяну время и не знала, что сказать. Как они узнали? Как? Я же все магические следы затерла и охранку восстановила.

– Ты наследила и очень сильно, Иза. Отпираться бесполезно.

– Я все спрятала! – упрямо проворчала я.

– Да? – вкрадчиво спросил он и насмешливо посмотрел на меня. – А следы?

– Какие? – чуть не плача спросила я. Ведь, так старалась. Так старалась.

– Обычные. От обуви. У тебя кроссовки грязные были. И у Шафла тоже.

– Забыла! – покаялась я, мысленно отнимая очередной плюсик у сообразительности. Магия, чтоб ее, а про следы даже не вспомнила. А тогда грязно было. Неудивительно, в общем.

– Али поэтому мне проверку устроил?

– Конечно. Только мы не подумали, что ты снова отважишься. Но ты умеешь удивлять.

– Ты тоже. Что ты такого мог увидеть, что Расти решился тебя шантажировать? – Чени округлил глаза, и я поспешила пояснить: – Он думал, что я – это ты. А Дайна тогда обрадовалась, даже странно. Ты же, вроде как, ее личный помощник.

– Видел как Расти пытается проникнуть в покои Артура. Я из них вышел, а там он: с охранкой возится. И Артура внутри нет. Он в лаборатории остался. Дайна же в последнее время стала подозревать, что я работаю не только на нее. Как видишь, до твоих подвигов мне далеко.

Я немедленно заважничала и спросила то, что хотела попросить лично у Артура. Но тот в хорошем настроении бывает далеко не всегда, а с Чени мы очень дружелюбно беседуем. Нужно пользоваться.

– Так, что в закрытых комнатах в концах коридора? Жуть до чего интересно.

– Артур не сказал?

– Не успел, – уклончиво отозвалась я. – Но собирался показать.

– Собирался?! – хмыкнул Чени и сразу стало ясно: не скажет. Он задумчиво разглядывал потолок, стенку, окно, точно занятнее зрелища нет и помалкивал. Потом резко отмер, подтянулся к изголовью кроватью и саданул кулаком по стене. – Ща уточним, – пообещал он. – Сам собирался, сам пусть и показывает.

Упс, не вышло.

Артур вошел через балкон и приподнял брови, разглядывая лежащего приятеля. Того снесло с кровати. Ух ты, какая дисциплина. Сразу чувствуется, кто главный.

– Ты ей обещал показать наши боксы. Что?! Это она так сказала!

Чени ткнул пальцем в мою сторону, и Артур послушно повернул голову ко мне. Он ничего не сказал, но оправдаться захотелось просто нестерпимо. Я сдержала благородный порыв и затараторила, представив, что передо мной стоит Пресветлая:

– Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, – и видя, что выражение его лица не смягчается, добавила: – Ну, я же умру от любопытства.

– Выживешь, – скептики фыркнул он и безжалостно добавил: – Но нашу лабораторию в поиске правды или завалишь, или разнесешь.

Я прониклась. Честно. Не часто вран признает ликесу достойной противницей. Родители бы мной гордились. Хотя, мама и сейчас может погордиться, надо только не забыть рассказать.

Артур и Чени дружно посмотрели на меня, переглянулись и вынесли вердикт:

– Пошли уж. Так мы, хоть, будем видеть, что ты делаешь.

– И вовремя нейтрализуем. Авось, спасем уникальный проект.

Вереницей мы перебрались через балкон в комнату Артура, и оттуда через картину выбрались на затемненную лестницу. Тут-то до меня и дошло то, что в предыдущий раз ускользнуло. Хотя, обычно я легко запоминаю такие мелкие детали.

– Так входы же из картин закрыли!

Мой голос неожиданно громко прозвенел в узком коридоре, и я зажала рот ладонями. Поспешила, поскользнулась и полетела в темноту. Упала на что-то мягкое и по недовольному шипению догадалась: ни на что-то, на кого-то.

– А локти обязательно оттопыривать, – возмутился Артур, но вытряхивать меня с лестницы не стал. Аккуратно поставил и убедился, что больше не падаю.

– Не закрыли, а доработали систему защиты. Вы с Растусом подсказали нам, где пробоины. Их мы и убрали. А входы на месте, как и раньше.

Я остро ощутила собственную слабость и несовершенство. Так меня с небес на землю не сдергивали. До сих пор мне удавалось выпестовать самомнение, все больше убеждаясь, что я самая умная, самая красивая и самая сильная. Ну и уникальная с двумя-то дарами, само собой. А тут. Издевается. Опять, издевается.

– Не расстраивайся, – Артур подал мне руку, сойдя с последней ступеньки. Думаю, чтобы я снова не свалилась, а вовсе не потому, что ему это приятно. – Над защитой мы трудились всей лабораторией. Там такие силы вбуханы, что ты и не должна ничего видеть. И потом, ты уверенна, что хочешь быть самой сильной?

– А что не так? – подвох я почуяла, но где не уловила.

– А, по-моему, быть самой счастливой важнее. А сила – это не главное.

Я не нашлась что ответить, но мысленно согласилась. Весь ворох достоинств, не раздумывая, променяла бы на счастье. Остальное само приложится.

Длинный коридор в этот раз оказался совсем не длинным. То ли попутчик сыграл роль, то ли привыкла к большим расстояниям. Умница Чени неслышно скользил рядом и не встревал в разговоры. И признаться, я совсем про него позабыла. Так что у бокса, того самого, что уже посещала, даже вздрогнула от неожиданности, когда он возник рядом.

– Не передумала? – уточнил Артур. Я мотнула головой и поджала губы. Вот еще, я столько об этом мечтала. – Включай прозрачность! – скомандовал он, и Чени бесшумно выскочил из коридора.

Выходит, где-то есть общий щит управления этой серебристой красотой. Раздался тихий щелчок, который я расценила как открытие крышки, затем шипение, и завеса стала прозрачной, но не исчезла.

Я же смотрела на узника и не верила глазам. Захотелось тыкнуть пальцем, чтобы убедиться в достоверности того, что вижу.

Это оказался мужчина преклонных лет, чинный и благовоспитанный на вид. Даже не скажешь, что способен так буянить. Он тоже заметил меня и поклонился, горько улыбнувшись.

– Я же предупреждал. Беги! Зачем пришла? – прошелестел он и качнулся, а я отмерла и обернулась к Артуру, проигнорировав вопрос:

– Так это все-таки приведение?

– Не совсем, – тихо ответил он, и я изумленно посмотрела на полупрозрачного мужчину, которого с легкостью удерживала на месте силовая завеса. – Это душа уже ушедшего.

– И сколько их здесь?

– Все боксы заняты. Те, что поспокойней, сидят не в одиночестве.

– Зачем они вам?

– Это облегчает процесс перехода в те эпохи, где они жили. Они все из разных мест. Нам пришлось потрудиться, собирая коллекцию.

– Коллекцию?! – я повторила, перекатывая на языке ужасное слово. – А я не могла понять почему тут такая давящая атмосфера?! Ты вран, и ты не чувствуешь. А вот, мне очень заметно. Это неправильно. Мертвые должны оставаться мертвыми. Нельзя обмануть природу. Вам нужно дорабатывать способ перехода. Им здесь не место. Они только все погубят.

– Я говорил. Они не слушают, – прошелестел голос из-за завесы. – Талдычат о славе. Какая славе, когда меня уже нет.

– Так вот для чего была создана эта лаборатория. Для славы, – протянула я неторопливо.

– Нет. Для матери. Отец хотел знать правду о гибели, и стал искать способ поговорить. А в процессе появились и другие идеи. Затянуло просто. Один из таких разговоров закончился трагедией для отца.

Я снова ничего не спросила о матери и о Дайне. Не рискнула, и как всегда, трусливо оставила на потом. Сказала то, что важнее сейчас:

– Твои ученые достигли многого. Они справятся и без ушедших, чье присутствие губительно для живых. Отпусти их.

Он молчал так долго, что решила: откажет. Точно откажет. Но он молча вышел из коридора. Я последовала за ним и пусть старалась идти тихо, сама себе казалось ужасно громкой и неуклюжей. Он вошел в холл, в котором находятся обе двери в лаборатории, подошел к Чени, что стоял у третьей стены, потеснил его и дернул за красный рычаг.

Судя по шипению, пленки открылись все разом, но вынырнуть рискнул только тот самый мужчина. Он снова поклонился и прошелестел:

– Спасибо, – а после крикнул на удивление громко: – Выходите! Свободны!

Его слова сработали лучше, чем исчезнувшие пленки, и души выскользнули в коридор. Сперва неуверенно, а после быстрее и быстрее. Казалось, хлынувшая призрачная масса раздавит, но она легко проникла сквозь стены и потолок, минуя нас.

Я кинулась к выходу. Никогда не бегала в темноте так быстро. Но главное торопилась не зря: с балкона открылся совершенно невероятный вид. Белесые дымки выпархивали из подземелий, махали руками и таяли в небе, словно их никогда и не было. А вместе с ними исчезали грусть и тяжесть на душе, что особенно сильно преследовали в последние дни.

Да, верное решение: мертвые – к мертвым. Осталось понять, как разорвать контракт, кто ставил на меня ловушки и можно уезжать.

Артур подошел как всегда тихо: неслышно встал рядом и положил руку на плечо. Я оглянулась и бодро улыбнулась, дыбы не выдавать щемящую грусть. Этот дом не стал родным или просто привычным, но уезжать не хочется. Совсем. Только ему знать не обязательно. Особенно ему.

Я повернулась и оказалась лицом к лицу с ним. Даже не видя себя в зеркале, ощущала жар и догадывалась, что лицо «пылает». Раньше смутить не удавалась никому. А еще впервые заметила, что он на целую голову выше меня ростом. Вроде, небольшая разница, но рядом с ним ощущаю себя мелкой и беззащитной. Непривычное чувство и опасное. С моей кочевой жизнью давно привыкла рассчитывать только на себя. Нельзя расслабляться. Никак нельзя.

– Иза, мне ты можешь доверять, – сообщил он, проникновенно заглядывая в глаза.

Руки он незаметно передвинул на талию и теперь находился еще ближе, ненавязчиво прижимая меня. Я же запуталась в ощущениях. То ли стоять и нежиться дальше, то ли отодвинуться, чтобы не привыкать. Он развлечется, а я переживать буду.

– Иза, ты недавно живешь в моем доме. И все воспринимаешь не так, как я. Многое из того, что мне кажется очевидным, для тебя выглядит иначе. Может ты заметила что-то странное, вроде нашей лаборатории?

Эм, это совершенно не то, что я надеялась услышать. Он должен сказать что-то влюбленно-романтичное. Вернее, не должен, но на это надеялась. А тут как ушат ледяной воды.

Мне есть, что рассказать. Я не забыла ни о странностях поведения Фуфы, ни о загадке монстриков на третьем этаже. Но, после обманутых ожиданий, пусть сам ищет. Надеюсь, с уходом Расти прекратятся и покушения.

Я разберусь сама. Как и всегда. Не стоило и надеяться на другое. Няня и наследник богатейшего семейства – даже звучит смешно.

– Весь твой дом – одна сплошная странность, – обтекаемо ответила я. – Одна прямоугольная полянка чего стоит. Впервые такое вижу. И деревья, завезенные издалека и искусственно ускоренные в росте.

– С чего ты взяла что деревья ускорены в росте? – Артур смотрел озадаченно, а я прикусила язык. Проговорилась, так проговорилась.

– А как иначе вышла такая четко выверенная граница? – выкрутилась я, вспомнив главное правило: не хочешь говорить правду, отвечай вопросом на вопрос.

– Не прижились растения над лабораторией. Все засохли, – ответил он, мгновенно успокоившись.

– Все верно. Это из-за неуспокоенных душ. Но теперь, когда ты их выпустил, полянка станет обычной.

Артур задумался и отрешенно кивнул, глядя в окно. Хотела бы знать, о чем он размышляет. И почему все предпочитают пользоваться моими способностями, и никто не думает обо мне. Хотя, встречались и настроенные очень серьезно, но тут уж я воспротивилась.

– А ведь это отличное место для второго этажа корпуса, – сказал он наконец. – Места в лаборатории давно не хватает. У нас есть еще пара интересных идей, а воплощать негде.

– И там будет светло, – размечталась я. – По крайней мере, днем точно.

Хотя, мне-то какое дело, меня тут уже не будет.

– Иза, если тебе мой дом кажется темным, давно стоило сказать. Я бы отладил освещение, несмотря на… недовольных. Я не подумал, что лику может быть некомфортно.

– А я не подумала, что мое мнение чего-то стоит, – пожала я плечами. – Кто я здесь, чтобы указывать?

– Не говори так! Никогда. Делись со мной всем, что тебя мучает, – он так смотрел, точно хотел что-то сказать, но не решался.

Заманчивое предложение, очень даже, но с откровенностью повременю. Но один вопрос задам, раз уж предложил.

– А ты не думаешь вывести лабораторию из тени? Представь, скольким ты сможешь помочь. – На его лице появилось такое упрямое выражение, что поспешила продолжить: – Мне понравилось. Правда. Хотя переход напугал. Зато результат понравился. Может, кому пригодиться. Здание далеко от поместья. Деревьями отгорожено.

– Если вывести отдельную дорожку и калитку может и стоит. Хоть, часть расходов окупится, – он задорно посмотрел на меня и иронично уточнил: – Вообще-то, я говорил о другом. Но мысль интересная. Чем меньше будет прятаться, тем меньше будет любопытных. Многих секретность только раззадоривает.

Он продолжал изучать меня веселым взглядом, а я недоумевала: что не так-то?! Он же не думал, что тут же выверну душу наизнанку, зная, что взамен не получу ничего. Он склонил голову вбок и с загадочным видом спросил:

– Иза, ты, правда, не видишь или предпочитаешь не замечать?

– Опять загадки, – простонала я.

Надоело, сил нет. Что я должна заметить? Неужели так сложно сказать прямо? У меня антиталант в отгадывании намеков. Я на редкость «толстокожа» и недогадлива. И если раньше считала наоборот, то случай с Чени ясно объяснил происходящее. Ну и ладно, читать между строк, дано не всем.

– Хорошо, я подскажу. Я закрываю глаза на все твои выходки, все прощаю и готов выполнить все твои желания.

Он ожидал реакции, а я старательно отгоняла заманчивые мысли. Пусть говорит прямо, а не играет в угадайку. Кто как, а я всегда угадываю в свою пользу, но не всегда верно. Не хочу обмануться и точка.

– Ты очень добрый, да? – я широко улыбнулась, пусть и не до смеха сейчас. – Угадала?

– Иза?!

Попытка перевести разговор в шутку его не впечатлила, но и отталкивать с криками ужаса не стал. Отступил на шаг, и выпустил из объятий.

– Пойду я, – пролепетала я и задом-задом отступила к балкону. Что сказать не знаю, он ходит вокруг да около, а мне некогда ждать, пока созреет. Спасаться надо: давно пора разобраться с расторжением загадочного контракта.

По балкону дошла до двери своей комнаты, взялась за ручку и глянула вниз. Лучше бы этого не делала. Мелкая ушастая пакость сидела точно под балконом и гипнотизировала взглядом. На цветок она садиться не рискнула, но и стратегически удобный пост не покинула. У, следопытка нюхливая, доберусь до тебя. Хотя, чего ждать-то?

С криком: – «Держи шпионку!», – сиганула вниз. Еле-еле успела сформировать заклинание, чтобы не свалиться кулем на землю. Фуфа не дождалась приземления, а стартанула с места сразу, как только я заорала. Что же, догонялки – это даже интересно, а уж как полезно.

Стоило приземлиться, я кинулась в ту сторону, где скрылась собачонка. Через пару секунд меня нагнал Артур и на бегу спросил:

– Ты ее знаешь?

– Конечно! – собственно все живущие в этом доме знают Фуфу.

– Она под невидимкой?

– Кто бы ей ее дал, – фыркнула я, зорко всматриваясь в окрестности. – Да и зачем. Мелкая же и так превосходно спрячется.

– Настолько мелкая, что даже не видно? – он сбавил темп, подстраиваясь под мою скорость.

– Спряталась уже, – посетовала я и повернула за угол дома.

– Как хоть выглядит? Покажи! Вперед побегу, ты слишком медленная! – разозлился он, не ясно на что.

– А что показывать? Ты Фуфу не видел? – Он остановился так резко, что я налетела на него и возмущенно заорала: – Чего встал? Упустим!

– Уже упустили! – он скрестил руки на груди и сурово смотрел на меня. – Зачем тебе Фуфа? Она-то чем помешала?

– Как это чем? Да она с самого начала следит за мной! – проорала я и попыталась обойти вокруг него.

– Фуфа? Очнись! Как собака может следить? – рявкнул он в ответ и переставил меня на прежнее место. Вот же истукан непроходимый!

– Не знаю! Но она есть везде, где есть я. А следом появляется хозяйка. Всегда!

Объяснение сработало. Он прекратил меня удерживать и задумался. Не удивительно, у них с Дайной давняя нелюбовь.

– Так мы мелочь не найдем. Она может спрятаться где угодно. Надо раскинуть сеть и глянуть.

Сказано-сделано. На построение совместной сети ушло пару минут. Выглядела она непривычно и состояла не только из белых, но и из черных ячеек, но функционировала исправно. Только пришлось помучиться с настройкой, дабы отсечь мелкие предметы. Чего мы только так не нашли: и мешок с компостом, забытый на клумбе, и ведро и даже лейку.

Короче обошли все клумбы и таки сообразили добавить в сетку цвета. Вернее, настроить поиск по температуре. Теперь живое подсвечивалось красным и оранжевым, неживое – зеленым и синим. Я торжествовала, Артура волновало другое:

– А я и не знал, что у нас столько крыс. Надо сказать Югетт, пусть изгонит. Заклинание простенькое. Справиться.

Кроме того, мы обнаружили парочку кротовин, осчастливили знание садовников и вернулись в дом.

Фуфа пряталась на первом этаже в библиотеке. Идеальное место для мелкого зверька. Слабое освещение не проникает в темные уголки, и скрыть там можно целый табун Фуф: никто ничего не заметит.

В этот раз подготовились тщательно. Закрыли дверь и усилили свет. Теперь он сиял так резко, что раздражал даже меня, что уж говорить об Артуре, но тот молчал и неслышно приближался к укрытию.

С моей точки зрения, излишняя предосторожность, во-первых, меня слышно издалека, во-вторых, слух собачонки не уступает его, да и нюх тоже. Но может он по-другому двигаться не умеет и то, что странно для меня норма для него? Скорее всего, раньше не задумывалась об этом: теперь понимаю.

Глухое ворчание мы услышали еще до того, как увидели источник. Фуфа забилась под шкаф, прижалась к стенке, в которую усиленно пыталась попасть. Проверять прочность ее зубов не рискнули. В паре шагов от укрытия остановились, переглянулись, да и запустили заклинанием быстрого сна. Полчаса, ну может, час и она проснется, а нам как раз хватит времени.

Артур осторожно извлек спящего зверька, покрутил и с недоумением повернулся ко мне:

– Самая обычная собака. Даже не представляю, что ты надеялась найти.

– А я и не сомневаюсь, что это собака, – хмыкнула я и отобрала добычу. – Меня давно интересует ее ошейник. Есть в нем что-то странное. Я однажды его уже видела вблизи, но разобраться не успела.

– Присядем? – он уселся на диванчик и кивнул на низенький столик, куда я и водрузила ношу.

Внешне ошейник казался самым обычным, и я уже приготовилась признать ошибку, когда Артур с удивлением присвистнул.

– А замочек не открывается. Кто-то над ним хорошенько потрудился.

Ошейник, который обычно легко снимается, мало того, что не расстегивался, так даже не поворачивался вокруг шеи. Ерунда, какая-то!

– Ты знаешь подобное заклинание? Я впервые вижу, – протянула я, прощупывая ремешок, что только выглядел кожаным. На ощупь же нечто очень твердое, сродни камню. Кстати о последних, несколько прозрачных камушков по кругу украшали загадочное изделие, только выглядевшее как ошейник.

– Есть у меня подозрение. Надеюсь, ошибаюсь, – мрачно процедил Артур и подцепил отращенным когтем один камень.

Поворот, щелчок, рывок, и я подхватываю украшение.

– Портить-то зачем? – возмутилась я вандализмом и поднесла цацку поближе к глазам. – Ой-ей, да это же… скажи, что ошибаюсь.

Он хмуро отковырял второй камень и кивнул с хмурым видом:

– Записывающий кристалл. Хитрое расположение, хороший обзор. А если нет обзора, то есть голос, что отлично слышен.

Он закончил вынимать камни, но ошейник расстегнуть так и не удалось. Кроме того, зачарованная штуковина демонстрировала чудеса прочности и крепости.

– Может, оставим?

– А шерсть? Ты посмотри на шее пролысины. Скоро болячки будут. Нельзя издеваться над животным! – возмутилась я и сообразила: – А как хозяйка ей управляла? Неужто Фуфа настолько умна, что понимает приказ за кем следовать по пятам, причем неотрывно. Она даже спала у моих дверей.

Артур посмотрел на меня, точно моя словоохотливость натолкнула его на какую-то идею. Он приложил ладони так, чтобы обхватить весь ошейник, благо собачка мелкая и сделать это нетрудно, даже мне. А после призвал тьму. Я смотрела как под его пальцами плавится прочный обод, как он ленточкой стекает на стол и не понимала, что происходит.

– Гадкое заклинание, – с отвращением процедил он. – Вот потому, что абсолютную тьму используют для подобного, вранов и бояться. Это не ошейник вовсе. Своего рода контролер сознания. При неповиновении больно наказывает провинившегося. Чем сильнее воля, тем сильней удар. Некоторые даже впадали в беспамятство от боли. Впрочем, Фуфе это не грозит. Скорее, сразу убьет.

– Ты же не отдаешь псинку обратно? Нет?

– С какой стати. Чужая боль удовольствия мне не доставляет. Отдадим Чени. Пусть отнесет к ветеринару, а после спрячет. Только надо придумать, кем заменить. Сейчас эм…нет дома. Но скоро вернется. И должна встретить любимую шпионку на месте. Иначе возникнут вопросы.

– Живых существ я к ней не подпущу, – резко заявила я и приготовила к спору, но Артур промолчал: – Создам иллюзию такого уровня, что она не отличит. Никто не отличит.

– Вот, в это верю, – шутливо усмехнулся он. – Других ликов в доме нет. А остальным твои картинки не по клыкам.

Я отчаянно храбрилась, создавая иллюзию такого уровня, чтобы и мне собачка казалась настоящей. И все же не могла отделаться от неприятного ощущения холодка, бегущего по спине.

Дайна не только заключила кабальный контракт, но и дала понять, что готова к любым моим выходкам, лишь бы не расторгать. А теперь выясняется, что еще и приставила слежку, дабы быть уверенной, что не сбегу.

Пресветлая, зачем я ей?