ГЛАВА 8

Прошли ужасно нервные два дня, когда мы с Лексом не видели друг друга. Я успела перемусолить у себя в голове тысячи мыслей. Десять раз расстроиться и ещё двадцать обрадоваться. Да, кажется, я влюбилась, как глупая кумушка.

Я боялась, что он не позвонит, как обещал. Потом боялась, что позвонит, но скажет, что чем-нибудь занят, лишь бы не встречаться со мной. Ведь наши игры закончились. Он уже завоевал свою добычу. Охотничий интерес удовлетворен. И в самом конце я уже размышляла о том, что вообще-то, как пара, я ему не очень-то и подхожу. Один костюм, который он надел, чтобы сходить со мной в тот китайский ресторан с утками-мандаринками, стоил дороже, чем вся моя личная мебель в скромной съёмной квартирке. Да, я тоже кое-что понимаю в брендовых шмотках. Хоть и никогда не носила ничего подобного. Наверное, влияние сестёр сказывается. Кстати, вот одна из них, наверно, в каком-нибудь своем платье от Gucci прекрасно бы смотрелась рядом с ним.

С другой стороны, более неудачную кандидатуру, чем одна из моих сестричек, для него сложно подобрать. Это, как подсунуть прекрасному принцу жабу вместо золушки. Жабу, которая будет мечтать только о его деньгах и думать о том, насколько ее помада не подходит по цвету к его Porshe. Да, если бы злая волшебница хотела пожелать ему чего-нибудь плохого, она смело могла бы желать в возлюбленные прекрасному принцу Нику или Лику.

Моему прекрасному принцу…

А вообще, это была прекрасная мысль! Нет, конечно, не про сестру в качестве возлюбленной, а про ее платье. Лекс сказал, что он хочет отвезти меня на открытие какого-то загородного клуба. А в чем мне там появиться? В своем мини из Zara или рваных джинсах из NewYorker? Да знаю я, что мне уже почти двадцать два, и на носу серьёзная карьера археолога. Но я все ещё ношу обыкновенное молодёжное барахло.

Конечно, у меня есть и более приличные платья. Есть даже один коротенький пиджак. Но все это было не то.

А вот вещички любой из моих сестёр, я уверена, вписались бы в формат данного мероприятия, как нельзя лучше.

Не хотелось, конечно, что-то у них просить. А ещё меньше хотелось появляться в доме, который когда-то был почти моим. В доме, где жил отец, где встречал меня после школы. И где теперь поселились три фурии. У одной из которых мне придётся сегодня выманивать не меньше, чем золотое руно. И при этом так, чтобы не быть укушенной змеями в их волосах. Проще говоря, придётся выдержать пытку общением.

Я позвонила на домашний телефон и удостоверилась, что, по крайней мере одна из сестёр — дома. Я даже не стала разбираться, какая именно.

— Подождешь, пока я приеду? — выдавила через силу.

— Конечно, Мила. Такой сюрприз! — ответила какая-то из них наигранно приветливым тоном. — Ты не приезжала наверно год! Только поторопись, у меня маникюр через час! Если не успеешь, я уйду.

Хмыкнула и согласилась. Конечно, ждёт она меня. Ага.

Старая квартира встретила довольно приветливо. Дверь мне открыла Лика в одной полупрозрачной комбинашке.

— Привет, дорогая! — чмокнула она воздух и тут же побежала докрашивать ногти на ногах.

— Привет. Ты почему в таком виде? — удивилась я.

— Потому что я дома, а что?

— Но ты же открыла мне без вопросов. А, если бы за дверью была не я?

— И что? — не поняла она, чуть нахмурившись. А я бросила эту кислую затею. Объяснить ей, что открывать дверь в полуголом виде нельзя, не представлялось возможным.

Логово Тисифоны, Алекто и Мегеры выглядело вполне по-человечески. Нигде не наблюдалось откушенных фуриями голов, змеиный яд не разливался по полу. Странно.

Прошла в большую комнату, где раньше жила вместе с сестрами. Моей кровати давно не было. Как и любого намека на то, что когда-то я здесь обреталась. Повсюду валялись предметы туалета, розовые тапки, помады и чулки.

— Ты чего пришла? — спросила Лика, не поднимая на меня головы. Она была очень занята.

Хотела кое-что попросить, замялась я. — А, где Ника?

— Ах, представляешь! — вдруг отвлеклась она от своего мега-важного занятия и посмотрела на меня широкими глазами, в которых плескалось так мало интеллекта. — Её парень бросил! Ни с того, ни с сего!

— Да что ты говоришь? — наиграно удивилась я. А сама подумала: «Неужели догадался золотой мальчик, что ей ничего, кроме денег не нужно?»

— Да! Жалко-то как! Представляешь, она позвонила ему утром, а он ей: «Конфетка моя, между нами все кончено, постарайся понять. И, будь добра, больше не звони. Я очень занят. Пока-пока!»

Но, почему я видела в глазах Лики блеск затаенного удовлетворения? Может мне просто кажется? Может я просто слишком плохо думаю о своих сестрах?

— И куда она пошла? Она наверно очень расстроена? — попыталась посочувствовать я.

Ника сказала, что у неё есть какой-то план, и что так просто от неё ещё никто не уходил. Наверно, попытается вернуть.

— Что ж, удачи ей в этом нелегком деле, — выдавила я улыбку. Культурные церемонии соблюдены. Пора было переходить к делу. — Лика, а можно попросить у тебя какое-нибудь приличное платье?.. Что-нибудь брендовое?

Сестра подняла на меня удивлённо-насмешливый взгляд.

— До тебя наконец-то дошло, да?

— В смысле? — помрачнела я. Ну вот, слышу, как зашевелились змеи на ее голове.

— Дошло, что одеваться так, как ты, в приличном обществе не принято?

Улыбка растеклась по её лицу от уха до уха. Но к её чести будь сказано: она тут же встала, закрутила флакончик с лаком для ногтей и подошла к шкафу.

А у меня мелькнула мысль, что, вероятно, впервые в жизни я склонна согласиться с сестрой. Там, куда я собралась идти, в моей одежде появляться стыдно. Мне будет стыдно.

Она выжидающе смотрела на меня, не спеша доставать платье. Хотела насладиться триумфом. Что ж. Мне не жалко.

— Да, Лика. Ты права.

Девушка счастливо улыбнулась и стала перебирать свои тряпки. Вообще, она нравилась мне значительно больше Ники. И я рада, что нарвалась именно на неё. Лика была… добрее, что ль.

— Вот смотри, есть золотое с вырезом от Louis Vuitton. Оно довольно дерзкое. Есть вот это темно-бордовое от Burberry. Очень стильное, но довольно простое. Есть Salvatore Ferragamo, это чистая Италия, потрогай!

Я коснулась приятного на ощупь материала. Да, эти вещи действительно радовали глаз. Но тратить на них всю зарплату все же верх глупости. Я оставалась при своём мнении.

— А вот это, приятного молочно-синего цвета? — указала я на одно из в меру строгих, в меру эротичных платьев.

По-моему расчету оно прекрасно сочеталось бы с дерзко-голубыми глазами Лекса…

— Да, это очень хорошая модель от Dior. И, кстати, она прекрасно будет контрастировать с твоей морковной косой.

Лика окинула меня немного презрительным взглядом.

— Хотя, если распустить твою шевелюру и сделать в салоне крупные спирали… Было бы волшебно!

И глаза её завороженно блеснули.

Нет уж, хватит с меня и платья. Выглядеть, как танцовщица Go-go на светском мероприятии я не собиралась. А образ, предложенный сестричкой, был слишком хорошо мне знаком.

— Спасибо, Лика, дальше я сама.

Блондинка надула губы, но платье мне протянула.

— Куда хоть ты собралась? — спросила она напоследок, когда я уже застыла в дверях.

— Сама не знаю, — пожала плечами. — Открытие какого-то клуба.

— Правда? — удивилась сестра. И хотела было ещё что-то сказать, как увидела время на часах и воскликнула: — Блин, я же опаздываю!

И дверь перед моим носом бесцеремонно захлопнулась. Слава Богу. Я улыбнулась, играючи осматривая себя с ног до головы: змеиных укусов нет. На этот раз пронесло.

Помчалась к себе собираться. Времени до приезда Лекса оставалось в обрез.

Платье село, как влитое. Вырез неглубокий, но материал подчеркивает грудь. Юбка сильно выше колена, но не мини. Самое то, что нужно. Выбрала серьги из своих запасов: золото, свисающее округлыми каплями. Единственные из драгоценного металла в моей коллекции. Я все же предпочитала бижутерию. И выбор огромный, и цена смешная.

Макияж — лёгкий, подчеркивающий глаза.

А вот с прической подход должен был быть серьезнее. И я уже была записана к мастеру.

Забежала в парикмахерскую на цокольном этаже своего дома, и через полчаса вышла оттуда с шикарной косой-бохо, заплетенной от самого затылка пышными завитками.

Лекс приехал даже раньше, чем мы договаривались. И телефонный звонок, которого я так ждала, удивил своей внезапностью.

— Выходи, Мила, я уже здесь, — услышала я в трубке знакомый голос, от которого мурашки побежали по спине.

— Темно-синий Bentley ожидал у подъезда, совершенно выбиваясь своей обтекаемой роскошью из серого пейзажа спального района.

— Ты невероятно прекрасна, — сказал тихо Лекс и скользнул по мне тяжёлым взглядом, оставившим горячий след на теле.

Я улыбнулась, и мои щеки слегка потеплели.

— А ещё моё платье подходит по цвету к машине, — наивно бросила я, захлопав густо-накрашенными ресницами. Сегодня мне позволялось быть немного более ветреной, чем всегда.

Лекс ухмыльнулся в ответ.

— Ну, конечно, это ведь самое главное! — шутливо заметил он, открывая передо мной дверцу.

— Нет, — ответила я, садясь в удобное автомобильное кресло, затянутое в черно-красную кожу. — Самое главное, чтобы тебе понравилось.

Мужчина вдруг замер, садясь рядом и не сводя с меня обжигающе-горячего взгляда. Вдруг одна его рука опустилась на моё колено, мягко скользнув между бедрами. Я вздрогнула, наблюдая, как она поднялась выше, задирая подол. Почувствовала, как ловкие настойчивые пальцы едва коснулись трусиков, явив потемневшему взгляду синих глаз ярко-алую ткань.

— С этим у нас проблем нет, вакханка, — с придыханием сказал он.

И вдруг неожиданно тронулся с места. Машина послушно зарычала, вывозя нас на трассу, чтобы плавно разогнаться и умчать вдаль.

Я довольно быстро успокоила дыхание, начиная привыкать к постоянному чувству восторга и возбуждения, испытываемого рядом с этим мужчиной. И стала наслаждаться плавностью хода и тихой музыкой, разливающейся в салоне. На этот раз, как ни странно, никакого металла. Мягкая английская композиция напомнила старые диски Romantic collection девяностых годов.

— Так что за клуб сегодня открывается? — решила я-таки узнать.

— Что-то вроде загородного отеля. Ты знаешь, что я — главный директор холдинга, владеющего сетью ночных клубов. Совет директоров одобрил мое решение открыть под нашим брендом ещё и загородный отель. Вот туда мы и едем.

— А вход, наверно, по приглашениям?

— Конечно, — кивнул Лекс, а потом озорно посмотрел на меня. — А твоё приглашение — я! Можешь предъявить меня на входе и получить бесплатно номер Люкс и корзину фруктов.

— Правда? — поддержала я игру. — А симпатичного мальчика-официанта мне бесплатно не дадут?

Лекс прищурился, надув губы.

— Вот уж нет, даже не рассчитывай. И имей в виду, если какой-нибудь подглуповатый подавальщик на тебя хотя бы посмотрит не так, как нужно…

— Да я же пошутила, — улыбнулась я, и он тут же расслабился.

Загородный клуб встретил нас стильной табличкой-указателем: «Олимп». Чуть поодаль виднелись огромные художественные врата, изображающие двух богинь, держащихся за руки.

Охранник на въезде пропустил машину, даже не думая попросить пропуск.

Огромная живописная территория с небольшим озером окружала невысокое здание с колоннами в виде титанов, держащих свод-крышу. Перед главным входом прямо на улице стояли фуршетные круглые столики вокруг которых крутились гости. Играла живая музыка — чуть в стороне стояла платформа с оркестром. В небольших палатках обслуживающий персонал делал коктейли, резал фрукты, предлагал поиграть в тир и какие-то другие игры.

Мы вышли из машины и быстро влились в уже немаленькое общество гостей. Некоторые из приглашенных здоровались с Лексом, любопытно поглядывая меня. Кто-то успевал перекинуться с ним парой незначительных фраз. Я чувствовала себя неловко и непривычно. Но постепенно привыкала, и праздник начинал мне нравиться.

В какой-то момент к нам подошёл высокий смуглый брюнет с короткими, кудрявыми волосами и умным цепким взглядом. В целом он был весьма привлекателен своей странной южной красотой. Но, конечно же, до моего Лекса ему было далеко.

— Привет! — сказал он с акцентом, радостно хлопая по плечу моего спутника. Тот широко улыбнулся и обнял незнакомца.

— Рад видеть тебя, — ответил Лекс и повернулся ко мне. — Знакомься, дорогая, это Аргос Адамиди, мой будуший греческий партнёр. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

Он широко улыбнулся.

— Аргос, это Милана Баркова, моя леди.

Я слегка покраснела, протянув руку для рукопожатия. Вместо этого мужчина медленно поднес мою кисть к губам и поцеловал. Как мне показалось, задержавшись губами на моей коже чуть дольше, чем требовалось. Но, может это разница в культуре?

— Очень приятно, — сказал он, улыбнувшись белоснежными зубами.

— Мила, — продолжил мой кавалер, — у Аргуса дом на морском побережье, который он сдает туристам. Я снял его для тебя на время твоих раскопок в Амфиполи.

— Что? — удивилась я.

— Ну, тебе же нужно будет где-то жить, — пожал плечами Лекс, будто ничего необычного не сказал.

— Я буду рад, если моё скромное жилище скрасит ваше пребывание на моей родине, — сказал Аргос, слегка кивнув головой. Его произношение слегка хромало, но все слова он произносил безукоризненно правильно.

И я заметила, что лёгкий акцент придаёт ему даже некоторую загадочную привлекательность. Но сейчас не об этом.

— Как? Зачем ты снял дом? Откуда ты знаешь, когда и где у меня раскопки?..

Хотя, если подумать, смысл почти всех этих вопросов несколько терялся, когда в голове всплывало воспоминание о его встрече с профессором. Валерий Павлович явно заискивал перед ним. Значит, у них какие-то общие интересы…

— А я тебе не говорил, что финансирую эти раскопки? — невзначай бросил он, словно говорил о погоде.

— Вообще-то нет, — пробурчала я.

— Ну так вот, я финансирую эти раскопки!

— Да что ты говоришь… Вот, значит, почему профессор так нервничал.

— А он нервничал? Бедный Валера, совсем работа его извела.

Притворно хмыкнул Лекс.

— Так с какой стати ты снял мне целый дом? — прошипела я, чувствуя себя довольно уязвленно.

Грек рядом с нами недоуменно переводил взгляд с меня на Лекса и обратно.

— Леди не желает жить в моем доме? — спросил он со своим мягким акцентом.

— Нет, что вы, — поспешила добавить я, дабы не обидеть человека. А Лекс, тут же поймав меня на слове, бросил:

— Вот и прекрасно!

И потащил меня к палатке, где девушка в цветочном костюме делала Пина-Коладу из настоящего кокосового молока и почему-то Царской Золотой водки вместо рома.

— Попробуй, от кубинского не отличишь, — перевёл разговор мой мужчина. — Два, пожалуйста! — бросил он девушке.

Платить здесь, конечно же, ни за что было не нужно.

— Мы ещё не закончили, — прошипела я, беря бокал с белым, как облако, напитком.

— Как скажешь, дорогая.

В этот миг откуда-то из толпы выплыла стройная подтянутая фигура женщины неопределенного возраста. Она выглядела безупречно: короткие волосы уложены в твердые, залитые лаком шоколадные волны, серебристое платье с высоким воротом имело свободный крой и скрывало все возможные недостатки. Которых, впрочем, и не было. Цепкий взгляд голубых глаз приковывал своей орлиной хищностью и дерзкой знакомостью…

— Мама, — медленно проговорил Лекс, увидев подходящую к нам мадам.

Я вздрогнула всем телом, понимая, что эта женщина мне не нравится. У неё была подтянутая кожа, как у тридцатилетней, хороший татуаж, делающий лицо моложе, и сильные мышцы, намекающие на спортзал. А ведь ей должно быть около шестидесяти! Кто же в этом возрасте ходит в спортзал?

Но поразило меня вовсе не это. Все перечисленные качества могли бы даже вызвать уважение. Если бы не выражение лица. Некая презрительная возвышенность. Какая-то самовлюбленная одухотворенность, так сильно напоминающая возведенную в куб чванливость моих сестёр.

— Здравствуй, Саша, — сказала она, подходя ближе и беря за руку моего мужчину.

Он улыбнулся, но почему-то я не почувствовала в этой улыбке того тепла, что и всегда. Словно Лекс вдруг стал другим человеком. Но с виду все казалось очень приличным.

— Рад видеть тебя, — сказал он, сжимая ее руку. Но никаких поцелуев не было и в помине. — Как ты добралась?

— Мой новый шофер гораздо лучше прежнего, — усмехнулась она, намекая на какую-то старую историю.

А потом она бросила взгляд на меня. Прохладненький такой, кисловато-снисходительный взгляд. Так, наверно, кабачок мог бы смотреть на огурца. И откуда такие сравнения?..

— Саша, а что это за милая особа с тобой? Наверно, представитель прессы?

— Нет, мама, это Мила — моя девушка. А это — Аргос, мой греческий партнёр.

Мне стало так тепло и уютно, как только с его языка сорвалось это: «Моя девушка». Но лицо матери ощутимо перекосило. Хотя она и старалась скрыть эмоции.

Аргос взял кисть женщины и прислонил к губам.

— Знакомьтесь. Мила, Аргос, это моя мама… — продолжил Лекс.

— Зовите меня Марианна, — тут же перебила она сына, протягивая мне руку.

Неприятное чувство, будто касаешься змеи, лизнуло сердце. И откуда эта неприязнь? Ведь это мать моего… возлюбленного.

— Девушка, значит? — переспросила она странно улыбаясь. — Приятно познакомиться с вами.

— И мне, — кивнула я.

— Поговорим после, мама, — сказал вдруг Лекс, беря меня за руку. — Я показываю Миле местные достопримечательности. Аргос, увидимся чуть позже, хорошо?

— Конечно же, Александэр, — сказал грек и улыбнулся.

Лекс тут же увел меня подальше. Я была очень благодарна, честно говоря. Но понять его отношение к матери было сложно. Марианна осталась далеко позади, но её взгляд ещё долго обжигал мою спину.

— У твоей мамы тоже необычное имя, — сказала я осторожно.

— Да брось, — едва заметно скривился он. — Её зовут — Марина. Просто имя Марианна кажется ей более модным.

— Неужели? — подавила я ухмылку. Наверно будет нехорошо смеяться в открытую над ее странностями.

— Да, моя маман — довольно… яркая особа.

Я почувствовала в голосе Лекса что-то такое, от чего мне расхотелось продолжать этот разговор.

Мы подошли к еще одной палатке. Там одна девушка раздавала всем веточки белых и фиолетовых орхидей. Очередь из гостей выстроилась к ней, чтобы получить хотя бы один цветочек. Лекс просто подошёл сбоку, взял целый букет и отдал мне.

— Дивные цветы, спасибо, — улыбнулась я.

И тут у него зазвонил телефон. Он достал небольшой аккуратный смартфон, отделанный черно-красной кожей с поразительно знакомым логотипом. Точно такой же был на его Bentley. А саму модель и фирму телефона я никак не могла признать. Никогда такой не видела.

— Да, Макс, привет. Не пропускает охрана? А ты говорил, кто ты? Хорошо, подожди минуту.

Убрал телефон в карман и повернулся ко мне.

— Дорогая, побудь несколько минут без меня, хорошо? Я скоро вернусь. Вон в той палатке наливают Май-Тай, — подмигнул он мне и, чмокнув в щеку, скрылся в направлении пропускного пункта.

Я осталась одна с букетом цветов в руке. Орхидеи совершенно не пахли, но очень радовали взгляд. Говорят, дикие их сородичи, имеют изумительный запах. Но те виды, что выведены в лабораториях, почему-то уже не имеют аромата. Жаль.

Я подошла к палатке с Май-Тай и встала в очередь. За дармовой алкоголь гостям предлагалось заплатить только временем, проведенным в ожидании. Две девушки не успевали обслужить всех желающих.

Я вспомнила день нашей первой встречи с Лексом. Клуб «Казанова» и отвратный Май-Тай. Улыбнулась, понимая, что он тоже вспомнил о нем.

И в этот момент со спины ко мне кто-то подошёл. Я почувствовала неприятный взгляд в затылок и развернулась.

— Мила, правильно? — улыбаясь приторной патокой спросила мать Лекса.

— Да, — вернула улыбку, не забывая про очередь. — Марианна?

— Да, — сказала она, растягивая губы. — Откуда вы взялись, Мила?

— Я не понимаю вашего вопроса, — напряглась я.

— Ладно. Не буду терять время на разговоры, — она отвернулась от толпы людей, чтобы только я могла видеть её лицо. — У моего сына уже есть невеста. Вы знаете об этом?

— Невеста? — переспросила я, мрачнея.

— Именно. И вы мешаете влюбленным обрести счастье. Я понятно изъясняюсь?

— Весьма, — холодно ответила я, складывая руки на груди.

— Я советую вам без скандалов и нервов просто удалиться со сцены. Пока не стало хуже.

Вот теперь понятно, почему она не понравилась мне.

Её зефирная улыбка все ещё растягивала гиалуроновые губы. Даже, когда она молча отошла от меня, будто мы с ней и не разговаривали.

В следующее мгновение вдали появилась фигура Лекса. А я все никак не могла решить, говорить ему об этом инциденте или нет. Спрашивать про невесту или нет. Ведь сводилось все в итоге к одному: верю я ему или нет?

Он снова держал в руке свой странный черно-красный телефон.

— Ну, как ты тут, не соскучилась без меня?

— О! Мне было чем заняться, — многозначительно ответила я. — А что это за фирма такая, — решила я отвлечься, указывая на смартфон.

Лекс поднял свой девайс и покрутил в воздухе.

— Это Vertu. Серия — Signature Touch for Bentley.

И я тут же вспомнила «птичку» на его тачке и черно-красные сидения внутри. Точно такая же кожаная отделка была и у смартфона.

— Да ты ещё круче моих сестёр, — ухмыльнулась я. — А ногти на ногах у тебя в синий не выкрашены под цвет авто?

Лекс улыбнулся в ответ, обнимая меня за плечи.

— Я тебе потом покажу, — пообещал он. — Наедине. Так у тебя есть сёстры?

И тут его телефон опять зазвонил.

— Я слушаю, — хмуро сказал он, взглянув на номер и чуть отворачиваясь в сторону. — Да, Ника, ты где?! В «Олимпе»?!

И тут старые кусочки воспоминаний в моей голове вдруг начали складываться в стройный малопривлекательный паззл:

«Ника…»

«Лекс — Сашенька…»

«Олигаршонок — владелец сети клубов…»

«Позавчера сестру бросил парень — сегодня она решила его вернуть…»

«Лика хотела что-то сказать, но не успела — вероятно, как раз то, что Ника, как и я, собралась на открытие загородного клуба…»

«Мать Лекса сказала, что у него есть невеста…»

Но этого же просто не могло быть. Неужели Лекс все это время был парнем моей сводной сестры? Ведь таких совпадений не бывает, правда? Ведь правда?

А Лекс тем временем в трубку говорил:

— Мы же с тобой все решили. Я просил тебя не звонить больше…

Проклятье! Все так, как рассказывала Лика! Неужели?

Что-то внутри меня оборвалось. В этот момент мой (или не мой?) мужчина медленно убрал трубку от уха, вглядываясь куда-то вдаль. Там, со стороны здания «Олимпа», игриво виляя бедрами, к нам плыла моя сестричка. Ника.

Вишнево-розовое платье мягко облегало пышный бюст, хорошенько приподнятый пуш-апом, и бедра, которые приподнимать было ни к чему. Губы, манили жемчужно-розовой пухлостью.

— Здравствуй, Саша! — воскликнула она, обнимая и целуя его в щеку, не забыв при этом прижаться и грудью. — А я все ждала, когда ты приедешь?

И тут она бросила на меня удивленный взгляд и недовольно заморгала длинными ресницами.

— Лана? Ты как здесь очутилась? — она оглядела меня с ног до головы, как будто видела пришельца. Потом перевела взгляд на Лекса и будто не поверила своим глазам.

— Это ты что здесь делаешь? — спросил хмуро Лекс. — Я думал, мы все решили. Стоп. Вы знакомы?

Он посмотрел на меня удивлённо с ноткой беспокойства. Да, дорогой, беспокоиться уже пора!

— Знакомы, — медленно выдавила я, складывая руки. — Ника — моя сестра.

— Сводная! — поправила блондинка, как будто я её оскорбила. — Мы почти не общаемся. А меня любезно пригласила твоя мама. Разве ты против? — невинно посмотрела она на него, обхватив себя таким образом, чтобы грудь оказалась выше.

“Так вот какую невесту он чуть не потерял!”

— Не против, развлекайся, — сказал он довольно резковато. И взял меня за руку, разворачиваясь, чтобы уйти.

Но не тут-то было. Ника вдруг сделала несчастное лицо, подняла одну ладонь к голове и захныкала, хватая мужчину за плечо.

— Подожди, Саша, мне нужна твоя помощь!

— Что случилось? — спросил он, развернувшись в полоборота.

— Мне кажется, у меня солнечный удар. У тебя же фуршет прямо под открытым небом.

Она приложила тыльную сторону ладони ко лбу. А другой слегка похлопала себя по румяной щеке.

Лекс хмуро оглядел её и бросил, намереваясь снова уйти:

— Ты перепила, Ника. Иди, освежись. Съешь свежих фруктов.

— Нет, постой! — она быстро сделала шаг, её нога на высоком каблуке неожиданно подвернулась, и грудастая фигура тут же упала на удивленно-возмущенного мужчину.

Лекс, естественно, поймал нахалку, и теперь стоял, будто обнимая её за талию. А она наивно хлопала своими большими ресницами, которые уже полгода испытывают на себе чудодействие ядовитого Kareprost. И делала несчастный вид.

Нет, это уже был перебор.

— Я, пожалуй, пойду. Провожать не надо, — бросила я, разворачиваясь.

— Что? Куда? — воскликнул Лекс, беря меня за руку и отталкивая кукольную фигуру сестры. Я вырвалась и холодно ответила:

— Много дел. Нужно готовиться к госэкзаменам. Да и с дипломом пока туго.

И быстро ушла по направлению к КПП. Я слышала, что Ника пыталась его задержать, так что у меня образовалась небольшая фора. Но я знала, что он пойдёт следом. И потому сорвалась на бег.

На автомобильной стоянке, как оказалось, дежурили такси. Они готовились развозить нетрезвых богатеньких гостей по домам. Я к богатеньким не относилась, но одну поездку на Mercedes вполне способна была оплатить.

Запрыгнула на переднее сидение и резко крикнула:

— Уезжаем, быстро!

Вдалеке уже приближалась широкоплечая фигура Лекса.

Водитель послушно тронулся, и мы уехали прямо у него из-под носа.

Мужчина долго смотрел нам вслед. С болезненным, щемящим чувством в груди я наблюдала через зеркало заднего вида его уменьшающийся вдали образ. Такой знакомый, и такой чужой…