глава 15

Змей и дракон.

Змей лежал возле ручья, в глубоком овраге. Над ним сплетались ветви смородины. Рядом успокаивающе журчала вода. Он чутко дремал — минувшая ночь далась сильному зверю нелегко. Все же столько отмахать, да на почти предельной скорости.

Но легкие шаги по краю оврага он услышал. И не стал тревожится. Это был свой. Совсем свой.

Оскальзываясь на траве, мокрой от росы и цепляясь за ветви, Марк наполовину спустился, наполовину скатился в овраг.

— С-с-с — поприветствовал его окончательно проснувшийся змей.

— Все плохо, — ответил человек, — то же самое, что и в соседней деревне. Трактир, а в нем куча головорезов, увешанных оружием. Заплачено им билетом в Облачный Сад. Ну и разрешением помародерствовать потом, когда Румон падет.

— Святые Воины?

— Храм. Воины — лишь как малая часть.

— Как моя СБ могла проморгать такой разветвленный заговор? — с нехорошим смешком проговорил змей-император, — думается мне, задам я этот вопрос ее нынешнему главе. В Лонгери.

— Мой Император, — Марк покачал головой, — не судите сгоряча. СБ — это всего лишь люди, которым нужны конкретные доказательства: перехваченные записки, найденное оружие, захваченные шпионы. Они и не могли зацепиться за то, что происходит странное, а Храны и Аналитические машины молчат. И сделать вывод, что существует сговор между теми, кто делает странное и программирует машины.

— Но ты этот вывод сделал?

— Я — стратег, это моя работа, — Марк пожал плечами. — Вы отдохнули, мой Император?

— Да. Я восстановил силы. И Змея чую. Он хочет лечь на дневку.

— Только сейчас? — поразился Марк, — я думал, он стар и устанет раньше.

— У Змеев чем ты старше, тем сильнее, — Император мысленно улыбнулся и Марк "услышал" эту улыбку, — я, по нашим меркам, еще не вошел в настоящую силу. Но тут есть вилка: чем ты сильнее, тем выносливее и дольше можешь обойтись без отдыха — но и восстанавливаться будешь дольше.

— О! Нам это на руку.

— Еще как на руку, — согласился Император, — это невероятно сильная тварь.

— Мой Император… Вы все же собираетесь драться?

— За своего сына? — казалось, Рамера Девятого удивил такой вопрос, — за Рами я буду драться даже со всеми Темными Богами разом. Просто… возможно, завтра императора будут звать Рамер Десятый.

— Ваше Величество…

— Не перечить! — оборвал его Рамер так властно, что Винкер счел мудрым промолчать, — Это — приемлемая цена. Я готов ее заплатить. Более того, я требую, чтобы ты прямо сейчас дал мне клятву.

— Клятву? Я уже присягал вам…

— Считай, что я освободил тебя от присяги, — отмахнулся Рамер, — а клятва будет проста. Совсем проста. Проще не бывает. Если придется выбирать между моей жизнью и Рами, ты спасешь принца. И не спорь со мной, а то съем.

И правда ведь, съест.

Марк уже проклял в тридцать три света свою "гениальную" идею — загасить зеркала. Потому что из-за нее сейчас он не мог прорваться на помощь Маргарите.

Ущелье, в которое Змей забрался на дневку, оказалось глубоким и неожиданно темным. Надо признать, заныкался он грамотно. Если бы не Император, Марк, пожалуй, и не нашел бы его среди нагромождений камня, спутанных теней от вековых сосен, выросших по краям и мерного рокота сразу шести маленьких, но говорливых водопадов.

Да, огненная магия здесь теряла огромную долю своих преимуществ — все либо мокрое, либо отсырело.

Они не говорили друг с другом даже мысленно. Возможностей такого старого и сильного зверя не представлял ни один из них. Кто знает, может он и мысли умеет подслушивать?

Рамер двигался предельно скрытно, стараясь не шевельнуть даже упавшей веткой. Но лес есть лес. Видимо, чем-то они себя выдали.

Когда над ущельем показалась башка, размером с каминную комнату в его Румонском доме, Марк чуть не упустил контроль за силовыми жгутами — настолько жутким было зрелище.

Башка в такой же, как у Рамера, "короне", только больше и с "шишечками" покачалась на длинной и очень подвижной шее, повернулась туда-сюда, прислушиваясь. Марк перестал не то, что дышать — думать. Интересно, почуял? Понял? Или просто услышал посторонний звук и насторожился.

Как бы ни было, и то и другое плохо. Они с Рамером крепко надеялись подкараулить Змея спящим. Хотя был и запасной план, но он, в основном, касался того, как они будут удирать, если вдруг.

В ущелье послышался неслабый грохот. Земля задрожала и Винкер понял, что Змей стягивает свои кольца. Обмануть его не удалось.

Он отстегнул силовые жгуты, которые помогали не свалиться с гладкой спины Императора, два раза хлопнул ладонью по теплой, чешуйчатой спине Его Величества и бесшумно стек в траву.

Ну, по крайней мере, он попытался сделать это бесшумно.

Император, уже не скрываясь, поднялся на хвост и его голова закачалась на уровне чудовищной башки Старого Змея.

Марк на всякий случай отполз под защиту старой сосны и прислонился к корявому, пахнущему смолой стволу — мало ли, пригодится. И сформировал огненный шар седьмого уровня, послав мысленную благодарность Эшери за его невероятную, просто сказочную щедрость.

Змеи разглядывали друг друга.

В сравнении со своим старым собратом Рамер Девятый проигрывал. Он выглядел как симпатичный пушистый котенок рядом с матерой рысью. Но сейчас, похоже, был не бой. Разговор.

Император пытается договориться миром? Неужели получится?

Грохот повторился и пошел гулять по ущелью, а Винкер заметил, как над его неровно изрезанными краями поднимаются белые кольца в желтых пятнах: одно, второе, третье…

Змей разинул пасть космических размеров и продемонстрировал пару великолепных клыков. Вызов брошен?

Рамер сделал то же самое: его клыки были поменьше, но тоже опасны. Вызов принят.

Первое движение Марк пропустил, хотя смотрел во все глаза. Слишком быстро… Старый змей метнулся к Императору, и попытался, не мудрствуя, цапнуть его за голову. Рамер, такое ощущение, обернулся дымом… Когда чудовищная пасть сомкнулась, головы Императора там уже не было. Зато кольца альбиноса вздрогнули и запахло дымом.

Марк подскочил, словно подброшенный невидимой пружиной и швырнул приготовленным шаром, целя в глаз чудовища.

Промазать по такой огромной мишени было невозможно… Но Марк не стал смотреть на итоги своей выходки, а резво скатился в присмотренный заранее овраг — и вовремя. Огненный шквал прошел над самой головой, опалив спину жаром — хвала Темным Богам, в овраге было полно воды.

На спину упал здоровенный шмат мокрой земли и Марк едва не взвыл — огонь прокатился не так, чтобы совсем мимо.

Его Императорское Величество был уже на той стороне ущелья — пропасть шириной в тридцать локтей была для него вообще не препятствием. И оттуда обстреливал альбиноса огнем: большая часть залпов скатывалась по мокрой шкуре и гасла, не причиняя никакого вреда.

Пора?

Вот еще бы чуть-чуть, самую малость подвинуть эту белобрысую ящерицу — и было бы самое оно.

С пальцев Марка сорвались еще два огненных шара, но на этот раз он был умнее и уронил их прямо в воду. Та вскипела. Змею это было что медведю — щелбан, но от неожиданности он инстинктивно отпрянул.

Винкер прищелкнул пальцами — и активировал сразу шесть закладок, которые они с Императором сделали, подбираясь сюда ползком. Шесть шаров рванули одновременно. Грохот сотряс ущелье, стены начали смыкаться, и… Есть все же Святая Воля — кажется, защемили дряни хвост.

Император взвился на своем хвосте, словно камень, выпущенный из пращи, и атаковал альбиноса серией огненных залпов.

Марк присоединился.

И целое долгое мгновение казалось, что у них все получилось. Но гигант напряг мышцы и невероятным усилием стряхнул с себя обрушенное ущелье.

Земля закачалась под ногами Марка, он чуть не слетел вниз — Император вовремя подхватил его поперек туловища и быстро, почти на пределе сил заскользил прочь, спасаясь от очередной огненной волны.

И вот, когда их уже почти настигла гигантская пасть, в голубых небесах вдруг открылась дыра… Так это выглядело! И вал рыжего, горячего пламени прокатился навстречу альбиносу.

Тот взвизгнул, совсем не по-змеиному, и даже не по-звериному, развернулся на месте и рванул в обратную сторону.

… Они сидели на берегу небольшой лесной речки. Или лежали? Марк — так точно лежал, устремив взгляд в небо. А над ним возвышался довольно крупный бурый дракон. Как оказалось, за их недолгую разлуку он научился дышать огнем.

— Ну и как мы его теперь поймаем? — злился змей-Император, — так все хорошо шло, он летел прямо в ловушку. Мы с Винкером его почти вывели на место, где были следующие закладки! И вдруг появляется какая-то летучая ящерица — и все катится к Темным Богам.

— Простите, Ваше Императорское Величество, — сокрушенно отозвался дракон, — мне показалось, что вы были в беде, а долг верноподданного…

— Это он был в беде, — огрызнулся змей, — правда, не знал об этом. Вот где его теперь ловить?

— Мой Император, — дракон, почтительно, склонил голову, — полагаю… такое большое животное не потеряется. Кстати, я могу узнать… кто это? Без ипостаси

— Верховный Жрец, собственной персоной, — посмотрев на обалдевшую морду летучего гада Император слегка отошел. Нет, злиться он еще не перестал, но злость была уже другой. Не на Агнера — на обстоятельства.

— Верховный Жрец? Я думал, Храм не приемлет…

— Индюк тоже думал. А потом вода закипела, — Император подтянул к себе тело и постарался поудобнее свернуться кольцами, — А что это у вас за рыбацкие корзины на лапах, Ваше Величество? Новая мода? А я, выходит, отстал. Хотя, с другой стороны — а куда я их обую?

— Это защитные чехлы, — с достоинством пояснил Ангер, — чтобы когтями не испортить ландшафт моего замечательного королевства.

— Остроумно. А хвост куда?

— А вот с хвостом промашка вышла, — признал король, — не подумали.

Марк, не смотря на нывшую спину, уже тихонько постанывал от смеха.

— Ну вы даете, Ваши Величества, — выдал он, — с вами никакого театра не надо. Да и цирка, пожалуй, тоже.

— Вот, — хмыкнул Рамер, — Выгонят из императоров и королей, пойдем в бродячие артисты. А тебя, чтобы не веселился, возьмем антрепренером.

Марк немедленно сел.

— Так меня, вроде, пока ниоткуда не выгоняют.

Две эпичные венценосные морды подозрительно одинаково кивнули и синхронно хмыкнули. Все понятно: спелись, сшипелись.

— Между прочим, если кто заметил, удирал этот зверь по направлению к Белому Замку, — заметил Дракон, — и хорошо бы быть там раньше, чтобы предупредить гарнизон. Превращайтесь, мой император. — Дракон вдруг улыбнулся, конечно, не по-человечески, по-драконьи, но это была именно улыбка, — я рад принимать вас у себя, в Румоне. Торжественной встречи, правда, не обещаю, я скрываюсь от подданных… но, кажется, не очень успешно. Слухи уже ходят.

— Хвост, — буркнул Марк и пополз по поданному крылу, как по трапу.

— Идиотка! — припечатала я, глядя на кучу веревок, небрежно сваленных в углу.

Со всем остальным был полный порядок: служанка, мертвая — одна штука, в наличие. Алтарь — одна штука — на месте. Ритуальный кинжал… тут две штуки и оба имеются, валяются себе рядом с веревками.

А белобрысую как корова языком слизнула.

— Кого это ты так ласково? — удивилась Иолли. Ее Высочество вызвалась меня сопровождать и уперлась так, что Александра уступила. Но зато навязала в сопровождающие чуть не десятку стражей. А принц Джуэл сам навязался.

Такой компанией мы и ввалились в подвал, чтобы обнаружить, что: "клетка опустела и птичка вылетела наружу…"

— Себя! — буркнула я, — кого ж еще. Но мы ее вроде так качественно связали.

— Не вините себя, баронесса, — мягко улыбнулся Джуэл, — это мужская работа, женщина не может сделать ее качественно.

— Обещаю, Ваше Высочество, связывать следующую ведьму позову вас, — прошипела я, — заодно и поучусь, как это делать правильно.

— Святые Древние, да к чему вам это? — искренне удивился Джуэл, — ваше дело — танцевать, улыбаться и быть милой, а войну оставьте тем, кто в этом смыслит.

…Нет, Джуэл — это диагноз! И стукнуть-то нельзя, потому что высочество. А, может, и помогло бы.

Иолли, как умная жена, помалкивала, приятно улыбалась и искренне не видела проблемы в том, что ее красавец-супруг кретин. Ну и что? Главное — человек хороший.

Страж держал свечу на уровне груди, так что круг света заливал лишь середину комнаты, с алтарем, а по углам все еще была тьма.

Возможно, войди мы сюда с парой-тройкой крепких ребят, все сложилось бы по-другому. Раньше заметили опасность, быстрее среагировали. Но что толку плакать над пролитым молоком?

Она метнулась из темного угла, целя не в меня, не в Джуэла, того она, вообще, постаралась аккуратно обогнуть. А прямиком в принцессу. Мгновение — и здоровенная белая змея вцепилась бы ей в горло.

Принц не оплошал. Серой молнией блеснул меч, и голова гадины отлетела от туловища, брызгая кровью на утренний наряд Иоланты, а тело пару раз дернулось в конвульсиях и обмякло.

Мы потрясенно смотрели на тварь, воистину, королевских размеров. В своем мире я видела такую змею только раз — в зоопарке. Это был здоровенный питон. Накормленный кроликами, он благополучно дрых, так что его разрешили даже потрогать.

Трогать эту дрянь никакого желания не было, даже дохлую. Дохлую — особенно.

— Вам надо переодеться, Ваше Высочество, — заметила я, — вдруг кровь ядовита?

Иоланта посмотрела на меня, как на говорящую курицу — с удивлением, но без понимания. И тихонько осела в обморок.

— Она же не боится змей, — изумилась я.

— А это и не змея, — бросил Джуэл.

— Кто же?

— Оборотень. Хлоя, баронесса Террон, была оборотнем.

— Ага, — кивнула я, — теперь понятно, как она вывернулась из веревок. Попробуй, свяжи змею!

— Баронесса, — Джуэл качнул головой то ли удивляясь, то ли осуждая. — Вам сейчас следует осенить себя знаком Святых Древних, чтобы не коснулась скверна оборотничества, а лучше — в Храм.

— Не в Храм, а к Его Величеству, — поправила я, — Это сейчас важнее.

— Зачем? — Джуэл, честно, не понимал меня. Он сжимал меч, еще не очищенный от крови оборотня, и искренне полагал проблему решенной, только закопать ВОТ ЭТО. Ну и обряд очищения провести.

Я глубоко вздохнула.

— От утки — утята, от свиньи — поросята… А змееныши от кого рождаются?

— Думаете, ее родня на похороны приползет, — Джуэл пренебрежительно пожал плечами, — ну так и хорошо. Заодно и почистим государство от скверны. А то что-то меч мой заскучал в ножнах.

…Тьфу!

И тут земля вздрогнула, потом еще раз. А потом задрожала ровно, словно рядом шла огромная танковая колонна. Свет свечи задрожал и погас, а люк с грохотом захлопнулся, оставляя нас в полной темноте.

— Что это? — крикнул Джуэл, — Эй, наверху?!

— Измена! — рявкнул страж.

— Ох… Дай-то Святые Древние, — буркнула я.

Люк распахнулся и в проеме показалось донельзя взволнованное лицо мальчишки-пажа:

— Ваше Высочество, Ваше Высочество, вы здесь? Ее Величество просила немедленно подойти на северную башню.

— Что случилось? — недовольно осведомился принц, — почему упал люк.

— Ее Величество ждет, — напомнил паренек и исчез.

В замке царила паника. Народ метался из комнаты в комнату, напоминая вокзал моего мира, где по громкой связи объявили, что в здании заложена бомба, террористы выставили условия, а всех заложников просят сохранять спокойствие.

Мимо меня промчалась какая-то дородная то ли кухарка, то ли прачка в переднике и чепце, съехавшем на левое ухо. В суматохе она чуть не зацепила локтем народного любимчика Джуэла, и даже не обратила внимания. Уже одно это было странно. Народ носился из комнаты в комнату, часть дверей были распахнуты и обитатели экстренно упаковывали вещи, кидая в сундуки все без разбора.

Джуэл поймал за рукав первого же мужика в бархатном камзоле: дворянина или просто богатого купца, я до сих пор путалась.

— Любезнейший, что случилось? — властно спросил он.

Мужик хотел ответить, но оглянулся на меня, Иолли, которая уже пришла в себя и наступил на горло собственной песне:

— Там… не очень хорошие дела творятся, Ваше Высочество.

— Какие дела? — спросил принц, пока еще вежливо, но уже с опасными нотками раздражения в голосе.

— Так, говорю ж, нехорошие, — повторил мужик, преданно глядя на Джула, — такое… пришло под стены и чего-то требует. А Ее Величество Александра не знает, что сказать.

— Кто пришел! Говори толком, иначе сейчас самого прикажу со стены скинуть, — рявкнул народный любимец, потеряв терпение.

— Да пи…ц пришел, — заорал мужик прямо в лицо принцу, — уе… белое приползло, съе…ть отсюда надо. Пусти меня, Высочество, у меня пятеро детей и женка шестым беременна!

С этими словами мужик вывернулся и почесал прочь по коридору. А мимо нас текла человеческая река: кто с узлами, кто с шкатулками, кто налегке. "Титаник", блин! Только оркестра не хватает.

На дворе тоже царила суета, но более осмысленная. Если кто и бегал, то строем и под руководством командира. Не скажу, что это действовало на народ успокаивающе. Когда мимо тебя несется два десятка до зубов вооруженных мужиков и один из них истошно орет: "Быстрее, быстрее, Королева в опасности!" — тут и каменной статуе поплохеет.

Джуэл статуей не был.

— Что с матерью? — побледнел он и поспешил за отрядом. Переглянувшись, мы с Иолли рванули за ним, подобрав юбки — на верх башни, на смотровую площадку, открытую всем ветрам. Ту самую, с которой в последнее время Король летал на охоту. А что, мы — рыжие? Женское любопытство сильнее страха. По крайней мере до тех пор, пока пугать не начали всерьез. А потом, обычно, бывает уже поздно.

Всегда подозревала, что всякие героические дамы вот так и получаются — из тех, кто сначала не смог справиться с собственным слишком длинным носом, а потом — вовремя удрать. И пришлось стоять насмерть.

Мы поднимаемся на башню, где уже прорва всякого народу, в основном — военного, но есть и гражданские: служители храма, целители. Кажется, говорили, что Королеве было плохо…

Толпа расступается перед Джуэлом, а мы пристраиваемся в кильватере, как две плотвички за китом.

Ее Величество Александра стоит на самом краю башни — и ведь не боится нисколько! Подбородок вздернут, в льдистых глазах — вызов, губы поджаты.

— Повторяю, — говорит она, негромко, но голос ее, усиленные специальным заклятьем, отчетливо звучит в каждом уголке долины, на много миль, — Я ничего не знаю о твоей дочери, Змей. У меня в замке таких не было… А если бы появилась, я бы немедленно позвала стражу и Служителей Храма!

— С-с-с! — разгневанный свист прерывает речь королевы и над венцом башни появляется огромная змеиная голова в короне. Мощный раздвоенный язык тянется к королеве. Александра не шевелится, только глаза щурит.

— Она здесь! — слышу я совершенно отчетливо. Голос звучит в моей голове. Змей ничего не произносит, но я слышу каждое слово, — Она была здесь совсем недавно. А сейчас я перестал слышать ее сердце. Я хочу видеть мою дочь. Если ты, дерзкая женщина, не выпустишь ее за ворота через три короткие клепсидры… Пеняй на себя!

— И что будет? — холодно спросила Александра.

Змей тоже сощурился. Странно это выглядит, когда у тебя нижнее веко… Странно — и страшно. Я перепугалась до икоты, только необходимость поддерживать Иолли удержала меня на ногах.

А принцесса, повалявшись в обмороке, словно обрела второе дыхание — стояла себе вполне твердо, смотрела прямо. Только губы покусывала нервно, и, в конце концов, искусала в кровь.

Но не визжала, и то хлеб!

— Будет? Смотри, что будет, глупая женщина! — Здоровенный, как поезд в метро, змей-альбинос подтянул свой мощный кремовый хвост и как будто легонько ударил по воротам.

И вынес их к черту — погнутые створы, которые открывали лебедкой не меньше, чем вдвоем, громыхая, полетели по улице, словно бумажный пакет, подхваченный ветром.

— Пипец! — сказала я.

Иолли вздрогнула и посмотрела на меня ОЧЕНЬ внимательно.

— Три короткие клепсидры, женщина, — Змей опустил голову, потом свернулся кольцами и примостил ее на собственный хвост. Прикрыл глаза…

Королева развернулась. Ее колотила крупная дрожь.

— Вот где этот… летает! Как раз когда он тут так нужен.

— Мама, — Джуэл шагнул вперед и опустил голову.

— Что? — нервно спросила королева. Чуйка у нее работала исправно.

— Мы не сможем отдать ему его дочь, мама, — преодолевая себя, заговорил Джуэл. — Я ее только что убил.

— Она кинулась на меня, — торопливо заговорила Иоланта, — Джуэл защищал меня и наследника, у него не было другого выхода!

— Так… — Королева поднесла пальца к вискам, сжала голову, — тело… тушку кто-нибудь видел?

— Только Андре и девочки, — с видимым облегчением выдохнул Джуэл, в очередной раз свалив проблему на маму.

— Предупреди, чтобы молчали. Идем. У нас чуть больше четверти часа, нужно распорядится ими с толком. Лори, разгони этих бездельников!

— Ваше величество, люди в ужасе, — негромко произнес немолодой полноватый мажордом, — их нужно чем-то срочно занять, иначе…

— Пусть молятся. Или вещи собирают. Могут оружие почистить, тоже дело хорошее, — Александра четко развернулась через левое плечо и, широким шагом последовала к лестнице, сделав нам знак идти за ней.

Что можно сделать за 15 минут? Мне казалось — только всем все простить, помолиться и написать завещания. Хотя, если твое имущество в городе, который вот-вот будет разрушен — смысл в завещании?

Однако, в покоях королевы царила деловая суета, правда, здорово отдающая паникой.

— Ребенка переодели? — Спасенного малыша подвели под ясны очи Александры, уже не в девчоночьей ночнушке и босого, а в симпатичном охотничьем костюмчике и сапожках их мягкой кожи, похожих на мокасины. Его даже причесали и, кажется, слегка подстригли.

— Соберите ему смену белья, теплый плащ. Иоланта, тебя это тоже касается: дорожное платье, теплая одежда. Пусть повара позаботятся о запасе еды на несколько дней. Баронесса Рикли, — Королева нашла глазами меня и удовлетворенно кивнула. — Мне нравится, как вы относитесь к своим обязанностям при дворе. Продолжайте в том же духе. Правда, не знаю, смогу ли я вас наградить, но, думаю, в некоторых обстоятельствах возможность остаться в живых — сама по себе неплохая награда.

— Согласна, Ваше Величество, — я присела в реверансе, — мне тоже собрать белье и вещи?

— Вы сообразительны, — кивнула королева, — и, вот еще… На всякий случай я дам вам шкатулку с драгоценностями. Горничная поможет собраться. Джуэл, — Королева повернулась к сыну, — На тебя будет возложена очень серьезная задача: сохранить принцессу, баронессу и мальчика.

— Матушка, я принц и рыцарь, мне невместно…

— Молчать! — рявкнула королева не хуже прапорщика в кино про армию, — у меня нет времени спорить с тобой. Его ни на что нет — только спасти то, что можно спасти — династию Ангеров.

— Но, мама, мы можем сражаться…

— "Меч залежался в ножнах", — ехидно буркнула я. Александра глянула на меня с явным одобрением, а Джуэл так, словно я ударила его в спину.

— Сын, нам нечего противопоставить этому существу. Драться мы, конечно, будем… Но это будет битва отчаяния. Победы не будет. Все, кто выйдет на стены, там и останутся.

— Тогда мне тем более нужно быть там. Со своими людьми…

Надо отдать принцу должное, он был вполне искренен. А ведь неплохой паренек, храбрый, честный. Пожалуй, я могу понять, за что Иолли его так сильно полюбила.

— Ты должен быть с женой и вырастить сына!

— Думаю, бабушка справится с этим не хуже, — отпарировал Джуэл, — война — не женское дело. Так что уйдете вы, матушка. А я поведу людей в бой.

— Иоланта! — королева повернулась к невестке… и наткнулась на спокойный и грустный взгляд черных глаз.

— Мой супруг прав, Ваше Величество. Видят Святые Древние, я охотно осталась бы с ним, чтобы разделить смерть так, как мы делили жизнь. Но я не имею права, пока, — она положила руку на живот и как-то очень просто, без пафоса закончила, — пока я не одна. А королева может вести людей в бой только в одном случае — если в живых не осталось наследников-мужчин. Сафи… Зови Арчибальда.

— Может быть он сможет увести всех детей? — сообразила я, — может быть нужно их собрать?

— Нет, баронесса. Четверо — это его предел. — Александра улыбнулась. Это была очень грустная улыбка, — Многое бы и я дала, чтобы легенда о Сверкающем Куполе оказалась правдой, но это всего лишь легенда.

— Сверкающий Купол? — я навострила уши, но Александра была, решительно, не настроена на философские беседы.

— Нет времени, — сказала она, — зови кота.

Арчибальд появился мгновенно. Я так и не разобралась до конца, что то было: телепортация, невидимость?

— Я готов, — сказал он, — Я могу без зеркала открыть портал только в несколько мест. Одно из них — Змеиный Лес. Марк сказал, уходить нужно именно туда. Там вас не достанут.

— Открывай, — кивнула Александра и приняла из рук расторопной горничной сверток со своими вещами.

— Иолли, — я шагнула к подруге, крепко обняла ее, расцеловала в обе щеки и сунула в руки шкатулку с драгоценностями, — Иди, подруга. И живи. Долго и счастливо.

И выскочила за дверь.