III

Я родился в Центральном мире уже тогда, когда селенистийцы опять стали изгоями и были лишены доступа к трансграничным терминалам. Я был молод и красив… меня любили женщины, – на мгновение погрузился в какие-то свои приятные воспоминания ИО, – и я их любил… но когда я встретил Инару, то совершенно потерял голову. Мои друзья твердили: «Иосиф, не занимайся ерундой. Она тебе не пара. Она тебя использует. Ты, всего лишь ее фамильяр». Но я никого не слушал. Между нами было настоящее чувство. Я отказался от своих родных, друзей, подруг и ушел вместе с ней в одно из подземных убежищ, где селенистийцы работали над созданием своего трансграничного терминала, черпающего свою энергию не от солнца, а от других альтернативных источников, в том числе и темной материи. Там Инара открыла уникальные возможности яда созданий, обитавших в никому не интересной и не пригодной для жизни локации, где эволюция раскручивалась под землей. Изучая способности наках перемещаться в скальных породах на огромные расстояния за короткие промежутки времени, мы выяснили, что они преодолевают пространство не напрямую, а сквозь управляемые червоточины темной материи. Как выяснилось, разрывать пространственную материю они могут с помощью особой железы, создающей при необходимости особые волновые колебания, сливающиеся с вимпами темной материи, позволяя им беспрепятственно переходить из физического в квантовый мир, и обратно. Наше открытие мы держали в строгом секрете от других групп ученых, работавших в параллельных направлениях, связанных с применением альтернативных экзоэнергетиков, потому что, совсем случайно, во время проведения научных экспериментов по трансграничным переходам, Инаре удалось разорвать временные пласты с помощью абсолютно чистой энергии темной материи. Поначалу она не могла ее контролировать, но со временем ей удалось преодолеть гравитационное противодействие мантии и заключить эту невероятную мощь в специальный носитель. – Декодер? – не выдержала Гаранина. – В ходе применения декодера, – утвердительно кивнув головой, продолжил рассказ Иосиф, – она научилась преобразовывать реальность, возвращаясь в прошлое на несколько минут назад. Казалось, что мы стоим на пороге великого прорыва и уже собирались апробировать декодер, чтобы заглянуть в будущее, но тут про наши эксперименты узнали другие ученые, случайно зарегистрировав трансграничные сквозняки, которые оказались побочным эффектом, возникающим при использовании темной материи. – Что это за сквозняки такие? – перешла к деталям Варя. – Когда пространственный шлюз, открываемый с помощью энергии темной материи, схлопывается, за ним иногда остается небольшая инверсионная воронка, в которую периодически засасывает или что-то, или кого-то. В нашем случае засосало королеву-самку наках, похожую на эту, только размерами поменьше, – показал он в сторону неподвижной белой змеи, пристально следившей за ними красными глазами: – которая разворотила всю лабораторию и, прежде чем ее сожгли, успела меня укусить. Когда я вышел из комы, оказалось, что Инара уже все рассказала и показала. Кто-то из наших коллег, работавших так же, как и мы, семейными парами, радовался, а кто-то откровенно завидовал. Лидеры селенистийцев заговорили о планах отмщения людям и уже приступили к его разработке, но нашлись противники нашего открытия, которые утверждали, что использование темной энергии, как источника для перемещения во времени, приведет к возникновению Временного парадокса, который вернет все исходные Вселенные к нулевой отметке. В итоге, Инара отказалась передавать результаты своих экспериментов в руки военных. Ее хотели арестовать и подвергнуть пыткам, но благодаря тому, что Инара являлась наследницей древнего селенистийского рода, стоявшего у истоков заселения Луны, она обладала неприкосновенностью. В ту последнюю ночь, когда я ее видел в последний раз, она осталась со мной ночевать в лазарете. Тогда она была необыкновенно страстной в постели, что для селенистийских женщин не обычно. Селенистийцы сами по себе холодны и крайне скупы на эмоции, – немного отошел от основной темы Иосиф. – Позже я уже осознал, что так она со мной попрощалась… Когда за мной пришли в лазарет, чтобы арестовать, как соучастника ее побега, я узнал, что она покинула Центральный мир, уничтожив все исходные данные не только по временному, но и по пространственному перемещению. Так как после укуса мой мозг был поврежден, я не мог самостоятельно восстановить часть воспоминаний, касающихся технических вопросов наших разработок. Тогда, селенистийцы вознамерились извлечь из моего мозга всю информацию принудительно. Вернее сначала извлечь мозг, а уж потом из него всю информацию. Именно в тот момент и произошло мое перерождение. Яд королевы-самки наках изменил мои внутренние органы, придав им определенное сходство и качества строения наках. Когда меня попытались уложить на операционный стол и вскрыть черепную коробку, усилием воли… я сам, без отмычки смог пройти сквозь трансграничный барьер. Правда, оказался я в мире наках… И вернуться обратно, на тот момент, у меня не получилось. Трансграничные переходы между мирами без специальных приспособлений вроде отмычек отнимают очень много сил и энергии. Я был один… Изможденный посреди бушующего урагана… В больничной пижаме… В суровом мире, где выжить можно было только под землей… – Как же вам это удалось? – участливо спросила Варвара. – Накахи приняли меня за своего. Я надеялся, что Инара найдет меня и вытащит оттуда… Но этого не произошло… Долго, очень долго я пробыл в гнезде со змеями, пока полностью не адаптировался к их яду и не научился осознанно проникать в нужные мне трансграничные миры. Со временем, постепенно я перебрался в один мир, где еще не побывали трансграничники из Центрального мира, потом в другой, потом в третий. Параллельных миров очень много. И везде разные уровни развития. Там я осваивал новые технологии, новые возможности, новые ресурсы. Благо, яд наках дал мне еще одно уникальное свойство… – Какое? – насторожилась Варя. – Я бессмертен, – не без тщеславия произнес ИО. – Я не подвержен влиянию времени. К тому же путешествия по иным мирам, позволили мне приобрести ряд уникальных сверхспособностей, значительно ускоривших мою экспансию на трансграничные территории. – И что это за способности такие? – Одна из них – это возможность переносить свое сознание в иное чужеродное тело. Правда, тут без специальных инструментов уже не обойтись, – показал он рукой в сторону капсулы с клоном королевы-самки. – Если вы обладаете такими возможностями, тогда зачем же захватили этот мир? – Мне нужны были их технологии, которыми матуку не хотели делиться. Я бы их всех уничтожил, но накахам необходимо было чем-то питаться. – Но так же нельзя! – в сердцах крикнула Варвара, наблюдая, как внизу под ними огромные змеи пожирают, отбивающихся от них и от инвиверов, матуку. – Можно. Я же ученый. Я провожу исследования. – Какие? – Я пытаюсь восстановить декодер. – Зачем? – Затем же, зачем он нужен был и селенистийцам. – Отомстить? – И это тоже. Способность изменять прошлое и проникать в будущее, открывает безграничные возможности. – И как успехи? – на полном серьезе поинтересовалась Варвара. – Пока безрезультатно. Я не смог восстановить технологический процесс своими силами, – так же серьезно ответил ИО. – Мой мозг так и не вернул утраченные знания. Несмотря на неоднократные опыты, у меня не получилось создать декодер. Тогда я пошел иным путем и попытался создать искусственные условия для достижения своей цели. – Провоцируя войны? Как в моем мире? – Умница. Именно так, – расплылся в хищной улыбке ИО. – Я не провоцирую. Это всего лишь эволюционный процесс. В твоем мире я лишь подталкивал вас к началу изучения возможностей темной материи, чтобы потом воспользоваться результатами. – Уничтожив целую планету и миллиарды людей? – Чтобы построить, что-то новое, необходимо снести все старое и ветхое. Война – это двигатель эволюции. – И сколько же таких миров? – предчувствуя, что ответ ее шокирует, спросила Гаранина. – Это неважно. Важно то, что я нашел тебя. – Не скажу, что этому очень рада, – сыронизировала Варя. – А я был очень рад, получив анализ твоей крови, оставленной тобою там, в подвале, когда ты умудрилась не только открыть трансграничный шлюз, минуя терминал, но и взломать временной континуум, прибыв в свой мир раньше меня. – Как это? Ничего я не открывала, – искренне удивилась Гаранина. – В ту последнюю ночь Инара понесла от меня. Родив моего потомка в твоем мире, она передала ему часть моего ДНК, которая передавалась из поколения в поколение, и помогла в результате тебе пережить последствия от воздействия яда накахи. Но самое главное, что она передала моему отпрыску – твоему прародителю, часть своего митохондриального кода, в который интегрированы вимпы темной материи. – Если до этого еще более или менее было, что-то ясно, то теперь вообще ничего не понятно, – криво усмехнулась Варя. – Можно как-то попроще объяснить? – Ты и есть декодер… Сосуд для темной материи, взаимосвязанный с цифровой матрицей Вселенной. В тебе находится закодированный великий дар. Дар преобразовывать пространство и время. – Радость! – У меня еще больше радость, – поманил он пальцем, зависший между ними желтый шар. – Это инсталлятор – уникальная технология матуку. Просто положи руку на шар и не сопротивляйся. Зашифрованная в тебе информация перейдет ко мне и интегрируется в мою ДНК. – Зачем? Чтобы ты истребил еще больше миров? – спрятала на всякий случай руки за спину Варя. – Богдан! – нехорошо улыбнувшись, щелкнул пальцами ИО. Стеклоголовый снял с лица маску и дотронулся до консоли. Моргнув синевой, трансграничный терминал выплюнул из себя парализованных в силовых коконах Романа и Гогу, пульт управления которыми держал в руках… тот самый – милый фонарщик из Бреста. – «Неожиданно… Так вот кто был его помощник», – промелькнула мысль у Гараниной. – Я ученый, – нагнулся немного вперед, довольный произведенным эффектом ИО. – Я всего лишь хочу вернуться в прошлое и спросить у Инары только одно… Почему она бросила меня? Почему предала? – Ой! – всхлипнула девушка, заметив на лицах Романа и руганийца гримасы невыносимой боли. – Отдай мне свой дар. Я отпущу тебя и их… Живыми и невредимыми. К тому же твой мир останется таким как есть. Я тебе обещаю, – озвучил свое предложение ИО. – Положи руку на инсталлятор и не сопротивляйся. – Сначала отпусти их, – всхлипнула Варя, будучи не в силах наблюдать за мучениями Ваненотича и Гоги. ИО махнул головой фонарщику. Тот, отключив коконы, засунул обе руки в карманы своего кителя. Как только Роман и руганиец упали на пол, Богдан вытянул на приводе руки, плотно обхватив каждого ладонями за шею. – Если, что-то пойдет не так, – предупредил ИО, – они умрут. – Если с ними, что-то случится – я убью тебя! – яростно прошипела Гаранина. – Конечно, – кивнул головой ИО, кладя одну руку на шар. Немного помедлив, Варвара решительно протянула правую руку и дотронулась до шара. Инсталлятор мерно загудел и засветился еще ярче. Варя почувствовала внутри себя движение, какой-то незнакомой, обжигающей силы. Как будто из нее пошла кровь наружу прямо сквозь кожу, а затем хлынула обратно уже с чем-то чужим и холодным. Ее сознание словно окутала желтая пелена. – Ва…ря, не…т, – услышала она сквозь пелену сдавленный крик Романа. Сбросив оцепенение, она открыла глаза. Ваненотич, воспользовавшись тем, что Богдан, отвернув голову, наблюдал за тем, как потоки желтой энергии перетекают из тела Варвары в руки ИО и обратно, перевернулся вокруг своей оси и, ухватившись за приводные сочленения, резко дернул на себя стеклоголового. Богдан упал на колени и тут же оторвался от пола, потому что Роман, держа его за приводную руку, начал раскручиваться вокруг своей оси, словно метатель молота. Попытавшись за что-нибудь ухватиться, Богдан выпустил из второй приводной руки руганийца и схватился за королеву-самку наках, вырвав ее тем самым из объятий катетеров. Извернувшись, накаха ударом хвоста переломала корпус бронекостюма Богдана пополам, отчего оторвавшаяся с частью кишок верхняя половина его тела получила большее ускорение, чем нижняя, и на огромной скорости врезалась в подножие терминала, где продолжал стоять невозмутимый фонарщик. Стеклянная голова Богдана разлетелась на тысячу зеленых осколков. Варвара отдернула руку от инсталлятора. Сразу же неконтролируемым потоком энергии, ИО отшвырнуло на несколько метров назад. – Ру-ру-га! – истошно завопил Гога и, быстро ковыляя кривыми ногами, кинулся к все еще продолжавшему полет ИО. Прямо в прыжке он извлек из-за пазухи распашонки обруч Айхе и в неимоверном сложном сальто коснулся им мраморного пола, заставив обруч пронзительно зазвенеть, после чего с размаху нацепил его на шею ИО. – Стой! – успел крикнуть ИО, прежде чем исчезнуть в пасти, метнувшейся к нему, королевы-самки накахи. – Ну, вот и все, – откидывая в сторону, оторвавшуюся руку Богдана, облегченно выдохнул Ваненотич. – Ру…га? – недоуменно уставился на судорожно извивающуюся накахи Гога. В этот момент тело белой змеи разлетелось на ошметки. – Я бессмертен! – поднимаясь с колен, неистово закричал весь покрытый темно-желтой желчью ИО. Неуловимым глазу движением, Ваненотич подскочил к ИО и ударом кулака пробил ему череп в районе глаз насквозь. – Не такой уж и бессмертный, – отбросив безжизненное тело в сторону, улыбнулся Роман, стряхивая с кулака ошметки мозгов и слизи. – Ру-ру-га! – победно закричал Гога, направляясь в сторону трупа. – Ну, слава богу, – облегченно выдохнула девушка и попыталась встать с кресла, но не смогла. – Слава мне, а не какому-то там богу, – хихикнул фонарщик, вынимая руки из карманов. Романа и Гога невидимой силой тут же впечатало в пол с такой силой, что по залу пошел звонкий гул. – Жаль, по-хорошему никогда не получается, – снимая с головы фуражку, произнес фонарщик направляясь в сторону Варвары. – Зачем? Зачем вы это делаете? Его же больше нет! – глотая слезы, закричала Гаранина. – Кого? Этого? – небрежно показал пальцем на труп ИО фонарщик, нависая над Варей. Девушка посмотрела в серые с зеленым ободком глаза фонарщика и… леденящий холод сковал ее затылок. Это был… ИО – только намного худее, значительно постаревший и с более редкими седыми волосами. – Забыл тебе поведать о том, что обретя бессмертие, к сожаленью, а может быть и нет, я утратил способность иметь потомство. Очень долго я пытался скрестить свои гены с представителями подобных и разных видов из других миров, но все время получалось какое-то примитивное уродство. Тогда я пытался решить вопрос с помощью клонирования. Но все эмбрионы рано или поздно погибали, так и не достигнув половой зрелости, за исключением этого, – показал он в сторону фонтанирующего кровью и синей слизью обрубка тела Богдана. Да и то, если бы не дополнительная генная модификация и искусственная плоть, то этот бы эмбрион тоже не выжил. – О…тец, по…моги мне, – открыв глаза, с трудом прошептал Богдан. – Я тебе не отец! – рявкнул ИО, отвернувшись от вжатой в кресло Вари, направляя правую руку в сторону своего клона. Невидимая сила ужала обрубок тела Богдана вместе с броней до размеров теннисного мячика. – Завладев технологиями матуку, – приблизил свое лицо почти притык к Вариным глазам ИО, – я получил возможность репликации самого себя в неограниченном количестве и с теми же качествами, при этом мое сознание едино во всех воплощениях разом. Сейчас я с тобой здесь и одновременно в нескольких сотнях других миров. Я и мои репликанты – единое целое. Единственным недостатком является то, что лишенные постоянной подпитки ядом наках, некоторые воплощения становятся более подверженными влиянию времени. К сожаленью бессмертность я обрел, когда моя земная жизнь уже двигалась в сторону заката, поэтому мои воплощения вдали от восполняемого источника энергии, не получив вовремя порцию яда, быстро угасают и исчезают. Хотя с другой стороны – чем меньше реплик, тем больше сил у других оставшихся воплощений. – Ты, чудовище, – простонала Варя, пытаясь повернуть голову в сторону, чтобы увидеть Романа. – Они мертвы. Можешь не надеяться на их помощь, – злобно оскалился ИО. – Я тебе не отдам свой дар! Я тебе не позволю гадить еще больше! – яростно оскалилась в ответ Варвара. – А, я и не собираясь тебя упрашивать, – ответил ИО щелкая, извлеченным из кармана кителя пультом управления. Из удерживавшего Варвару кресла вышло два, широко раздвинувших ей в стороны ноги, блестящих поручня. – Я сам прервал процесс инсталляции, потому что почувствовал, что это тело не способно выдержать всю мощь и энергию темной материи. Смерть того воплощения, – показал он взглядом на труп в сером кардигане, – была всего лишь отвлекающим моментом, чтобы вывести тебя из процесса интеграции. Пока отец твоего ребенка пытался меня убить, я принял другое решение. – Какого ребенка? – опешила Гаранина. – Которого я сейчас у тебя изыму, – закатывая рукава синего мундира, ответил ИО, глаза которого пошли желтыми всполохами. – Совсем у тебя дедулечка мозги от отравы змеиной набекрень пошли, что ли? – злобно рассмеялась Гаранина. – Твоему ребенку по меркам человеческого временного развития уже семь месяцев. Он сможет выжить и вне твоего тела. Учитывая физическую силу своего покойного биологического отца… – Нет… Это не возможно! – дрогнув голосом, закричала Варя. – Мы с Романом были вместе только несколько дней назад. – Все возможно, – довольно прищурил, льющиеся желтой энергией глаза ИО, – последствия трансграничных переходов порою очень непредсказуемы, особенно, учитывая временные, порой очень большие интервалы между локациями. В свой мир из мира матуку ты пришла уже с развитым плодом. Это я узнал по анализу твой крови в подвале. – Не…т, не правда, – разглядывая, свой слегка выпирающий живот из-под платья, отрицательно замотала головой Варя. – Это я драников переела. – Не переживай. Я буду заботиться о твоем ребенке, – погладил ее по животу обеими руками ИО. – Когда он вырастет и достигнет половой зрелости, я перенесу свое сознание в его тело и тогда – пространственно-временной континуум перестанет быть для меня помехой… Я, стану Богом! Резким движением рук он разорвал на ней платье и, согнув Варе в коленях ноги, потянулся, чтобы стащить с нее трусы. – Не с…мей ме…ня тро…гать своими поган…ными ла…пами! – бешенной тигрицей забилась в цепких объятия кресла Варвара. – Тише, тише, – зашипел ИО, разорвав трусики, и, пытаясь всунуть ладонь ей в промежность. – Не…ет! Яркая желто-синяя вспышка осветила мраморный зал. Гаранину полоснуло по лицу горячим сквозняком. На мгновение окружающая реальность пошла мелкой, словно круги по воде, рябью. Звон в ушах прошел… – Отдай мне свой дар. Я отпущу тебя и их… Живыми и невредимыми. К тому же твой мир останется таким как есть. Я тебе обещаю, – произнес ИО. Роман и Гога корчились в силовых коконах. Фонарщик, наклонив голову, прикрываясь козырьком фуражки, злорадно улыбался. Богдан целый и невредимый сидел в кресле управления. Внизу у подножия горы шло сражение, а ее платье было целым, да и кресло ее не удерживало как раньше. – «Так вот оно что! Это действительно… дар. Я все исправлю. Я все смогу. Все будет хорошо», – подумала про себя Варя, погладив рукой по выпирающему из-под платья животику. – Положи руку на инсталлятор и не сопротивляйся, – приказал ИО. – Сначала отпусти их, – озвучила свое условия Гаранина, в голове которой уже созрел четкий план действий. ИО махнул головой фонарщику. Тот, отключив коконы, засунул обе руки в карманы своего кителя. Выстрелив приводные руки, Богдан плотно обхватил каждого ладонями за шею. – Если, что-то пойдет не так, – предупредил ИО, – они умрут. Варвара утвердительно кивнула головой и протянула правую руку к инсталлятору. Шар мерно загудел и засветился еще ярче. – Ва…ря, не…т, – сдавленно закричал Роман. Улыбнувшись, Варвара положила вторую руку на инсталлятор. Окутанный желтыми волнами энергии ИО, испуганно дернулся и попытался отдернуть руку, но у него ничего не вышло. – Положи вторую руку! – приказала ему Варвара. – Что? Что ты делаешь? Как? – задергался ИО, как пойманный в капкан волк. – Положи вторую руку и не сопротивляйся! – закричала Варвара, вставая с кресла. Глаза ИО округлились от ужаса, но не в силах противиться он медленно, очень медленно положил вторую руку на инсталлятор. Фонарщик, увернувшись от пролетающей мимо оторванной нижней части тела Богдана, подскочил к ИО и, ухватившись за него, попытался оторвать его от полыхавшего нестерпимым ярким светом инсталлятора, как вдруг Варвара вместе с ИО и фонарщиком, окруженная ярким спиралевидным вихрем взлетела к потолку зала. Тело Варвары приобрело бледно-мертвый оттенок, а из глаз брызнули желтые всполохи, охватившие собой в плотные протуберанцы ИО и фонарщика. Вихрь закручивался все быстрее и быстрее, закрывая плотным огненным полотном находящихся внутри Варвару, ИО и фонарщика, тела которых начали рассыпаться в красный пепел. Внезапно вихрь трансформировался в шар, который моментально уменьшаясь, через мгновение исчез вовсе, не оставив и следа. В это момент стеклянная голова Богдана, ударившись об пол, разлетелась на тысячу зеленых осколков. Белая накаха, манимая сигналами желтого обруча, устремилась в сторону державшего его в руках руганийца, чтобы его проглотить, но Роман схватил ее за красную погремушку на конце хвоста и, размахнувшись в полоборота, метнул в ближайшую стену. От удара ее голова превратилась в сплошное месиво из мозгов, плоти и желтой желчи. – Ара-ватура, ура-ватуки, ай-укулуру! – тут же донеслись снаружи торжествующие крики матуку. Атаковавшие их до этого инвиверы, упали замертво, а накахи вдруг обратились в бегство, стремясь скрыться в разломе, из которого до этого выбрался из-под земли крабовидный подземный автономный конгломерат. – Руга? – вопросительно уставился на Ваненотича руганиец. Роман несколько секунд стоял в оцепенении, пытаясь понять, что случилось с Варварой, а затем кинулся к останкам Богдана. – Где она? Что случилось? – приподнял он обрубок тела Богдана за край бронекостюма, приблизив его лицо к себе вплотную. – При…мити…вы, – презрительно произнес непослушными губами тот и уставился остекленевшими глазами в потолок. – Ой-укулеле, ой-утуруп! – в сопровождении десятка, закованных в маленькие зеленые бронекостюмы матуку, спустилась по стене зала верхом на красной ящерице Айхе. – Ру-га, – расплылся в довольной улыбке Гога, протягивая ей золотистый обруч.