Глава 28

Под неустанным контролем меня отвели на второй этаж и оставили в просторной комнате наедине с мыслями. Несмотря на нелепость происходящего, успела заметить, что живет конуг действительно неплохо, если даже покои для гостей так обставлены. Отполированный деревянный пол, шкуры по стенам, в каждом углу по сундуку, даже столик для всякой мелочи есть. А в центре широченное ложе. Я механически поморщилась. Ложа с мертвяком мне только не хватало. Когда шорох за дверью прекратился, быстро двинулась по комнате, на ходу осматривая все, что может пригодиться в битве против бородатого. На всякий случай проверила окна. Когда выглянула, то со вздохом разочаровалась. Спуститься по ним не возможно, словно эту комнату специально делали, чтобы женщина не сбежала. Стена гладкая, даже бревна специально зашкурены, чтобы убрать выпуклые части. Крыльцо с навесом слишком далеко справа, при всем желании не допрыгнуть, а вот расшибиться или поломать что-то, вполне реально. Раздраженная предстоящей свадьбой с умершим конугом, я подошла к столику и стала перебирать предметы, надеясь найти хотя бы шпильку, длинную и острую. Но там только гребешки, брошки и какие-то платочки. Вот же свалились эти скандинавы, или кто там они, как снег на голову… Пока я ковырялась, позади скрипнуло. Я резко развернулась, выставив перед собой расческу. Оказалось, при осмотре не заметила маленькую дверцу справа, видимо, для прислуги. Теперь рядом с ней стоит девушка с перекинутой через плечо косой до самых пяток, пальцы вцепились в длинную юбку, а взгляд с ненавистью впился в меня. Чутье сразу сработала – с таким лицом только ревнивая девка может в двери появляться. – Так вот какая ты, – прошипела девушка. – Ведьма с далеких земель. Только пришла, а уже моего конуга околдовала! Ну да, как и предполагала. От нелепости заявления я даже вытаращилась на нее, присев на край столика. – Ты в своем уме? – мирно спросила я. – Думаешь, раз в шляпе, – не сдавалась девица, – можно чужих конугов уводить? Но я тебя не боюсь. Будь ты хоть трижды ведьма! Он думает, что так спасет нас от неурожаев. Но все это ерунда. Ты нам не нужна! Убирайся! Мне даже обидно стало. Поднявшись со стола, я боком двинулась к окну, стараясь держать девушку в поле зрения. Та метает глазами молнии, и будь ее воля, расщепила бы меня в пыль. Ну да, как есть – ревнивица. Наверное, влюблена в конуга по самые помидоры. А тут я. Это они еще не знают, что живая. Добравшись до окна, снова поглядела на улицу. Народ собирается. Если прежде готовились только к пиру, то теперь бегают еще активней, гомонят, салютуют, будто и впрямь верят, что наш союз с бородатым может решить их посмертные проблемы. Средневековье какое. Девушка снова заговорила, на этот раз показалось, что шипит змея. – Я избавлюсь от тебя, ведьма. Я не боюсь. Ничего ты мне не сделаешь. У меня оберег! Она сунула пальцы в карман на юбке и вытащила пучок травы и победно выставила его перед собой. – Веник? – неуверенно спросила я, все еще косясь в окно. – Полынь, – усмехнулась девица. – Всем известно, ежели у кого такой оберег, ведьма и колдун ничего не сделают. Я почему-то почувствовала себя тем самым шмелем, который не знает законов физики и поэтому летает. О вениках против ведьм тоже ничего не слышала, поэтому сказала: – Мне твои обереги до лампочки. Как и конуг. Хочешь, забирай. Мне он совершенно не нужен. Девица на секунду смутилась, в глазах мелькнула растерянность, даже траву убрала обратно в карман. Но через минуту пришла в себя и снова заговорила с той же ненавистью оскорбленной женщины: – Не пытайся меня заболтать. Твое вранье подействует на кого угодно, только не на меня. Не нужен конуг? Ишь. Конуг нужен всем. А ты ведьма, да к тому же лгунья. Но ничего. Я от тебя избавлюсь. – Да кто ты вообще такая? – не выдержала я, чувствуя, как помимо воли начинает закипать гнев на беспардонную девку. У меня дел невпроворот, живой среди Ада бегает, и вообще – непонятно, что с ним такое. Особенно потому, что в этом замешан Асмодей. А мне ревнивая истеричка под ноги лезет. Тьфу. Девка задрала подбородок и произнесла надменно, словно не простая селянка, а целая королевна: – Я служу конугу с десяти лет и всегда была подле него. Когда-нибудь он сделает меня своей женой. Меня, а не тебя. Это я была верной и заботливой, а не ты. Но теперь меня приставили прислуживать тебе, поселили в эту каморку, как какую-то чернавку! Девка злила меня все больше. Можно было бы погасить конфликт, но все мое яговское нутро так и норовило поддеть. Я манерно выдохнула. – Так ты служанка. А я-то думала… – Тебе я не служанка! – выпалила девушка. – И попомни мои слова. Я выживу тебя отсюда, даже если для этого понадобится спуститься в сам Хельхейм! С этими словами она резко развернулась и вернулась в каморку, хлопнув дверью так, что задрожали стены. Я, снова осталась одна. И на том спасибо. Даже моих свежих знаний миров хватало, чтобы помнить – Хельхейм это вроде ада у древних скандинавов. Очень захотелось разочаровать ее, сообщив, что спускаться некуда, ибо она уже на месте. Но решила, это наименьшая из проблем. Я вновь вернулась к изучению инвентаря. Убедившись, что колюще-режущих предметов в комнате нет, с досадным вздохом перешла к кровати. Надеялась найти простыни и, как в кино, связать из них веревку и спуститься, но вместо простыней шкуры. – Вот же Асмодей, – пробормотала я. – Наворотил делов… Быстро поняла, что для побега тут вообще мало что сгодится. Предусмотрительные ребята в этой деревне. Мде.