28. Танец со смертью

– Рассказывайте, мастер, – кивнул принц.

Ну да, если кто-то и мог разложить эту неведомую хрень на составляющие – то только мастер.

– Для сцепления заклятия смерти и заклятия стихии использовали кровь, это почуял брат Смерч. Но для верности и для особой силы это была не просто кровь. Уже не живой, ещё не мёртвый. И – давший обет защищать эту землю, – грустно вздохнул мастер.

– Что? – до принца, в целом, дошло быстрее, чем до меня.

– Мы подозреваем, что жертвой стал ваш отец.

– И… что с ним теперь? И с остальными, кто там, внутри?

– Вы видите – для того, чтобы узнать, понять и убедиться, нужно попасть внутрь.

Принц мгновенным движением вытащил нож.

– Мой сгодится, или нужен какой-то особый?

– Сгодится, мой принц, – мастер глянул на принца с уважением и поклонился.

Принц усмехнулся, глянул на нас, стоящих рядом – на Лео, меня, Сигизмунда – и полоснул ножом по ладони. А потом подошёл к туманной пелене и пронзил её тем ножом. Подумал мгновение – и сунул в пелену окровавленную ладонь.

Я смотрела в принцеву спину, и сильно не сразу поняла, что в мире что-то меняется. А потом кто-то принялся громко читать молитву, кто-то помянул какую-то предвечную тьму и каких-то тварей, а кто-то – поклялся крестом спасителя. Дымка таяла, как будто с неохотой, так мне виделось, ей не хотелось уходить – потому, что смерти, было, дали волю, дали там, где до того не давали, и смерть торжествовала. А теперь пришёл живой, и этот живой готов отдать себя, чтобы потеснить ту смерть… о нет, никто не собирается сдаваться так просто.

Мы увидели стены дворца… а потом от них на нас повалили. Толпой, и… господи, что это? Или – кто это?

Они не были людьми, но казались очень похожими. Вот прямо как настоящие, но сероватые, неяркие и местами вообще прозрачные. А кто-то – наоборот, какой-то слишком уж тёмный, будто притягивающий к себе свет и поглощавший этот свет в себе. В руках у них были мечи, на некоторых – доспехи, и кто-то – даже верхами.

Господи, что это? Я уже была готова заорать и завопить, потому что стало так страшно, как до того, наверное, никогда в жизни. Будто разом взяли за горло, приставили меч между лопаток, подвесили над головой десятитонную скалу на тонкой ниточке, и ещё не знаю, что сделали. Ни разу мне не хотелось всё бросить и убежать, и остановило только то, что я понимала – не убежать. Не удастся, вот совсем не удастся. Догонят и сожрут.

А пока ты стоишь, живой и тёплый, то – шанс есть.

– Сестрица, бей же их, ты умеешь, – проговорил сзади Стриж.

– Некромантов пропустить, – командует принц.

– Так, Варя Феникс, за спину, и из-за спины – бей, как сможешь, так и бей, поняла? – это Лео, он расправил плечи и спустил с ладоней поток жидкого огня в сторону этого вот… неживого.

Неживое вспыхивало, горело и исчезало. Значит – шанс есть, значит – бьём!

Так, начинаем по-простому. Проверить защиту – не вредно. Себе, Лео, Стрижу. Остальные сами не маленькие. И бить тоже по-простому, огнём, раз работает. Ну, страшно. В обычном бою, против просто людей, тоже страшно. Дома идти по темной улице было страшно – потому что велик шанс не дойти. Выполнять незнакомый сложный акробатический элемент страшно – потому что можно навернуться и потом совсем себя не собрать. Ошибаться страшно. За близких, которые подставляются и рискуют – страшно. Так уж мы устроены, что нам чуть что – страшно. Потому что живые, потому что думающие, потому что привязываемся и любим.

Было ли когда-нибудь страшно Барбаре – я не знаю. Наверное, тоже было.

И поэтому – бить. Если вдруг там, внутри, есть хоть кто-то живой – значит, нужно пошевеливаться, и спасать. Иначе зачем мы все тут?

Мысли не мешали жечь – как автомат, право слово. Туда, сюда, чуть правее, чуть левее. Зрение острое, руки знают своё дело, удар точный. Справлюсь.

Наша плотная группа рассыпалась, мы давили нежить, а это была именно нежить, они горели, таяли, исчезали – и на их месте поднимались новые. Совсем прозрачные и чёрные-плотные, человекообразные – и вовсе непонятные.

А ещё – мать их, знакомые.

Когда передо мной воздвигся Хорёк, я вообще не срезу поняла, что происходит, и чуть было не полезла в рукопашную, точнее, ногами, снова, как утром, это было только утром, только сегодня, но – уже как будто в другой жизни, позавчера, три года назад. Но меня больно дёрнули за плечо назад со словами «не дури, девка, там нежить», и я очнулась. Тьфу ты. Ну да, нежить. Я бросила огненный шар – и Хорёк исчез.

Кажется, знакомцы начали являться не только ко мне. Принц вдруг принялся махать мечом и называть кого-то подлым предателем, но потом опомнился и тоже сжёг. И с криком «ты не Бертран, я тебя не знаю» разлил вокруг себя огненное озеро. Лео шёл незыблемо, но вот остановился и он, сощурился, пригляделся… я не увидела никого, кроме очередной твари, тянувшей к нему свои лапы, и швырнула плюху в ту тварь.

– Благодарю тебя, – его улыбка была столь же нежной, сколько мимолётной.

И мы просто пошли дальше.

Когда я поняла, что у меня кончились силы, и я не могу больше сотворить ни единого, даже самого маленького огненного шарика? Солнце садилось, и в темнеющем мире оставшаяся нежить становилась ярче, наглее, опаснее… Боевые маги жгли, некроманты развоплощали – даже ещё боле ловко, чем боевики, но их было мало, очень мало. Что ж делать-то?

Я огляделась – о нет, не только я больше ничего не могу. Вон Медуза, трясёт руками, как будто они не его. Гусь просто лежит на земле в стороне, чтоб не под ногами, глаза закрыты – но дышит. А Стриж держится, прямо молодец.

Я попыталась превозмочь фоновую боль в ладонях, и ещё раз сотворить хоть небольшой магический огонь – и тут меня догнал откат, да какой! Я знала, конечно, что от атакующих заклинаний потом болят руки, всё же, не на одной тренировке была, но ни одна тренировка не сравнится с настоящим боем, нет. Это в танце ты тренируешься часами, а выступаешь потом – чуть. Тут же может случиться наоборот – не час тренировки, или сколько там она обычно длится, а – как выйдет. Пока не закончатся враги. А враги отчего-то заканчиваться не спешили.

Я отползла, чтобы не мешаться, и закрыла глаза. Когда боль сильна – нужно расслабиться, слиться с ней… и тогда есть шанс, что перенести приступ будет проще. Лежать, дышать… тело хотело кататься по земле и выть, но это Барбара, кто ж её знает, ту Барбару, как у неё с болью и с умением терпеть? Похоже, никак. Поэтому – расслабляйся, дорогая, выдыхай, и вдруг свезёт подняться на ноги и сделать ещё что-нибудь полезное?

Кажется, сознание уходило, потом вернулось. Я открыла глаза – будто ничего не изменилось, только стало совсем темно. Можно ли подняться? Можно. Руки слабы, но не болят, ноги слабы, но держат. Крики боя – где-то впереди, у самых стен. Я побрела на магические вспышки, и увидела – кучка нежити окружена, но не сдаётся.

Наверное, это последняя кучка. Наверное, они просто не умеют сдаваться. Лео, Сигизмунд, Самоцвет, Тень. Кто-то ещё, не разобрать в темноте. А, Рысь. Рысь трясёт руками и вываливается из кольца окружения, и катится по земле.

Подхожу – глаза закрыты, не шевелится. Трогаю тихонько.

– А, это ты. Слава богу, я думала – снова нежить. Тебе тоже холодно?

– Нет, – я взяла её ледяные ладони в свои и принялась растирать.

И ещё попробовала поделиться силой – ну, вдруг? Она, конечно, некромант, и вообще вредная и колючая, но ведь своя же.

– Ты… ты чего делаешь? – проскрипела она. – Сама ж еле живая.

– Ну, – кивнула я. – И что теперь, всем помирать? Ага, сейчас. Ещё неизвестно, что там, во дворце.

– Спасибо тебе. Надо же, правда есть в тебе что-то от некроманта, – вот, уже усмехается, хорошо.

Так и вышло, что мы только смотрели с земли, как мужчины добили последнюю нежить. И тоже – кто привалился к стене, кто опустился на землю. А принц просто постоял с минуту с закрытыми глазами, а потом взялся за ту штуку, которая у него была для магической связи.

– Справились? Слава господу. И что, пойдём внутрь? Хорошо. Я обязательно пойду.

Опустил руку, оглядел тьму вокруг. Ну не додумались у них тут до стационарного освещения дворцового парка. Странно, правда? Вот принцу и пришлось выпускать какие-то осветительные шары. И оглядывать картину.

Картина была, конечно, та ещё – на ногах остались в основном те, кто не был магом, просто потому, что это была не их битва. И что же? Принц принялся командовать – стражу там вокруг дворца из тех, кто посвежее, а другим – отдыхать, и готовиться сменить коллег в полночь.

А что у дальней стены? Похоже, походный лазарет. И там вовсю трудятся брат Уж, брат Ящерица и – брат Крот. Видимых ран ни на ком нет, но через одного – без сил, а кто-то, кажется, не просто без сил, то рука не работает, то нога, то ещё что-то. А ведь кому-то сейчас будет нужно идти с принцем во дворец…

Лео тоже на ногах, ходит, разговаривает. Откуда-то появляется мастер – и по виду тоже понятно, что из боя. Ну да, вряд ли прорыв нежити случился только здесь у нас, наверное – везде, по всему периметру дворца. И с ним Смерч, и кто-то ещё. Они говорят с принцем, мастер связывается с кем-то, командует – кого-то в крепость на отдых, а кого-то наоборот, в патрули по городу, потому что ночь, время нежити и подлецов. А у нас тут дворец, да.

Я вспомнила, что вроде когда-то складывала в поясную суму какую-то еду. Прорву лет назад. В другом измерении. Точно, хлеб, даже не весь раскрошился, и сыр. Сунула кусок Рыси – прямо в ладонь.

– Эй, не дури, ешь сама.

– У меня есть ещё, – ну вот, будет тут указывать, что делать. – Не спорить, ясно? – добавила самым преподским тоном.

Поднялась на ноги, огляделась. Так, вон там Стриж, нужно проведать.

– Ты как вообще? Тебя, может быть, к целителям?

– Милостью господней всё хорошо, сестрица. Устал немного, – выдохнул мальчишка.

И улыбается ещё, вот ведь!

– На, и не вздумай отказаться, – сунула и ему кусок хлеба.

– Благодарю тебя, – он мне даже руку поцеловал, и еду смёл мгновенно.

Ну вот, осталось два куска. Один я съем сама, а второй сейчас тоже пристрою.

Лео стоял у стены, тряс ладонями. Да, если много и сильно колдовать – они не только болят, но ещё и затекают. Я взяла одну ладонь, стала разминать.

– Моя прекраснейшая, – выдохнул он, лицо его потеплело. – Как же хорошо, что ты есть.

Я усмехнулась и взяла вторую ладонь, тоже размяла. А потом положила в неё кусок хлеба с сыром.

– Не вздумай отказываться.

– А тебе?

– У меня тоже есть, – я вытащила последний, и радостно вгрызлась в него.

Впрочем, у Лео нашлась горсть орехов, которые мы тоже разделили – между собой и ещё со Стрижом, который поднялся на ноги и подошёл.

– Я в порядке, – торопливо ответил он на невысказанный вопрос Лео. – И я вспомнил, у меня тоже есть кое-что, – и вытащил горсть сушёных фруктов.

Их разделили ещё и с подошедшим принцем, и ещё воду – у кого нашлась. И стало легче, правда, легче.

– Кто со мной? – принц оглядел нас.

– Все, – пожал плечами Лео.

Действительно, он что, сомневается? Мы все, кто на ногах стоит.

Стоящих на ногах нашлось десятка три – и боевые маги, и некроманты. Принц уже командовал – кто куда пойдёт во дворце. Сам он сказал, что идёт в покои короля, и с ним Лео, Самоцвет, Сигизмунд… мы со Стрижом спрятались за спину Лео – чтоб нас не услали куда-нибудь отдельно. Не услали.

Двери открылись малой толикой магии – высокие, толстые, двустворчатые, резные. А за дверьми нас ждала темнота и тишина.

– Господи, что здесь? – не выдержал Сигизмунд.

Ну да, вообще во дворце жизнь не прекращалась, наверное, никогда. Потому что круглосуточная стража, потому что постоянно работающие кухни, и наверное, ещё какие-то службы. Но – темнота и тишина.

Все маги засветили по шарику, освещая пустынный внутренний двор, и арки по его периметру, и – вот, наконец, стражи. Бездыханные тела?

– Да они спят! – воскликнул Стриж. – Тёплые, и дышат!

– Так, – принц уставился на четверых стражников – в самом деле, спящих.

Впрочем, дальше мы увидели очень много таких спящих.

– Замок спящей красавицы, – пробормотала я.

– Кого-кого? – обернулся ко мне на ходу принц.

– Потом расскажу. Когда всех победим.

– Я запомню эти слова, – усмехнулся принц.

Наш отряд разделился, и Дракон, Самоцвет, Сигизмунд и Тень повели свои группы в другие коридоры, а мы остались вчетвером – принц, Лео и мы со Стрижом. Правда, принц доложился мастеру – что мы разошлись, и куда направляется наша группа.

Я в этой части дворца не бывала ни разу – незачем мне было. Однако, мужчины шли, как надо, и даже света было минимум – один небольшой шарик плыл впереди. Вот в свете того шарика-то мы и увидели привидение. Или снова нежить?

Субстанция была очень похожа на то, что мы только что уничтожали. Подплыла к нам, не испугалась трёх вспыхнувших светильников. Тьфу ты!

Перед нами стояла девушка. Высокая, статная, в богатом платье с и волосами до подколенок. С рыжими, между прочим, волосами. Мужчины встали, как вкопанные, но она только смеялась. А они все переводили взгляд с неё – на меня. И обратно.

– Не смотрите так, мой принц, поздно, – махнула она ресницами. – И вам… тоже поздно, – глянула она на Лео. – Мальчик, не пялься так, глаза выпадут, – и сама уставилась на меня.

А я на неё. Потому что… вам вот покажут ваше призрачное тело, вы что будете делать? Язык проглотите? Вот, то-то.

– Ты… как здесь? – это оказалось самое умное, что я смогла спросить.

– Как все. Тигр поднял. Но я же упрямая, и никогда не делаю того, что мне приказывают. Поэтому и не пошла с остальными на вас. Но вы уже справились, теперь вам к нему. Он ждёт. И ждёт именно с этой стороны. Проводить другой дорогой?

– Проводить, – кивнула я.

Кажется, спрашивали именно меня.

– Следуйте за мной. Если доверяете, – усмехнулась она.

Доверяла ли я? Я зажмурилась, послушала тело… о нет, оно не рвётся выселить меня и принять обратно свою родную душу, да и можно ли так?

– Я доверяю, – выдохнула я.

– Правильно. Идём.

Бирюзовое платье с золотой вышивкой заскользило впереди, она плыла, не касаясь пола. Свернула в какой-то боковой коридор, просочилась сквозь дверь, которую принц потом для нас отпер магически, и проплыла через длинный узкий ход. Поднялась по винтовой лестнице – и мы за ней. Вышла на маленькой площадке перед дверью.

– Здесь.

– Но там… спальные покои его величества? – проявил Лео знание дворцовых покоев.

– Да. Вас ждут со стороны кабинета. А вы войдёте здесь. Не верите – возвращайтесь, – дёрнула она плечом и просочилась меж мужчин ко мне. – Я благодарю тебя, чужеземка. Ты сегодня сделала то, что не смогла я. И ты танцуешь так, как я не умела никогда. И колдуешь тоже. Если сможешь отобрать Кастель-аль-Либра – сила и помощь нашего рода будут с тобой. Я теперь уйду спокойно, а от моего убийцы не осталось ни души, ни тени. Туда ему и дорога!

Она скользнула обратно к лестнице, обернулась.

– Ступайте, и пусть сегодня будут с вами все благие высшие силы!

И исчезла.

Мы переглянулись. Ничего ж себе!

Мужчины смотрели на меня, все трое… потом принц отмер.

– Что ж, вперёд.

И верно, вперёд.

Но сначала он связался с Сигизмундом и попросил его о разведке – в том коридоре, по которому мы не пошли. С ним был кто-то из воздушников, он выяснил и доложился – да, засада, трое некромантов и нежить.

– Значит, отрежем их, запечатав двери, – сказал принц.

– Давайте-ка все в невидимость, – проворчал Лео. – Стриж, остаёшься здесь. Ты – наша связь, если услышишь, что дело плохо – вызывай мастера немедленно, пусть командует. Варя Феникс, тоже остаёшься здесь. Ты – наш резерв. Если принцу придётся туго – спасай, бей любого, кто там есть.

Дверь не скрипнула – видно, была хорошо смазана. Я дождалась, пока эти двое войдут, и скользнула за ними, невзирая на расширившиеся глаза Стрижа.

В королевской спальне мы увидели деревянную кровать с нетронутой постелью, и троих слуг, спавших в разных позах – на полу, на коврике у кровати, на лавке. Следующая дверь была приоткрыта, из неё слышался негромкий разговор нескольких мужчин.

– Обездвиживаем, если не выйдет – тогда жжём, – выдохнул принц и размял пальцы.

Открыл дверь и шагнул вперёд разом с заклинанием. С грохотом закрылись распахнутые в коридор двери, отрезая кого-то, кто тут же забарабанил в них, что было силы.

– Ну зачем же вы так, уважаемый Годфруа, – произнёс невидимый из-за спины принца Аль-Карим.

Мы вошли, и встали – Лео за спиной принца, я за спиной Лео, и я разглядела четверых – Аль-Карима у стола, и ещё одного незнакомца у окна. В кресле с высокими подлокотниками сидел высокий мужчина, необыкновенно схожий лицом с принцем, только он был совершенно сед и смотрел в пространство остекленевшим взглядом. А рядом на лавке расположился мастер Звездочёт.

– Заходите, раз пришли, – произнёс он.