Глава 12

Королевский кабинет оказался самой обычной, захламленной бумагами комнатой. Прямо напротив входа – массивный стол темного дерева, украшенный затейливой, но грубоватой резьбой. Явно гномья работа. За столом – такое же массивное кресло, ясно видно, что работы того же мастера, что и стол, украшенное короной на верху спинки. Позади и по левую руку от сидящего за столом четыре огромных, от пола и до потолка, книжных шкафа, за стеклами которых виднелись не только потрепанные корешки книг, но и свитки, какие-то предметы, по-видимому, артефакты, и просто бумаги.

Бумаги тут были повсюду: за стеклами шкафов, на столе, на полу и даже виднелись из-за плотной шторы на подоконнике. Зато посадочных мест для посетителей не было совсем. И мы с Миной застыли посреди комнаты, в ожидании прихода Его Величества.

К счастью, король не заставил себя ждать. Прошло не более пяти минут прежде, чем позади нас распахнулась входная дверь и в кабинет влетел сердитый король:

– Ну-с, Мариэлла, рассказывайте!

Мы с Миной поспешно опустились перед повелителем в реверансах: Мина изящно, а я – как получилось. Сердито пыхтя, Его Величество уселся за стол. Но разрешения выпрямиться не последовало. Хотя король явно ждал моего ответа. Мда-а-а…

Я только недавно научилась делать придворный реверанс по всем правилам. И долго стоять склоненной на одной ноге, да еще и придерживая юбку самыми краешками пальцев мне было сложно. А тут еще когда я отпустила камзол Аранта, чтобы поправить юбку, он распахнулся и наружу вывалились лоскутки от порванного лифа. Я жутко покраснела от такого конфуза. Но и спрятать безобразие не могла: я не настолько ловкая, чтобы, не выпрямляясь из реверанса отпустить юбку, спрятать обрывки лифа и запахнуть камзол.

Его Величество хмыкнул:

– Мда. Не бал, а какой-то дурдом. Мои подданные словно с ума сошли. Сегодня было даже расторгнуто две помолвки, потому что юные лорды надеются стать мужем феи и соответственно подняться по социальной лестнице. Надо было не слушать вашего жениха, Вильгельмина, и поступать так, как собирался изначально: выдать Мариэллу замуж за того, за кого сочту нужным! Мда. А чего уж теперь. Сам виноват. Поднимитесь!

От услышанного мне стало дурно. Нет, я понимала, что особого выбора у меня уже как бы и нет. Но вот так цинично: «за того, за кого сочту нужным» было жестоко. Я неловко покачнулась, выпрямляя спину и торопливо запахнула камзол некроманта, скрывая изорванное платье и корсет. Король внимательно, как коршун за цыпленком, наблюдал за каждым моим жестом:

– За что он тебя так? И вообще, что случилось? Перед тем, как принять окончательное решение о женитьбе младшего Овирсальского, я хочу услышать мнение всех сторон.

В груди что-то тоненько екнуло. Женитьбе? Хозяин женится? Но раздумывать над ощущениями мне было некогда. Король требовательно смотрел мне прямо в глаза, ожидая ответа на поставленный вопрос. Я глубоко вздохнула. Вот же! Как же не хочется признаваться в том, что меня обвинили в воровстве!

И тут в ситуацию вмешались высшие силы в лице моего Емели. Конечно, если у пауков есть лицо.

Емеля выпутался из моей прически, шлепнулся мне на плечо и глубокомысленно шевельнув жвалами неожиданно приподнялся на задних лапках и отвесил королю глубокий поклон. Мина тихонечко прыснула. В поклоне мохнатое брюшко моего единственного друга смешно задралось вверх. Емеля строго зыркнул на рыженькую из-под лапы:

– А ну цыц! – И тут же: – Приветствую вас, Ваше Величество! Долгих лет жизни и только светлых дней вам!

Емеля важно выпрямился, не дожидаясь позволения. Король удивленно поднял брови:

– И вам того же, многоуважаемый паук. И кто у нас тут? Очередной фамилиар?

Емеля недовольно дернул жвалами, но ответил все так же вежливо и почтительно:

– Никак нет, Ваше Величество! Я – свободное существо! И сопровождаю Мариэллу по доброй воле, в благодарность, так сказать, за то, что она дала мне речь и имя.

Король хмыкнул, разом утратив половину своей грозности:

– И какое же имя, Свободное Существо, тебе дала наша фея?

– Эмильен, Ваше Величество! Благородное эльфийское имя. Но это не важно. Давайте лучше я вам расскажу, что произошло. А то ведь Мариэлла постесняется.

Брови короля взлетели куда-то на лоб, ближе к венцу, символу его власти. Но Его Величество удержался от дополнительных вопросов, только рукой махнул, позволяя Емеле говорить.

– Ну значит так. Я начну с самого начала, чтобы вам, Ваше Величество, все было понятно. Ну значит так. Все дело в кулоне. Его, по сути, нашел я. Как-то однажды Мариэлла взяла меня с собой, когда шла на городской рынок. В одном месте она споткнулась, а я, поскольку сидел, как и сейчас у нее на плече, не удержался и улетел в кусты. И шлепнулся прямо на этот злосчастный кулон. Надо сказать, что тогда он был просто беленьким камушком на кожаном шнурке. Мариэлла ведь у нас сирота, у нее ничего своего нет. А кулончик валялся бесхозный. Вот я ее и заставил забрать украшеньице. Кто ж знал, к чему это приведет? Мариэлла надела его сегодня на бал. А ее бывший работодатель как увидел на ней кулон, так будто с ума сошел! Отдай, орет, воровка! А Мариэлла в его доме ничего не взяла. Даже одежду, что он ей покупал, там оставила! Так что она не воровка, Ваше Величество!

Король нахмурился, разглядывая нахального паука у меня на плече, побарабанил пальцами по столешнице. А потом посмотрел на меня:

– Все так и было, Мариэлла?

Емеля был прав в одном: сама я бы никогда не решилась рассказать королю о том, что хозяин Ширант назвал меня воровкой. Наверное, это было и хорошо, что он взял на себя важную миссию по просвещению короля. Но мне почему-то казалось, что он это сделал зря. И ничего хорошего из этого не выйдет.

Его Величество ждал ответа, тяжело глядя на меня в упор. Я чуть поежилась под его взглядом и с несчастным видом кивнула:

– Да, ваше Величество, все так и было.

Кустистые брови короля сошлись на переносице:

– Мда-а-а… А я, грешным делом, подумал, что это все происки завистников и врагов. Что мой племянник и наследник герцогства Овирсальского на такое не способен… Ну, значит, так тому и быть… Арант вон невестой обзавелся, и сразу на аристократа стал похож: ночами больше по кладбищам не шастает, придворных дам мне рясой своей не пугает. Значит, младшему тоже пора жениться!

Я замерла, не зная, как реагировать на сказанное королем. Мина, закусила губку, с отчаянием косясь на дверь. А король вдруг сжал в руке голову стоящей среди бумаг на столе статуэтки и громко повелел:

– Сайген! Пусть ко мне зайдет мой племянник! Я хочу услышать его версию событий и огласить ему свое королевское решение!

Я уже неоднократно слышала различные намеки на то, хозяин является родственником короля. Но никогда не придавала этому значения, не задумывалась. Что это может означать. И вот теперь меня фактически ткнули носом в то, что хозяин Ширант не просто родственник – он племянник короля. В голове сразу же закружился дикий хоровод из мыслей и вопросов. Но над всей этой какофонией почему-то доминировал один: а как же я?

То ли у меня что-то отразилось на лице, то ли Емеля знал меня лучше всех, но паук вдруг, не обращая внимания ни на кого, привстал на задних лапках и передними погладил меня по щеке:

– Тссс… Не горюй, раньше времени, фея! Все у тебя будет в ажуре!

То ли от того, что мне было щекотно от ласки паука, то ли от не вовремя пришедшей в голову мысли, что я напрочь перестала бояться своего мохнатого и восьмиглазого компаньона, но у меня с губ сорвался нервный смешок:

– В каменном?

Емеля озадачился, замерев на краешке моего плеча на двух задних лапках:

– Почему вдруг каменном?

Не заметив, как пристально наблюдает за нами Его Величество, я вздохнула:

– Ну так на кладбище у всех все в каменном ажуре крестов и склепов. Гномы – известные мастера работы по камню, им честь не позволит установить крест, не украшенный каменным кружевом.

Емеля подскочил с невнятным воплем протеста и… свалился мне прямо в распахнутый ворот камзола, которым я прикрывала разорванное декольте.

Раздался веселый хмык:

– Мужчины, даже если это пауки, всегда мужчины. Стараются держаться поближе к женским прелестям. А потом не знают, как разобраться с проблемами.

Я густо, до боли в щеках, покраснела, сообразив на что намекает король. Мина проглотила смешок и закашлялась. Кажется, ведьма не видела ничего неприличного в том, что у меня за пазухой барахтался паук. Пусть и самец. А вот внимание короля ее смутило. И я себе сделала мысленную пометку выяснить потом почему.

В этот момент наконец распахнулась входная дверь у меня за спиной. Я нервно дернулась, ощущая, как Емеля, только-только выкарабкавшийся из лоскутков моего декольте, снова скатился назад, щекоча нежную кожу своими лапками. Я представила, как Емеля, барахтаясь в кружевах, костерит на все лады одну неудачливую фею, и прыснула со смеху. У вошедшего Аранта поднялись в недоумении брови. Однако, он промолчал. Заговорил Его Величество:

– Арант, я звал не тебя! – Король не скрывал своего неудовольствия. – С тобой разговаривать уже бессмысленно. Кстати, можешь забирать свою невесту. Я вас больше не задерживаю.

Это прозвучало приказом для Аранта и Мины уйти. И я, испугавшись, что останусь с королем наедине, с мольбой посмотрела на некроманта. Арант вздохнул. Но согласно кивнул. А Его величество проворчал:

– Семейка… Ну и где твой младший брат? Нашкодил и в кусты?

– Я никогда в кусты не прятался, – раздался недовольный голос от двери, – и вы, дядюшка, это прекрасно знаете!

Вошедший в кабинет Ширант стал подальше от меня. Так, чтобы между нами был и Арант, и Мина. И это не укрылось не только от меня, но и от Его Величества. Он снова хмыкнул, но никак не прокомментировал действия племянника. А мне вдруг стало горько. Я не прокаженная, чтобы от меня так шарахаться! И не грязная! Платье слегка порвано. Но так это же из-за него!

В кабинете стало тихо. Так тихо, что мне показалось, что все присутствующие слышат, как у меня за пазухой возится Емеля, пытаясь выпутаться из кружевного плена разорванного лифа платья, и из-за этого осуждающе смотрят на меня. Я не выдержала, опустила глаза вниз. Но легче не стало. Взгляды все равно давили на грудь.

Его Величество не выдержал первым:

– Ну что, племянничек, рассказывай, как ты докатился до такого: затеваешь на балу драки, рвешь дамам платья. Даже Арант в свое время вел себя скромнее, чем ты, герцогский наследник!

Ехидство, вложенное королем в обращение к хозяину Ширанту, не услышал бы только глухой. Арант хмыкнул, но ничего не сказал. Лишь сильнее прижал к себе Мину.

Я боялась даже взглянуть в сторону хозяина Ширанта. И не зря:

– Я не собирался никому ничего рвать! – В голосе брата Аранта звучало негодование. – Но эта негодница как ни в чем ни бывало явилась на королевский бал в краденой вещи!

Обидно ни за что, ни про что, получать обвинение в воровстве. Я вскинула голову, чтобы сказать, что я у артефактора в доме даже одежду, купленную им, оставила, и увидела, как король в упор разглядывает хозяина:

– Я только и слышу: кулон, мое, украла. Но в упор не вижу вещь, из-за которой и разгорелся скандал. Шир, покажи уже, что там у тебя украли!

Возражения застряли у меня в горле. Кулон-то по-прежнему был у меня на груди. За него, кстати, Емеля сейчас уцепился, карабкаясь наверх из вороха кружев.

Ширант сложил на груди руки:

– Не могу. Кулон до сих пор у нее.

Король долго молча и в упор смотрел на моего бывшего хозяина. Как-то у нас с ним все сложилось не по-людски. То он был для меня недохозяином. Потом чуть-чуть работодателем. И вот, кажется, уже почти стал бывшим хозяином. В груди шевельнулось какое-то странное чувство, похожее на сожаление.

– Мда-а-а-а… Ну что ж, видит Святая Бригитта, я до последнего откладывал применение к тебе наказаний, племянник. Но вижу, что время уже пришло. Пора тебе ответить за все, что ты натворил. И не только сегодня. Ну что ж. Вот тебе мое, королевское повеление: тебе надлежит, племянник, в трехдневный срок посвататься к леди Луизе Найнтингейл. И не позднее, чем через три недели отвести данную леди к алтарю. – Я в шоке, позабыв про все страхи и обиды, повернула к бывшему хозяину голову. Он бледнел на глазах. А король все продолжал говорить: – Леди Луизе не занимать характера. Она сможет удержать тебя, племянник, в будущем от проказ, более свойственных детям простолюдинов. А также приумножит богатства Овирсальских за счет своих земель.

Шок накрыл не только меня. У Ширанта медленно опустились вниз сложенные до слов короля на груди руки. Кисти сжались в кулаки. Кажется, бывший хозяин даже зубами скрипнул. Но промолчал. Промолчал и Арант, потрясенно глядя на венценосного родственника и крепче прижимая к себе невесту.

И в этот роковой момент Емеля наконец выбрался из-под камзола, взобрался ко мне на плечо и с отвращением отплевываясь, выдал на весь кабинет:

– Боже, какая же гадость – это ваше платье! Жаль, что хозяин не порвал его на клочки!

Теперь уже на меня уставились все, кто присутствовал в кабинете. Вернее, не на меня, а на Емелю. Но паука это не смутило. Он стряхнул с себя лапками какой-то крошечный лоскуток кружева и фыркнул:

– Элка, ты чего скисла? Выше нос! Никуда он от нас не денется! Платье порвал? Порвал! Вот теперь пусть в качестве компенсации женится!

Сколько раз я слышала выражение: «Провалиться под землю от стыда», но никогда не понимала, как это вообще возможно. Да, в последнее время я часто оказывалась в таких ситуациях, что щекам было больно от прилившей к ним краски, а глаза и вовсе отказывались подниматься вверх. Но провалиться куда-то… Зачем? Рано или поздно внимание окружающих все равно переключится на что-то другое. И неловкая ситуация, в которой я оказалась, забудется. Люди переключатся на очередную оплошность очередного бедняги, а для меня все вернется на круги своя. Так я думала до этой минуты.

Но сейчас, когда из-за несдержанных слов Емели на мне скрестились взгляды ошарашенного короля, бледного и злого хозяина Ширанта, сочувствующей Мины и… У жениха Мины взгляд был странным. Словно он не верил собственным глазам. И в тоже время точно знал, что так должно быть. Я не могла определить по его лицу ни одной мысли, блуждающей в темноволосой голове Аранта. И, если честно, меня это пугало. Как и сочувствие Мины. Что тут сейчас происходит? Чего я не понимаю? И чем мне это грозит?

Его Величество быстро взял себя в руки. Оно и не удивительно. Королю положено показывать подданным пример самообладания и самоотверженности. Поставив локти на стол и соединив над столом кончики пальцев домиком, он холодно поинтересовался:

– А что заставляет вас, уважаемый Эмильен, думать, будто я изменю свое решение?

Паук ответить не успел. Опережая его и заглушая его ответ, на весь кабинет зашипел хозяин Ширант:

– Да я лучше женюсь на толстухе Луизе и заведу себе содержанку, чем приведу в качестве хозяйки в замок герцогов Овирсальских непонятно кого! Пусть ширмой для феепитомника будет кто-то из провинциальных выскочек! Чья честь позволит закрыть глаза на то, что его жену будут подкладывать под подходящих людей!

Я не поняла и половины сказанного хозяином Ширантом. Но Его Величество вдруг побагровел и закашлялся. Словно ему в горло попала вишневая косточка. Остальные застыли на месте памятниками самим себе. А я, не думая, сорвалась с места и, подбежав к королю, принялась колотить его раскрытой ладонью по спине:

– Кашляйте! Кашляйте! Оно сейчас выйдет!

То, что я в очередной раз сотворила фееричную глупость, я поняла, когда Арант оттащил меня от короля:

– Тихо, Мариэлла, тихо! С Его Величеством уже все хорошо! А ты молодец! Всех победила.

Арант издал какой-то странный, полузадушенный звук. И я с опаской повернула к нему голову. Да что тут такого происходит? Эпидемия вишневых косточек?

И тут от Аранта меня отвлек ворчливый голос Емели:

– Мдаа… Элка, твое рвение спасти короля похвально. Но при этом не стоит забывать, что ты не одна!

Я дернулась и испуганно покосилась на то плечо, где еще совсем недавно сидел Емеля. Сейчас там лежала ладонь удерживающего меня за плечи некроманта. Мне стало холодно и страшно. Он же мог раздавить паука!

– Корова ты неуклюжая, Элка, а не фея! Если надоел – так и скажи! Давить-то зачем?

Я поискала глазами ворчащего паука. Оказалось, Емеля с удобствами устроился в ворохе королевских бумаг на столе и лапками приводил в порядок свое брюшко. Я бросилась к нему:

– Ну прости! Прости! Я не хотела! Я просто в тот момент могла думать только об одном: Его Величеству плохо, ему нужно помочь!

Емеля покосился на мою протянутую руку и нехотя, с видом большого одолжения, забрался на мою ладонь:

– Тебя, Элка, извиняет только то, что ты торопилась на помощь Его величеству. Хоть он в этом и не нуждался.

Я замерла, не донеся до плеча ладонь с пауком:

– Как не нуждался? Что за глупости ты говоришь? Его Величество задыхался!

Испуганно оглянувшись через плечо, я наткнулась на тяжелый и внимательный взгляд короля. Он так пристально меня изучал, что мне сделалось страшно. По спине пробежал холодок, внутри меня что-то сжалось. Я поспешила отвернуться от Его Величества, потому что его взгляд давил, побуждал меня куда-то бежать, прятаться. С Емелей общаться казалось безопаснее, даже если король и будет слышать наш диалог.

Паук вздохнул совсем как человек:

– Ээх! Элка-Элка! А еще фея называется! Его Величество поперхнулся злостью на поведение своего родственника. От того, что ты его отлупила по спине, ему легче не стало.

И вновь я почувствовала себя совершенной дурочкой. Растерянно оглянувшись на короля, попыталась понять правду ли говорит Емеля.

Взгляд короля уже не давил. Да и Мина с Арантом стояли свободно, их позы не были напряжены. Из чего я сделала вывод, что бояться уже нечего, неведомая гроза прошла мимо, так и не разразившись.

Его Величество вздохнул:

– Твой паук прав, Мариэлла. Я действительно на краткий миг утратил над собой контроль из-за выходки племянника. И ты поймала именно этот момент. Мне жаль, что все так случилось, и ты услышала слова Ширанта. Я могу только извиниться перед тобой за его поведение и пообещать, что Ширант тебе больше не скажет ни слова. А его свадьба состоится так быстро, как это вообще возможно в наших условиях. Прости за эту безобразную сцену.

Я растерянно смотрела на короля, не зная как мне реагировать. Неужели возможно, чтобы король извинялся перед простой девчонкой, пусть и феей?

Его Величество, не дождавшись от меня ни слова в ответ, вздохнул:

– Мариэлла, я не хочу отказываться от своих слов и самому назначать тебе жениха. Все-таки, ты – фея, натура ранимая, я понимаю. Но очень прошу поторопиться с выбором. Очень не хочется, чтобы мои подданные передрались из-за права жениться на фее. Если примешь совет – я бы рекомендовал присмотреться к маркизу Лурдаго. Маркиз немолод, – король взял в руки перо для письма и покрутил его в пальцах, было ощущение, что Его Величеству стыдно смотреть мне в глаза. Вот он и ищет себе хоть какое-то занятие. В душу закралось нехорошее подозрение. А король его тут же подтвердил: – Вполне вероятно, что ты очень быстро останешься вдовой. Зато маркиз – один из самых верных наших подданных и прекрасно понимает, что такое государственная необходимость. Уверен, после рождения наследника маркиз не будет препятствовать твоему нахождению при дворе и служению своему королевству.

Я содрогнулась. Хоть и не была уверена в том, что правильно поняла смысл королевских речей, но все равно накатило отвращение. Я открывала и закрывала рот, не зная, что сказать, как отреагировать. На выручку мне пришел Арант:

– Ваше Величество… дядя… – Арант был немного растерян и напряжен. Это видела даже я. А Мина так вообще успокаивающе поглаживала жениха по груди. – Вы не подумайте, что я что-то имею против вашего слова. Но…

Арант замялся. И король нетерпеливо его подстегнул:

– Ну? К чему ты ведешь? Арант, я тебя знаю, ты ничего не делаешь просто так. Говори уже! Нечего тянуть виверну за хвост!

Я покосилась на нервного Аранта. Потом на его застывшего как скульптура брата. Емеля едва слышно буркнул мне на ухо:

– Молодец, некромант! Не дурак! Давай, смелее!

Уточнить у Емели, что он имел ввиду, я не успела. Арант продолжил говорить:

– Я не уверен, дядя, но мне кажется, ни Мариэлла, ни Шир больше не пригодны для матримониальных планов. Леди Луизе и маркизу Лурдаго придется поискать супругов в другом месте.

– О чем ты, Арант, демон тебя побери?

Король нервно вскочил. А некромант просто пожал плечами:

– Кажется, второй драконий артефакт нашел себе хозяина.

В королевском кабинете воцарилась тишина. Хозяин Ширант побледнел еще больше, вытянувшись в струнку так, что стал казаться еще выше. Арант крепче прижал к себе ведьмочку. У Его Величества был такой вид, словно его кто-то непочтительно щелкнул по носу. Кажется, никто из нас даже не дышал. И в этой противоестественной тишине отчетливо прозвучал скрипучий смешок Емели:

– Хех! Ну наконец-то хоть кто-то сообразил!

Четыре взгляда скрестились на моем плече как смертоносные колдовские лучи. И у меня внезапно возникло настоятельное желание уединиться с природой. Или хотя бы заползти в какой-нибудь темный угол. Подальше от этих глаз.

Особенно страшным был взгляд хозяина Ширанта – темный, горящий, демонический. Демонов я никогда не видела. Но, думаю, они должны смотреть именно так: словно сейчас утекают мои последние мгновения в этом мире, и меня сейчас просто испепелят.

Первым снова взял себя в руки король. Отмер, сел поудобнее, и подозрительно уставился на Емелю:

– Кхм… Уважаемый Эмильен, а вы случайно не знаете, почему мне кажется, будто вы заранее знали, что так и будет? Судя по ошарашенному лицу нашей феи, она вообще ни сном, ни духом, о чем сейчас идет речь. В то время как вы…

Арант поморщился и перебил своего венценосного родственника:

– Дядя… Какая теперь уже разница? Кулон на Мариэлле. А это означает, что замуж она выйдет только за Шира. Я первый буду против того, чтобы драконий артефакт уплыл из нашей семьи. Соответственно, буду против того, чтобы Мариэллу с драконьим артефактом отдавали замуж за более подходящего, чем мой брат, человека.

– Арант!..

Король даже привстал на своем месте, грозно раздувая ноздри. Но некромант только отмахнулся:

– Подожди, дядя. Я еще не закончил. Я хотел еще сказать, что я совсем не уверен в том, что Мариэллу вообще получится выдать замуж за другого, даже если у кого-то из нас и возникнет такое желание. Очень скоро драконий артефакт начнет влиять на своих хозяев, сближая их. И может случиться конфуз. Уверен, ты не захочешь, чтобы случилось так, что маркиз Лурдаго еще до свадьбы нечаянно обнаружил свою невесту в объятиях моего брата.

Его Величество недоверчиво уставился на племянника:

– Ты уверен, в том, что говоришь, Арант?

Некромант пожал плечами:

– Я через это уже прошел. Но можем убедиться. Позовите кого-нибудь из придворных, кого не жалко. И пусть он поцелует Мариэллу. Уверен, мало ему не покажется.

Король задумчиво побарабанил пальцами по столу:

– Демон его знает… Похоже на правду… А кстати, – глаза короля сверкнули, – я до сих пор почему-то не вижу упомянутый артефакт! Может, вы все меня дурачите? А, Мариэлла?

Глаза короля грозно уставились на меня. А я ошеломленно захлопала ресницами в ответ. Как это не видят?

– Так вот же он!

Я растерянно подцепила пальцами яркую капельку, вытянула из-за ворота мужского камзола и легонька покачала ею в воздухе, демонстрируя.

Хозяин Ширант громко, на весь кабинет, скрипнул зубами и отвернулся от меня. Это оказалось неожиданно обидно. Арант понимающе хмыкнул. Но я так и не поняла, к чему это относилось: к кулону, который я достала из-за пазухи, или к поведению брата.

Его Величество встал из-за стола и подошел ко мне поближе, разглядывая украшение:

– Хмм… – Король оглянулся на Аранта: – Я ничего в этом не смыслю. Но, мне кажется, сейчас камень выглядит не таким, каким был, когда вы впервые показали мне наследство своей матери. Тогда, помнится, это был обыкновенный самоцвет. Ничем не отличающийся от других своих собратьев. А сейчас камень словно живой. И у меня даже есть странное ощущение, что он дышит. Кхм… – Его Величество закашлялся в кулак, словно застеснялся своих слов. – Во всяком случае, кулон светится так, будто в него поместили искру огня. Или солнечного света.

Я с недоверием покосилась на короля. Нет, я знала, что Его Величество не маг. Но, кажется, я только сейчас по-настоящему увидела этого немолодого мужчину: небрежно уложенные седые волосы под тонким венцом, морщины возле усталых, но не утративших живости глаз. Казалось, в этих темных, таких же как у Аранта и хозяина, глазах притаилась вековая лисья хитрость. Уже увядшая кожа, такая же седая, как и волосы щетина на щеках странно смотрелись на дорогой белоснежной пене кружевного воротника. Не менее странно, чем камзол цвета молодой листвы, сплошь расшитый золотой нитью и драгоценными камнями на грузной, оплывшей фигуре.

Я так увлеклась разглядыванием короля, что совсем выпала из реальности и вздрогнула, когда Его Величество вдруг с самодовольной улыбкой спросил:

– Нравлюсь?

Сперва я опешила. О чем это он? Но, прежде чем я открыла рот и что-то ляпнула, в голову вдруг пришли все те мерзости, что говорил хозяин Ширант, и что не отрицал сам король. Это что же, он думает, я оценила его как мужчину?..

Меня затошнило. И неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы к счастью, не вмешался Емеля:

– Ой, Ваше Величество! Вы нашли кому вопрос задать! Да Элка впервые, а может и в первый и последний раз, так близко от себя видит живого повелителя! Дайте ей возможность напитаться величием момента! Чтобы было, что внукам рассказать!

Емеля спас меня. Вовремя отвлек от меня внимание короля, перетянул на себя и дал мне возможность привести мысли и чувства в порядок. К тому же, когда я опомнилась и придумала достойный ответ, король уже потерял ко мне всяческий интерес и вернулся за стол:

– Мдаа… – Протянул он, устраиваясь поудобнее в кресле. – Что скажешь, Ширант? Ты же у нас артефактор! Можно ли тебя женить на леди Луизе, а нашу феечку выдать за маркиза?

Хозяин Ширант раздраженно скрипнул зубами, но короля проигнорировать не посмел:

– Опытным путем выяснено, что я не могу снять с Мариэллы кулон. Пусть она сама снимет его и отдаст мне. Я готов компенсировать его вдвое против стоимости!

Его Величество хмыкнул:

– Щедрое предложение. Мариэлла?..

Темные королевские глаза уставились на меня, как заклятие некроманта. Я невольно нервно передернула плечами под этим взглядом. Но послушно подняла руки и стала искать замок на цепочке.

Через минуту, когда я начала ощупывать цепочку, кажется, уже по третьему кругу, краснея под пристальными взглядами присутствующих, Арант вздохнул:

– Кажется, ответ мы уже получили. На браслете тоже пропал замок, когда Ерш с Кошмаром надели его на Мину.

В кабинете опять воцарилась мертвая тишина. Лично я боялась поверить в то, что услышала. Неужели я действительно должна буду выйти за хозяина Ширанта?! В груди что-то сладенько екнуло, и я невольно покосилась в сторону артефактора. От стоял хмурый, с поджатыми губами, непримиримо глядя себе под ноги. Словно ему не жениться нужно было, а взойти на плаху.

Емеля шепнул мне прямо в ухо, щекотнув мочку своими волосками:

– Не дрейф, Элка! Все будет хорошо!

Мне захотелось огрызнуться. Где тут паук увидел «хорошо»? Но тут заговорил Его Величество, диалог с Емелей пришлось отложить:

– Ну что ж. По крайней мере, нас никто не сможет обвинить в бесчестности. Даже наш племянник не избежит кары: испортил репутацию девушки – изволь жениться! Хотя, – король поморщился как от зубной боли, – лучше было бы так, как планировал я. Ширант, забирай невесту и готовься к свадьбе! Можете, если есть желание, провести обряд с Арантом в один день. Я не возражаю.

С этими словами король поднялся и быстро вышел из кабинета. А в воздухе так и повисло, звеня, его раздражение. Уверена, хоз… Ширант не позволит обращаться с его женой так, как планировал король. Но чем это аукнется для меня лично?