Глава 20

Глава 20

Утром, наскоро позавтракав, а точнее, выпив пустой чай, я и мистер Ичен отправились в ратушу добывать патент на изготовление ирисок. Идти до центра города было прилично, поэтому мы воспользовались почтовым дилижансом.

Выглядывая в окно, я с любопытством рассматривала прибрежный городок, который разительно отличался от тех, где я успела побывать. Небольшой, с узкими улочками, он растянулся вдоль моря, упираясь с одной стороны в горы, с другой — сливался с лесом. Чудесный милый Лурд, с невысокими домиками максимум в два этажа, тёмными переулками, где, прячась от констеблей, таились личности не самого дружелюбного вида. С небольшими магазинчиками и лавками, где гостеприимно были распахнуты двери, из которых зазывали криком продавцов и ароматами сдобы желанных покупателей, удивительным образом не опасаясь грабежа.

Приближаясь к центру города, улицы становились шире и чище, нищие и воришки исчезли, дамочки праздно разгуливали вдоль магазинов, которые уже выглядели побольше и поярче. Двери у них были закрыты, но на витрине красовались наряды, сумочки, шляпки и прочий товар, привлекая богатых покупателей.

— Ратуша - на площади святой Луриды, там же, у часовой мастерской, лавка с выпечкой моего старого друга, — проговорил мистер Ичен, прежде постучав по стене дилижанса, — сначала зайдём к нему, узнаем, возможно ириски у него есть, и мы зря сходим в ратушу.

— Хорошо, — отозвалась, с трудом удержавшись, чтобы не высунуть голову в окно и посмотреть, что там впереди. Рассматривать бесконечные однотипные домики мне порядком надоело. Местных жителей тоже, да и неприятный запах от мешка под сиденьем становился с каждой минутой невыносим. Но, радует, мучиться от нетерпения пришлось недолго, ещё метров двести, и почтовый дилижанс, наконец, остановился.

— Пройдём пешком, на площади запрещено передвигаться на каретах и двуколках, — сообщил мужчина, любезно распахивая дверь.

— Хм… мистер Ичен, там в мешке что-то сдохло и воняет.

— Это специальное удобрение для каких-то очень редких цветов, — тихонько рассмеялся мужчина, извиняюще улыбнулся, добавил, — забыл вытащить, Анна заказала привезти из Сугрени.

— Ясно, — кивнула, покосившись на мешок, с трудом представляя, что там могло так пахнуть и как от такого зловония не передохнут цветы, поинтересовалась, — значит, по площади нельзя ездить на каретах, а верхом?

— И верхом тоже, — ответил мистер Ичен, закрывая дверь, — прошлой осенью приказом его величества запретили. До Лурда дошли слухи, что кто-то проехал на двуколке по площади в Вистерии, и пострадало много людей.

— Разумно. Её бы ещё огораживать, когда ярмарки проводят, а то мало ли кто вдруг вздумает прокатиться.

— Согласен, — кивнул мужчина, с усмешкой добавив, — жаль, твоё предложение не дойдёт до его величества.

— Ну да, — невнятно пробормотала, торопливо переводя разговор, — святая Лурдина? И город получается, назван в честь неё?

— Ооо, это старая легенда, в которой рассказывается, что девушка была любимой последнего дракона, и когда он погиб, защищая Гиторию, сжигая корабли врагов своим пламенем, она осталась здесь и не сходила с этого места.

— Эээ… драконы? — переспросила, взглянула на провожатого, уже ничему не удивляясь, возможно, в мире Скайдор и жили когда-то драконы.

— Это всего лишь красивая легенда, — снисходительно улыбнулся мужчина, кивком указав на двухэтажный домик из красного камня, с небольшими окнами на втором этаже и широкими - на первом, — лавка «У Ои».

— Там есть столик и подают чай? Я бы не прочь чем-нибудь перекусить.

— Уверен, Барри нас накормит, — ответил мистер Ичен, невольно ускоряя шаг.

Магазинчик сладкой выпечки с прозаичным названием был небольшим, но очень уютным. Широкое окно прекрасно освещало помещение, а вид на площадь добавлял простор. Прилавок с выставленными на нём булочками, пирожками и пирожными манил к себе потрясающими ароматами ванили. Два маленьких столика, накрытые скатертью в мелкий цветочек, рядом - по три стула с мягкими подушками на сиденьях, приглашали присесть. И в целом, оформление магазинчика напоминало прованс, было здесь очень уютно и спокойно. Так и подмывало устроиться у окна, смотреть на гуляющих людей, пить из маленькой кружки кофе и лакомиться нежной сдобой.

— Ичен! Давненько не встречались! — Прервал мои мысли громоподобный голос, и вскоре я увидела настоящего гиганта. Рост не ниже двух метров, с широченными плечами, а ладони были размером с лопату, которой я вскапывала клумбу у тётки Верины. Мужчина настолько не вязался с созданным мной образом маленького пухлого пекаря, что я наверняка стояла с ошарашенным лицом, ведь не просто так этот здоровяк довольно посмеивался, глядя на меня.

— Барри, позволь тебе представить, — с улыбкой проговорил мистер Ичен, едва слышно кашлянув, — Тьяна, племянница Верины.

— Барри, — пророкотал пекарь, подав свою здоровущую руку, чтобы, не дожидаясь, когда я приду в себя от удивления, сграбастать и галантно поцеловать, приводя меня в ещё большее замешательство, — рад познакомиться с такой очаровательной девушкой.

— Кхм… и я рада, — проговорила, мысленно обругав себя, наконец, приняла вменяемый вид, продолжила, — рада познакомиться, у вас так вкусно пахнет, можно сделать заказ?

— Да, Барри, ты же знаешь, что у меня в доме пусто, и мы ещё не завтракали.

— Конечно, Ичен, тебе как всегда, а юная мисс что изволит?

— Булочку с маком и чай, — ответила, не слишком долго раздумывая над заказом, ещё раз окинула беглым взглядом прилавок, добавила, — и ту, что закрученная.

— С творогом, — подсказал пекарь, лукаво улыбнувшись, проговорил, — значит, Ичен, тебе яичницу с беконом, бутерброд с ветчиной и сыром, а вам, мисс, булочку с маком и улитку с творогом.

— Ааа… я передумала, мне то же самое, что и мистеру Ичену, — быстро протараторила, всегда предпочитала на завтрак есть не сладости, а что посытней... и снова чем-то рассмешила здоровяка.

— Вы уж простите меня, никак не могу удержаться, всегда одно и то же, — проговорил Барри, отодвигая стул, — присаживайтесь, я мигом.

— Тьяна, не обижайтесь, Барри и в школе всегда любил посмеяться, — заговорил мистер Ичен, устраиваясь напротив меня, — тогда-то мы с ним и подружились, потом наши отцы отправили нас обучаться манерам, принятым у благородных. Мы исправно учились, и так же исправно безобразничали, и пусть вас не пугают внушительные размеры моего друга, в душе он добрый и очень ранимый мужчина.

— Снова ты на меня наговариваешь, — добродушно рассмеялся Барри, ставя перед нами большие тарелки с яичницей, — Тьяна, и вовсе я не добрый.

— Я так и поняла, — кивнула, неожиданно почувствовав себя здесь своей, было приятно вот так общаться, шутить и смеяться. А ещё от этих двоих шло удивительное тепло и внутри возникала странная уверенность, что они никогда не обидят и всегда защитят.

— От булочки с маком всё же не отказывайтесь, Тьяна, — пророкотал мужчина, поставив на столик чашку с чаем и тарелку с пышной выпечкой.

— Уговорили, тогда и вы не откажите и попробуйте ириску, — произнесла, с предвкушающей улыбкой достала из мешка тщательно завёрнутые в вощёную бумагу несколько тянущихся конфетин. И если я всё верно разглядела, в этой лавке точно ирисок не было.

— Хм… ириска, — задумчиво протянул мужчина, взяв крохотный по сравнение с его руками кубик, уточнил, — сладость?

— Верно, — ответил мистер Ичен, не меньше меня ожидая реакции друга.

— Вкусно… очень, — наконец, невнятно пробормотал пекарь, когда я и мистер Ичен совсем извелись от мучительного ожидания, — что за рецепт?

— Кхм… не скажу, — усмехнулась, взглянув на довольно улыбающегося мистера Ичена, сказала, — хочу заключить с вами договор и поставлять в ваш магазин эти конфеты. Чуть позже к ирискам добавятся новые сладости, но это, конечно же, если мы с вами договоримся.

— И кто она такая? — хмыкнул Барри, усаживаясь на стул, который под ним тут же жалобно застонал.

— Племянница Верины, — с тихим смешком ответил мистер Ичен, доставая из недр своей огромной сумки бумаги, — обсудим?

— А давай! — Рыкнул здоровяк, запихнув в рот ещё одну ириску, озорно подмигнув мне, сказал, — вкусно.