Глава 12

— Рита, прости, пожалуйста, я наговорила тебе много лишнего, — затараторила Светлана. — Я никак не приду в себя после похорон. Ну, ты же понимаешь, правда? Ты ведь тоже сама не своя. Горе объединяет.

— Светлана, что ты хотела? — холодно поинтересовалась я. Она же не ради извинений позвонила мне.

— Я не думала, что Алексей Михайлович так себя поведет. Он представился знакомым друга Ильи. Я ему поверила. Может, мы обе все не так поняли…

— Светлана, не надо держать меня за полную идиотку, — разозлилась я. — Я позвонила председателю дачного кооператива, он ничего не знает, никто с ним не разговаривал. Так что ты привела в мой дом мошенника.

— Как ты сумела найти председателя? — удивилась Светлана. — Ты же не бываешь на маминой даче.

— Было бы желание и цель, на просторах интернета найти можно все, — усмехнулась я. — Чистой воды аферист твой юрист. Мошенник и жулик.

— Да не мой он, говорю же тебе, представился знакомым Илья. Мы с мамой ему поверили, передали документы на дачу.

— Копии документов, — уточнила я. — Очень благоразумно, что не оригиналы.

— Какое это имеет значение? Мы тоже оказались обманутыми. Ты же не пойдешь с этим в полицию? Возможно это просто глупый розыгрыш, неудачная шутка.

— На шутку это совсем не похоже. Не шутят так, когда кто-то умер. Так откуда взялся это Алексей Михайлович?

— Ну, вчера позвонил маме, выразил соболезнование.

— И вы сразу ему поверили? Вот так просто?

— Не надо меня допрашивать, — возмутилась Светлана. — Да, мы ему поверили. Нам с мамой сейчас очень тяжело. А тут слова сочувствия и предложение помочь. С тобой получилось некрасиво, согласна. Но я тоже ничего не знала, и мама была уверена, что все делает правильно. Надеюсь, ты будешь рассказывать об этом следователю, когда тебя вызовут для дачи показаний по поводу гибели Илюши?

Я перевела взгляд на Гусева. Он забрал у меня трубку.

— Светлана Германовна, это следователь Гусев. Маргарита Витальевна у меня в кабинете. Я записал ее показания и мне необходимо пообщаться с вами и вашей матерью.

Светлана ответила не сразу. Пауза затянулась.

— Нет, я не могу прийти в ближайшее время, — залепетала она. — Я не могу надолго оставлять маму. И она не в состоянии прийти к вам.

— Понимаю, — кивнул Гусев. — Значит, я зайду к вам завтра в первой половине дня. Мне нужны ваши показания.

— Но у мамы сердце… Ей очень плохо… Это ее расстроит. И вообще, ей врачи категорически запретили волноваться.

— Хорошо, с ней я поговорю позже. А с вами пообщаемся завтра. Чем быстрее я смогу восстановить события, тем скорее мы задержим убийцу вашего брата. Вы же этого хотите?

— Конечно, конечно, очень хочу, но я ничего не знаю. И мама тоже, — продолжала заикаться Светлана. — А с юристом вышло недоразумение. Вы не слушайте, что говорить Рита. Это совсем не так, как может показаться. Мы тут не при чем, совсем, правда, клянусь!

Почему мне так не повезло с родственниками мужа? Да и с мужем, как теперь выяснилось, тоже не повезло. Гусев вернул мне мобильник, я поднесла его к уху, но Светлана уже завершила вызов.

— Может, это Светка все организовала? — вдруг осенило меня.

— Разберемся, не волнуйтесь, — одними губами улыбнулся следователь. Его глаза по-прежнему смотрели на меня внимательно и холодно.

Я для него всего лишь одна из подозреваемых, в лучшем случае свидетель. Гусеву нет дела до моих душевных мук и переживаний. У него работа такая — подозревать всех.

— Вы проверите отпечатки пальцев на листах? — поинтересовалась я.

— Разумеется. Хорошо, что вы их собрали. Но не думаю, что мы найдем их в базе данных. Не стал бы опытный рецидивист рисковать подобным образом и оставлять свои следы где не попади. Предположу, что ваш Алексей Михайлович всего лишь шестерка и за ним стоит кто-то покрупнее.

— Если бы я назвала этот проклятый код, они бы сняли все мои сбережения и еще кредиты оформили. Гады, гады и ублюдки. Я думаю, Светка передала им данные моего паспорта, ИНН и всего остального, что нашла в моей квартире. Не сомневаюсь, кто-то рылся в моих вещах.

— Для хорошего специалиста это непросто, но возможно. Немного терпения и опыта и останется только вытрясти деньги из наивной жертвы. Вы же знаете, сколько сейчас телефонных мошенников. А копии документов значительно облегчают задачу.

— Неужели ничего нельзя с этим сделать? — задала я риторический вопрос.

— Было бы все так просто, давно бы сделали, — хмыкнул Гусев. — Но в данном случае работали конкретно с вами. Предположу, что после гибели вашего мужа те, кто дал ему денег в долг ищет способ их быстро вернуть.

— Идиоты, — обозлилась я. — Я же не смогу ничего сделать с накоплениями Ильи и недвижимостью, пока не вступлю в права наследования. Это как минимум полгода.

— Кредит вы взять можете.

— Ни один банк мне столько не даст.

— Зато вас подцепят на крючок и начнут капать проценты за просрочку долга.

— А с матери и сестры Ильи они ничего не хотят получить? Куча недвижимости оформлена на Эллу Борисовну.

— Этого я пока знать не могу. Светлана Германовна наследница второй очереди. Она вообще не при делах. Возможно, кредиторы предполагают, что Илья Германович или единовластный владелец всего, или оформлял недвижимость на вас — все-таки жена. Да и загородный дом полностью принадлежит вам, — это Илья сделал много лет назад, когда еще не изменял и не собирался уходить от меня. Тогда он мотивировал это тем, что так ему проще с налоговой декларацией. — Логично предположить, что, родня вашего покойного супруга пытается перевести все стрелки на вас и убедить кредиторов мужа разбираться с вами.

— Да, похоже на это, — а ведь так и есть! Не зря Светка притащила ко мне домой этого ублюдка. Наверняка наплела ему, что я сорю деньгами направо и налево.

— Большие деньги — большое зло, — философски заметил следователь.

— Да я и не видела этих больших денег, недавно узнала об акциях. Мы жили хорошо, даже очень. Но не в роскоши, муж только-только начал осваиваться на должности директора. Просторная квартира, небольшой загородный дом, машина у Ильи и у меня. Моя вообще скромная, взяла не новую. Кого сейчас этим удивишь? Ни «Ролексов», ни золотых унитазов у нас нет.

— Акции завода есть. И они очень хорошо растут в цене, как оказалось.

— Но я-то об этом не знала! — едва не расплакалась от обиды. Не слышит меня следователь, уже сделал выводы, что я богатая вдова. И еще какие-то аферисты начинают плести вокруг меня паутину. — Вы меня сможете защитить от этих бандитов? — с надеждой посмотрела я на Гусева.

— Не факт, что они бандиты. С чего вы взяли? — подозрительно прищурился он в ответ.

— Порядочные люди так себя не ведут. Пусть не бандиты, а аферисты, мне от этого не легче, — выдохнула я. — Что мне теперь делать?

— Пока вам ничего не угрожает. Так что не переживайте понапрасну, живите, как жили раньше. Главное, будьте на стороже. Предупрежден — значит вооружен. И держите меня в курсе происходящего.

— Понятно, — поднялась я. Ничего путного следователь мне не предложил. А чего я ожидала — пару плечистых телохранителей для моего спокойствия? Кому нужно заботиться о безопасности главной подозреваемой?