Глава 15

Я брыкалась, пыталась вырваться, даже попробовала укусить за мерзко пахнущую ладонь, но зубы скользнули по коже перчатки и не причинили вреда. Меня держали крепко до боли сжимая ребра.

— Не рыпайся, — прошипел в ухо сипатый голос, обдавая запахом дешевых сигарет и тошнотворной смесью приторных конфет и сушеной воблы.

Отчаянно замотала головой, задыхаясь и почти теряя сознание от ужаса.

Через мгновение меня резко развернули и прижали спиной к бетонной стене. Передо мной стоял высокий мужик лет сорока пяти с мерзкой ухмылкой на бритом лице, в идиотской бейсболке козырьком назад, высокий, плечистый, в спортивном костюме. Настоящий гопник. Маленькие свинячьие глазки смотрели зло и насмешливо.

— Слушай и запоминай. Срок тебе неделя. Твой мужик прежде чем ласты склеить задолжал денег. Придется тебе отдавать.

Я снова замотала головой.

— Пикнешь — придушу, — предупредил мужик и ослабил хватку.

— У меня нет денег.

— Да ладно, — коротко хохотнул он. — На тебя оформлен дом и куча всего.

— Откуда вы знаете?

— Мы все знаем.

— Я получу наследство только через полгода.

— Хозяин ждать не станет. Твой обещал вернуть все в этом месяце. Срок подходит.

— Но у меня нет денег, — пролепетала я.

— Для начала перепишешь права на дом. И учти, за полгода проценты большие набегут, так что придется тебе их отрабатывать, — мерзко скривился мужик в подобии улыбки.

— А много процентов? — задала я идиотский вопрос.

Мужик расхохотался:

— Много, много. Работать тебе долго. Пока с тебя аванс возьму.

Его рука снова легла мне на лицо, зажимая и рот, и нос. Я начала задыхаться.

— Не трепыхайся, пикнешь — шею сверну, — он убрал ладонь и положил ее на шею, то сжимая, то ослабляя хватку.

Я поняла, что он хочет от меня.

— Не надо, — умоляюще прошептала я. — Пожалуйста, не надо.

— Привыкай, тебя не только я буду использовать, — ухмыльнулся мужик. — Получай удовольствие от работы. И не вздумай в полицию обращаться — тогда тебе точно конец. Поняла?

Сглотнула и коротко кивнула.

— Не буду. Я никому ничего не скажу. И найду деньги, чтобы отдать долг, обещаю. Дайте мне уйти, пожалуйста… — язык не слушался, я едва могла говорить.

— Конечно, дам, — широко улыбнулся детина. — Отпущу на все четыре стороны, но помни — мы за тобой наблюдаем.

Он крепче надавил мне на горло, свободная рука нырнула под подол платья. Широкая ладонь погладила бедро, сдавила, словно мужик пробовал тело на упругость.

От ужаса у меня кружилась голова. Я ничего не соображала.

— Не надо, на надо… — шептала я и не слышала собственного голоса.

— Надо, надо… — слащаво протянул мужик.

Попыталась ударить его коленом, но он только хмыкнул, отпустил бедро и ударил по щеке.

— Не поняла? — зло посмотрел на меня. Я почувствовала привкус крови на губах. — Не дергайся, дура!

То, что началось дальше, стало для меня нескончаемым кошмаром. Я слышала резкий треск разрываемой одежды. Мужик мял и ломал меня, он был необычайно силен, одной рукой зажимал рот, а другой вертел моим телом по своему желанию. Он прижал меня к шершавой бетонной стене, придавил, заставил сползти по ней, скрутил и придавил к земле. В мою спину впились обломки кирпича и щебенки.

Под тяжестью его тела я не могла пошевелиться. Его ладонь снова лежала на губах, он раздвинул мои зубы, провел по языку пальцем. Перчатка была грязной, меня мутило от отвращения.

— Нравится? — мерзкая ухмылка не сходила с лица ублюдка. Я с ужасом смотрела на это чудовище, нависшее надо мной темной громадой.

— А так? — он вдруг впился в мои губы поцелуем. Тошнота подкатила к горлу, я ухитрилась преодолеть отвращение и укусила его за язык.

Широкая ладонь с размаху опустилась на мое лицо:

— Мразь! — прорычал он, сплевывая кровь. — Гадина! Сама напросилась! — он снова ударил меня по щеке. Почувствовала, как мой рот наполняется кровью, губы ломило от боли, щеки горели огнем, а мерзавец снова и снова хлестал меня по щекам.

Мужик вдруг успокоился, его пальцы снова сдавили мне на горло.

— Придушу, — предупредил меня и дернул подол платья. Швы разорвались, свободной рукой урод погладил мои бедра, поднялся выше, поддел пальцами кружево белья. Хмыкнул и стянул его вниз, погладил живот, ущипнул за бок.

Теперь ужас полностью сковал меня. Я не могла ни пошевелиться, ни закричать. Да это у меня бы и не получилось, пальцы мужика крепко держали за горло.

— А теперь самое интересное, — с издевкой произнес он. — Если будешь меня слушаться, тебе понравится. Ноги раздвинь.

Я плотно сжала колени.

— Не слышала? — он слегка ударил меня по лицу.

Я продолжала сжимать колени. Очередная пощечина была настолько сильной, что у меня зазвенело в ушах.

— Все бабы дуры, — спокойно констатировал мужик. — Теперь пеняй на себя. Не бойся, ты нам живой нужна, не убью. Помни, кому расскажешь — сдохнешь страшной смертью. Тогда я тебе покажусь ангелом. К тебе зайдут через пару дней, скажут, что делать и как. А пока выполняй то, что тебе говорю.

Не знаю, откуда у меня взялись силы. Я расслабилась, делая вид, что приняла свою участь. Ублюдок ослабил хватку на горле и начал стягивать с себя штаны.

Вывернулась, ударила его кулаком в подбородок. Он не ожидал и инстинктивно отпрянул от меня. Вскочила на ноги, но тут же получила удар в спину, все поплыло перед глазами, я упала на четвереньки, попыталась подняться. Меня пнули, я завалилась на бок и получила очередной удар, теперь в живот. От резкой боли согнулась пополам, лбом ударилась о что-то твердое и провалилась в липкую и болезненную темноту.