Глава 30

Мы с Александром просидели за чаем до часу ночи. Сначала обсуждали предстоящую операцию, потом просто разговаривали обо всем на свете как старые знакомые, шутили. И в итоге пошли смотреть на звезды.

— Вон там Кассиопея, — указала я Кирсанову.

— А вон там Стожары.

— Плеяды?

— Да, их и так называют. Но мне больше нравится Стожары. По форме похоже на Большую Медведицу в миниатюре. Их лучше всего видно в октябре. В школе очень любил астрономию.

— Надо же, — удивилась я. — И я тоже. Мечтала увидеть инопланетный корабль. Теперь не хочется, — рассмеялась, вспомнив детские мечты. — Нам и без инопланетян проблем хватает.

— У меня телескоп с тех времен сохранился — отец подарил на день рождения. Правда, маленький. Но на Луну в него смотреть интересно.

— Завидую. У меня телескопа не было. Смотри, смотри! — дернула я Александра за рукав. — Звезда упала. Видел?

— Проморгал. Желание загадала?

— Не успела, — вздохнула я.

— В конце октября будет звездопад Орионид. Только за звездопадом лучше наблюдать за городом.

— Да, в городе такую красоту не увидишь. Млечный Путь такой яркий, пересекает все небо! Вообще звезды тут как на ладони. От горизонта до горизонта.

— Хочешь, поедем посмотреть на Орионид? Надеюсь, к тому времени разберемся с барыгой.

— Хочу, — улыбнулась я в темноту. — Только барыга — меньшая из моих проблем. Гусев меня в убийстве мужа подозревает, если ты забыл.

— Ничего подобного, помню, — возразил Александр. — Сергей разбирается, и пока у него под подозрением все, включая твою свекровь.

— К счастью, уже бывшую. Все правильно, я понимаю. Но так неуютно чувствовать себя подозреваемой в убийстве. Я все думаю, вдруг Гусев не разберется и все повесит на меня? Мне больше всех была выгодна смерть Ильи.

— Что значит повесит? — Александр поправил на мне накинутое пальто. — Холодно, пошли в дом. Без доказательств он ничего ни на кого вешать не сстанет. Идет следствие, и он обязан проверять всех.

— Знаю, — Кирсанов не убрал руку с моего плеча, а я не возражала.

Деревянные ступени крыльца тихо поскрипывали в ночи. Звякнула щеколда входной двери, приятно окутало домашнее тепло.

— Иди, спи, поздно уже, — Александр снял с моих плеч пальто, повесил на вешалку у двери.

— А ты к Кириллу? — зачем-то спросила я.

— Хотел в столовой на сундуке лечь, — смутился Кирсанов. — Во-первых, я обещал тебя охранять. Во-вторых, у Кирилла семья — жена, четверо детей, полон дом народа.

— Да он многодетный отец! — восхитилась я. — Но на сундуке жестко спать.

Не предлагать же ему лечь рядом со мной? В груди шевельнулось что-то давно забытое. То же самое я ощущала в юности, когда в выпускном классе влюбилась в одного мальчика. Это было страшно глупо и безумно приятно. Непонятное волнение, ожидание чего-то прекрасного. Мы даже несколько раз встречались, но до поцелуев не дошло.

Мои сладкие мечты забылись почти сразу после выпускного — я поступила в институт, началась студенческая жизнь, взрослая, новая. Саша уехал в другой город и его следы затерялись. Саша, Санек, Сашка… А ведь мою первую наивную и чистую любовь звали Александром! Судьба порой любит поиграть с нами.

— Ничего, я неприхотливый, — голос Кирсанова прервал мои воспоминания о беззаботной юности. — Но, если ты против, могу заночевать в машине.

— Еще чего! — возмутилась я. — Оставайся тут.

Кирсанов открыл сундук, извлек из него скрученный матрас, лоскутное одеяло, пастельное белье.

— Ты тут как дома, — хмыкнула я.

— Уже говорил, бываю тут время от времени. С друзьями. И не только. И просто приезжаю, с Кириллом ходим на рыбалку.

— Ты вроде как оправдываешься? — усмехнулась я, наблюдая, как ловко Александр застелил сундук.

— Нет, — отрезал он. — Просто не хочу, чтобы между нами было недопонимание. Да, я такой — женщинами интересуюсь, но не зацикливаюсь на этом. Постоянной нет, не встретил пока. С мужиками люблю на охоту и рыбалку сходить, могу один сидеть и смотреть на небо в телескоп. Могу выпить с друзьями, но в пределах разумного. Вот такой я гад ползучий.

— Ты чего завелся? — рассмеялась я. — Я же тебя ни о чем не спрашивала.

— Не спрашивала, но думала.

— И не думала я о тебе. С какой стати мне о тебе думать?

— Да, и правда, с чего бы это? — Александр безуспешно пытался засунуть одеяло в пододеяльник.

Смотрела и не могла сдержать улыбку. Было в Кирсанове что-то домашнее, уютное. А ведь он телохранитель. Как может совмещаться в человеке такие противоположные вещи? Подошла к Александру, помогла справиться с одеялом.

— Спасибо, — буркнул он.

— Не сердись, — положила я руку ему на плечо. — Я просто страшно любопытна, как и большинство женщин.

— Так задавай вопросы прямо, а не с подковыркой, — продолжал хмуриться Кирсанов. — Ну, что ты еще хочешь обо мне знать? Вроде я тебе все рассказал.

— Ничего не хочу. Только не дуйся на меня, — примирительно попросила его. — А то разозлишься, и не возьмешь меня смотреть на звездный дождь.

— Возьму, раз обещал, — наконец улыбнулся Александр. — Устал немного сегодня, вот и завелся.

— Все нормально. Спокойной ночи, — я взяла стакан воды и пошла к себе в комнату.

Поставила стакана на тумбочку, легла на широкую кровать, раскинула руки в стороны и уставилась в беленый потолок. И снова в груди приятно заныло. Я прислушивалась к себе и понимала — Александр притягивает меня как магнитом.

Но это глупо — мы едва знакомы, и вообще… Что вообще?

Я недавно овдовела? Так Илья изменил мне и собирался развестись, да еще и оставить ни с чем. Я уже не скорбящая вдова, а просто одинокая женщина.

Я влюбилась? Нет, ничего подобного, просто Кирсанов мне нравится. Я категорически против одноразовых ни к чему не обязывающих отношений. Я серьезная женщина и не собираюсь заниматься сексом с едва знакомым привлекательным мужчиной. Кстати, он ничего подобного и не предлагает.

Но Кирсанов однозначно волнует меня. Почему? Не знаю, и не хочу знать. Я подумаю об этом позже, если захочу. Возможно завтра, или послезавтра…

Свернулась калачиком на постели, натянула одеяло до подбородка. Все-таки как было бы хорошо, если бы рядом со мной лежал сильный, уверенный в себе мужчина. Не вообще мужчина, не абстрактный образ, а Александр. У него такие удивительные руки — нежные и сильные, широкие плечи, атлетическая фигура, серые, немного печальные глаза. Взгляд проникает в душу, мне кажется, он может читать мои мысли…

Сможет он угадать мои желания и поступить правильно? Не как надо, не как положено, а как хочу я… Сон путал мои порочные мысли. Завтра я уже не вспомню о них. А если вспомню, мне будет стыдно перед собой. Или не будет?