Глава 33

И все же я начала нервничать. Спала плохо, просыпалась от малейшего шороха. Как назло, ночью пошел дождь. Тяжелые капли нещадно барабанили по подоконнику, ветер шумел в ветвях деревьев, безжалостно срывая с них листву и швыряя ее в окно вместе со струями дождя.

Проснулась с тяжелой головой, растворимый кофе не помог мне взбодриться.

— Спала плохо? — сразу понял Александр.

— Да, — вздохнула в ответ, откусывая бутерброд с колбасой. — Дождь шумел, и ветер… И вообще… Нервы у меня ни к шуту, как ты уже заметил. Спасибо, что привез деньги. Надо побыстрее рассчитаться с Кириллом и ехать в город.

— Успеешь с ним рассчитаться. Мы сюда еще приедем на звездный дождь смотреть, — напомнил Кирсанов.

На душе потеплело. Он выполнит свое обещание, а значит, сегодня все пройдет гладко. Кирсанов не даст меня в обиду, защитит при необходимости. Но лучше бы этой необходимости не возникало.

В городе пересела на такси и на нем доехала до регпалаты. И тут меня накрыла настоящая паника. В большом просторном зале было полно народа. Как будут действовать полицейские? Тут стрельбу не откроешь. Оглядела зал, знакомых лиц не увидела.

Прошлась по помещению, села в кресло, обитое малиновой экокожей. Идиотское название. Ну какая это экокожа? Обычный кожзаменитель — жесткий, холодный, неприятный на ощупь. Странные мысли лезли мне в голову. Не все ли равно, из чего сделаны эти неудобные кресла? Видимо, мозг упорно не хотел думать о плохом, и я невольно пыталась отвлечься.

— Ну, пошли, — передо мной словно из-под земли вырос коренастый рыжий мужчина лет сорока, с короткой стрижкой и белесыми чуть рыжеватыми усами. Дорогой деловой костюм, шелковый галстук с золотым зажимом, на плечи наброшено темно-серое драповое пальто, облик успешного бизнесмена дополняли золотые часы на руке. Зеленые глаза буравили меня злым холодным взглядом.

Рядом с ним стоял уже знакомый мне головастик, и на его лице играла отвратительная улыбочка.

Я поднялась и последовала за Федоровым. Вчера, вернувшись от Гусева, Александр показал мне его фото, и я сразу узнала барыгу.

Регистратор уже ждала нас. Я села напротив нее, передала паспорт. И все ждала, что сейчас в помещение ворвутся полицейские с автоматами, всех положат на пол, начнется стрельба, посыплются осколки стекла на полированный мраморный пол.

— Шустова Маргарита Витальевна? — регистратор сверила мои данные, внимательно посмотрела на фото в паспорте, потом перевела взгляд на меня.

Я молча кивнула.

— Оригиналы документов на дом и на землю, пожалуйста, — протянула она ко мне руку.

Достала их из сумочки. Ну, и где бравые полицейские? Чего они тянут? Заурчал принтер, начал медленно распечатывать договор. Почувствовала, как повлажнели ладони — нервы на пределе. Мне стало не по себе, по спине пробежали мурашки. Регистраторша не задавала вопросов, не спрашивала меня ни о чем. Да она и не обязана.

Вроде, все вчера обсудили с Кирсановым, но страх сковал меня. Вот и прошла вся моя храбрость…

— Подпишите, где стоят галочки, — сунула регистратор распечатанные договора Федорову.

Тот начал ставить размашистые витиеватые подписи. Губы плотно сжаты, глаза прищурены, я чувствовала, как он напряжен. Закончил подписывать и пододвинул бумаги мне. Небрежно передал ручку:

— Твоя очередь.

Пододвинула бумаги поближе. Моя рука в нерешительности замерла, сжимая дешевую шариковую ручку ядовито-синего цвета.

— Чего ждешь? — поторопил меня Федоров.

Регистратор не отреагировала на его замечание. А ведь могла бы заметить, что он груб со мной. Видимо, она отлично осведомлена, что тут происходит, и в сговоре с Федоровым.

— Пройдемте, гражданин Федоров, — вздрогнула как от удара и оглянулась.

Позади нас стояло шестеро мужчин в штатском. Никаких автоматов, щитов и прочих атрибутов полицейских в их руках не было. Их заменили удостоверения с гербом и фото. Именно такое удостоверение сунули под нос Федорову. Двое из мужчин уверенно оттеснили головастика в сторону. Тот сразу как-то сник, съежился, стал меньше ростом.

Я отшвырнула ручку прочь как ядовитую змею. Ну вот и бравые защитники подоспели. Очень вовремя!

Федоров пытался сохранять достоинство.

— В чем дело? — важно надул он щеки.

— Вы задержаны за вымогательство, — к нам подошел Гусев и тоже продемонстрировал удостоверение. — Прошу проследовать за мной.

На запястьях Федорова тихо щелкнули наручники.

— Я так и знал! — выдавил Федоров. — Ну ты и гадина! Чтоб ты сдохла! — повернул он голову в мою сторону.

— Не советую вам угрожать потерпевшей, — Гусев поправил галстук, ослабил его узел. — Ненавижу эти удавки. Все, ребята, поехали. Тут нам делать больше нечего, — кивнул он своим подчиненным.

— А я? Мне куда? — я почувствовала себя брошенной и беспомощной. Все произошло быстро и просто. Но я ощутила себя ненужной и потерянной.

— Тоже с нами. Дадите показания, подпишете, и можете на сегодня быть свободной. Татьяна Александровна, спасибо за содействие, — пожал руку регистратору Гусев.

— Мы всегда рады оказать помощь полиции, — лучезарно улыбнулась она. А я приняла ее за сообщницу бандитов!

Большая часть посетителей даже не заметила произошедшего. Полицейские сработали четко и профессионально. Только несколько человек с удивлением посмотрели, как из помещения люди в штатском выводят двух прилично одетых мужчин.

Последовала за Гусевым на некотором расстоянии. Не хотелось, чтобы меня приняли за соучастницу или пособницу аферистов.

Зря я переживала. Все закончилось быстро и без выстрелов.

Как из-под земли рядом со мной оказался Кирсанов. Взял меня под руку:

— Все хорошо? — склонился к моему уху.

— Немного нервничала, — виновато призналась ему.

— Ты отлично держалась.

— Так ты был рядом?

— Разумеется, — он плотнее взял меня за руку. — Я же обещал.

Мне надо привести в порядок нервы. Перепады настроения до добра не доведут. Я то спокойна как гранитная скала, то готова потерять сознание от страха. Впрочем, этому есть оправдание — за последнее время я слишком многое пережила. Но ничего, потихоньку моя жизнь налаживается.

Как только поймают убийцу Ильи, у меня камень спадет с души. Вот тогда я смогу вздохнуть полной грудью и начать жизнь с чистого листа. И смогу позволить себе совершать глупости. И даже знаю, какая будет первой… Хотя надо ли так долго ждать? Глупости на то и глупости, чтобы совершать их без оглядки на последствия.