Глава 16

— Дядя Крейген любит мою маму! — Лиса вцепилась в мою руку и прижалась ко мне, как бы ища защиту.

Но эти две пришлые не смутились.

Леди Эстер чинно уселась в поднесённое для неё слугами кресло и расправляла складки на своём платье, а тётя Эйприл наклонилась к моей дочери и попыталась потрепать её по щеке:

— Конечно, любит, милая. У драконов широкие души, они всегда оказывают помощь всем попавшим в беду.

Лиса отстранилась от нежеланной ласки, и я пришла дочери на помощь:

— Мы не были в беде, леди Эйприл. Вдовство не всегда означает жизнь на грани нищеты, вам ли это не знать!

И снова никто не смог ответить, потому что в небе раздался звук, похожий на далёкий раскат грома. Мы все как по команде, посмотрели ввысь и увидели, что Юлий напал первым.

И все наши перепалки, даже странная история со сватовством Крейгена отступили на второй план. Признаюсь, в первый момент я ощутила злорадное чувство, когда увидела, что Крейген едва увернулся от огня соперника.

Поворот, снова атака Юлия, на этот раз столб огня казался таким сильным, что не мог не причинить вреда противнику. Оставалось порадоваться, что все, кто на земле, укрыты от драконьего жара магическим полем, которое, как купол, не пропускает тех, кто бьётся снаружи.

Даже если дракон падёт, а об этом как бы вскользь упомянула тётя Эйприл, рассказывая вполголоса леди Эстер, то его тело опустится на поляну, не задев шатров, и даже пыль от падения не проникнет сюда.

— Крейген силён, — бросила я, снова посмотрев ввысь. Но сначала на дочь: Лиса сидела тихо, отрешившись от остального мира невидимой стеной.

Закусив нижнюю губку, она то прищуривалась, то медленно вздыхала, даже руку мою выпустила, показав, что я ей мешаю.

— Конечно, поэтому отец леди Эстер и дал согласие на брак.

— А также потому, что Крейген дракон, — парировала я, желая исхлестать соперницу по щекам и выгнать взашей. Она пока ещё никто, пусть не примазывается.

Конечно, это было бы зрелище! Возможно, и поинтереснее того, что творилось наверху, где противники снова разошлись, чтобы на этот раз столкнуться в лобовую.

Крейген не говорил о том, как будет проходить битва, но от горничной Глории я кое о чём слышала. Дыхание огнём эффектно смотрится, но оно отнимает много сил и у того, кто им дышит. В бою важнее нанести урон зубами и когтями на передних лапах. Оставить отметины на шее и морде соперника.

А прикончить можно потом, дыхнув огнём.

Падение на землю означает поражение. Позорное. Поэтому обычно на турнире ли, в бою ли дракон остаётся в воздухе до последнего вздоха. Падает на землю уже бездыханное тело.

— Хоть бы победил! — всхлипнула леди Эстер, прижав надушенный платок к глазам.

А я боролась с противоречивыми чувствами, раздиравшими меня в клочья. Пусть победит, но сначала пострадает там в вышине как следует. Пусть большой дракон цапнет его за шею, чтобы брызнула кровь. Чтобы не отделался лёгким испугом и не посчитал победу слишком лёгкой.

Я никогда не была кровожадной, но сейчас внутри разверзлась кроваво-красная бездна, похожая на зияющую рану. И леди Эстер сыпала в нёё соль аккуратными пальчиками, унизанными драгоценными каменьями. А леди Эйприл и вовсе тыкала в мою рану палкой с гвоздями приговаривая:

— Дорогая, — это она свою протеже успокаивала, начисто забыв о нас. — Это судьба: вы встретились с моим племянником спустя годы накануне его триумфа. Её величество подарила Крейгену платок, удача будет на его стороне.

— А как же вы решились на брак с драконом? Слышала, драконицы не спешат породниться с себе подобными, чтобы не погибнуть, вынашивая яйцо, — спросила я сквозь зубы.

— Я полюбила его ещё будучи юной. И пронесла это чувство сквозь года, — обратила на меня взгляд лицемерная златовласка.

Ну сейчас я тебе на это укажу!

— А что же вы не поженились, когда Крейген был в изгнании и нуждался в поддержке вашего отца?

— Мой отец отказывал жениху два раза. А в третий согласился. Я сказала ему, что если откажет и теперь, уйду в монастырь.

Я не знала, что творю. Но мне было обидно за своего чёрного дракона, за то, что этот дурак решил, будто ему оказали честь и приняли предложение из-за его настойчивости, а вовсе не из-за того, что он вдруг вошёл в фавор у государыни.

Он дурак? Да нет, это я легковерная дура! Мной и дочерью просто воспользовались, как ширмой. Купили патент на участие в турнире, и все слова мужчины, будь он хоть трижды драконом и дважды милордом, надо делить на пять!

А я снова повелась на сладкие поцелуи и обещания жениться! Хотелось завыть и зарыдать, но не здесь. Сначала надо выйти на свежий воздух, сказать себе, что всё это сказка. Один обещал на мне жениться, и я поверила, но он умер. Не успел нарушить обещание.

Второй обещал, но ещё не умер, а нарушить данное слово успел.

— Мама, посмотри! — выдернула меня из мира мстительных грёз Алиса. Я очнулась и поняла, что она трясёт меня за руку. И сама дрожит, как в лихорадке.

Рядом по краю сознания промелькнули вскрики тётушки Эйприл и притворный обморок леди Эстер.

Тёмный дракон дыхнул в Крейгена огнём прямиком на раненое крыло, и хозяина моего гнезда объяло пламя. Он вздрогнул могучим телом, завис в воздухе, чтобы в следующее мгновенье начать падать.