Глава 21

Старый слуга не обманул. Прошло пару мучительных часов, вовремя которых я успела выпить, запить горячительное кофе, принять ванную, и снова спуститься в гостиную, чтобы подумать о дальнейшем.

Слишком мало я знала, и слуги не могли мне рассказать большего. Я раздумывала о том, как помочь Крейгену, но быстро признала, что до приезда его друга бессильна.

И о том я думала, как рассказать всё Алисе, когда она проснётся. Врать бессмысленно, она у меня смышлёная, да и служанка наверняка проговорится, рассказать правду страшно, потому что я не знаю, насколько всё серьёзно.

Когда в дверь позвонили, я уже сидела как на иголках. Вопреки этикету вышла в коридор, чтобы самолично встретить гостя.

На улице шёл ливень, и я уже не надеялась, что господин артефактор приедет до наступления утра.

Но он явился.

От вошедшего высокого господина веяло тайной. Он был одет по столичной моде, мог сойти за щёголя, но когда снял шляпу, я увидела медного цвета волосы, россыпь веснушек и щербатый рот. Всё это придавало посетителю несерьёзный, даже немного комичный вид, будто вошедший не артефактор, а актёр, неумело его изображающий.

— Миледи Клермонт, я устал с дороги. Давайте сразу к делу, — говорил он быстро, движения были излишне суетливыми, но точными.

— Прошу вас, — я указала на гостиную. — Я очень ждала вас.

— Как только получу свой чай, буду к вашим услугам, — иногда он присвистывал, будто змея. И я, наконец, поняла, что побаиваюсь его. Или у меня просто сдали нервы.

— По дороге я заехал кое-куда. Собрал информацию и захватил нечто важное из моей коллекции артефактов, оставленных в сейфе в моём столичном доме.

Саквояж, с которыми ходили земские доктора из фильмов, он поставил прямо на журнальный столик рядом с подносом с чаем и эклерами. Я только успела отодвинуть поднос, иначе бы кружки с блюдцами полетели бы на пол и разбились. Как мои надежды на спокойную жизнь рядом с Крейгеном.

На деревянный лакированный столик были выложены две миниатюрные брошки в виде жуков. У одного лапки были золотыми, у второго — медными, глаза бусинки одинаково инкрустированы рубинами.

— Это артефакты сокрытия. Они обнаруживают в человеке или в драконе то, чего он сам о себе не знает.

Сказал и замолчал, переставив саквояж рядом с креслом, в которое уселся и принялся изучать меня. Буравить мелкими тёмными глазками, точь-в-точь как у жуков на столе.

— В чём обвиняют Крейгена? Я так и не поняла.

— Он писал, что вы приехали издалека.

— Я могу доверять вам, господин Лезинг?

— Драйзен, миледи. Условности нам помешают.

— Хорошо, — кивнула я. — Тогда зовите меня Вероникой.

— Странное имя.

— Крейген сказал, что забрал нас с дочерью из другого мира?

Я решилась. В конце концов, мой дракон сказал, что его друг нам поможет, значит, ему можно довериться. Больше помощи ждать не от кого.

Я рассказала всё без утайки.

— Теперь ваша очередь.

— Крейгена обвиняют в использовании Драконьей жилы — особой силы. Это когда дракон выбирает в спутницы жизни ведьму и переплетает свою магию с её. Полагаю, не ваш случай? Или я ошибаюсь?

— В моём мире нет магии.

— Тогда доказать ложный навет будет проще простого, — впервые за время нашего разговора Драйзен улыбнулся.

— Навет? Хотите сказать, Крейгена оговорили?

— Конечно. На турнирах драконов такое бывает часто. Если победитель не имеет сильных союзников или кому-то сильно насолил, то на него составляют анонимный донос, а Тайная полиция должна такое проверить. Задерживает подозреваемого до выяснения. Обычно уже утром отпускают.

Ну вот, можно выдохнуть! Я ощутила, как невидимая каменная плита, давящая на плечи с момента ареста Крейгена, рассыпалась в прах.

Или это горячительное расслабило меня.

— Вы обещались ему, Вероника? — внезапно спросил артефактор и посмотрел так, будто инквизитор.

— Да, — краснея, потупилась я. Будто девчонка. — Накануне турнира в часовне под домом. Мы сплели пальцы, и я почувствовала, как они потеплели.

Посмотрела на свои руки и не заметила ничего подозрительного.

— Возьмите жука. Любого. И подержите несколько секунд, закрыв глаза. Можете думать о чём угодно.

О чём угодно не могла. Я подчинилась, рука сама потянулась к жуку с медными лапками. На удивленье он оказался тёплым, будто разогретым солнцем.

Я закрыла глаза и некоторое время просто прислушивалась к себе. Отчего-то сразу пришла на ум подземная часовня, где мы с Крейгеном дали друг другу обещание. Увидела свод с тремя нарисованными на потолке драконами. Они ожили и удивлённо смотрели на меня все разом: мол, что молчишь. Иди к нам.

И я снова почувствовала, как потеплели пальцы на руках.

— Достаточно, Вероника.

Рука Драйзена, которой он коснулся меня, оказалась ледяной. Неживой.

Он аккуратно взял жучка, достал монокль и некоторое время разглядывал его сквозь опалесцирующее стекло:

— Поздравляю, Вероника, — произнёс он, наконец, сложив жуков в саквояж.

— Вы природная ведьма. И весьма сильная. Теперь понятно, почему Крейген попал в переделку. Из-за вас.