Глава 16

Я, наконец, поняла смысл выражения: «посреди ночи наступил день, и засияло солнце».

Крейген подхватил меня на руки и унёс наверх, а я даже не успела спросить, надолго ли его отпустили, и как это вообще вышло. Помог ли Драйзен, или это королева похлопотала, а может, сам король сжалился надо мной и позволил насладиться несбыточной любовью, но мне было всё равно.

Сейчас я рухнула в любовь, погрузилась в её горько-сладкую реку, бурное течение которой уносило всё дальше от прошлого. Я уже не помнила то время, когда жила без Крейгена, оно казалось сном, а теперь я очнулась и поняла, что надо жить и дышать полной грудью.

И всё же, когда страсти улеглись, первые ласки схлынули, оставив нас обоих обессиленными пловцами, выброшенными на песчаный берег ради краткой передышки перед серьёзным заплывом, я снова поймала себя на страхе, что всё это внезапно закончится.

— Ты согласилась быть моей женой, помнишь? А свою невесту я не уступлю и целому свету!

Наши пальцы переплелись, мы лежали рядом и смотрели на раскрашенный потолок с лепниной. Драконы летали по небу, это небо принадлежало им, и не было никого, кто бы бросил вызов крылатым созданиям!

— Мои связи и деньги выручили и тут, но я благодарен тебе за твои старания. Не ожидал, что ты сможешь так быстро войти в доверие к её величеству. Королева Клод недоверчива.

— Я рассказала ей историю нашей любви. С того момента, когда мой покойный муж попросил тебя сделать мне ребёнка.

Крейген облокотился и с интересом посмотрел на меня. Пришлось поделиться подробностями своего плана.

— Когда я освобожусь от всех обязательств, то мы вернёмся к воплощению этой истории, Вероника.

Он положил руку мне на живот, и я почувствовала тепло от его ладони. Оно всё разгоралось, но не причиняло боли, напротив, наполняло меня силой и здоровьем.

— Мне не терпится увидеть тебя беременной. Почувствовать жизнь внутри, понимать, что я тоже причастен к этой жизни. Ты согласна?

Я молчала и не знала, что сказать. Когда он смотрит вот так на меня, будто в истинном облике ящера заглядывает в душу, видит насквозь все мои страхи, я готова была согласиться на всё. И вдруг поняла, что тоже хочу от него ребёнка. Это так естественно — принести в мир новое существо, соединяющее двух возлюбленных в вечности!

— Не бойся, Алисия всегда будет мне дочерью. Я не буду делать между ними различия, — озвучил он мой страх. Разбил вдребезги последние «но».

Теперь можно было бы поговорить о деле, но мы ещё не насытились.

— Я боюсь за нас. Мне сказали, что драконья приманка достаётся победителю.

— Посмотри мне в глаза, Вероника!

Что-то странное было в его голосе, и я подчинилась. Ни о чём не думала, считала плавающие золотистые искры на его радужки, и мне стало спокойно. Это действовало, как гипноз.

— Твои силы возросли с нашей последней встречи.

— Я сняла кулон, что ты мне дал. Драйзен говорит, что он мне мешал.

— Может и так, он в этом деле больший специалист. Когда он вернётся, мы всё обсудим. Тактику, кто что будет делать: выступим командой и победим.

Я вдруг улыбнулась, а когда дракон спросил, что меня так рассмешило, я ответила:

— Моё имя на нашем языке означает «Вера в победу». И я действительно верю. Только и делаю в этом мире, что верю тебе. А сейчас мне кажется, что и я сама смогу выиграть битву. Свою часть битвы.

— Ты уже выиграла, моя Драконья жила.

Он наклонился и снова поцеловал меня, заставив прочувствовать драконью магию каждой клеточкой своего истерзанного в любви и страсти тела. И снова мы схлестнулись, сошлись в сражении, имя которому «любовь».

Он был то бескрайне нежен, то требовательно-жесток, а порой мне хотелось лишь чувствовать его целиком и больше не задавать вопросов. Положиться на судьбу, на драконьего покровителя, спящего на дне моря и слышавшего просьбы всех своих детей, и на свою новую магию.

Возможно, благодаря ей я снова увидела чёрные ленты, ползущие по венам моей руки и руки Крейгена. В первый раз они появились в часовне и теперь будут с нами всегда.

— Не бойся, ты не понесёшь, пока мы оба не захотим ребёнка. Пока ты не дашь мне своё согласие, — заверил меня Крейген спустя час, когда все битвы между нами закончились ничьей.

Настало время подкрепиться, я только сейчас поняла, что голодна.

А на улице уже совсем стемнело, скоро должны вернуться Лиса и Драйзен.

— Не волнуйся, рядом с ним наша дочь в безопасности.

Это «наша дочь» прозвучало так естественно, будто он говорил это мне много раз. И никакого удивления или протеста в душе не вызвало.

Мы оделись и спустились в столовую как раз в тот момент, когда прозвенел дверной колокольчик.

— Мама, мы все вместе кормили рыбок в городском пруду, он такие забавные!

— Принесла парочку для драконьей няньки, надеюсь? Нет, так я обиделся, — тявкнул Теодор, с заспанной мордочкой выползший из-под лестницы на второй этаж, зевнул и гордо прошествовал мимо нас в гостиную.

— Пойдёмте подкрепимся. Я так жутко голоден, думаю, Драйзен, ты тоже.

Артефактор понимающе усмехнулся.

— Прокормить одного дракона — уже затратное дело, а когда их, считай, двое…

Алисия не отставала от нас и на моё предложение пойти наверх, куда принесут ужин, ответила категоричным отказом.

Раньше она бы не посмотрела на меня так, будто оскорбилась моим предложением.

— Я ребёнок, но я полудракон, — упрямо твердила она и повисла на руке Крейгена.

— Пусть посидит, — подмигнул мне тот.

Между этими двумя установилось полное взаимопонимание, так что спорить было бессмысленно. И всё же когда основной ужин был закончен, я настояла на том, чтобы Санса, её гувернантка и горничная, отвела дочь наверх.

То, что я собиралась обсудить, не предназначалось для детских ушей.

— Ты в курсе, — спросила я Крейгена, — что Серцилия Истринс обещана тебе в жёны её отцом? На этих условиях он согласился помочь нам.

Ответить мой дракон не успел. Он был сытым и немного ленивым от этого пресыщения сразу всеми радостями жизни.

Вместо него вступился артефактор:

— За это, Вероника, не волнуйтесь. Серцилия уже дала согласия стать моей законной половиной. И я знаю магические способы сделать так, чтобы никто не посмел помешать этому обещанию.