Дубль двадцать четвертый. М+ж+м

Было девять вечера, когда близнецы привезли меня домой. Я устала: находилась, наговорилась и насмеялась. Поначалу державшееся между нами легкое напряжение пропало, когда парни решили научить меня кататься на роликах в большом парке. Это уже после прогулки на велосипедах. Когда меня подхватили под оба локтя и покатили с веселым «Посторонитесь! Опасность схода лавины!» и свистом под аккомпанемент моих визгов, уже просто не осталось шанса держать вежливое расстояние. Я сама вцеплялась в обоих близнецов, висла на них, лишь бы не грохнуться, и смеялась как никогда в жизни.

И когда у меня получилось проехать несколько метров самостоятельно, в награду мне прилетели сразу два поцелуя – в обе щеки. А потом ролики надели и парни и, обняв меня за талию с обеих сторон, покатили по дорожке, рассказывая о себе что-то еще, еще и еще… Я обнимала близнецов и знала, что не упаду, пока меня держат их крепкие руки, чувствовала тепло обоих, и невольно замечала взгляды окружающих. Глядя на нас, люди улыбались тому, как синхронно мы двигались, отвечали на наши улыбки и, может быть, иногда даже слегка завидовали.

Я наслаждалась близостью обоих.

Вечер закончился ужином в ресторане «City Space Bar & Lounge» на тридцать четвертом этаже отеля «Красные холмы» – там, где все для меня и началось. На улице еще только начинало смеркаться, когда мы уходили, и в этот раз видами ночного города и миксшоу от бренд-амбассадора насладиться не получилось.

И это было символично. Потому что я поняла, что все у нас еще впереди. Поняла, когда Сергей спросил:

– Ты помнишь, что я подарил тебе здесь в прошлый раз?

– Да, конечно, – улыбнулась я.

Небольшую плоскую коробочку с сережками – три артишока разных размеров, будто из стекла, с белым напылением и золотистыми краями на золотых спиральках. В комплекте – золотое колечко с такими же артишоками, но очень мелкими.

– А помнишь, я сказал, что артишок – это игра слов?

– Ну еще бы, – снова кивнула я. – В тот вечер везде были артишоки.

– Три артишока, – многозначительно поиграл бровями Сергей.

– Но только два предмета из коллекции, которую мы заказали специально для тебя, – положил Савелий руку на мою и достал из кармана еще одну коробочку, маленькую, бархатную. Как и тот футляр, в котором я хранила дорогой подарок. – Открой.

– Ты тогда сказала: подарки должны дариться от души, а не в качестве благодарности, – напомнил Сергей. – Теперь ты знаешь, что это так и было – от души… От двух душ.

А я держала коробочку и почему-то сильно волновалась. Может быть, от того, что уже знала, что для них наша история началась еще до этого ресторана. Они выбрали меня и… наверное, были правы, что не представились оба. Я бы тогда не влюбилась во второго брата. А теперь мне нужны стали они оба. А я всегда и сразу нужна им двоим.

В коробочке оказалась цепочка с подвеской – тоже три артишока. Я улыбнулась. Вот уж действительно игра слов, полных смысла. Столько было намеков…

Я чуть-чуть не дождалась призвания близнецов в обмане, а Савелий чуть-чуть не дотерпел… Хотя с такой эмпатией, если он чувствует все так ярко, он еще долго продержался и позволил себе меня в постель только после предложения выйти за него замуж.

– Вот за тебя я замуж и пойду! – припечатала я твердо.

– Эй! – возмущённо откликнулся на это Сергей, надул щеки, как малыш, и заявил: – Я старше, если что. Я первый должен жениться…

– Но мы женимся на одной девушке, – засмеялся Савелий.

Я вспоминала все это, раскидавшись на своем диване в съемной квартире.

Десять минут поговорила по видеосвязи с сестрой, пошепталась по телефону с Яковым, который был рад, что все у меня теперь хорошо, приняла ванну с пеной и лежала, переваривая все сказанное, новые эмоции и ощущения.

Савелий

Спустя две недели

– Ты уверен, что сорок ящиков хватит? – с сомнением посмотрел Сергей на гору шампанского, потом на джакузи.

– Мы же вместе считали по объему.

Я тоже волновался. Яра после того разговора больше ни разу у нас не была. Она вернулась на работу, а у нас началось шоу. Мы пригласили Яру на премьеру вместе с ее подругой, той самой блондинкой Светой. Девчонки о чем-то пошушукались, тайком поглядывая на нас с братом, а мы делали вид, что не замечали.

И вот спустя три дня Ярослава сказала, что приедет к нам после работы сама и просила не забирать ее, как всегда, из магазина.

Мы чувствовали с близнецом ее волнение и понимали, что сегодня произойдет то самое, чего так давно хотели и ждали. Мы с Сергеем думали, что были готовы к этому всегда, а оказалось, и для нас тоже это слишком волнующее событие.

– Так, клубника в шоколаде уже готова, закуска тоже.

– Артишоки? – улыбнулся я.

– Да, – серьезно кивнул брат. – Они в том числе. Все должно быть примерно как первый раз. Орхидеи уже везут – только что курьеру звонил. Ты трусы новые надел? – строго потребовал от меня ответа.

Я рассмеялся:

– Мы без трусов будем!

– А, да. – Он потер лоб и заблеял неуверенно: – Слушай, давай как-то договоримся, как все будет… Ну это… кто, что… ну ты понимаешь?

– Экспромт, Серег, ничего расписывать по ролям мы не будем. Это не шоу какое-то, а жизнь.

– Фу-ух-х… – шумно выдохнул он и разом вспотел. Меня его волнение с ног сшибало просто, особенно когда собственное подкашивало и добавлялись эмоции Яры. – Я в душ пошел!

Шестой раз за час.

Кажется, хотя бы мне надо взять себя в руки и попробовать пробиться к брату ментально, чтобы передать ему каплю своего равновесия. Пока в его голове и душе творился панический хаос.

Я взял первую бутылку брюта, открыл и вылил в джакузи. Монотонная работа успокаивает…

***

Две недели, что Яков и Аленка пробыли в Москве, закончились. Родные уехали домой – сестра вернется сюда за день до начала семестра. За это время Яков снял для нее квартиру, купил все необходимое, подыскал дом для них с мамой и познакомился с моими близнецами.

Это целая история, после которой наши отношения с Яковом окончательно наладились. Он оказался мудрым мужчиной, я так рада, что он был моим первым, что они стал мужчиной мамы и заменил отца Аленке. Она его обожает, а он платит в ответ заботой и вниманием.

И вот после знакомства Якова с близнецами я почувствовала, что готова сделать этот шаг. Мысленно – уже раз сто. Неизменно заливаясь краской и закрывая лицо ладонями. Все же непросто отдаться двум мужчинам одновременно. До дрожи волнительно и до горячих спазмов между ног бесстыдно.

Две недели между мной и близнецами не было близости, потому что как-то это было бы нечестно – спать с кем-то одним. Или как? По очереди? Один стоит за дверью и ждет? Бред какой-то. Я не представляла, как это все будет… всю остальную жизнь.40393c

С работы я ушла рано. Точнее, вообще пробыла там всего пару часов. Там все наладилось: зал переоформлен, оборудование установлено, товары на замену санкционным поступают и даже должность старшего продавца введена – поставки теперь принимает он. Так что я лишь вернулась к организационным вопросам и последние дни была больше свободная, чем занята.

Купила платье, еще когда с сестрой и Яковым ходили по бутикам: оно расстегивалось от шеи донизу на спине. Как увидела его, так сразу поняла, что именно оно мне нужно… на этот первый раз. Приняла ванную с любимым гелем с ароматом пиона, надела новое дорогое белье и это платье: прямое, приталенное, выше колен. Распустила волосы, собрав их с висков в тонкую косицу, украсила ее заколкой с висюльками, надела туфли на шпильках и вызвала такси. Правда, на час раньше, чем договорились, но что от этого изменится? Чему быть того не миновать.

Через десять минут уже стояла перед воротами особняка близнецов и дико волновалась. Поняла, что или сделаю это или позорно трусливо сбегу. Снова в Балезино.

Позвонила. Ворота открылись без вопросов. Быстро прошла по дорожке к дому, поднялась на мраморное широкое крыльцо, открыла массивную дверь и вошла в дом.

Кажется, ждали не меня. Потому что братья как-то опешили, заглянули за мою спину, захлопнули рты, и Сергей схватился за лоб:

– Орхидеи… Я его убью! – Куда-то метнулся, на полшаге остановился и рванулся ко мне: – Привет, Яра… мы… это…

– Проходи, – пришел брату на помощь Савелий, подступив к нам.

Он хотел что-то еще сказать, но раздался мелодичный звук, и Сергей молнией шарахнулся из дома. У меня от порыва воздуха волосы взметнулись.

Савелий уже взял себя в руки, улыбнулся и сказал:

– Представляешь, – оглядел себя, чуть наклонившись, хмыкнул, – а мы костюмы с Серёгой приготовила, рубашки нагладили…

А встретили меня босые и полуголые, в одних домашних штанах, сидевших опасно-низко на бедрах… У меня во рту пересохло от вида их совершенных тел. Господи, два таких парня… и оба для меня?

Мы прошли в гостиную, сзади хлопнула дверь – вернулся Сергей.

– Это тебе, – протянул букет из трех орхидей: двух графитово-серых с голубыми прожилками, и одной светлее и с розовыми жилками. – Это мы, – подтвердил мою догадку и выдохнул как-то нервно: – Фу-ух-х…

– Спасибо, – скромно ответила я, отложила букет на стол, еще не до конца сервированный, и кинулась в омут с головой: – Давайте… сразу сделаем это… без всяких этих вот… – покрутила кистью руки, обозначая и упомянутые костюмы с рубашками, и этот нарядный стол с тремя столовыми приборами, но еще без блюд с едой.

Я дико боялась, что передумаю, да еще и сами парни, как выяснилось, нервничали не меньше меня, что уж совсем стало неожиданностью.

После своих слов я только сглотнуть успела, как Сергей шагнул ко мне и сгреб в свои руки. Накрыл губы поцелуем и сразу углубил его собственнически, будто ни с кем делиться не собирался. Я от этого почти запаниковала, но почувствовала, как становится прохладно коже на спине – Савелий расстёгивал молнию на платье. На секунду опустила руки, чтобы он снял его с меня совсем, и зажмурилась, почувствовав, как прижалось ко мне сзади голое тело парня, а его руки легли на мои бедра.

– В спальню, – тихо сказал он нам обоим.

И Сергей тут же подхватил меня под бедра, усаживая на свои. Он буквально взбежал по лестнице, вошел в открытую дверь, прошагал к огромной кровати и опустил меня на нее. Я оказалась лежащей на спине в тончайшем прозрачном белье перед двумя возбужденными парнями, чьи штаны бессовестно оттопыривались впереди.

Сергей и Савелий опустились на постель рядом со мной с двух сторон.

***

Лишь спустя час мы спустились в гостиную. Правда, есть не хотелось. Савелий подошел к столу и налил шампанское в три бокала. Я села на диван, а Сергей почему-то маялся, то подходил к панорамному окну, то к столу, пока, наконец, на что-то решился. Он опустился передо мной на пол, обнял за бедра.

– Яра… – смотрел мне прямо в глаза Сергей так серьезно…– Выходи за меня замуж?

Я быстро взглянул на Савелия за его спиной. Он чуть заметно улыбнулся и кивнул. Вернула взгляд на Сережу. Он ждал ответа. И «я же все равно буду вашей общей женой» тут не подходило. Для старшего близнеца было важно, чтобы официально я стала именно его. Я так четко почувствовала, что должна уступить, что это на самом деле для Сергея что-то меняет. Что иначе будет что-то не так.

– Да, Сереж. Я буду твоей женой, – закивала и закусила губу от волнения, которое вдруг хлынуло в меня будто извне.

А Сережа сгреб меня в свои руки. До того, как он завладел моими губами, я успела увидеть, как Савелий поднял бокал с шампанским и с улыбкой тактично вышел из комнаты.

В этот раз Сережа любил меня неторопливо, тягуче-нежно, невозможно ласково, медово и обволакивающе. Обнимал так крепко, медленно покрывал благодарными поцелуями и шептал, глядя в глаза:

– Я так люблю тебя, Яра… так люблю… Ты не представляешь, каким счастливым меня делаешь…

Я тоже была счастлива, потому что теперь поняла: все у нас получится. Не будет никаких очередей в спальню, мне не нужно будет составлять графики и расписания, бояться кого-то из моих двоих мужчин обидеть невниманием. Они эмпаты. Они как никто другой все чувствуют и понимают, когда и кому из нас важно остаться наедине с собой или вдвоем. Без слов.

Закрыла глаза и отдалась губам и рукам Сережи, взлетая с ним под небеса от счастья.