Глава 12

Мали собралась быстро. Переоделась в одно из моих платьев, собрала волосы в строгий пучок на затылке, прихватила несколько зелий для маскировки, не иначе, – принимать одновременно слабительное и сонное зелье едва ли бы кто-то рискнул – и, еще раз попросив меня дождаться демона, ушла с Трис. Дом опустел. Тишина поселилась в каждом его уголке. Я больше не чувствовала ничьего присутствия, но вместо того, чтобы подарить мне успокоение – хоть пару минут я могу побыть наедине с собой, одиночество принесло мне беспокойство. Я сжала пальцы в кулаки и медленно выдохнула. Кори – тоже человек. Без сна ему не обойтись. А если и явится… Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и перебирая в памяти, что, собственно, могу ему устроить. По всему выходило, что кроме громких криков, метания хрупких бутыльков с безобидными зельями – опасных у меня было мало, что сейчас меня сильно огорчало, и кочерги, я мало что могла ему противопоставить. И это удручало. – Как все это закончится – пойду учиться, – сказала и замолчала, ожидая, что сейчас ехидный голос демона разрежет повисшую тишину, я вздрогну и… вздохну с облегчением. Но – нет. Ни демона, ни Мали, которая могла бы что-нибудь и забыть, но не забыла, ни даже болтливого господина Гортье, которого в данный момент я была бы рада видеть. Никто из них волшебным образом не возник у меня на пороге. – Надо собраться, – напомнила я себе указание демона и принялась за работу. Ботинки, которые после посещения погоста я так и не отмыла, порадовали чистотой и свежестью. У меня даже закралась мысль, что мои ботинки кто-то ночью украл и вместо них поставил новые, но клеймо закрывшейся еще десяток лет назад мастерской было на месте, так что пришлось признать: в моем доме просто поселился хороший бытовой маг. Брюки я надевать не хотела. Непривычно было представлять себя в них, перебежками передвигающейся по деревне – в свою гордую походку под любопытными взглядами местных я не верила от слова совсем, но стоило вспомнить, сколько времени занимает стирка, и ноги сами скользнули в узкие плотные штаны. Весьма дорогие, должна отметить. Но на что не пойдешь, чтобы не пить после каждой прогулки противоядие. Весна, к сожалению, оживляла не только людей, но и ползучих гадов, расплодившихся в последние годы… М-да, изменения, произошедшие в последние годы, встречались в речи коренных жителей столь часто, что скоро впору будет удивляться чего-то нормальному и спокойствию. Змеи, демоны, открывшаяся всего в полудне пути железнодорожная станция… Терлеку пора было привыкать новому, насыщенному событиями бытию. Рубашку и куртку натягивала уже торопливо. Слух уловил тихий скрип входной двери, и, рассовав по карманам противоядия – чтобы было кому предъявлять претензии, если какая-то тварь все же прокусит штанину, я припустила вниз. И замерла на лестнице, встретившись взглядом с незнакомцем. Тот факт, что он вошел, несмотря на защиту дома, говорил о многом. Во-первых, о том, что следовало купить новые кристаллы, а во-вторых – что толку не было бы и от полностью заряженных артефактов, потому что, если этого гостью понадобиться войти – он войдет несмотря ни на что. И он вошел, проигнорировав и защиту, и правила хорошего тона. Последние – особенно дерзко, так как стоял у двери гостиной, вместо того чтобы ждать в помещении лавки. – Джен? – уточнил светловолосый, чем-то неуловимо похожий на господина Эльтрана, мужчина. – Ее здесь нет, – предпочла соврать я. Но мне определенно не поверили. На губах собеседника промелькнула снисходительная улыбка, так и говорившая: деточка, прежде чем врать, нужно хотя бы у зеркала потренироваться. – В таком случае, меня устроишь и ты, – снисходительно, будто делая мне одолжение, заметил мужчина. И если я стояла на середине лестницы, не зная, куда мне лучше бежать, то гостя ничего не смущало. Он по-хозяйски осматривал мои владения, казалось, подмечая абсолютно все. И как далека от меня кочерга, и как высоко висит единственная картина, и даже скол на ее раме. – Боюсь, я ничем не смогу помочь. Если вам нужна ведьма… Я крайне плоха в этом. Я осторожно переместилась на ступеньку выше. Там, по крайней мере, за спиной никто не стоял. – Мне не нужна хорошая ведьма, – усмехнулся собеседник, вновь переводя свой взгляд на меня. – Мне нужна ведьма, не связанная контрактом. И ты подходишь. Я сглотнула. – Тогда мне вам тем более не помочь. У меня уже есть контракт. – С кем же? – вкрадчивый тон собеседника не предвещал ничего хорошего ни мне, ни моему нанимателю. – Со мной, Герт, со мной. Я вздрогнула от неожиданности. Появление в моем доме разыскиваемого всеми нами демона заставило меня забыть о том, почему я так поспешно собиралась. А теперь господин Эльтран стоял у двери на кухню, и, судя по повороту головы – лица мне с моего места было не видно, смотрел на своего врага. Я и сама на него смотрела. И чем пристальнее было мое внимание, тем легче подмечались сходства: форма головы, разрез глаз, прямой правильный нос… А вот подбородки у них отличались. Не очень заметно, но у Гертериана была небольшая ямочка. И глаза были темнее, чем у господина Эльтрана. – Никогда не теряешь времени, – заметил Гертериан, но, несмотря на то что его слова были обращены к соплеменнику, демон продолжал следить за моим остановившим отступлением. – В каждой деревне по ведьме? – Через одну, – даже в нынешней ситуации господин Эльтран сохранил способность ехидничать. – Не все, знаешь ли, к нам расположены. – А ты забыл, как склонить их на свою сторону? – В голосе демона послышалось явное неодобрение. – Я бы мог дать тебе пару уроков, – предложил Гертериан и добавил: – Если мы договоримся. – И что же ты готов мне предложить? – Я готова была поручиться, что господин Эльтран позволил себе насмешливую улыбку. – Например – девчонку. Меня удостоили кивком. Рука непроизвольно потянулась к карману куртки. Ничего серьезного у меня там не было: зелье-вонючка не в счет – после него дом проще снести, чем проветрить, но мало ли… – Она и так моя, ты забыл? – Не забыл. – Теперь все внимание демона было направлено на собеседника, и я аккуратно поднялась еще на ступеньку. – И мне любопытно, если девчонка твоя, почему она до сих пор не провела ритуал. Почему ты его не провел? – В этом нет необходимости, – недрогнувшим голосом отозвался господин Эльтран. Я поднялась еще на ступеньку и… уперлась спиной в чью-то грудь. Как я не вскрикнула – оставалось загадкой. А господин Эльтран продолжал говорить, даже не делая попытки сдвинуться с места. – Я купил контракт ее прабабки, не для рода, для себя, поэтому даже убей ты ее – тебе не достанется ни капли силы. – Ты так настойчив в своих уговорах… – Не хотелось бы вспоминать перед твоим могильным камнем, что именно привело к гибели родственника. Мне на талию легли чужие ладони. И если левая – просто удерживала меня от падения, то правая недвусмысленно намекала, что мне стоит посторониться. И, поскольку в меня не упиралось ничего острого, я склонна была подчиниться. Сдвинуться оказалось достаточно проблематично. Лестница-то и для одного была не широка, для двоих же… – …но если тебе хочется проверить, она – твоя, – бросил Эльтран. У меня перед глазами все поплыло, я моргнула, пытаясь обрести прежнюю четкость зрения, но вместо этого поняла, что мир вновь залит яркими красками, как тогда, когда мой дар начинал действовать. И руки на талии больше не были чьими-то – я чувствовала за спиной знакомую ауру, да и сами руки… Господин Виктор стоял у меня за спиной и ждал, пока я пропущу его вниз. И я отшатнулась, то ли реагируя на слова демона, хотя в тот момент они пролетели мимо моих ушей, то ли пропуская господина Агдора вниз. – И ты не станешь вмешиваться? – внимательно изучая меня, уточнил Гертериан. – Даже понимая, что смерть ведьмы даст мне достаточно сил, чтобы заселить криидами всю деревню. – Если в процессе ты умрешь от перенапряжения – меня полностью устроит, – заметил господин Эльтран. А мне поплохело. Даже понимая – хотя, скорее надеясь, что демон говорит все это, отвлекая родственника, мне было больно слышать ту легкость, с какой господин Эльтран принимал наши смерти. Демон… Какой же он все-таки демон… – Боишься запачкать руки? – Не могу себе позволить оставить этот мир без личного присмотра. Пусть в тот момент, когда мы давали клятвы, я не мог себе вообразить, что мы окажемся на разных сторонах, свое слово я сдержу. – Как ты сдержал его в Алентаре?! – Гертериан не сдержал ненависти. А я… вспоминала, где находится этот самый Алентар. Точно не в Балиаре. Таласка? Марголин? – Мое вмешательство не забрало твою жизнь. – Голос господин Эльтрана был спокоен, даже сух, будто речь шла не о чьих-то жизнях и страданиях, а о колонке бесчувственных цифр. – Хотя как изящно бы было. Убить тебя лично, но не прикасаясь и пальцем. – И ради чего? – Гертериан неожиданно отступил на шаг, будто почувствовав приближение Виктора. – Этот мир – наша кормушка. Он создан, чтобы давать нам силу. – И он ее дает. – Это крохи. – Этого достаточно, чтоб Арантей продолжал жить, – отрезал господин Эльтран. – И если бы ты предпочел вернуться и принять свое наказание, ты бы и сам почувствовал произошедшие изменения. – Вернуться и голодать? – Вернуться и выполнять свои обязанности. – Что… – шепот сорвался с моих губ. Я не могла поверить, что слышу это своими ушами. Просто вернуться? Приступить к своим обязанностям? Несмотря на смерть старой Марты, паразитам в теле Гортье – да и мало ли было других пострадавших, все, чего хочет господин Эльтран от своего «врага», – вернуться и приступить к работе?! – Реальный мир устроен иначе, чем ты ожидала? – Демон удостоил меня своим вниманием. Но, что удивительно, насмешки в его словах не было. Гертериан был спокоен, собран, даже напряжен, как мне показалось при взгляде на него. А еще… его аура стремительно менялась. Она и прежде не выглядела ежом, как то было с господином Эльтраном и тянущимися от него нитями связи, но теперь она растрескивалась, как кора, бугрилась и сползала слоями, обнажая совсем другую личность. – Кори… – выдохнула я, хватаясь за перила. Одновременно с этим шею «Гертериана» обхватила удавка. Господин Агдор церемониться не собирался. – Это не он! Вы разве не видите?! – Мой крик совпал с судорогой, прокатившейся по телу придушенного, но пока еще живого приятеля. Виктор замер, словно дожидаясь приказа, и, получив его, отступил, разжимая руки. На пол упал уже человек. Ступеньки промелькнули перед глазами. Мне оставалось каких-то несколько шагов до Кори, но меня перехватили. Чужие руки сомкнулись на талии, и меня тихо попросили: – Вернись наверх. – Я… нет. Тело на полу завозилось, привлекая всеобщее внимание. Виктор опустился на корточки, неприязненно осматривая слугу демона. Теперь, когда ауру приятеля более ничего не скрывало, я сглотнула, видя истончавшуюся нить связи, но не это было самым страшным. У сердца, впиваясь в ауру десятком толстых ножек, стояла метка. Метка родового проклятия. Таким мог наградить только близкий родственник, и только на пороге смерти. – Ты его убил? – вырвалось у меня тихое. Виктор отрицательно качнул головой, хотя вопрос предназначался вовсе не ему. – Вернись наверх, – настойчиво повторил господин Эльтран, разворачивая меня лицом к лестнице. Вот только я не успела уйти, а потом было уже и незачем. Нить связи натянулась, Кори дернулся, и его аура начала стремительно выцветать. Как у покойника, каковым он теперь и являлся. – Не смотри. – Мне закрыли глаза, хотя это и было бесполезно. Пусть я не видела стекленеющих глаз, мне хватало ауры. – Выбравший неправильного господина, слуга демона обречен на такой исход. Непроизвольно попыталась отступить. Спина уперлась в грудь демона, а его руки опустились с моих глаз на талию, удерживая и не давая вырваться. Моя попытка закончилась так и не начавшись. – На нем было родовое проклятие, – избегая смотреть на Кори, сказала я. – Его дедушка… Других родственников у Кори не было. – Служанка, староста, теперь этот парень, – перечислил Виктор. – Этого должно было хватить. Он не стал уточнять для чего, но господину Эльтрану этого и не требовалось, хотя я бы не отказалась узнать. Он разжал руки, выпуская меня из плена, и приказал: – Убери его отсюда. И найди Малиару. Я недоволен ее отсутствием. – Она ушла не просто так. Вы должны были вернуться и… – Я разрешал ей уходить? – Голос демона стал настолько холодным, что я бы не удивилась, обнаружив в ведре с водой лед. – А разве?.. – Она отвечала за тебя. Она ушла. И даже если бы вся эта убогонькая деревушка отправилась к праотцам, она должна была быть здесь. С тобой. Потому что твоя смерть дала бы ему гораздо, во много раз больше сил, чем уничтожение всех жителей этого поселка. И если бы он пришел сюда лично – управление марионеткой не дает таких возможностей, ему не пришлось бы торговаться и моим словам он бы не поверил. – Каким словам? – Ты принадлежишь ему. Не мне. И, если бы он явился лично, ничто не помешало бы ему активировать вашу связь. Твоя прабабка, как и этот, не была разборчива в связях, разве что осознала все быстрее, но разорвать контракт между ведьмой и демоном может лишь последний. А он не станет. – Значит, я… – Взгляд опустился на пол, но тела там уже не было. Как и господина Агдора в комнате. – Я не хочу так… Вы же можете… – Я не даю обещаний, которые не могу выполнить. Мне жаль. – Господин Эльтран отступил на шаг. – Но самое безопасное для тебя – никогда не встречаться с Гертерианом. А значит – для меня ты бесполезна. Он сунул руку в карман и бросил на пол туго набитый мешок. – Наш контракт закрыт. Кори хоронили всей деревней. И его, и Ферье-старшего. Последнего нашли во дворе собственного дома. Припорошенный выпавшим ночью снегом, старик уже мало походил на себя. – Ироды, – ругались старушки, провожая взглядом домовину. Нанятые дядюшкой Бро плакальщицы утирали слезы, причитали и позвякивали монетками в широких карманах. Гробы несли через всю деревню, чтобы все могли проститься с важным человеком и тем, кто стал причиной его гибели. О последнем обстоятельстве, правда, знали не все. А те, кто знал, молчал, впиваясь пальцами в юбку. О мертвых не принято было говорить плохо, только правду, но едва ли кто-то хотел знать, что в Терлеке произошло на самом деле. И я молчала. Демоны ушли в тот же день. Навестили предварительно дом старосты, убедились, что их врага здесь больше не было, и ушли, открыв портал. Мали последовала за Виктором. Сунула мне на прощание бумажку с адресом, извинилась и попросила обращаться, если понадобиться помощь. – Дженни? – Трис обняла меня сзади. Положила подбородок мне на плечо и тихо спросила: – Мы же не скажем? От нее пахло корицей и ванилью. А на рукаве еще остался белый след. – Не скажем, – подтвердила я, провожая взглядом процессию. – Никто не захочет верить, а Гвенда уже идет на поправку. – Благодаря твоим зельям. – Благодаря Малиаре, – я отказалась от чужих заслуг. – Я мало что умею. – Более чем достаточно, – упрямо заметила подруга, а я только хмыкнула. Чем меньше знаешь – тем больше уверен в себе, а мне показали, насколько мало я из себя представляю. Достаточно было одной оставленной на столе книги. Толстого гримуара, написанного еще старыми рунами. Читать его без словаря – я не могла. А со словарем… Мне хватило двух страниц, чтобы понять: он все же позаботился. Оставил не только деньги, но и путеводную нить, что могла привести меня к пониманию собственного дара. И, глядя на подарок, я не могла отделаться от двойственных чувств. Меня жгла обида, разочарование застилало глаза, но я была благодарна. Даже за такую мелочь. За шанс. И пусть первым порывом было избавиться от всего, что напоминало мне о господине Эльтране, я оставила все как есть. Разве что деньги спрятала под половицу – оставлять их лежать посреди комнаты было слишком даже для нашей деревни. – Ты тоже скоро уедешь? – внезапно спросила Трис, вырывая меня из раздумий. – Почему ты так решила? – Малиара сказала, что пригласила тебя погостить, – пояснила подруга и отстранилась. – Но ты же вернешься? Не бросишь нас здесь? – Я не знаю, – устало протянула. – Я ничего не знаю и не могу обещать. – Я все равно буду тебя ждать, – пообещала Трис, разжимая руки и отступая. – И я, и мама, и Гвенда… – Трис… – Ты своя для нас, но мы для тебя чужие. Это все видят, это чувствуется… Но даже так – мы всегда будем тебя ждать, – упрямо повторила подруга и сбежала обратно в таверну. Через несколько часов здесь должно было стать многолюдно. Дядюшка Бро обещал бесплатно накормить каждого, кто придет этим вечером. И это была и дань памяти предыдущему старосте, и возможность собрать всех для выбора нового. Хотя никто уже не сомневался, что именно дядюшка и займет этот пост. Я грустно улыбнулась, но даже такая улыбка не продержалась долго на моем лице. Порог своего дома я переступала, не делая бесплодных попыток казаться довольнее, чем есть. А потому можно было порадоваться, что все, кого я встретила по пути, не стали задавать вопросов. День сегодня был такой. Но если так будет продолжаться и дальше, то вопросы неминуемо последуют. Этим плохи деревеньки – каждый посчитает своим долгом нудно выяснять, что же у тебя случилось, и пока не получит желаемого – не отстанет. А у меня не было сил придумывать для каждого подходящую причину. Такую, чтобы мне просто не пожелали выбросить дурь из головы и заняться чем-нибудь полезным. Например, помочь с огородом утешителю или подоить корову – раз уж руки все равно свободны. Я поморщилась от простоты лекарства от тоски, неминуемо приносящего пользу помощничку. Взгляд вновь упал на книгу, оставленную демоном, а пальцы скользнули в карман юбки, чтобы сжать клочок желтой бумаги. – Билен, Лиственничная двадцать семь, – прочитала я. Еще раз бросила взгляд на книгу, на пустой, словно вымерший дом, и вздохнула: – А что я теряю? Гертериан мог вернуться и сюда, а значит – останься я – ничего не изменится. Разве что у меня будет меньше шансов выжить – никто просто не узнает, что в моем доме случилось неладное. А когда забеспокоятся – будет уже поздно. И даже если домовину пронесут по всей улице… Нет, такой судьбы я не желала. А Трис словно знала. Терлек не стал для меня домом. Временным пристанищем, памятью о чудесном лете, приключением без продолжения – да, но не больше. И теперь, оставшись в одиночестве, без довлеющего над моей головой розыскного ордера, я не могла почувствовать себя здесь на своем месте. – Завтра. Я все решу завтра, – пообещала сама себе и, спрятав бумажку с адресом в карман, вышла на улицу. Под ногами хлюпало, время для прогулок через болото было не лучшим, но я должна была закончить начатое – навестить дом старой Гарты, а потом можно и уехать. На день, два или навсегда – уже как выйдет.