Глава 22.

Выпустили из комнат нас только на следующий день, даже кормили в личных апартаментах. Наверное, думали, что за это время найдутся другие темы для сплетен. Как бы не так!

На завтраке сотня девушек напоминала растревоженный улей. Создавалось такое ощущение, что все говорили одновременно, а еще кричали, размахивали руками и ругались, не соглашаясь с версией оппонентки. Кто-то театрально причитал и даже картинно смахивал скупую слезу. Особенно старалась Амирано. Ей же, как главной претендентке на руку с сердце нашего лорда, сама Богиня велела разыгрывать девицу, чуть не ставшую вдовой еще до замужества. Получалось так себе, зато все остальные совершенно искренне хотели дать ей по голове.

– Вот цирк устроила! – неодобрительно прошипела Анна, которая своего настоящего жениха чуть не лишилась. – Рассчитывает, наверное, что ее заламывание рук по визору покажут. Наивная!

– Думаешь, нет? Я думала, все было в прямом эфире, – удивилась Милена.

– Ты правда считаешь, что этот конкурс, это позорище, показали бы без купюр? Я вот вообще выступить не успела.

– Как себя чувствует Томасо, кстати? – невпопад спросила я.

– Да все с ним нормально! – раздраженно ответила Анна. – Представляешь, он уговаривает лорда Марентино меня выгнать в этом туре. На конкурсе талантов! Да что его родители должны после этого подумать, а? Я его, конечно, люблю, но иногда он такой… такой…

– Но ведь ты же ничего так и не показала, – возразила Милена.

– Да, как и еще четыре человека. Но нам дали шанс блеснуть, все же должны быть в равных условиях!

– Когда успели?

– Да вчера еще, когда вы по комнатам сидели, нас и пересняли. Представляете, все так пустынно вокруг – жуть. Ведут под конвоем, в зале никого, только ты, леди Денасио и техник, да пара гвардейцев жмется в углу. Я хотела потом в библиотеку зайти, так не пустили. Как в тюрьме!

– Это и есть тюрьма, – фыркнула Лариана, подходя. Они с Альбертой опоздали и вот только изволили явиться, хотя почти все уже было съедено, остались только булки с каким-то странным джемом, которые никому не нравились, да каша. – Как ты?

– Нормально. – Я пожала плечами. – Ничего особенного и не случилось.

– Да как же! – Милена аж подпрыгнула. – Ты его вылечила!

– Тише ты, не ори, дура! – скривилась старшая Пилестро. – Не знаешь, что ли, что она не целитель?

Девушки понимающе переглянулись, мне же оставалось только скривиться про себя. Ну да, мало того, что сама подставилась по полной программе, так еще других людей подставила. Но какой у меня был выбор?

Этим вопросом я задавалась весь вчерашний день и, если честно, так и не пришла к какому-то определенному выводу. Была ли у меня возможность умолчать про то, что наша приютская библиотекарь пускала меня в закрытые фонды? Ну умолчала бы и что? Мало того, что Лорд-канцлер имеет все возможности выяснить такую мелочь самостоятельно, так еще начал бы меня подозревать и, вероятно, создал бы дополнительные проблемы. Трусость? Возможно. Стыдно ли мне? О да!

По сути, эта женщина – единственная, кто относился ко мне по-доброму. У меня не было особых конфликтов с преподавателями, но вот с матерью-настоятельницей отношения не складывались, и, естественно, это отражалось в некотором отчуждении учителей. Наша же чудесная библиотекарь, добрейшей души человек, кстати, никогда не шла на поводу у своего начальства. Поговаривали, что когда-то давно она была целителем, еще тем, старорежимным, но в результате каких-то трагических обстоятельств полностью лишилась магии, вот и пошла работать в приют. Да только целительство – не профессия, а образ жизни, и она постаралась привить это мне. Надеюсь, она простит и поймет, что я не могла поступить иначе. По крайней мере, в том, что касается лечения Клауса Марентино.

А все остальное… Ну да, я могу долго оправдываться, что он бы все равно узнал. Толку-то?

– Эй, Летиция, ты слышишь? Тебе что, плохо? – выдернула меня из своих неприятных дум Анна.

– А? Нет, задумалась, простите. Так о чем вы?

– Интересно просто, – задумчиво протянула Милена, – почему ты тогда исцелять умеешь?

– Мы вообще-то о результатах этой части конкурса и интервью, – перебила ее Альберта. – Мне вот, например, более интересно, когда оно будет.

– Ну я все же отвечу на вопрос Милены, – я лучезарно улыбнулась девушкам. – Понятия не имею, как это получилось. Наверное, дело в интуиции.

– Или в том, что ты потомственный целитель, – поддержала мою ложь Лариана.

– Возможно, – я кивнула будто бы в подтверждение, но, надеюсь, она поняла, что скорее в благодарность.

Как бы мне хотелось замять тему, но лучше уж ответить сразу, прикинувшись дурочкой, чем дать простор для фантазии. Милена хоть и из семьи целителей, но, во-первых, не такой уж старой, чтобы сложились традиции, а во-вторых, саму ее эта стезя никогда не привлекала. Так что, может, это притушит ее интерес.

– А что касается промежуточных результатов, – продолжила, отвечая уже Альберте и окончательно меняя тему, – я не слышала, чтобы их собирались объявлять. Вообще, странно, конечно, что с конкурсом талантов вместе поставили еще и интервью.

– Может, это еще и изменится, – протянула Лариана.

– Ты что-то знаешь? – спросила Анна.

– Нет, разумеется, – безразлично пожала плечами ведьма. – Просто это было бы логично. Особенно после такого инцидента. Мне кажется, лорд Марентино постарается поскорее все это закончить.

– Кстати, мы ведь даже не спросили, ты-то как?

– В смысле?

– Ну ты ведь того... убила эту девушку, которая напала. Вот я и подумала, ты ведь, наверное, думаешь об этом...

М-да, Милена сегодня в ударе, я бы сказала. Анна тоже посмотрела на ведьму оторопело, а Альберта как-то странно, а потом сделала нечитаемое выражение лица.

– Ой, да нормально все, – хмыкнула Лари. – Я сделала то, что должна была сделать. Так что не жалею.

– А кто хоть это был? Вы ее знаете? – все не унималась ведьма.

– Мне показалось, – медленно сказала Альберта, – что это была Делия Прантеро.

– Это точно была она. – Вторая сестра даже покивала в подтверждение. – Я же ходила проверять туда, за сцену.

– Вообще, бред какой-то. Зачем ей убивать Клауса? Делия – милейшее создание. Тихая, добрая, немного не от мира сего, но очень хорошая.

– Она из вашего круга, да? – уточнила Милена.

– Да, ее мать – фрейлина Императрицы, а отец в Высшей судебной коллегии заседает. Так что странно все…

Мы с Анной только переглянулись. Когда речь идет о таких людях, уж точно лучше помолчать. А то скажешь что-нибудь не то и неприятностей не оберешься.

Но, вообще-то говоря, если то, что сказали Пилестро, правда, то все действительно странно. С другой стороны, а что я об этих людях вообще знаю? Да ничего. Даже новости в пансионе мы не особо смотрели, а что касается придворных сплетен – это не ко мне. Не увлекаюсь, что называется.

– А может, она была тайно влюблена в лорда Марентино, а когда увидела, что он наблюдает за всеми нами, то тут-то ее нервы и не выдержали? – тихим шепотом, придвинувшись поближе к нам, выдала Милена.

– Ну, все может быть, наверное… – как-то с сомнением протянула Альберта, а вот Лари посмотрела удивленно, похоже, ей такая идея в голову не приходила.

Нет, конечно, есть и какие-то сумасшедшие люди, которые могли бы так поступить. В конце концов, в романах часто совершают глупости из-за ревности, но так то книги, это же не реальная жизнь… А вот как оно происходит на самом деле – без понятия. Сумасшедших я ни разу не видела, может, они такие и есть – тихие, безобидные?

– Думаю, лорд Каранеро разберется. В конце концов, он профессионал, – подвела итог под дискуссией Лариана. – Ты вот мне лучше скажи: чего сбежала? Мы все остались, а ты деру дала, будто это на тебя покушались.

Что-то такое странное промелькнуло на лице у Милены, но так быстро, что я не разобрала, не поняла, что это за эмоция.

– Так я это… – она потупилась и заговорила быстро-быстро, оправдываясь: – Я очень испугалась. Никогда до этого не видела такой магии. Ну, боевой, в смысле. Я же живу в тихом маленьком городке, где даже кражи случаются нечасто, не говоря о вот таком. По визору видела, конечно, но вживую – это совсем не то.

– Да ладно, чего ты оправдываешься! Я тоже очень испугалась, – примирительно сказала Анна.

Вот только, уверена, темная испугалась совсем другого, нежели Милена. Да, если честно, сиди я подальше и не видя, что там происходит, тоже поддалась бы панике. Я же не какой-нибудь там боевой маг, а пара выученных техник относится скорее к пассивной оборотне – невидимости, заметанию следов и все в этом духе. На большее мне просто не хватит сил.

Другое дело, что тогда и мысли о собственной безопасности не возникло. Магия звала вперед, я знала, что там нужна моя помощь.

Посидели мы хорошо. Все же недостаток общения лично меня сильно тяготит. Но, когда уже собирались расходиться, на сцену вышла леди Денасио и попросила не разбегаться после завтрака.

Все замерли в ожидании какой-нибудь пакости. Перешептывались теперь девочки тише, только Амирано, сидевшая через стол от нас, продолжала заламывать руки. А судя по тому, как на нее уже посматривает Альберта, боюсь, сейчас здесь будет труп. И, если что, темную я лечить не буду, тем более на глазах у изумленной публики.

Минут через десять на сцену вместе с леди Денасио вышли леди Фронто и лорд Каранеро.

Мне показалось или он послал Лариане улыбку? Хм…

– Доброго дня, девушки, – начал мужчина. – Я вынужден сообщить вам важную, но не очень приятную информацию. В связи с трагическими событиями двухдневной давности нам пришлось внести изменения в регламент отбора. Во-первых, интервью, которое мы планировали провести параллельно с конкурсом талантов, будет перенесено на следующий этап, в котором останутся только пятьдесят или менее претенденток. Во-вторых, в связи с проводимыми следственными действиями каждая из вас пройдет собеседование не на камеру. Подчеркиваю, это не допрос, тех, кто в той или иной мере участвовал в инциденте, уже опросили. Это же мероприятие направлено на подтверждение лояльности Империи Ведея.

– Да как вы смеете сомневаться в нас?! Мой отец... – закричала с места одна из свиты Амирано.

– Леди Тарьяно, я прекрасно знаю, кто ваш отец, – перебил Каранеро, – но приказы Лорд-канцлера не обсуждаются не только вами, но и им. Еще вопросы?

Ага, если он еще чуть более страшную ухмылку изобразит, боюсь, здесь начнется паника. Альберта даже фыркнула, тоже оценив выражение лица лорда. А вот Лари сидела с такой зачарованной полуулыбкой, что хотелось пощелкать пальцами у нее перед носом. С трудом подавила это желание.

Вопросов больше не было, так что заместитель начальника Следственного департамента продолжил:

– Так вот, те, кто не пройдет интервью на лояльность, не смогут принять участие в дальнейших этапах отбора, наряду с теми, разумеется, кого отсеют зрители и пользователи коммуникационной сети. То есть к следующему конкурсу вовсе не факт, что будет допущено пятьдесят человек. Возможно, и меньше.

Вокруг как будто накатила волна прибоя – гул возмущенных голосов, какие-то выкрики, впрочем, не очень уверенные. Не сказать, что эту новость приняли с восторгом и воодушевлением.

– Где-то так я и думала, – пожала плечами Лари.

– Ну да, логично, – поддержала ее Милена.

– Девушки, немедленно успокойтесь! – раздался над залом ледяной голос леди Денасио. – Надеюсь, не нужно напоминать о вашем долге перед Империей, семьей и самими собой, а также о нормах достойного знатных леди поведения?

За секунды все стихло, и она продолжила:

– Вы должны понимать, что подобное собеседование вызвано не прихотью, а чрезвычайными обстоятельствами. Да, многим из вас кажется, что это несправедливо – выгнать половину, а потом еще тех, кто не прошел интервью. Но хочу отметить, что те, кто провалил конкурс, а он, за несколькими исключениями, был ужасен, сами в этом виноваты. Это не говоря про то, что сейчас решается судьба нескольких девушек, решивших на нем сжульничать. Скорее всего, их тоже выгонят. Не столько за недостойное леди поведение, сколько за глупость, ведь жена Лорд-канцлера не может быть такой недалекой, чтобы считать, что я здесь о чем-то не знаю!

Ого, как она разошлась! Похоже, леди Денасио задели за живое, и я даже, кажется, догадываюсь кто.

В общем, на меня лично больше произвели впечатление слова бывшей фаворитки Императора, нежели лорда Каранеро. По крайней мере, этого действительно можно было ожидать – Лари права. Странно, что допрос с пристрастием не учинили раньше, все ж не жену мелкого торговца отбирают, а второго человека в государстве. Впрочем, им виднее.

К счастью, больше ничего судьбоносного сказано не было и нас наконец-то отпустили на все четыре стороны. Садик, как же я по тебе скучала! Даже больше, чем по библиотеке.