Глава 9

Сначала я шла за Максимом, считая ступеньки, ведущие по горке вниз прямо на побережье. Насчитала сто тридцать восемь штук. Внизу на площадке Макс посторонился, пропуская меня вперёд.

— Иди к пирсу.

По тону поняла, злой. Не стала спрашивать, к чему такие сложности для разговора. Надеюсь, он не собирается меня утопить? Успокаивало то, что на вилле оставались защитники. Пусть только попробует меня не вернуть.

Мы остановились перед крохотной яхтой, рассчитанной на двух-трёх человек. Она стояла пришвартованной к пирсу. Пустая яхта покачивалась на волнах и выглядела абсолютно ненадёжным устройством для путешествий. Кое-где покрытая ржавчиной, с облупленной краской на корпусе она казалась неимоверно утлой и старой. Он что, действительно, собирается меня усадить на это судёнышко? Романтика? Не-ет. Такая мне не нужна!

— Залезай, — тихо приказал Макс. — Прокатимся.

— Не хочу, — мотнула головой. — Я боюсь.

— Сейчас возьму тебя за шкирку и закину на борт, как котёнка, — процедил сзади гадёныш.

— Лучше я сама утоплюсь, — буркнула и ринулась в сторону.

Решила скинуться с пирса в море, а дальше действовать по обстоятельствам. Либо к берегу, либо отсидеться в воде. Говорят, здесь не слишком глубоко. Подгадаю момент и сбегу. Прямым ходом к Давиду. Там гарантированное убежище от богатых ревнивых дикарей.

Однако Макс оказался быстрее, потому я не добежала даже до места прыжка. С лёгкостью перехватил за талию, крутанул, разворачивая к мелкой посудине. Я дёрнулась, но куда там. Зараза меня крепко держал.

— Да что ж ты такая вредная? — разворчался Макс. — Сказал же, прокатимся. Пообщаемся. Посмотрим на море.

— Не доверяю корытам.

— Это не корыто, а лучшее средство для передвижения между островами.

— И на какой остров отправимся?

— Разберёмся походу.

Макс всё-таки затолкал меня в лодку, стоявшую под единственным парусом. Лучшее средство новизной не отличалось, впрочем, как и поведения Макса.

— Я хочу на виллу.

— Дёрнешься с лодки, свяжу, — пригрозил Максим и пошёл отвязывать канат.

Глазом моргнуть не успела, как посудина отчалила от пирса, и я оказалась наедине со своим бывшим рабовладельцем. Несмотря на хилый вид, яхта быстро набрала скорость, удаляясь от берега. Глядя на остров, превращающийся в зелёную точку, с языка то и дело рвались ругательства и желание высказать Максу всё, что я о нём думаю.

И я ещё согласилась вчера с ним пообедать?! Да он ведёт себя как дикий бабуин и придурок!

Приходилось сдерживаться. Ещё утопит в приступе злости, скажет Давиду сбежала. Рабыню без документов никто не будет искать. Лежачему старику уж точно не до розысков, а даже если — кто найдёт трупик в море?

Вот так и сопела, забившись в уголок на скамейке. Долго сопела, посматривая исподлобья, как ведёт яхту Максим. А действовал он очень уверенно. Так, что я невольно даже залюбовалась, пока мотор не заглох. Это случилось в море, когда берег совершенно скрылся из виду. Мы остановились, мерно покачиваясь на волнах. Приплыли. Никто не найдёт здесь мой труп. Даже если Макс меня не убьёт, сама ни в жизнь не доплыву до острова. Камнем пойду на дно или сожрут. Ведь акул со счетов сбрасывать нельзя. Говорили, что они водятся в этих водах.

Макс наклонился.

— Мне вот интересно, что происходит сейчас в твоей красивой головке?

— Что вы задумали?

— Хороший вопрос, — улыбнулся Макс и сел рядом. — Только сначала ответишь ты. Что у тебя с этим Анри?

— Это не ваше дело.

— Отчего же? — усмехнулся Макс. — Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Давид сказал, что вы купили меня на его деньги.

— Угу. На его. Вот уже несколько лет состояние Давида находится в сохранности и приумножается. Не догадываешься, с чьей помощью это происходит?

Вздохнула. Откуда мне знать о тонкостях взаимоотношений русского и южно-латинского олигархов? Судя по серьёзному виду Макса — не врал. Что со старика возьмёшь? Он болен, делами занимается мало.

— Если бы не моя доля, Алонсо и его прихлебатели давно бы сожрали бизнес Давида. Старик это хорошо понимает. Просто… Ты ему очень понравилась. Да и со старостью он стал намного сентиментальней. Раньше он был жуткий зверь.

— Чего вы от меня хотите?

— Получить ответ на вопрос, — Максим прищурился. — Что у тебя с этим Анри?

— Прям дежавю, — парировала в ответ.

— Что дежавю?

— Анри спрашивал тоже самое.

— Вот как? — удивлённо приподнял брови Макс. — Он интересовался, что у тебя с ним?

— Нет. С вами.

— А ты что ответила?

— Ответила, что мне нет дела до ваших ухаживаний.

— А до его ухаживаний, значит, есть?

Они оба сошли с ума. Это стало ясно, как никогда. Сначала Анри устроил ревнивую сцену фактически на пустом месте. Теперь вот отпрыск из богатой семьи. Ему что, баб его круга мало? Мы разного поля ягоды, и этим всё сказано. Да и потом. Какие могут быть ухаживания и романы сейчас? Как я могу радоваться мужскому соперничеству и думать о любви, когда голова болит о другом?

— Мне есть дело до переживаний отца и пропажи подруги, — процедила я. — До своего рабства. Это гораздо более важные вещи, чем кручение задницей перед вами. Что скажете?

— У тебя очень хорошая задница, — хмыкнул Макс, скользнув внимательным взглядом по моей фигуре. — И очень вредный характер. Встань. Покажи свою попу ещё раз. Может, я ошибаюсь?

После этих слов я ему чуть не показала «фак». Вовремя сжала кулак, опустила его на лавку, постучала им по деревяшке. Ой… Скоро взорвусь, если что-нибудь не изменится.

— Предлагаю вам забыть о моём характере и больше не портить себе нервы, — мягко заговорила я. — Тем более Давид обещал меня вернуть отцу, как можно быстрее. Я вышлю ему все деньги, только приеду домой.

— Конечно, вышлешь, — кивнул Макс. — Миллион и долг на обратный билет.

— Миллион он не просил.

— Хорошо. Допустим, он не просил. Но как же быть с моей долей? Найдёшь деньги, чтобы погасить задолженность передо мной?

В глазах Максима прыгали бесянята. Он надо мной издевался, и это отлично просматривалось в интонации, поведении, взглядах. Да что ж за человек-то такой? Впрочем… Его полное право. Потратил деньги, нужное не получил, вот бесится теперь.

— Я верну, — уверенно произнесла. — Заработаю и верну. Не сразу. Лет через… Тридцать, — выдавила, глядя на усмешку Максима.

— Сама? А как же отец бизнесмен? Не поможет?

— Поможет.

— Понятно, — Макс выпрямился и ослепительно улыбнулся. — Ну что? Давай, пообедаем? Хотел устроить романтическое свидание, но оно как-то нехорошо началось.

— Свидание?

Ничего себе романтик! Да я тут мечтаю побыстрее вернуться на виллу к Давиду и совсем не хочу развлекаться, путешествуя в море! Сюрприз неприятный, компания не та, ветер довольно прохладный и лодка кажется ненадёжной. Или яхта. Впрочем, какая разница?

— Ну да. Ты же вчера согласилась. Забыла?

— Не забыла. Как-то странно начинать свидания с унижений и демонстрации силы.

— Я разозлился, — как ни в чём ни бывало заявил Макс. — Приревновал. Ты мне нравишься, и я уволю этого парня, если он ещё раз к тебе подойдёт.

— Не имеете права.

— Это ты мне сейчас говоришь? — иронично спросил Максим.

— Давид привык к Анри. Он единственный, не считая меня, с кем он нормально общается.

— Незаменимых нет.

— И я думаю. Почему я?

— Не надо было в бассейне кидаться в мои объятья! Ты меня покорила смелостью и бесшабашностью. Где ещё найдёшь такую уникальную девушку?

Макс демонстративно оскалился, показав дружелюбие, а затем вытащил из-под лавки небольшую корзину с плетёной крышкой. Поставил на сиденье, откуда-то вытащил столик, развернул его так, чтобы он оказался между нами.

— Ну что? Посмотрим, что нам приготовил Лиё?

Повар хорошо постарался. В аккуратных чашечках нашлись сэндвичи, куриное мясо, жаренное с соевым соусом и кунжутом, фрукты, нарезанные овощи и сыры. Откуда-то появился глиняный кувшин с самым настоящим вином.

— Оно очень лёгкое, — прокомментировал Макс рубиновую жидкость, льющуюся в мой стакан. — Урожай этого года. Не бойся. Сильно не захмелеешь.

Надеюсь. Совсем не хотелось оказаться пьяной рядом с этим мужчиной. Плотоядные взгляды и нежные улыбки вместе с ироничными шутками на меня плохо влияли. Я не железная, а молодая женщина и прекрасно знала, какие мужчины мне нравятся. Макс не был исключением из правил. Просто меня сильно сдерживали обстоятельства, не позволяя действовать в ущерб гордости и достоинству. Впрочем, обстоятельства всегда меня сдерживали. Я казалась себе каким-то древним, потерянным артефактом. Вернее, артефактом казалась плева. Мыслимое ли дело хранить до сих пор целомудрие?

Неосознанно облизнулась.

— Что ты творишь со мной? — громко вздохнул Макс. — Если бы я был уверен, что ты делаешь это специально… Но нет же. Сидишь рядом, смотришь на меня томным взглядом, облизываешься. И ни хрена меня не хочешь!

— Может, хватит?! — не сдержалась я. — Я не нарочно!

— Вот уж точно, — усмехнулся Макс и перегнулся через столик. — Поцелуемся?

— Никогда.

— О чём и речь, — он вернулся на место. — Попробую позже.

— Режим охотника в действии?

— Да-а! — довольно протянул Макс. — И чем больше сопротивляешься, тем меньше у тебя шансов отделаться от меня.

— Если вернусь домой, быстро забуду вас, — не долго думая, солгала.

— Не получится.

— Что не получится? — насторожилась я.

— Я буду преследовать тебя в снах. По возможности, эротических, — Макс улыбался. — Иногда в романтических. Ну и в реальности тоже. Что я? Зря за тебя заплатил?

— Вы повёрнуты на деньгах? — тут меня окончательно прорвало. — Сходите с ума, что потратились? Не знаете, как их вернуть?

— Трижды нет, Машуня, — подмигнул Макс. — Ты всегда так ведёшься, когда слышишь о потраченной на тебя сумме. Не могу удержаться, чтобы не потроллить.

— Так это стёб?

— Люблю это дело. Ну так что? — протянул руку. — Будем дружить?

— Что-то… — я медлила. — С вами… Не хочется.

— Вот как?

Макс будто растерялся от моего отказа, а потом налетел порыв ветра. Такой сильный, что лодка покачнулась и корзина, столик с едой, кувшин с недопитым вином грохнулись вниз. Я сильно испугалась, вскочила с места, но бежать было некуда.

— Вот черти! — выругался Максим и посмотрел на тёмно-серое небо. — Надо валить.

— Валить? — теперь настала моя очередь растеряться. — Куда?

Всего-то пасмурно и сильная рябь по воде. Ну, дождик, наверное, будет. На море часто погода меняется. Так мне нравилось думать. Чуть капнет и снова солнце!

— На остров. К берегу. Если успеем, — крикнул Макс, сворачивая единственный парус.

— Что значит, если успеем? А если нет?

— Вот видишь, как ты на меня влияешь? — снова прокричал он. — Я упустил погоду. Мы попадём в шторм.

— Что?

— Хватит штокать! Дай мне вон тот канат, — приказал Макс.

У меня внутри всё перевернулось. До берега ещё плыть и плыть. Вскочила, с трудом удержавшись на ногах и сунула Максу верёвку. Лучше не пререкаться. Ужас потихоньку заполнял меня, трогая своими липкими лапами, похожими на щупальца осьминога. Холодил спину, спускался к ногам, делая ватными ноги.

— Надевай жилет! Живо! Он под скамейкой!

О… Так быстро я ещё никогда не снаряжалась. Погода портилась с каждой секундой. Небо почернело, начался дождь. Холодная крупная капля щёлкнула по носу, а потом ещё одна. И ещё. Следующий час или два показались мне сущим кошмаром. Яхту качало на волнах и бросало в разные стороны так, что я думала перевернёмся.

Вскрикивала от страха и молилась. Только бы выжить! Хочу жить! И круглыми глазами смотрела на Макса. Вот кто получал удовольствия от ненастья! Его заводил вызов судьбе, и он этим пользовался. Горящий, решительный взгляд, сумасшедшая, продирающая до костей, улыбка. Он кайфовал! Не боялся перевернуться и не боялся волн.

— Держись крепче! — прокричал, но ветер снёс его слова в сторону. — Будет хуже.

— Хуже! Куда хуже? — заорала ему в унисон. — Я жить хочу!

— Живи! — Макс рассмеялся. И смех его показался кощунством.

Я выругалась, и закрыла глаза. Но так было ещё страшнее. Снова открыла, следя за тем, как нас несёт в непогоде. Раз. Два. Три. Доплыть бы до берега. Четыре. Пять. Налетел следующий сильный порыв и захлестнуло волной. Небо перевернулось. Его просто не стало, потому что меня выкинуло за борт.

Криком захлебнулась. Или водой. Волна. Солёная вода в горле. Холодная.

Задыхаюсь, нос, глаза жжёт. Барахтаюсь, пытаясь выбраться на поверхность, но меня захлёстывает водой. И когда, казалось, пора сдаваться, меня подхватил Максим. Откуда он взялся? Потащил из воды на воздух.

— Живая?

— Ых… А…. — открываю, как рыба рот, крепко вцепившись в Максима.

— Если что, ты в спасательном жилете!

— А где наша лодка?

Паника захлестывала. Это уже не шутки. Берега так и не видно, мы где-то в море, почему-то с холодной водой. Как может в тёплой стране быть такая вода?

— Нижние слои воды с верхними перемешались, — Макс словно меня услышал. — Чуть стало прохладней. Мы должны плыть.

— Где наша лодка?

— Нет у нас больше лодки, — прокричал Макс, крепко удерживая меня за жилет. — Перевернулась.

— А мы утонем?

— Поплывём к берегу. Или хочешь остаться и развлечься с акулами?

В ответ я вцепилась в Максима, как огромный неповоротливый краб. Ни с какими акулами я развлекаться не буду. Он меня сюда приволок, вот пусть и спасает теперь. Если сможет.

Всхлипнула от страха, зубы уже стучали.

— Нннет. Не хочу.

— Значит, поплыли. Держись.

И мы поплыли в неизвестность. Я совершенно не понимала, куда мы двигается, где остров с виллой, земля. Вокруг дождь, ветер, волны. Нескончаемая картинка. А если лопнет жилет, или акула появится? А вдруг мы устанем и до берега не доплывём? Представив, что все варианты могут стать настоящей реальностью, разревелась от страха.

— Мы ум-мрём!

— Дура! — рявкнул Макс. — До берега недалеко.

— Самм дур-рак! — выругалась я.

— Согласен, дурак!

— Ммне ххолодно!

Я, действительно, умудрилась замёрзнуть. Кто бы мог подумать, но шквалистый ветер и дождь, а может перенапряжение вызвали дрожь, словно я не в тёплой воде, а на севере.

— Тогда ругайся ещё!

— Ззачем?

— Ты, Машка, абсолютная идиотка, лгунья и просто уродина!

— Что?

Я встрепенулась. Этот гад меня силком сюда притащил, не уследил за погодой, выбрал для путешествия отвратительную посудину и ещё обзывается?! Откуда только появились силы, я заработала активней руками, ногами, пытаясь добраться до Макса.

— Ты самовлюблённый кобель! Эгоист и меркантильная сволочь! Чтоб тебя завалило деньгами, как в «Золотой антилопе»!

— Хорошо бы. А ты фригидная сучка.

— Что-о? — со всей силы ударила его по плечу. — Как ты меня назвал? Ах ты, гад! Да я… Да я нажалуюсь Давиду!

— Обязательно расскажешь, — смеялся Максим. — Поделись, как это сделаешь? Прокричишь из моря? А про секс тоже расскажешь?

— Какой ещё секс?

— Ну как спасёмся, мы же с тобой переспим?

— Да пошёл ты! — проорала ему прямо в ухо. — Озабоченный гад!

— Молодец, Машунь, — устало пробурчал Макс. — Так держать. Если ругаешься, значит, жива.

— Сколько нам ещё плыть?

— Скоро, Машуня. Скоро. Я уже вижу берег.

— Спать хочу… — проныла вскоре. Не знаю, что он там увидел, но я выдохлась. — Устала…

— Нет. Спать нельзя.

— Ай! — заорала ещё раз от резкой боли. — Ты меня ущипнул за бедро?!

— Скорее, за правую попу. А она ничего так.

Боль отрезвила и разбудила. Будет синяк! Злость на Макса воодушевила. Не уж. Выберусь! Выберусь назло всем обстоятельствам. Я гребла изо всех сил. О синяках больше не думала. Разберёмся. С очередным рывком почувствовала что-то твёрдое ногами и не сразу разобралась, что земля. Испугалась, но глядя на счастливое лицо Максима догадалась. Доплыли!

— Всё, Машуня! — выдохнул Максим, вставая на ноги и вытягивая меня за собой. — Молодец!

— Я как чувствовала! — разоралась от счастья и тут же навзрыд разревелась. — Я не хотела плыть в этом корыте!

— Ага. В следующий раз, учту.

В следующий раз? Он серьёзно?! До него я ещё доберусь! Лил дождь, нахлынула усталость. Я выползла на мокрый песок и развалилась тюленихой. Плевать на ветер, на холод. Спаслась. Спаслись!

Долго на песке валяться не дал Максим. Я почти засыпала, когда он меня растолкал и заставил подняться. Его совершенно не смущало моё ворчание и просьба оставить в покое.

— Пока ещё не стемнело, надо прогуляться вдоль берега. Попробуем найти убежище на ночь и сухой хворост.

— Сухой хворост в сезон дождей? С ума сошёл?

— Быстро! — вместо ответа рявкнул Макс и мне пришлось подчиниться. — Я не знаю, где мы. Если остров необитаемый, нам придётся жить здесь какое-то время. Надо найти пресную воду, что-нибудь из еды.

— О Боже! — я горько вздохнула.

Ещё безлюдного острова нам не хватало! Впрочем, нарваться на аборигенов тоже не было никакого желания. Мало ли? А вдруг они до сих пор каннибалы?

К счастью, дождь начал стихать. Затянутое тучами небо и близящийся вечер не добавляли оптимизма. Здесь всегда быстро темнело. Если не найдём хоть что-нибудь похожее на убежище, будем ночевать под открытым небом. Навряд ли замёрзнем, но ползающих и летающих гадов на этой широте всегда хватало в избытке. Это мне рассказал Макс, стимулируя быстрее идти. Зато пока мы нашли нечто похожее на дрова, я согрелась. И когда разгорелся костёр, благодаря зажигалке Максима, я почувствовала себя вполне сносно. Если не думать о жажде и голоде. Хотелось пить после того, как я нахлебалась солёной воды.

Стемнело. Хрустели ветки, пожираемые огненными языками, пахло дымом, рычал вечерний прибой. Такая чудесная романтическая обстановка, если бы не обстоятельства.

— Есть хочешь? — вдруг спросил Макс.

— Здесь принимает заказы выездной ресторан? Тогда мне мясо с кровью и пару острых ножей.

— А ножи зачем?

— Догадайся, — буркнула я. — Хочу поблагодарить кое-кого за путешествие на этот чудесный остров.

— Ресторана нет, — хмыкнул спаситель, — но у меня в планшете была шоколадка.

— Серьёзно?

Непроизвольно сглотнула слюну. Максим пожал плечами, стянул с себя плоскую сумку, а потом выудил оттуда настоящую широкую плитку.

— Любишь с солью? — уточнил он, разламывая её на две части.

— Всё равно, — я горящими глазами смотрела на «счастье» и предвкушала, как мои зубы в него вонзятся.

Макс рассмеялся, затолкал половину в планшет, а остаток разделил ещё раз. Протянул мне уже четвертину. На его лице заиграла лукавая улыбка, а глаза загорелись. Убью, если вздумает подразнить меня или выставит условие. Просто убью и пусть потом говорят, что она совершила преступление за шоколад.

— Ку-ку! — Максим помахал плиткой передо мной. — Я долго буду сидеть с вытянутой рукой?

Резко схватила плитку, вернее выхватила её.

— О! Маша! — Макс уже ржал, как конь. — Ты, правда, решила, что я буду над тобой издеваться?

Ничего не ответила. Я наслаждалась вкусом какао-бобов и орехов. А он любит молочный шоколад, как и я, раз таскает с собой. Почему-то отметила. Елозила языком сладкие квадратики во рту, как будто ничего вкуснее не ела, а когда шоколад закончился, не удержалась, вздохнула. Мало. Сейчас бы я съела кило.

— Ещё?

Макс протянул кусочек. Я поняла, что он всё это время сидел и за мной наблюдал. Хороша же была перед ним! Ай… Ну его! Не до красоты и приличий.

— А ты? — вежливо поинтересовалась.

— Не хочу.

— Давай, — раскрыла ладонь.

— В обмен на поцелуй перед сном. Должен же я получить компенсацию за то, что буду греть тебя ночью.

Презрительно фыркнув, я отвернулась от шантажиста и села спиной к костру. Но даже не удивилась, когда передо мной на корточки опустился Максим. Всё-таки отдал шоколадку.

— А как ты собираешься спать? — прищурился он. — Одна?

— Само собой!

— Только ночью не ори, как бешеная, если к тебе приползёт греться змея.

Внутри всё сразу ухнуло. Надеюсь, он шутит! Хотя, какие шутки? На вилле гадов и всякой другой живности хватало, а тут они в дикой природе.

— Змея приползёт?

— Так-то я думал положить тебя ближе к костру, лечь сзади, обнять, подставляя тропическим гадам спину, — как ни в чём не бывало продолжил Макс. Пожал плечами. — Но если ты предпочитаешь экстрим? Не могу девушке отказать.

— Нет! — крик вырвался быстрее, чем я обдумала всё. — Я боюсь змей. И осьминогов.

— И осьминогов? — Макс ощерился. — Они же вкусные.

— Вчера ночью мне приснился огромный. Он тащил меня за собой в море, а потом ты с этим корытом. А потом шторм и крушение.

— И как давно ты так чувствуешь? — в мужских глазах загорелся интерес.

— Когда первый раз по-настоящему испугалась. Когда нас захватили пираты.

— Ну, судя по твоему языку и настрою, даже пираты тебе нипочём.

— Это потому… Мне кажется…

Ну вот какому скептику признайся, и в дурку могут упечь. Но факт оставался фактом лично для меня. Предчувствие за последние недели стало гораздо острее, чем раньше. Вообще всё изменилось! Вздохнула под пристальным взглядом Максима.

— Мне кажется, я знаю, как сложится… Иногда.

— Удивительный инстинкт самосохранения на грани фола и желания стать самоубийцей, — хмыкнул Макс. — Набор неадекватности и удачи в комплекте.

— Где там удача…

— Почти везде. Тебя похищают пираты, но в целости и сохранности доставляют на рынок рабов. Тебя продают извращенцу, но его лапы покидаешь в самый нужный момент. Тебя направляют работать к вредному, несносному старику — ты находишь с ним общий язык и, не побоюсь сказать, даже дружишь. Со свинарника сбежала в полдня. Из шторма спаслась. Хочешь, расскажу дальше?

— Ммм?

— Не удивлюсь, если в ближайшем будущем, без особых лишений мы вернёмся на виллу.

— Хорошо бы.

— Да, — кивнул Макс и встал. — Я — спать.

Он подбросил оставшийся хворост в костёр и лёг на песок, застеленный листьями пальмы.

— Или ложись со мной сейчас, или не буди, — буркнул он и закрыл глаза.

Медленно ступая, словно боясь спугнуть птицу, я подошла к Максу. Медленно опустилась рядом, а потом улеглась, опасаясь коснуться мужчины. Только вдохнула поглубже, и крик застрял в горле, когда ко мне прижался Максим. Обнял. Рукой убрал волосы с шеи, носом уткнулся в неё. Что он там говорил про близость и неудобство? Я мучилась часа два, боясь пошевелиться, пока Макс смачно сопел.

Огонь догорел, потрескивали жёлто-красные угли, отдавая бархатное тепло. Шумели волны и пахло свежестью. На небе горели яркие далёкие звёзды. В конце концов меня срубил сон.