Глава 8

Глава 8

Конь Мариуса, ведомый нетерпеливым ездоком, галопом мчался по вытоптанной волами дороге и поднимал копытами серые клубы пыли. Мариус нещадно подгонял гнедого, хлестал поводьями, сжимал ногами поджарые бока. Конь громким ржанием возмущался нетерпеливым седоком, то и дело норовил сбросить ношу. Мариус плотнее прижимался к шее гнедого и кричал:

— Давай, друг! Еще немного. Доскачем до леса, и я отпущу тебя на волю. Будешь пастись на цветочном лугу и жевать траву, пока не наешься.

Конь радостно ржал, заслышав про волю, искоса поглядывал на заманчивые луга по обе стороны дороги и вновь пытался сбросить седока. Мариус крепче обхватывал коня и гнал вперед. Когда добрались до опушки с двумя вязами, ездок резко затормозил, едва не вылетев из седла, и быстро спешился.

Это было место, которое описывал маг. Два вяза, словно могучие исполины, возвышались над клеверным лугом. Внизу, под пригорком, веселился, брызгал водой голубой ручей. Вокруг стояла тишина, прерываемая лишь тонкими голосами лесных птиц.

Мариус расседлал коня. Седло и узду бросил под куст шиповника. Сорвал пучок травы, обтер блестящего потом гнедого и легонько хлопнул по крупу. Гнедой заржал и легким шагом двинул по лугу, полному душистых цветов.

Мариус спустился к ручью, умылся, напился воды. Очень хотелось есть, да ничего не поделаешь. Время и так утекало сквозь пальцы. Он здорово отстал от Лилли. Сначала нагонит жену, а потом раздобудет для них еды. Он провел мокрыми руками по светлым волосам – жарко, расстегнул куртку. Так-то легче. Эх, сбросить-бы сапоги да искупаться в ручье! Зажмурился, подставив мокрое лицо солнечным лучам. Лилли, розочка, где ты сейчас? Мариус вздохнул, поднялся, пробежал по гладким камням ручья и направился через луг к раскинувшим ветви вязам – стражам Сумрачного леса.

Как отыскать Лилли в огромном лесу? Он брел среди тонких, как свечи, берез и осин, приглядывался к следам на тропинках, прислушивался, принюхивался, кричал:

— Лилли! Ты где? Отзовись!

Лесное эхо вторило роем голосов:

— Вись-вись-вись…

Никого! Лишь шелест листьев на ветру и несмолкаемые птичьи трели. Маг сказал, что Лилли направилась в эльфийский город Шалрейн. Мариус смутно помнил дорогу. Однажды, еще ребенком, он ездил в Шалрейн с учителем Септимусом. И как раз через Сумрачный лес. Так ближе. Мариус нахмурил лоб, вспоминая. Кажется, нужно отыскать волчий обрыв, спуститься к реке, перейти по мосткам и дальше через ельник выбраться на старую троллью дорогу, вытоптанную лошадьми и повозками. По той дороге на север до Шалрейна два дня пути.

Вспомнил – и воспрял духом. Лилли наверняка идет по этой дороге. Нужно просто следовать этим путем, и он ее нагонит. Мариус огляделся в поисках реки. Где-то вдалеке слышалось тихое журчание воды. Он бросился напрямки через бурелом. Ветки царапали лицо, трепали куртку, меч в ножнах больно стучал по спине. Мариус упорно пробирался сквозь лесную чащу. Все ближе и ближе журчала вода, а впереди сквозь ветки деревьев просвечивала пустота – волчий обрыв. Мариус радостно вскрикнул и сильнее ломанулся вперед, пока не выбрался к зияющей пропасти с тонкой змейкой реки. Он едва успел схватиться руками за еловый ствол, как ноги поехали вниз. Как Лилли с проводником здесь спустились?

Мариус отцепился от ели и осторожно, прижимаясь к земле, съехал по песчаному откосу к реке. Вода искрилась и сверкала в желтых лучах солнца. Мариус опустил лицо и жадно напился. Поднял голову и огляделся в поисках моста. Его не было. Из воды виднелись лишь дряхлые обломки старых мостков. Мариус подошел ближе, присел и коснулся рукой влажной древесины. Руку опалило голубым пламенем. Магия! Кто-то намеренно сломал мост, чтобы никто не смог перейти через реку и добраться до Шалрейна этим путем. Но как тогда Лилли с проводником перебрались на ту сторону? Использовали магию? А, может, до сих пор бродят по этому берегу в поисках переправы?

Мариус огляделся по сторонам. Лента реки извивалась меж берегов и скрывалась за горизонтом. Если бы Лилли была здесь, они бы встретились. Нужно плыть на ту сторону. Мариус снял сапоги и с сожалением поставил на песок. Придется обойтись без них. Плыть в сапогах неудобно. Лучше он пойдет босиком. Когда найдет Лилли – вернется за сапогами. А вот без меча не справиться. Кто знает, что его поджидает на том берегу? Мариус сильнее стянул перевязь, меч плотнее прижался к спине. Он закатал штаны до колен и вошел в воду. Прохлада окатила ноги. В другое время искупаться было бы в радость. Но теперь, когда душу терзало беспокойство, он просто бухнулся в воду и мощными гребками поплыл к другому берегу.

Сильное течение сносило Мариуса в сторону, он греб усерднее и поворачивал к берегу. Наконец, ноги коснулись песка и, вымокший, он выбрался на пологий берег. Невдалеке виднелся густой ельник с ветвями – лапами, стелющимися по земле. Мариус зашагал вперед, ступая по сухим иголкам. Его ноги, привычные к ходьбе без обуви, не замечали колючек и мелких камушков, что врезались в загрубевшие ступни. Босоногое детство не прошло даром. Дети Долины до осени бегали босиком и надевали обувь лишь с первыми холодами.

Мариус раздвинул руками ветки ельника и выбрался на глинистую дорогу с четкими отметинами больших подошв, колеями, прорезанными колесами, и вмятинами от копыт. Троллья дорога.

На сей раз он вышел на дорогу с опаской, прислушался. Не хотелось встречаться с тролльей бандой. Этот народ медом не пои – лишь бы подраться или кого-нибудь ограбить.

Среди разумных рас Видимого Мира ходили разные легенды, зачем Первые создали троллей. Мариус не раз слышал от стариков, будто Первым понадобились тролли, чтобы уравновесить другие расы, добавить в их жизни опасности и неудобства.

Тролли никогда не владели землей. Жили в лесных пещерах, настолько глубоких и разветвленных, что впору заблудиться. Но тролли отлично там ориентировались и могли с завязанными глазами пройти из одного конца в другой. Этот народ интересовала лишь война и выгода. Ленивые и бестолковые, но хитрые и ловкие, они предпочитали украсть еду и одежду, нежели растить пшеницу и пасти овец. Когда в землях Видимого Мира царило затишье и не велись войны, тролли совершали набеги на окрестные деревни и промышляли грабежом обозов на лесных дорогах. Время от времени землевладельцы объединялись и посылали за троллями войско, желая выгнать их в бесплодные земли севера. Но тролли каждый раз возвращались в обжитые пещеры и брались за старое.

Мариус быстро двигался по тролльей дороге на север. Где же Лилли? Жаль, что он не маг и не может запустить поисковое заклинание. Эх, надо было уговорить старика Септимуса сопровождать его в поисках жены. Правда, старый маг вряд ли смог бы переплыть реку, но он мог использовать магию перемещения или чем там пользуются маги, чтобы не замочить ног?

Троллья дорога была на редкость пустынна и тиха. Она вела к тролльим пещерам, мимо которых и пролегал путь в Шалрейн. Тролли не зря поселились именно в этих пещерах на севере Сумрачного леса. Каждый путник, желающий попасть в город эльфов кратким путем, должен был заплатить дань. Но даже в этом случае он не мог быть уверен, что подлые обманщики тролли его отпустят. Особенно жирный куш тролли собирали с торговых обозов, что везли в Шалрейн овощи, пшеницу, руду и другие нужные товары. Опасаясь набегов троллей, купцы давно не ездили по тролльей дороге в одиночку. Длинные караваны груженных до верху обозов, запряженных волами, вереницей тащились по лесной дороге. Рядом с обозами ехали всадники, вооруженные острыми мечами. Порой даже это не спасало от грабежа. Тролльи отряды, обученные сражаться в густых лесах, незаметно подкрадывались к обозам, убивали возниц и охрану, брали в плен купцов и забирали товар.

Мариус не ожидал, что в жаркий летний день на дороге будет так пусто. Следы колес и лошадиных подков, впечатавшиеся в бурую глину, говорили, что обозы прошли здесь несколькими днями ранее. Может статься, тролли после удачного набега отдыхают в своих пещерах и не заметят Лилли с ее проводником и те смогут беспрепятственно пройти к Шалрейну. Мариус почти бежал по глинистой дороге. Босые ноги не оставляли следов. В лесу было свежо и прохладно. Он остановился ненадолго – сорвал несколько сладких ягод с куста малины – и быстро пошел дальше.

Ближе к вечеру, когда солнце сползло к закату, Мариус расслышал голоса, крики, неясный шум. Он быстро спустился с дороги, спрятался за густым вязом и прислушался. Шум доносился из-за деревьев, растущих к востоку от дороги. Мариус осторожно пошел на шум, стараясь прятаться за толстыми стволами и густым кустарником. Чем ближе он подходил к поляне, тем яснее слышались голоса и по говору и обилию грязных ругательств было ясно, что там тролли. Вдруг, он расслышал нежный девичий голос, сердце дрогнуло, а тело рванулось вперед и едва не вылетело на поляну. Еле успел остановиться. Он спрятался за старым деревом и осторожно выглянул.

На небольшой поляне с утоптанной сапогами травой, стояла девушка. Спиной к пышному вязу, с руками, привязанными веревкой к стволу дерева. По груди девушки бежала толстая белая коса, перевязанная лентой. В тонком льняном платье с длинными рукавами, перехваченном на талии широким поясом, Лилли была так красива, что Мариус отвлекся и залюбовался. Откуда у нее это платье и почему она сменила одежду, в которой вышла из замка? Прямо перед Лилли стоял грузный тролль с короткими сальными волосами и рыжей бородой и нагло ухмылялся:

— Куда направляешься, красавица – людка? Разве не знаешь, что девицам нельзя бродить по лесу в одиночку?

— Я была не одна. Вы же убили моего проводника, почтенного мага.

— Это дряхлый старец – твой проводник? – гоготнул другой тролль, маленький и коренастый с широким носом-картошкой, торчащим на круглом лице. Он сидел на земле и пытался разжечь костер на сваленных в кучу дровах. – Да я едва приложил его дубинкой по голове, и он сразу рухнул.

— Вы ответите за убийство мага и за мое похищение! – взвизгнула Лилли. Странно! Мариусу показалось, что жена совсем не боится. – Я соберу войско и выкурю вас всех до единого из ваших грязных пещер.

— Давай, красотка, действуй! – ухмыльнулся первый тролль. – Кричи своему войску. Пока оно собирается, мы успеем поужинать и весело провести время с красивой людкой. К тому времени, как ты докричишься, спасать будет некого. Нас тут три десятка и все не прочь поразвлечься со свеженькой молодухой.

Мариус вздрогнул. В груди клокотала ярость. Хотелось выскочить и прикончить всех троллей. Рука поднялась и обхватила рукоять меча, спрятанного в ножнах. Он убьет пятерых, а остальные разорвут его на части и в отместку вволю поиздеваются над его женой. Что делать? Почему он решил, что сумеет защитить Лилли? Отчего не уговорил ее остаться в замке? Как теперь ее спасти?

Тем временем тролли разожгли, наконец, костер и его пламя взметнулось к небу, ярким языком лизнуло вечерний сумрак. Тролли бросили в костер половину барана. Мариус поморщился. Они даже не выпотрошили мясо. Жарят вместе с потрохами. Поляну заполнил тухлый запах. Мариуса едва не вырвало. Он прикусил губу и посмотрел на жену. Надо как-то отвлечь троллей, подкрасться и развязать Лилли руки. Он обвел взглядом поляну и заметил неподалеку лошадей. Стреноженные лошади мирно паслись в траве. Если напугать и разогнать лошадей, тролли бросятся за ними, и у него появится время на спасение Лилли.

Мариус тихо, стараясь не трясти ветви деревьев и не наступать на еловые шишки, покрался к лошадям. В лесу совсем стемнело. Приходилось ступать осторожно, чтобы раньше времени не вспугнуть троллей. Он уже почти добрался до места, как вдруг в вышине, среди верхушек деревьев, раздался пронзительный вороний крик, поднялся могучий ветер, раздул лошадиные гривы, склонил верхушки сосен. Лошади испуганно заметались по поляне, некоторые, хромая, бросились в лесную чащу. Ветер усиливался и Мариусу пришлось обхватить колючую еловую ветку, чтобы не улететь вслед за лошадьми в лес.

Тролли на поляне прижались к земле и орали во всю мочь. Мариус смотрел на жену. Ее белое лицо, озаренное лунным светом, красивое, без тени страха, сияло торжеством. Коса растрепалась и золотые волосы трепетали на ветру. Она походила на древнюю властительницу. Будто сама Небесная Волшебница спустилась на землю. Словно завороженный, Мариус стоял и глядел на Лилли, как в последний раз. Он не ощущал течения времени. Не ведал, сколько прошло: час или ночь. Когда стих ветер, рассеялся мрак, фигура Лилли мелькнула яркой вспышкой и исчезла, будто ее и не было…

— Э-э, брат Данчек? Куда подевалась людская девка?

Мариуса словно хлыстом по спине огрели. Он широко открыл глаза и уставился на вяз, возле которого только что была его Лилли. Все было, как прежде. Поляна, вонь жареной баранины, потные тролли, кучно развалившиеся вокруг потухшего костра. Но Лилли исчезла. Неведомая магия утащила ее неизвестно куда.

— Должно быть, то была ведьма, брат Зотчек! Я слыхал, они могут появляться и исчезать, когда вздумается.

— Вырви желудок, сгнои потроха! – выругался Зотчек. – Ведьма обернулась вороной и улетела. Но что, дракон ее побери, понадобилось людской ведьме на нашей дороге?

— Поди-ка жадный гном Дульг нанял колдунью вернуть награбленное добро. Ты хорошо спрятал его сундуки, брат Зотчек?

— А то! Пусть ищет, сколько вздумается. Заблудится и его сожрет Пещерный Ящер.

Тролли заржали и принялись вновь раздувать притухший костер.

Мариус пошел прочь. Он больше не прятался, не таился, шел и шел через лес, не разбирая дороги. Он не знал, где Лилли и не ведал, как ее отыскать. Она исчезла по волшебству. Нужно искать мага, способного разрушить колдовство и вернуть Лилли назад. Среди знакомых Мариуса был лишь один маг – старый учитель Септимус из Златобора. Значит, нужно возвращаться в Златобор и вновь просить учителя о помощи.