Глава 17

Лорелее казалось, что она качается на теплых волнах соленого моря, лучи солнца нежно ласкают ее лицо, ей хорошо и спокойно. Она понимала, что это лишь сон, но какой чудесный! Свежий морской ветер и мягкое солнце Шалрейна, и крики чаек, и серебристый смех, и сладостные воспоминания детства…

—Проснись! – кто-то безжалостно разбудил ее. Она открыла глаза и увидела над собой бледное лицо с яркими, как сапфиры, синими глазами. Лицо было мужское и принадлежало неизвестному люду. Светлые волосы люда были туго стянуты в короткий хвост. Лорелее показалось, что незнакомец весьма молод. И хорош собой.

—Кто вы? – прошептала она, оперлась руками о жесткое ложе и резко села.

—Я – Дориэн, светлый маг, а ты в моем доме.

Лорелея нахмурилась, пытаясь вспомнить, как здесь оказалась. Бросились волки, но их задержал белый свет, а потом она потеряла сознание. Где Айвена с Грегуаром? Она испуганно огляделась и выдохнула – Айвена спала на узкой дубовой кровати, рядом на полу, укрывшись плетеным ковриком, примостился Грегуар. А рядом с ней на широкой лавке сидел маг и улыбался краешками тонких губ. Только он совсем не походил ни на одного из знакомых ей магов. В потрепанной куртке из телячьей кожи, в штанах и сапогах. Ни амулетов, ни колец. Руки грубые, обветренные, тело крепкое, упругое, а лицо свежее и молодое, лишь глаза серьезные, с горечью.

—Благодарю тебя, что спас наши жизни. Если бы не ты – нас бы задрали волки, — сказала Лорелея и быстро одернула куртку. Кто-то снял с ее головы мокрую рубашку, она чувствовала себя полуодетой и стыдилась молодого мага.

—Не мудрено, — кивнул маг. – Волков наслали с помощью темной магии. В этой части леса их не бывает. Звери не любят пожары и ни за что не ступят на выжженную землю.

Маг поднялся, подошел к грубому дощатому столу, где в беспорядке стояли кружки, деревянные блюда, глиняный котелок и кувшин с широким горлышком. Дориэн взял кувшин, плеснул в кружку и протянул ей.

—Пей, это отвар ягод шиповника. Вы здорово надышались гарью. Я применил целебную магию, чтобы очистить ваше дыхание от пепла. Скажи, зачем вы пошли таким трудным путем по выжженной земле? В Сумрачном лесу много безопасных дорог.

—Мы шли к тебе, маг. Русалка сказала, ты поможешь одолеть темного мага. Его зовут Горациус, и он преследует меня, хочет убить.

—Слыхал о нем, — недобро усмехнулся Дориэн. – Темный маг жаждет власти и могущества и, чтобы добиться желаемого, готов разрушить весь мир. Начал свой путь в старейшем ордене Ясина на Острове Забвения, пытался убить магистра Орлевира, за что был исключен из Всемирного магического собора. И теперь вот уже много лет Горациус – маг-одиночка. Это необычайно сильный маг. Он с завидным упорством стремится попасть в таинственную Пещеру Чар, вернуть к жизни Первых Магов и обрести силу бессмертного.

Дориэн закончил рассказ и пристально глянул на Лорелею. Ее вдруг бросило в жар, и она опустила глаза.

—Скажи, кто вы такие и почему бежите от темного мага?

Лорелея посмотрела на мирно спящих друзей и подняла глаза:

—Я – Лорелея, дочь Лилли Розенгардской и воспитанница клана Яновира из Шалрейна. А это мои друзья – лейна Айвена из клана Солевира и Грегуар Волмер. Несколько лун назад мы бежали из Облачного Предела, который разрушил маг Горациус. А еще он убил наших друзей и мессиров школы.

Тяжкие воспоминания вновь причинили боль, Лорелея до боли прикусила губу, чтобы не разреветься.

—Эта горестная весть уже достигла нашего края, — рот мага горько скривился. – Когда-то я сам учился в этой школе у мессира Януара. Все маги Видимого Мира поклялись отомстить Горациусу за гибель друзей и соратников. Но до сих пор ему удавалось избежать этой кары. Он ловко скрывается, и его магия очень сильна, а порталы не оставляют следов.

—Скрывается? – едко хохотнула Лорелея. – Ничуть. Недавно следил за мной на эльфийском балу в Златоборе. А теперь гонится за нами, чтобы убить.

—Но что ему от вас нужно? – воскликнул Дориэн. – Вы же еще дети.

— Вот именно, — нахмурилась Лорелея. – Я – Дитя Вне Времени, и моя мать Лилли совершила Жизневорот. Полагаю, Горациус желает узнать, как ей это удалось и сделать то же самое для Первых Магов.

—Откуда тебе известно об этом древнем и опасном ритуале? – удивился маг.

—Из книг, откуда еще? – пожала плечами Лорелея, бросилась к своему дорожному мешку, который лежал рядом, на земляном полу, и вынула толстую книгу, которую стащила в библиотеке Облачного Предела.

—«Темные ритуалы», — прошептал Дориэн. Осторожно взял книгу из ее рук, оглядел со всех сторон, пролистал пергаментные страницы. – Как к тебе попала эта запретная книга?

Лорелея отбросила на спину спутанные рыжие волосы, от которых до сих пор несло гарью, и посмотрела на мага.

—Придется рассказать все с самого начала, — вздохнула она и посмотрела в сапфировые глаза мага. Почему русалка не сказала, что Дориэн – такой красавчик? А она, как назло, грязная и растрепанная, как тролль после битвы.

—Когда мне было десять, мне сказали, что я – не родная дочь в эльфийском клане, и я познакомилась со своей людской матерью Лилли…

Лорелея немного сбивчиво, задерживаясь на отдельных деталях и вспоминая о прошедших событиях, рассказала магу свою историю. Дориэн слушал, иногда переспрашивал, а когда зашла речь о нападениях Горациуса, нахмурился и сжал кулаки. Лорелея поняла, что ему больно слышать о гибели мессиров и учеников, и о конце родной магической школы. Рассказ подошел к концу, она поведала о встрече с магом на балу и остановилась. Дориэн задумчиво посмотрел на нее и тихо спросил:

—На какое-то время ты укрылась от темного мага. Выжженная земля не хранит следов, даже магических. Здесь он тебя не найдет. Что ты намерена делать, Лорелея из Шалрейна? Куда направишься?

—Пойду в Шалрейн. Ты покажешь мне короткий путь или откроешь портал. Моя семья в опасности. Я должна помочь.

Она глянула на мага, и ей показалось, в его глазах мелькнуло сомнение.

—Только не говори, что я слишком молода, не справлюсь, нужно подрасти и набраться ума… Поможешь или нет – я все равно пойду. Это решено.

—Не скажу, — вдруг улыбнулся маг, и Лорелея радостно улыбнулась в ответ. – И портал не открою. Здесь не работают порталы. Погоди сердиться! Я же не сказал, что откажу в помощи. Я отправлюсь с вами и провожу до Шалрейна. Твои друзья пока не смогут колдовать. А без помощи вы даже из леса не выберетесь.

Лорелея радостно вскрикнула, схватила крепкую руку мага и поцеловала. Теперь покраснел Дориэн. Из угла дома послышался сердитый голос Айвены:

—Где мы и что я пропустила?

Лорелея радостно бросилась к подруге, споткнулась о спящего Грегуара и разразилась смехом. Айвена с перепачканным сажей лицом и грязными волосами удивленно хлопала глазами. Маг сдержанно улыбался. А Грегуар перевернулся на другой бок и захрапел пуще прежнего.

***

Лорелея и Дориэн быстро двигались по выжженной земле. Следом за ними шли и тихо разговаривали меж собой Айвена и Грегуар. Маг сказал, что до границы два дня и две ночи пути, и они старались идти как можно быстрее, опасаясь, что темный Горациус одолеет укрывную магию сгоревшего леса и нагонит их.

—Почему ты поселился на выжженной земле, а не в Златоборе или в других городах, где полно магов? – спрашивала Лорелея. Им с Айвеной удалось с помощью нагретой в котелке воды и чуточки магии вымыться, выстирать и высушить свои рубашки. Они заплели чистые волосы в тугие косы и крепко перевязали их лентами. Грегуар мыться из котелка отказался – решил, что потерпит до ближайшей реки. Собирались в спешке. Маг побросал в заплечную сумку пучки трав, склянки с целебными мазями, пару книг и тугой мешок сухарей. Снял со стены старинный меч, опустил в ножны за спиной.

Грегуар собрал какие можно припасы, прихватил пару острых ножей и налил в кожаный бурдюк колодезной воды. После того, как все вышли, маг взмахнул руками и наложил на дом скрывающее заклинание. Больше мечей в доме мага не было, и Дориэн предложил парню лук и полный колчан стрел.

—Горациус и его приспешники давно охотятся за белыми магами, — рассказывал Дориэн. — Как-то я возвращался из Хиллгарда через Сумрачный лес, и меня окружила стая волков. Я отлично владею мечом и кинжалом, и попытался убить нескольких тварей. Но они не погибали. Удары меча на них не действовали. Я оглушил их заклинанием, вскочил на коня и помчался в чащу леса. Волки слишком быстро сбросили заклинание и преследовали меня. Тогда я вложил все силы в магию огня и поджег лес. Волки не смогли пройти сквозь огненную стену и исчезли. Когда закончился пожар, я увидел на границе выжженной земли мага в черной мантии. Он смотрел на меня, но меня не видел. Огонь заколдовал эту землю и создал защитный купол от темной магии. Я решил на время остаться здесь. Выстроил дом из уцелевших деревьев и принялся ждать. Огонь вытянул из меня магическую силу, и потребовалось несколько лун, чтобы восстановиться. Теперь я вновь обрел былую мощь и готов сразиться с темным магом, если он встанет у нас на пути.

—Если бы мне только найти меч! – воскликнула Лорелея. – Без меча я ощущаю себя беспомощной.

—Хочешь воевать на стороне эльфов? – спросил Дориэн. – Я слышал, Шалрейн осадили войска Ричарда Брэнса и преимущество на людской стороне.

—Вряд ли одна людка способна переломить ход войны, — усмехнулась Лорелея – Я не смогу защитить Шалрейн. Но спасу своих родных. Возьму лодку и увезу их на Рваные Острова.

—Думаешь, клан Яновира согласится покинуть город и позорно бежать, когда у стен враги?

—Яновир с Фенеллой уже старые, да и мой отец Белеар не молод. Я не знаю, из-за чего воюют люды и эльфы, и не хочу знать. Хватит с меня войны. Ты поможешь мне преодолеть магическую защиту и проникнуть в Шалрейн?

—Хотел бы, да вряд ли получится. Все же я – людской маг, а ворота Шалрейна опутаны древней эльфийской магией.

—Может, я помогу? – раздался позади тонкий голос Айвены. – Я чувствую, силы ко мне возвращаются. Наш клан с древности жил в стенах Шалрейна, и ворота примут мою магию.

—И твоей магии хватит, чтобы пропустить нас всех? – усомнился Грегуар и переложил тяжелый мешок с одного плеча на другое.

Все четверо уселись на поваленную сосну, чтобы передохнуть и напиться воды. В этой части леса уже не так удушающе пахло гарью и дышалось легче.

—Тетка Фенелла говорила, что один эльф способен провести с собой многих, если использует магию поручения. Айвена поручится за нас, и ворота пропустят всех троих. Но если один из нас принесет вред гражданам Шалрейна, кара падет на плечи клана Солевира.

Лорелея отлично знала законы и обычаи эльфийского города.

—Не жалеешь, что оставила родных? – тихо спросил у подруги Грегуар.

—Жалею и уже скучаю, — вздохнула Айвена и глотнула воды из бурдюка. – Но Лорелея без нас бы не справилась. Она просто не смогла бы построить мост, маг настиг и убил бы ее. Когда доберемся до Шалрейна, отправлю в Златобор почтового голубя и все объясню маме и папе. Они поймут. Верность и преданность – девиз нашего рода. Мы не бросаем друзей.

—За это тебя и люблю, — мягко сказал Грегуар, обнял девушку и нежно поцеловал. – Когда проведем Лорелею в Шалрейн, откроем портал и вернемся в Златобор, обещаю тебе.

—Вместе отныне и навсегда, — прошептала Айвена, глядя в его глаза.

—Навеки, — серьезно кивнул Грегуар.

Лорелея задумчиво глядела на чернеющий лес и грустила о своей судьбе. Русалка сказала, что ее ждут великие дела, а она не жаждала великих дел. Она не собирается спасать Видимый Мир. Спасет эльфийскую семью, а затем вернется в Златобор и уговорит мага Септимуса перенести ее в Пещеру Чар. Пещера перенесет ее к Лилли. Все просто. Лорелея украдкой посмотрела на Айвену с Грегуаром и еле слышно вздохнула. Ей же придется с ними расстаться. Если она отправится к Лилли, больше никогда не увидит друзей. Магия Жизневорота редка и трудна. Вряд ли она сможет прыгать туда-сюда. Придется выбирать между друзьями и матерью.

—Нелегкий выбор, — усмехнулся Дориэн. Лорелея вздрогнула – маг неслышно приблизился к ней и уселся рядом на поваленное дерево. – Скоро тебе предстоит решить, где ты хочешь остаться. Здесь или там, в будущем. И никто за тебя не сделает этот выбор. Ты уже знаешь, как поступить?

Лорелея покачала головой:

—Не знаю, и не буду решать сейчас. Я люблю Айвену и Грегуара, они мне как родные. Думать не желаю, чтобы расстаться с ними навсегда. И, знаешь, — она посмотрела в синие глаза мага, – с каждым днем я все меньше думаю о Лилли. Уже почти не помню ее лица. Может, она не так уж мне дорога? Пять лет я прожила без нее. Что, если она меня позабыла? Вернулась туда, в свою жизнь и родила новую дочь или сына. Может, не стоит играть со временем, чтобы вернуть то, что вернуть невозможно?

—Материнская любовь не проходит, Лорелея. Где бы ни была сейчас твоя мать, она помнит и любит тебя. Но у тебя еще есть время на раздумье. Пока ты не в силах попасть в Пещеру Чар.

Лорелея сидела рядом с Дориэном, плечом к плечу, и ощущала приятное тепло и защиту. Ей впервые за долгое время не было страшно. Пусть за ними гонится темный Горациус—рядом с ней светлый маг. Он спасет ее. Она дотронулась до руки мага и легонько пожала ее. Дориэн в ответ улыбнулся.

Через два дня и две ночи путники переступили границу выжженной земли и вышли к Вороньей Пустоши. Сразу резко похолодало и завыл устрашающий ледяной ветер. Лорелея натянула капюшон куртки и сунула руки в карманы.

—Сколько отсюда до границы западных земель? – крикнула она Дориэну.

—Десять дней и ночей, — ответил он и, заметив, как расширились глаза девушки, быстро добавил: — Мы не будем идти так долго. Когда минуем Кривые холмы, магия выжженной земли потеряет силу, я смогу открыть портал и перенести нас в западные земли.

—Где эти холмы? – прищурилась Лорелея, пытаясь разглядеть в снежном вихре, куда им двигаться.

—Там, впереди, в нескольких верстах пути.

—Холодно-то как, — поежился Грегуар. Прижал к себе Айвену, которая тоже стучала зубами, и резко спросил: — Колдовать можешь? Согревающее заклинание.

—Могу, — кивнула Айвена, щелкнула пальцами, и ее тело охватило золотистое свечение. Грегуар сделал то же и подошел к Лорелее – согреть ее. Та покачала головой:

—Я пока держусь. Сбереги магию. Скоро понадобится.

—Возьми мой плащ, — крикнул Дориэн, снял длиный плащ и остался в короткой куртке и штанах из телячьей кожи. Он накинул плащ на плечи девушки, и та сразу согрелась.

— Это эльфийская шерсть. Плащ согревает в холод и холодит в жару. Идемте, нужно дотемна перейти эту равнину. Здесь моя защита не действует, и темный легко нас обнаружит.

Словно в ответ стих колючий ветер и высоко в небесах послышалось скрипучее карканье. Лорелея подняла голову – с темного неба прямо на них летела грозная туча черного воронья.

—Спасайтесь! – крикнула она, выхватила из-за пояса кинжал и принялась размахивать им, отгоняя воронов. Рядом вспыхнули огненные шары – Дориэн, Айвена и Грегуар дружно подняли руки и отстреливались магическими пульсарами. Искры огня падали вместе с черными перьями и с шипением плавились на холодном снегу. Вороны кричали, рвались, тянули к путникам острые клювы и когти. Их было столько, что казалось, еще немного—и они заживо сожрут всех четверых, оставят лишь голые кости на замерзшей земле. Наконец, Дориэн сверкнул глазами, выбросил руки вверх и заорал:

—Finita magia!

Его пальцы сочились слепящим белым светом, который пронзал воронью тучу, сжигал грозных птиц и превращал их в лохмотья из перьев и праха. Скрипучие крики воронов резали уши, птицы корчились, метались, безуспешно пытались вырваться из белого плена.

Наконец, вся стая погибла, сраженная белым пламенем и лишь черный снег кружился, падал, опускался на землю, покрывая белую пустошь горячим пеплом.

Айвена закашляла и потерла руками слезящиеся глаза. Грегуар продолжал смотреть в небо с угрожающе поднятыми руками, будто оттуда следом за вороньем мого явиться другое пернатое войско. Дориэн взволнованно глянул на Лорелею:

—Ты цела? Они тебе не навредили?

Лорелея в ответ помотала головой. Ее плащ был густо покрыт черным пеплом, но плотная эльфийская ткань успешно защищала не только от холода, но даже от жара.

—Идемте скорее! Это только начало. Сейчас он поймет, что проиграл и придумает что-то пострашнее.

Все четверо бросились бежать, оставляя на черно-белом снегу четкие отпечатки подошв.