Глава 23

Десять лет назад.

Двое мальчишек стремглав неслись по горной тропе к морю. Туда, где о серые камни бились соленые волны, и крикливые чайки бросались в самую гущу воды, хватали скользкую рыбу и тащили ее на острые скалы, к своим гнездам.

—Я – первый, — крикнул светловолосый Дориэн. Его глаза насмешливо глядели на хмурого чернявого Горациуса.

—Ты использовал магию.

—Неправда! Просто я лучше бегаю, а ты никак не можешь смириться, что я быстрее и ловчее тебя.

—Зато я – сильный маг, — чернявый махнул рукой в сторону чайки, и та мигом обратилась в ворону.

—Твоя магия темная. Магистр Орлевир сказал, что ты никогда не станешь Братом Огня, если не прекратишь изучать темные заклинания.

—Больно мне нужно это Братство, — фыркнул Горациус. – Я сбегу отсюда с первым же кораблем. Я уже выучил все, что старый Орлевир мог дать мне. Больше мне здесь нечего делать.

—И куда ты отправишься? – Дориэн знал, что Горациус – сирота. Родные отдали его в Орден, ибо не желали кормить еще один рот.

—В Златобор, куда же еще. Там сейчас живут все великие людские маги Видимого Мира. Буду учиться у них и стану лучшим из лучших. Если ты не дурак, Дориэн, поедешь со мной. Твоя магия слабее, но ты здорово разбираешься в зельях. Хорошие зелья пригодятся боевому магу.

—Какой из тебя боевой маг? – хмыкнул Дориэн. – Тебе всего пятнадцать. Да тебя в Златоборе на смех поднимут.

—На смех, говоришь, — глаза Горациуса почернели, как два уголька. Он вытянул руки, прошептал заклинание. Дориэна подхватил вихрь и поднял до самого неба, где густо плыли хмурые дождевые тучи. Надвигался шторм и вдалеке, над морской пучиной, уже сверкали тонкие змейки молний.

—Опусти меня, — орал Дориэн и отчаянно махал руками, пытаясь вспомнить подходящее заклинание.

Горациус громко, во весь голос, смеялся. Вволю насмеявшись, он медленно провел руками вниз – Дориэн опустился на землю и бросился на друга с кулаками.

—Вечно твои темные шутки! – злился он.

—Как же иначе тебя убедить, что темная магия – сильнее? Ты же, дурак, в рот глядишь старому Орлевиру и думаешь, что справишься с темными одними лишь слабыми заклинаниями. Никогда тебе не одолеть темного светлой магией.

—Я все же попробую, — упрямо заявил Дориэн. – Свет и добро – моя сила. И так будет всегда. Я не сверну с выбранного пути.

—Тогда рано или поздно мы с тобой будем драться. И ты погибнешь, ибо тьма сильнее света.

—Это мы еще посмотрим, — заявил Дориэн и бросился по тропе в гору.

Надвигалась буря и темное небо разрывали яростные вспышки молний, а вслед за ними неистово гремел гром. Замок Ордена Ясина зловеще чернел над скалами. А вокруг бушевали соленые воды Бескрайнего моря.

**

Гэллентор издали казался созданным изо льда. Западный остров со всех сторон обмывало бурное море. Грозные волны вздымались, лизали городские стены, сложенные из песчаника. Мокрые камни покрылись толстой коркой льда, что сильно усложняло проникновение в город через его высокие стены. Если бы нашлись смельчаки, возжелавшие захватить Гэллентор.

К утру, когда бриг капитана Ингрэма прибыл в гавань, небо уже прояснилось, а море стихло и лишь слегка колыхалось пенными волнами.

Грегуар и Дориэн наравне с матросами сидели на веслах и мощными гребками вели бриг к причалу. Вильгельм о чем-то вполголоса беседовал с капитаном. Лорелея и Айвена стояли на корме и зябко кутались от пронизывающего морского ветра в меховые плащи.

—Вечно холод и холод, — ворчала Айвена. Ее глаза слезились, а нос беспрестанно хлюпал от холодных брызг. – Почему мы не сбежали на юг Златолесья, туда, где Студень мягкий и теплый, и никогда не бывает льда и снега?

—Надеюсь, в Гэлленторе найдется гостиница, а в ней очаг с пылающими дровами, — стучала зубами Лорелея. – Я думала, что Шалрейн в Студень – самое холодное место в Мире, оказалось Гэллентор еще холоднее.

—Остров во власти холодных северных ветров. Даже в Сенокос здешнее море не прогревается, и купаться в нем – то еще удовольствие.

К ним приблизился мессир Вильгельм. В черной бороде мага блестели седые волоски, лицо казалось еще бледнее, а глаза – черными, бездонными.

—Что мы будем делать, мессир? Здесь никто не ждет нас.

—В Гэлленторе для магов всегда есть работа. И ты, Лорелея, не останешься без дела. Но для начала ты должна сменить имя. Горациус будет искать тебя повсюду. Даже здесь, полагаю, у него есть шпионы.

—Вы думаете, мессир, он отправит за Лорелеей наемного убийцу? – встревожилась Айвена.

—Не исключено.

Лорелея нахмурилась, будто вспоминая, слегка усмехнулась и посмотрела на мага.

—Я выбираю имя Эолис – путеводная звезда, — заявила она. – Отныне зовите меня так. Больше нет Лорелеи Розенгардской. Есть простая людка Эолис.

—Какое странное имя? – нахмурилась Айвена. – Никогда не слышала, чтобы так называли девочек в эльфийских семьях.

—Это не эльфийское имя, людское. Мама Аурелия хотела меня так назвать, — на глаза Лорелеи навернулись слезы.

—Мне очень жаль твоих родителей, дорогая, — Айвена крепко обняла подругу. – Надеюсь, в Гэлленторе найдется храм Ламелии, чтобы мы могли прочитать молитву за упокой душ твоих родных.

—Гэллентор – все же не Шалрейн, — возразил Вильгельм. – Здесь нет храмов, лишь небольшие молитвенные дома. Но ты права, Айвена Солевир, в битве за Шалрейн погибло много достойных эльфов. Нужно помолиться за их бессмертные души.

Корабль причалил к гавани, матросы бросили якорь, и Вильгельм первым сошел на берег. Лорелея сердечно поблагодарила капитана за помощь. Они с Айвеной дождались своих друзей, и все четверо прошли по дощатым мосткам на причал.

В гавани гордо стояли корабли гэлленов. Сколоченные из крепкой северной сосны, тщательно просмоленные, с высокими матчами и серыми парусами. Флот Гэллентора насчитывал пятьдесят кораблей и теперь, когда другой сильный флот Шалрейна был уничтожен пожаром, гэллены уже не имели соперников на островах Бескрайнего моря.

Гэллентор – молодой город едва ли насчитывал несколько лет. Гэллены, преследуемые всеми разумными расами, были вынуждены бежать в море, и выбрали этот остров, как самый удобный для обороны с моря. Лишь в одной части острова была удобная гавань, другие опоясывали острые скалы – защита от захватчиков. Среди скал высились громадные сосны с пышными зелеными кронами.

Друзья прошли в ворота и шагнули на деревянную мостовую, по обе стороны которой кучно лепились маленькие бревенчатые дома. Из трубы каждого в небо тянулся голубой столб дыма. День был холодный, ветреный, и гэллены усердно топили свои дома, сберегая тепло и уют.

Вильгельм провел их к двухэтажному дому, над дверью которой красовалась вывеска с аляповато нарисованной драконьей мордой и надписью на людском: «Веселый дракон». Первый этаж занимала харчевня. На втором хозяин устроил комнаты для постояльцев.

—Здесь я живу, — сказал мессир. – Думаю, и для вас найдутся подходящие комнаты.

Айвена вырвалась вперед, рванула дверь из неструганных досок и бросилась внутрь. Вильгельм придержал дверь, пропуская Эолис.

—Если спросят, вы все – фарли, полукровки. Здесь не рады чистокровным, — шепнул мессир.

—Еще чего! – проворчал Грегуар. – У рода Волмеров – чистейшая кровь. Мы никогда не женились на других расах.

—Ты же собираешься жениться на Айвене, — поддел его Дориэн.

—Это единственное исключение, —буркнул его друг и ломанулся в харчевню.

Вильгельм усмехнулся, вошел и закрыл за собой дверь.

В харчевне с утра было жарко и пусто. Пышная служанка-людка кочергой ворошила угли в очаге, разгоняя жар. На вертеле крутилась жирная кабанья туша. На длинных столах еще остались следы ночного пиршества. Пустые кувшины из-под медовухи, опрокинутые оловянные кружки. Рядом на лавке дрых тощий люд. Подошва его правого сапога порвалась и раззявилась, как драконья пасть. Вместо шапки голова люда была повязана красной тряпкой. Он громко храпел, испуская терпкий запах сивухи. Под столом лохматый пес с урчанием глодал кабаньи кости.

В углу, положив красные руки на стойку, стоял крупный хозяин-гном. Он с любопытством глядел на гостей и мысленно уже считал золото, которое они ему принесут.

Айвена плюхнулась на скамью подальше от спящего люда, дернула капюшон плаща – золотые волосы рассыпались по плечам, и звонко крикнула:

—Хозяин, неси горячее молоко и сытный завтрак.

Грегуар подошел и присел рядом. Айвена и Дориэн разместились по другую сторону стола. Вильгельм, сославшись на дела, поднялся по шаткой лестнице к своей комнате.

Хозяин выбрался из-за стойки и, потирая руки, приблизился к гостям.

—Чего изволят молодые господа? Есть каша пшенная на меду, кабаний окорок и густая рыбная похлебка.

—Господа изволят все, да побольше, — прогундел басом Грегуар.

—Чем господа будут расплачиваться? – уточнил хозяин.

Айвена надменно вздернула нос, отвязала от пояса кошелек и достала один золотой. Монета прокатилась по столу до самого края, где ее жадно прихлопнула широкая ладонь хозяина.

—Господа получат все, что пожелают.

Вскоре стол ломился от яств, а голодные путники жадно поглощали горячую похлебку, мясо и кашу. Грегуар и Дориэн навалились на еду и только успевали бросать под стол лохматому псу кабаньи кости. Айвена поначалу отщипывала маленькие кусочки мяса, изящно клала в рот, но вскоре голод взял верх над этикетом, и эльфийка жадно впилась зубами в кабанью ляжку. Лорелея ела медленно и поминутно вздыхала. Со смертью родных ее связь с этим миром будто еще больше истончилась. Она любила своих друзей, радовалась, что им удалось выжить. Но не могла представить, что ждет ее дальше. Угроза темного мага острым мечом висела над ее шеей, и ей казалось, что смерть неминуема и близка. И никто ей не поможет.

Внезапно ее захлестнула обида на Лилли. Если она так сильна, что способна свершить Жизневорот, почему до сих пор не вернулась за ней? Пять лет минуло с тех пор, как они расстались на ступенях храма Ламелии. Сколько раз ее жизнь висела на тонком волоске! И все это время ее мать была далеко, так далеко, что даже перестала являться ей в снах. Бросила ее здесь, должно быть, давно позабыла, что есть у нее дочь Лорелея, одинокая и несчастная.

—Тебе нужно есть. Каша очень вкусная, – Дориэн подвинул к ней тарелку.

—Я не знаю, что делать дальше, — прошептала Лорелея. Ее глаза заблестели слезами. – Мы в Гэлленторе. Почти на краю Видимого Мира. Дальше только Бескрайнее море. А мне до сих пор страшно.

—Здесь Горациус нас не достанет, — Дориэн мягко обнял ее за плечи. – Ты в безопасности, Эолис.

—Как непривычно звучит мое новое имя.

—Мне нравится, — Дориэн слегка коснулся ее щеки губами. – Давай, съешь немного каши, а потом сходим в город и купим другую одежду. Твоя куртка после всех испытаний похожа на решето, а в сапогах хлюпает вода.

—Нужно узнать, где находятся эти древние пещеры, о которых упоминал Вильгельм, — сказала Лорелея. Она проглотила две ложки каши и решительно отодвинула тарелку.

—Пещеры? – тощий пьяница приподнялся на лавке и уставился на нее мутными голубыми глазами. – Я могу отвезти вас туда, если сговоримся о цене.

Дориэн подозрительно уставился на полупьяного «проводника». Лорелея тронула его за рукав:

—Может, он и правда знает дорогу к пещерам?

—Знаю и могу показать за два золотых, — проводник вцепился в стол и попытался встать, но снова плюхнулся на лавку. – Только мне нужно как следует выспаться.

—Неужели вы доверяете этому люду? – прошипела Айвена. Ее щеки после сытного завтрака зарумянились, глаза сверкали. Грегуар рядом уже наелся и теперь неспешно обгладывал кабанью кость.

—Мы не будем платить ему, пока не привезет нас в пещеры, — возразила Лорелея.

—Все равно, два золотых – это дорого, — проворчала Айвена. Она бросил последнюю кость под стол – пес благодарно гавкнул. – Не забывайте, что денег у нас немного.

—Мессир Вильгельм сказал, что здесь есть работа для магов, — Грегуар стряхнул хлебные крошки и вытер жирные руки о штаны. Айвена брезгливо поморщилась.

—Кто возьмет на работу магов – оборванцев? Сначала нужно отыскать лавку с одеждой.

—Потратить последние деньги на одежду глупо, — возразил Грегуар.

—Если хочешь, можешь ходить в драной куртке и грязных штанах. Я так не могу. У меня ноги замерзли.

—Ладно-ладно, дорогая! – Грегуар примирительно поднял руки. – Купим новую одежду. А потом найдем работу.

Он встал, подал руку Айвене. Дориэн наклонился к Лорелее:

—Все будет хорошо. Сейчас найдем лавку, потом прогуляемся по городу, посмотрим, как живут гэллены.

—Эй, постойте! – пьяница резко поднялся, слез с лавки и, пошатываясь направился к стойке, куда как раз вышел хозяин. – Дай-ка мне кружку грога, Валчек.

—Ты еще за медовуху не расплатился. Больше ни капли не налью, пока долг не отдашь.

—Дык я заработаю и все отдам. Ты же меня знаешь.

—Слишком хорошо, Орланд, — усмехнулся хозяин. – Иди и заработай, расплатись с долгами. Здесь тебе больше в долг не нальют.

—Молодые люди, одолжите пару медяков на кружку грога! В счет будущих услуг, — Орланд неуклюже поклонился Дориэну. Тот как раз подавал руку Лорелее. Айвена и Грегуар уже вышли на улицу. Дориэн пошарил в кармане, вынул пару монет и бросил Орланду.

—Покорно благодарю, светлый маг! Да будет в твоих руках нескончаемая магическая сила!

Дориэн приобнял Лорелею за плечи, и они вышли на улицу.

Лавку «Волшебное зерцало» держала пожилая эльфийка Виллира с легкой примесью людской крови. Странная внешность Виллиры делала ее изгоем среди эльфов. Одно ухо с острым концом, как у эльфа, другое – по-людски маленькое и округлое, и фигура слишком тяжелая, приземистая выдавала в ней скорее людку, нежели эльфийку. Зато надменности и гордыни досталось с избытком.

—Как же вас, чистокровных, занесло в Гэллентор? За какие дела вас выгнали из дома? – Виллира расспрашивала парней, пока девушки примеряли одежду.

—Никто нас не выгонял. Мы сами ушли из дома, — Грегуар в лавке чувствовал себя неловко. Девчонки чересчур серьезно относятся к одежде. Чем плохи их куртки? Они их лишь недавно купили в Златоборе.

—Что понадобилось трем магам и одной людке в нашем городишке?

—У нас не было выбора, куда податься. Мы бежали из Шалрейна в спешке, а единственный корабль шел в эти края, — Дориэн с интересом оглядывал лавку. Виллира по их просьбе принесла парням вещи не новые, а уже ношенные и запросила за них немного. Десять медяков. Айвена наотрез отказалась носить «чужую» одежду. Лорелее было все равно. Лишь бы сухая и чистая.

—Шалрейн – колыбель эльфов. Небесный град. Недостижимая мечта, — на глаза Виллиры навернулись слезы. – Там когда-то я жила со своей матерью. Встретила первую любовь. Он был людом, и нам пришлось бежать, иначе его бы схватили и бросили в темницу. Чистая кровь – эльфы так тряслись со своими предками, что проморгали предателей и лишились Шалрейна.

—Сколько с нас, добрая госпожа? – спросила Лорелея, снимая с пояса кошелек.

—Один золотой, фир нахлис, — ответила лавочница.

Лорелея достала из кошеля два оставшихся золотых, и один протянула Виллире.

—Не подскажешь, где здесь в городе есть работа?

—А что вы можете делать?

—Мои друзья – сильные маги. А я знаю разные языки и могу обучать детей грамоте.

—Для магов работа найдется, — кивнула Виллира. – Идите на главную рыночную площадь и спросите Зенчика. Город с закатом укрепляет защитные чары от незваных гостей и морских русалов. А тебе, девонька, предлагаю поработать у меня в лавке. Раз ты грамотная – будешь вести счетные книги и следить, чтобы должники вовремя расплачивались за покупки. Можешь приходить завтра с утра. Как тебя звать?

—Эолис из Златолесья!

—Красивое имя для людки. Хотя, мне кажется, в тебе есть капля эльфийской крови, Эолис.

На рынке друзья быстро договорились с полугномом-полулюдом Зенчиком насчет работы. Им надлежало явиться к городским воротам за час до заката. Зенчик обещал платить десять медяков в день каждому магу. Комната и стол в «Веселом драконе» стоили пять медяков. Грегуар уже подситывал, сколько он накопит из оставшихся пяти медяков и довольно потирал руки.

—Проживем здесь до Возрождения, а потом вернемся на Большую Землю. Поедем к моим родным и поженимся.

—Думаешь, накопленных медяков хватит на свадьбу? – хмурилась Айвена. – Мы можем вернуться в Златобор и сыграть пышную свадьбу в доме Солевиров.

—Твои родные ни за что не выдадут тебя за бедного люда. Стоит вернуться – и тебе снова отыщут богатого жениха.

—Я так соскучилась по маме и папе, — вздыхаал эльфийка. – Кажется, мы уехали уже так давно. Мне бы весточку послать родным. Можно?

—Лучше не надо, — возразил Дориэн. – Горациус повсюду ищет нас. Наверняка, в Златоборе у него есть прислужники. Отправишь голубя – он узнает, где мы, и придется снова бежать.

—Отсюда бежать некуда, — нахмурилась Лорелея, — Разве что дальше на Рваные Острова.

Четверка друзей стояла на крепостной стене Гэллентора. Внизу о скалы бились пенные волны Бескрайнего моря. В гавани качались на воде корабли флота гэлленов. Вдалеке на горизонте виднелись очертания других островов. Хмурое небо грузно нависало над городом, приближалась буря.

—Интересно, что там, за островами, — Лорелея, прищурившись, вглядывалась в морскую даль. Теплая куртка из лавки приятно грела ее тело, а новые сапоги из крепкой, заговоренной кожи не пропускали холод и влагу.

—Там лишь море, а в нем злобные русалы, — ответил Грегуар. Он крепко обнимал за талию Айвену. Им, наконец, удалось сговориться о двойной свадьбе. Сначала в доме Волмеров, затем у Солевиров. И теперь парочка пребывала в счастливо-расслабленном настроении. Есть работа, значит, будут деньги, а в будущем маячит беззаботная и счастливая жизнь. Правда, они еще не выбрали, где будут жить. Но это не беда! После свадьбы все как-то само разрешится.

—Русалы там есть, как повсюду в Бескрайнем море, — кивнул Дориэн. Он стоял чуть позади Лорелеи и подозрительно озирался по сторонам. Будто ждал, что перед ними вот-вот появится маг Горациус. – Но что за Рваными Островами – не знает никто. Первые Маги не позволяли отправлять экспедиции за границы Видимого Мира. Не хотели, чтобы мы, смертные, знали, что скрывается там, за горизонтом.

— Вот бы найти быстрый корабль и уплыть туда, куда никогда не ступала нога смертного,— размечталась Лорелея. – Вдруг где-то там есть еще земля. Плодородная, теплая, свободная от темных магов и властолюбивых людов, наподобие Брэнса. Мы могли бы жить там и быть счастливы.

— А вдруг там ничего нет? Ты будешь плыть, пока не закончится пресная вода и еда, а потом умрешь от голода или потонешь во время бури? – усомнился Грегуар. – Не лучше ли довольствоваться той землей, что у нас есть. Наберемся сил в Древних пещерах, победим Горациуса, и будем жить дальше.

Из гавани отплывали корабли с синими парусами. На парусах колыхались на ветру черные змейки. Корабли шли к Большой земле. Гэллентор отправил в Шалрейн послов. Договариваться с новым правителем лордом Брэнсом. Гэллены, в которых бежала кровь эльфов, желали сохранить святыню своих предков и посылали Брэнсу богатые дары. Шалрейн должен уцелеть. Несмотря ни на что.