Глава 24

На праздник Холодного Солнца в городском собрании устраивали пир. Обычно эльфы в этот день посещали храм Ольсена, жертвовали щедрые дары, а после главы кланов наделяли подарками близкую и дальнюю родню. Гномы в праздник ставили бочку лучшего вина, жарили кабаньи туши и пировали до самого рассвета. Люды привыкли наряжать ель золотыми и серебряными украшениями и потом до полуночи танцевать и водить хороводы. Тролли уже за неделю до праздника пировали в близлежащих тавернах и во весь голос распевали скабрезные песни.

В Гэлленторе выбранные старейшины всех рас решили устраивать общий праздник, где каждому найдется развлечение по душе и традициям. Накануне вечером эльфы длинными ручейками стекались в молельный дом и горячими молитвами благодарили Заступника Ольсена за прошедший год и просили милостей на следующий. Тем временем люды, взрослые и дети с шутками и смехом наряжали пышные ели, которые росли возле дома городского собрания. Золото и серебро в украшениях сменили медные монетки и сладости. Ребятня всех рас с самого утра крутилась вокруг елей, ожидая, когда наступит полночь и старейшины разрешат снимать с ели украшения. Гномы запекали мясо, рыбу, лепили пироги, ставили медовуху. Тролли варили забористый грог, который всех, кроме них, заставлял падать замертво с первых же глотков.

Айвена и Лорелея наряжались в задней комнате госпожи Виллиры. Ожидание праздника наполнило их сердца волнением и радостью. Они выбрали себе новые платья и туфельки и теперь крутились перед старинным зеркалом в бронзовой раме.

—Как мне идет синий цвет? – Айвена приподняла полы длинного платья, вышитого по корсажу серебряной нитью. Светлые волосы эльфийка заплела в две густые косы и обернула их вокруг головы, обнажив длинную белую шею.

—Ты невыразимо прекрасна, — хмыкнул Грегуар. Он сидел в старом скрипучем кресле и довольно поглядывал на свои сапоги, до блеска начищенные гусиным жиром.

Лорелея расчесывала волосы деревянным гребнем, пытаясь справиться с непослушными кудрями. Влажный воздух Гэллентора завивал ее волосы лучше эльфийских щипцов, и девушка вечно сердилась, что с такими волосами – одна мука, и грозилась обрезать их до плеч, как у Дориэна. Для себя она выбрала черное платье с розой у корсажа – дань Розенгардам. Розу ей наколдовала Айвена – цветы в Гэлленторе были неслыханной редкостью. Особенно в холодный Студень.

Дориэн стоял рядом и хмуро глядел на красавицу – подругу. Сегодня он впервые увидел ее в нарядном платье, с распущенными по белым плечам волосами и чувствовал смущение и неловкость. Его подруга в одночасье превратилась в красивую девушку, за которой на празднике, наверняка, будет увиваться половина молодых людей Гэллентора. Сможет ли он соперничать с ними? Безродный и безденежный колдун. Он сердился на себя, на Лорелею и страстно желал изгнать из сердца запретное чувство. Что ждет их двоих? Лорелее нужен знатный лорд, который сумеет защитить ее от Горациуса. А с ним она вечно будет в бегах.

—Почему такой хмурый? – спросила она. Зеленые глаза, самые прекрасные на свете, с тревогой глядели на него. – Обещаю, что буду танцевать только с тобой и не посмотрю ни на кого другого.

—Тебе не место на балу простолюдинов, — буркнул Дориэн. – Посмотри на себя. Ты – вылитая леди. Кто здесь сравнится с тобой красотой и статью? Тебе нужен лорд и замок, и толпа слуг, и красивые платья. Будет лучше, если с началом Возрождения ты отправишься в Розенгард, назовешься и попросишь убежища.

—И не подумаю, — усмехнулась Лорелея. – Что я им скажу? Что моя мать их какая-то правнучка? Думаешь, они поверят? Допустим, поверят и что дальше? Буду жить, как бедная родственница и ждать, пока мне подберут лорда, который согласится взять меня без приданого? Эти Розенгарды – не моя семья, Дориэн. Я никогда не буду «своей» в их замке. Да и не хочу я туда.

—А куда ты хочешь, Эолис? Когда закончится война, и мы победим Горациуса. Куда ты поедешь? Вернешься в Златолесье?

—Не знаю. Не хочу думать об этом сейчас, когда праздник так близко. И мы впервые за долгое врея сможем потанцевать. И нам не придется бежать с этого бала как с того, из Златобора.

—Мессир Вильгельм сказал, что маг Горациус покинул Шалрейн и уехал в Стуженые Земли, — заявил Грегуар. – Значит, в ближайшее время мы с ним не встретимся.

—Не загадывай! – фыркнула Айвена. – Ему ничего не стоит открыть портал и переместиться куда угодно. Да хотя бы в Гэллентор.

—С началом войны порталы работают не так, как прежде. И многие колдуны опасаются их использовать, — заметил Дориэн. – Даже Вильгельм отправился в Шалрейн на корабле.

—Надеюсь, он привезет хорошие вести, — вздохнула Айвена. – Что Брэнс, наконец, оставил город и эльфы могут туда вернуться.

—Когда-нибудь это случится, — Лорелея подошла к подруге и обняла ее за талию. Две девушки – рыжая и светлая глядели в старинное зеркало и грустно улыбались. Казалось, прошло несколько лун, а сколько всего случилось. Они уже не те, что прежде.

—Вы готовы? – Грегуар вскочил с кресла и оправил нарядный камзол. – Идем и развлечемся как следует. Мы это заслужили, как никто.

Парадный зал дома городского собрания Гэллентора совсем не походил на бальные залы знатных эльфийских кланов. Здесь не было ни хрустальных люстр с сотнями горящих свечей, ни декоративной лепнины на стенах, ни дорогих картин, ни даже начищенного до блеска мраморного пола.

Бревенчатые стены, дощатый пол, длинные столы, густо заставленные едой и напитками, возле стен ряды кресел для старейшин и пожилых гостей. По углам слуги с подвечиками. В центре пустое пространство для танцующих. Три музыканта с пузатыми лютнями бодро перебирали струны, настраивали инструменты.

В избе было жарко от натопленной печи, и дамы с оголенными плечами томно обмахивались кружевными платочками. Грегуар тоскливо глянул на стол, куда слуга-гном только что водрузил густо зажаренного кабана, и поклонился Айвене.

—Давай что ли потанцуем? – в его голосе не слышалась радость.

—Я же вижу – ты голоден. Сначала перекусим, — Айвена хорошо изучила своего жениха. Знала, что на голодный желудок танцор из него никудышный. Будет ворчать и наступать на ноги.

—Вы с нами? – она повернулась к Лорелее, которая опиралась на руку Дориэна.

—Я хочу пить. Принеси мне грушевого вина, — попросила Лорелея. Дориэн кивнул и направился к столу с напитками.

Лорелея отошла в сторону, чтобы не мешать танцующим парам. В избе было так жарко, что она решила выйти на улицу и подышать свежим морозным воздухом. Прихватила с рогатой вешалки свой меховой плащ и выскользнула за дверь.

К ночи ветер немного стих, небо над Гэллентором прояснилось и рассыпалось серебристыми звездами. Лорелея глядела в небо и пыталась отыскать знакомые созвездия, которые ей когда-то показывал отец. Вон там, справа, кажется Рыбы, а это Лучник, а чуть поодаль Русалка. На острове небо казалось ближе – протяни руку и достанешь до звезд. Лорелея жадно вдыхала свежий воздух с легким привкусом морской соли и слушала окружающую тишину. Закрытая дверь отрезала от нее шумный дом собрания. На улицах было пусто и тихо, словно все жители города скрылись за этой дверью, мир опустел и не осталось никого. Лишь она, Лорелея, Дитя Вне Времени, чужая для этого Мира. Она откинула капюшон плаща и закрыла глаза, чтобы ощутить, как лица касается легкий, как пух, ветер. И в этот миг ей казалось, что она счастлива. Исчезли тревоги и заботы. Остался лишь ночной город на далеком острове посреди моря, и звезды, и ветер, и тишина.

—Идем со мной, — хриплый шепот вторгся в ее мысли. Лорелея открыла глаза и резко отшатнулась.

Перед ней неизвестно откуда возник тот самый Орланд, который обещал отвезти их в Пещеры в первый день в городе. Только сейчас на голове люда торчала мохнатая серая шапка. На плечах тощего Орланда болтался старый залатанный плащ.

—Пошли. Я отведу тебя в Пещеру Рождения Магии, — люд схватил ее за руку и потянул. Лорелея возмущенно вырвала руку.

—Я не хочу в Пещеру. Мы пришли на танцы, и я намерена танцевать до самого утра.

—Еще натанцуешься. В Срединную ночь магия сильна, как никогда. Она пронизывает весь Мир, каждую частицу всего живого. В эту ночь даже существа, не владеющие магией, способны ощутить ее. Значит, мы сможем без труда проникнуть в Пещеру. Нужно спешить. Если до рассвета не войдем в Пещеру, следующего раза придется ждать целый год.

—У меня нет с собой денег, чтобы заплатить тебе, — Лорелея не особо хотела идти в такую ночь в пещеру. – К тому же, я должна позвать своих друзей.

—Нет времени, — отрезал Орланд. – Да и в пещеру не ходят толпой. Ты должна непременно войти одна, иначе тебе не откроется Истинная магия.

Лорелея оглянулась на закрытую дверь и, вдруг, повинуясь внезапному порыву, кивнула.

—Идем. Только к рассвету мне нужно вернуться в город. Иначе мои друзья устроят переполох.

Она накинула капюшон и поспешила следом за Орландом по дощатой улице. Они пробежали вдоль нескольких домов с ярко освещенными окнами. В праздничную ночь никто не ложился спать до полуночи. В конце улицы виднелась лестница из вырезанных в камне ступеней, которые вели к задним воротам. Эти ворота вели за пределы города в густой хвойный лес.

На воротах стояли два тролля. Рядом, на снегу чернела корзина с двумя горящими факелами. Огненные языки дергались, лизали черноту ночи, освещали запертые на засов деревянные ворота. Тролли радостно осклабились при виде Орланда.

—И чего тебе в городе-то не сидится, Орланд? – зычно хохотнул один из троллей, рыжебородый, с сальными черными глазами. – Зачем девку в лес тащишь?

—Не слышал, что старейшины запретили открывать ворота после полуночи, — проворчал второй, щуплого сложения, с редкой черной порослью на подбородке. Полукровка.

—Мы только прогуляемся по лесу и вернемся. Ты же меня знаешь, Сунчек.

—А девица согласна гулять с тобой по лесу? – Сунчек пристально глянул на Лорелею. Та кивнула.

—Девица согласна прогуляться до леса.

—И что такая красавица нашла в этом нищем забулдыге? – хохотнул рыжий.

—Он обещал показать мне магические пещеры, — ответила Лорелея. Негоже, если по городу разнесут сплетни, что она бегает на свидания с Орландом.

—Ну-ну! Эти пещеры – сказки для детей. Хитрец просто хочет заманить тебя в лес и соблазнить. Может, передумаешь? Мы с Сунчеком – парни хоть куда. Знаем как обращаться с красотками. Составишь нам компанию?

Лорелея яростно сверкнула глазами на наглого тролля и пожалела, что при ней нет острого меча.

—Открывай немедленно, не то я пожалуюсь старейшинам, что вы соблазняете девиц вместо того, чтобы охранять город.

—Девицы в такой час по домам сидят, а не бегают по лесу с людом сомнительной репутации.

Тролли еще поворчали для приличия, но ворота все же отперли. Лорелея и Орланд выбрались из города и по заснеженной тропе направились в лес. Лорелея шла медленно, ноги в коротких мягких сапожках проваливались в снег.

—Не мог предупредить, что мы пойдем в лес. Я бы выбрала подходящую одежду,— ворчала она на Орланда. Тот легко шагал по снегу длинными и тощими ногами, и постоянно оглядывался – не отстает ли его спутница.

—Я еле отыскал тебя. Вы больше не живете в «Веселом драконе». Я узнал, что ты работаешь в лавке Виллиры. Но вредная эльфийка отказывалась говорить, куда ты пошла. И мне пришлось расспрашивать горожан, не видели ли они рыжую девицу с зелеными глазами. Ты знаешь, что таких в Гэлленторе пятеро?

—Откуда мне знать? В городе несколько тысяч жителей. Я знакома лишь с теми, кто одевается в нашей лавке. Платья Виллиры не слишком нравятся девушкам. У нас в основном бывают пожилые дамы.

—Мне пришлось проверить двух рыжих эльфиек, которые оказались совсем на тебя не похожи. И лишь потом я сообразил, что в доме собраний намечаются танцы. Самое подходящее место для красивой незамужней людки. Мне повезло – не пришлось толкаться среди толпы. Ты стояла на крыльце, будто ждала меня.

—Ты слишком высокого о себе мнения,— хмыкнула Лорелея, подобрала юбки и перескочила через сухую корягу. – Я вышла подышать воздухом. В местных домах слишком жарко топят. И уже жалею, что пошла за тобой. Долго еще нам брести по этому лесу?

Вокруг мирно шелестели ветвями длинные сосны и ели. Снег переливался, мерцал в лунном свете, изредка раздавалось гулкое уханье совы. Теперь Лорелея и Орланд поднимались в гору. Тропинка становилась все круче и змеилась меж густых, разлапистых елей. Лорелея остановилась, чтобы отдышаться и оглянулась назад. Как высоко они забрались! Далеко внизу рассыпались золотые огни Гэллентора. Еще дальше, за стенами города, перекатывались волны Бескрайнего моря. С неба равнодушно глядели серебряные точки созвездий. Впереди, среди густых еловых веток виднелись серые камни. Посреди камней зияла круглая черная дыра – вход в пещеру.

—Давай скорее! – торопил ее голос Орланда. Он уже стоял возле черной дыры и нетерпеливо перебирал ногами.

Лорелея ускорила шаг и быстро добралась до Орланда. Чернота пещеры устрашала и одновременно притягивала ее.

—Не догадался прихватить факел, проводник? – съязвила она. – Как мы туда пойдем – на ощупь?

—Я туда не пойду,— усмехнулся Орланд. – Ты мне должна два золотых.

Он повернулся и зашагал по тропе.

—Стой! – Лорелея бросилась за ним вдогонку. – Ты что, оставишь меня здесь одну?

—Ты же хотелв в Пещеру? Я тебя привел.

—Но там же темно! И я не знаю, что там внутри и куда я должна идти. Вдруг, там опасно?

—Само собой, опасно! Там же древняя магия. Если боишься – возвращайся в город. Но два золотых все равно заплатишь.

—Я не боюсь,— Лорелея выпрямилась и решительно глянула в сторону пещеры. – Я войду в пещеру и узнаю, что хотела. Когда доберешься до Гэллентора, зайди в лавку Виллиры и передай, что я в порядке и скоро вернусь.

—Передать-то я передам – мне не трудно. Но стоит ли их обнадеживать? Вдруг, ты не вернешься? – пошутил Орланд и скрылся за деревьями.

Лорелея осталась одна у входа в пещеру. Ее пронзала тревога перед неизведанным. Что ее ждет там, внутри? Выберется ли она оттуда или погибнет, сраженная неведомой силой? Ее вновь охватили сомнения. Может, ну, ее, эту пещеру? Вернуться в город, в жарко натопленный дом собраний. Пить грушевое вино и танцевать с Дориэном. Лорелея вспомнила улыбку Дориэна, и на душе потеплело. И сразу перед внутренним взором всплыло искаженное злобой лицо мага Горациуса. Она тяжело вздохнула и бросилась к пещере. Что бы там не ждало ее, уж во всяком случае это не хуже, чем темная магия Горациуса, который разрушает и убивает все, чего коснется его рука. Она узнает, как одолеть темного мага. Даже если для этого придется преодолеть свой страх. Она глубоко вздохнула и ринулась в темноту пещеры.