Глава 13

Ведьма спала, разметавшись по широкой постели. Волосы намокли от пота, рубашка, расшитая эльфийскими кружевами, смялась от беспокойного сна. Прозрачные золотые нити тянулись от арочного входа в спальню, ползли по беломраморному полу на кровать и обвивали тело Морвенны тонкой сетью. Источник вторгся в сон ведьмы и направил ее воспаленный магией разум в нужное ему русло.

Она снова была Элией, рыжеволосой ведьмой из прошлого. На сей раз душу Элии переполняла любовь и счастье. Солнечный свет озарял просторные покои Розенгардского замка, где в берестяной колыбели лежали две крошечные девочки. Над колыбелью склонился сам лорд Утар Розенгард, благородный и отважный владелец земель Долины Роз. Губы милорда слегка подрагивали от радостного волнения, пронзительные серые глаза глядели на малышек в колыбели. Наследницы Розенгарда сладко спали, не ведая, что ждет их в будущем.

— У Арианы такой же упрямый подбородок, как у тебя, — рыжие локоны Элии коснулись плеча мужа, она положила руку ему на плечо. Супруги встретились глазами и сладко поцеловались.

— Зато у Корнелии твои зеленые глаза, дорогая! – мягко ответил лорд Утар. – И обе они унаследуют твой магический дар. В Розенгарде вновь воцарится светлая магия.

— Непременно! – горделиво сказала Элия и протянула ладонь, на которой серебрились две драгоценные звезды. – Это магический знак, который издревле носили женщины нашего рода. Малышки будут носить амулеты и впоследствии передадут их своим наследницам.

— А если у них родятся мальчики? – улыбнулся лорда Утар.

— Тогда звезды получат их внучки или правнучки. Магия в нашем роду передается только по женской линии, мой возлюбленный Утар!

Девочки в колыбели проснулись. Серые и зеленые глаза уставились на молодых и прекрасных родителей, а крошечные губки радостно улыбнулись. Элия склонилась над колыбелью и нежно поцеловала каждую из девочек в душистые щечки.

***

Морвенна очнулась в ледяном поту. Тело трясло, лихорадило, знобило. Не было сил подняться, сотворить пульсар, согреться магией. Что с ней? Она помнила, как легла в постель, провалилась в омут сна. Отчетливо помнила свой сон. Снова была Элией. У нее родились две дочери. Корнелия выросла, вышла замуж и родила отца Морвенны, лорда Аврелиуса. От Корнелии Морвенна унаследовала серебристую звезду – амулет родовой магии. Но кто вторая девочка – Ариана? О ней не рассказывал отец, не упоминалось в летописях дома Розенгард. Что с ней стало?

Постепенно дыхание Морвенны выровнялось, озноб прошел, она села и спустила босые ноги на пол. Нужно одеться и разжечь камин. Странно! Ноги коснулись влаги. Откуда взялась вода? Морвенна прошептала заклинание и дотронулась до пола рукой. Вода заискрилась золотым светом. Источник!

— Вот откуда этот сон! Источник проник в мой разум и показал видения из прошлого.

Морвенна решительно встала с постели, обулась и прошла в соседние покои – свою библиотеку. Взмах рукой – ярко запылал огонь в камине, уютно затрещали горящие поленья. Она села в излюбленное кресло, вытянула озябшие ноги к огню и задумалась. Чего от нее хочет Источник? Ведьма считала, что весь магический мир Пещеры Чар подчиняется Первым Магам. Выходит, это Первые направили к ней Источник и показали прабабку Элию и ее детей? Но зачем? Что даст Морвенне это видение? Как оно поможет сотворить магию Жизневорота?

Ведьма не знала ответ, но на всякий случай решила утаить содержание сна от рольгена. Она не сомневалась, что он служит лишь Первым. Если Источник вступил в контакт без их ведома, выдав его, Морвенна причинит вред и себе. Первые могут запретить ей безнадзорно приходить к Источнику. Ведьма глубоко вздохнула и улыбнулась. В душе забрезжила надежда. Выжить, одолеть Первых, вернуться домой. С этого дня никакой бытовой магии. Все силы направит к одной цели: победе над Первыми. А как это сделать – узнает в прошлом. Наверняка Элии или ее дочерям что-то известно.

Поленья медленно затухали, превращались в угли, тусклый ночной свет пульсаров в комнате сменился ярким дневным. Морвенна встала с кресла, потянулась и направилась вон из дома — к Источнику. Срочно сотворить петлю в прошлое. Снова стать Элией. Хорошо бы на пути не встретить вездесущего рольгена!

C каждым днем магия Морвенны становилась сильнее, и пространство вокруг нее оживало, наполнялось красками, звуками, запахами. Теперь она ходила к Источнику по лесной тропинке, полной свежих запахов ели, сладкого липового цвета, дурманящих ароматов белой черемухи. Вокруг тропинки разливались трелями соловьи, сердито стучал дятел, голосили иволги, пели дрозды. Под ногами на мелкотравье резвились быстрые зайцы, за кустами рыжел лисий хвост, а из чащи слышался зычный рев медведя. Морвенна шла медленно, по пути срывала сочную землянику, лакомилась малиной и ежевикой, слушала птиц и вспоминала родной Сумрачный лес Розенгарда.

— Столько магии троллю под зад! – возмущался рольген. – Зачем тебе это лес? Занимаешься дурью вместо главного!

— Замолчи! – шикнула Морвенна. – Ты запер меня в этой Пещере тролль весть насколько. Вечно одна, лишь твоя мерзкая рожа маячит перед глазами. Хочешь, чтоб я лишилась рассудка? Мне нужен лес, пусть будет пространство, ширь, птицы и звери. Хочу чувствовать себя на воле, среди цветов и деревьев.

— Смотри, Морвенна, если Первые узнают о твоих проделках – запрут в одинокую клеть до самого Жизневорота.

Рольген привычно ворчал, но так и не донес Первым о сотворенном магией лесе. Из чего Морвенна заключила: он боится, что Первые разгневаются на ведьму, покарают ее и заодно нерадивого стража Ромуала. Морвенне страстно хотелось узнать, чем занят рольген, когда покидает ее. Отправляется на охоту за другой ведьмой? Сторожит Первых? Занимается тайными делишками? В последнее время отлучки стали все чаще, и Морвенна приободрилась. Для прыжков в прошлое, к Элии, ей нужно время. И лучше, если рольгена не будет рядом. Иначе как она объяснит, что раз за разом творит временную петлю в один и тот же момент прошлого?

Лес закончился, и Морвенна прошла через арку к водам Источника. Мраморный мост от арки к Источнику влажно поблескивал водяными брызгами. Шумный водопад переливался, искрился, журчал, низвергался в Мертвую Реку. Каждый раз у Источника Морвенну охватывали трепет и ужас. Здесь, вблизи древней магической силы, она теряла волю и разум. Магия золотой воды опутывала, околдовывала, подчиняла ведьмину сущность. Не она, а Источник царил в этом месте и безраздельно повелевал Морвенной. Она протянула пальцы к прохладной воде, закрыла глаза и замерла в экстазе.

— Ты хочешь, чтобы я освободила тебя? Тогда помоги. Перенеси меня туда, где знают, как справиться с Первыми и разрушить Пещеру Чар.

Водопад всей мощью обрушился на Морвенну, поглотил ее тело, завернул водяным вихрем и бросил в открывшееся кольцо временного портала…

***

Три ведьмы стояли у окна в покоях розенгардского замка. Величественная и строгая Элия, совсем не похожая на рыжую девчонку, которая ночью пробиралась сквозь лесные дебри, спасаясь от охотников. С высокой прической и строгим прищуром зеленых глаз, тонкими морщинками на лбу, в парчовом платье с затянутой в корсет талией, Элия выглядела, как истинная миледи Розенгард. Не та, что колдует, собирает в лесу коренья и травы, плетет заклинания и разговаривает с духами. А та, что правит, уверенной рукой ведет хозяйство в замке и долине, разбирает ссоры и дела своих подданных.

По обе руки от Элии стояли ее юные дочери — двойняшки. Почтительно и тревожно девушки глядели на красавицу-мать и внимали ее словам. Ариана, со смоляными волосами и мечтательными серыми глазами, тоненькая, воздушная, и Корнелия с медными кудрями и лукавым взглядом зеленых глаз, игривая, живая, напористая. На шеях у девушек блистали схожие звезды – амулеты.

— Дочери мои! Я не могу решить, кто из вас унаследует Розенгард, а кто должен выполнить мою клятву и отправиться в Пещеру Чар. Я равно люблю вас обеих. Сердце мое разрывается болью, лишь представлю, что одна из моих дочерей будет навеки погребена в водах Мертвой реки.

— Маменька, но разве мы обязаны исполнить клятву? Это было давно. С тех пор никто не напоминал о нашем долге, — Ариана с мольбой посмотрела на мать. Элия нахмурила каштановые брови, по лбу пробежала легкая морщинка.

— Клятва жизни нерушима, дитя мое. Когда тебя и твою сестру настигла смертельная хворь, и вы лежали в горячечном бреду, я испробовала самые мощные светлые заклинания, перерыла все магические книги, пытаясь отыскать средство, способное вылечить вашу болезнь. Безуспешно. Ваши жизни таяли, как снег под солнцем, день ото дня вам становилось все хуже и хуже. Отец ваш, лорд Утар, созвал лучших лекарей наших земель. Никто из них не вылечил вас. Тогда я обратилась к темной магии. Есть заклинание. Оно необратимое. Выполняет твою волю, но всегда забирает что-то взамен. Я попросила жизни моих дочерей. На утро жар ваших тел спал, вы очнулись и почувствовали себя лучше. Прошел год, и каждый день я боялась расплаты за этот дар. Однажды ночью мне явился дух Первого Мага Острина и в качестве расплаты за магию потребовал одну из дочерей. В день вашего шестнадцатилетия я должна отправить свою дочь в Пещеру Чар на вечную службу Первым Магам. Если не повинуюсь – всей нашей семье грозит погибель. Розенгард сотрут с лица Видимого Мира, а жители Долины сгорят в негасимом пламени волшебного огня.

— Но что ждет нас в этой Пещере Чар? Зачем мы, смертные, понадобились Первым Магам? – воскликнула Корнелия. Ее глаза пылали гневом, она не желала отдавать свою жизнь или жизнь сестры Первым Магам из-за какой-то старой клятвы.

— Давайте присядем! Разговор будет долгим, а мои ноги уже не так резвы и выносливы, как в прежние годы.

Элия направилась к старинному дубовому креслу, села, поставила ноги на мягкую подушечку и расправила пышную юбку. Дочери привычно опустились на пол в ногах у матери и устремили на нее настойчивые взоры.

— С давних пор существует легенда, что Первые Маги вернутся в Видимый Мир, сотрут с лица земли все живое и создадут вновь. Но мертвые не возвращаются. Даже магам не под силу справиться со смертью. Четыре века Видимый Мир живет без Первых и до сих пор никому не удалось сотворить Жизневорот и оживить то, что умерло. Но однажды в наших землях появилось предсказание. Неведомо откуда и из какого источника. В предсказании говорилось: «Придет в Пещеру Чар ведьма Долины Роз, одна из сестер, сотворит животворную магию и вернет к жизни Первых Магов». До меня в Долине не было ведьм. Я первая и у меня две дочери. Слишком поздно узнала я о предсказании. Иначе выбрала бы другой путь.

— Но что ты могла сделать, маменька? – прошептала Ариана, глядя на мать печальными, полными слез глазами.

— Я могла выйти замуж за другого, не за лорда Долины Роз. Могла отдать вас на удочерение в далекие земли. Да все, что угодно, лишь бы избежать этой участи!

Голос Элии звенел гневом. Она понимала, что злой рок привел ее в Розенгард. Неспроста она страстно жаждала любви лорда Утара. Магический приворот управлял молодой ведьмой и ее желаниями.

— Теперь уже ничего не поделать! Я дала клятву.

Кончиками пальцев Элия смахнула слезы в уголках глаз, сжала губы. Каждую из двух дочек, своих розочек, любит она столь сильно, что готова вечно гореть в огне, лишь бы защитить их от невзгод и страданий. Но ее жертву не примут. У нее нет сестры, и ей не удастся обмануть Первых. Но ее дочери смогут. Она хорошо обучила их магическому искусству. Каждая владеет древней магией и сможет использовать силу Источника Пещеры Чар, чтобы разрушить магию клятвы и освободиться от уготованной ей трагической участи.

— Ариана, Корнелия! Завтра вам исполняется шестнадцать. Вы должны решить, кто отправится в Пещеру Чар, а кто унаследует Розенгард. И, умоляю, ни слова вашему отцу. Утар ничего не знает о предсказании и клятве, иначе он бросится вас спасать и погибнет в неравной борьбе с Первыми Магами.

Элия встала, по очереди притянула к себе каждую из дочерей и нежно поцеловала в лоб.

— Я не могу последовать за вами в Пещеру Чар. Но в миг, когда у вас иссякнут силы или вас накроет отчаянием, вы можете призвать меня, и забрать мою душу и жизнь. Магия материнской любви спасет от смерти, укроет от убийственных чар.

Она выпрямилась — лицо вновь обрело невозмутимость и строгость, и выплыла из покоев. Когда закрылась дверь, стихли шаги и шуршание платья, Корнелия воскликнула:

— Я отправлюсь в Пещеру. Не хочу замуж!

— Нет, сестра, — покачала головой Ариана, — Твоя магия в разы слабее, ты не владеешь заклинанием переноса во времени и пространстве и не сможешь противиться воле Первых. Я всегда знала, что ты унаследуешь Розенгард, а я выберу судьбу ведьмы.

— Ты посмотри на себя – дунь и сломаешься! Тебе даже слуги не подчиняются, за глаза кличут Воробышком.

Нежное и печальное лицо Арианы в миг изменилось: глаза сверкнули яростью, губы сжались, она резко выпрямилась и щелкнула пальцами. Корнелия взлетела к бревенчатому потолку и подвисла вверх ногами. Шелковая юбка откинулась вниз, обнажила ровные ножки в батистовых панталонах. Медная копна волос опустилась до самого пола. Лицо побагровело, глаза испуганно смотрели на сестру.

Ариана расхохоталась. Куда делась смешливость и надменность ее бойкой Корнелии?

— Отпусти немедленно! У меня голова закружилась! – пищала Корнелия.

— Поклянись, что позволишь мне отправиться в Пещеру Чар – тогда отпущу! – отрезала Ариана.

— Ты там погибнешь! Твоя смерть убьет нашего отца. Он же в тебе души не чает. «Мой воробышек!», — прошипела Корнелия, пытаясь скрестить пальцы для магического пасса.

— Ты не можешь противостоять моему заклинанию левитации! Куда тебе справиться с Первыми! — упрекнула сестру Ариана.

Корнелия стиснула зубы, дернула руками, пытаясь опуститься – ничего не вышло.

— Ну, ладно! Я пропустила пару заклинаний из маминой книги. Или больше. Красавчик Ринальд вскружил мне голову – думать ни о чем не могла, только о его небесно-синих глазах и сладком до дрожи голосе.

Ариана взмахнула рукой, перевернула Корнелию и плавно опустила на пол. Корнелия схватилась за лохматые волосы и бросилась к зеркалу в золоченой раме – поправить прическу.

— Видишь, тебе заказан путь в Пещеру Чар. В пророчестве говорится обо мне, Ариане Розенгардской.

Голос Арианы снова стал тихим и печальным, в глазах появилась тоска. Она не желала расставаться с жизнью, но гибель сестры немыслима. Пусть лучше она, Ариана, сотню раз испытает мучения и смерть, но любимая Корнелия будет жить и радоваться каждому дню.

Корнелия, наконец, уложила непослушные кудри и повернулась к сестре. Ее взгляд вновь заблестел лукавством.

— Хоть я и пропустила заклинание левитации, но все же кое-что видела в маменькином фолианте. Помнишь, в том, что она запретила трогать?

— Да, — мотнула головой Ариана. – Я тогда ужасно обиделась. Ведь в этой книге собраны самые древние и могущественные заклинания. Мама сказала, что книга досталась ей от старой ведьмы, род которой идет от Вторых Магов, что победили Первых.

— Так вот, насчет Первых. В книге было одно заклинание, способное убить их безвозвратно. Так, что больше ни одна ведьма или маг Видимого Мира не смогут вернуть их назад.

— Шутишь? – брови Арианы дернулись вверх, глаза распахнулись. Она приблизилась к сестре и зашептала:

— Тогда я прочитаю эту книгу от корки до корки. Всю ночь буду читать. Выучу то заклинание и, когда попаду в Пещеру Чар, покончу с Первыми Магами и сразу вернусь назад, в Розенгард.

— А я буду ждать тебя и с удовольствием уступлю место наследницы и своего мужа, сестра! – хохотнула Корнелия. Все, как всегда. Самые умные и находчивые девицы в Долине Роз нашли способ обмануть судьбу и повернуть ее в нужное им русло.

До первых лучей теплого летнего солнца сидела Ариана с волшебной книгой. Глаза лихорадочно блестели от бессонной ночи, пальцы перелистывали толстые пергаментные страницы, на столе догорала оплывшая восковая свеча. Белое платье слегка поблескивало в лучах рассвета.

— Корнелия, ты спишь? – Ариана подняла глаза от книги и посмотрела на растянувшуюся на постели сестру. Корнелия почти до рассвета сидела рядом, пока не закрылись усталые глаза и не сморил крепкий, молодой сон. Грудь Корнелии в белой сорочке мягко вздымалась, ведомая легким дыханием, губы приоткрылись, на лбу выступили жемчужные капельки пота. Юная дева сладко спала, позабыв о тревогах и печалях.

Ариана потянула руки, зевнула, закрыла книгу темной магии. Она прочла заклинание гибели Источника Мертвой Реки, запомнила каждое слово, каждый пасс, приняла в душу, чтоб выплеснуть смертельной волшбой в нужный час.

Ариана подошла к спящей сестре, улыбнулась и коснулась щеки Корнелии легким поцелуем.

— Прощай, сестрица! Живи счастливо и беззаботно под сенью нашего дома. А я отправляюсь выполнить клятву, данную маменькой.

За ночь учений и тяжких раздумий Ариана повзрослела. Словно тень быстролетного времени коснулась ее лица, придала юности оттенок торжественности и серьезности.

Она окинула свои девичьи покои прощальным взглядом, вскинула руки в магическом пассе и прошептала:

— Во имя Первых Магов открываю портал в Пещеру Чар!

Воздух в покоях сгустился, задрожал, образуя золотое кольцо пространственного портала. Арианна оглянулась на сестру и решительно шагнула в кольцо, оставив позади любящую семью и свою беззаботную юность. Портал мгновенно сжался до золотистой точки, потом и она исчезла. В покоях воцарились тишина и покой раннего утра.

Вдруг распахнулась дверь, и в покои дочерей влетела разгневанная Элия, миледи Розенгардская, одетая в шелковую рубашку. Рыжие волосы густым плащом спадали на спину.

— Ариана, Корнелия! Кто из вас колдовал? Воздух кишит черной магией.

Корнелия приподняла сонное лицо, посмотрела на мать:

— Что произошло, маменька? Почему ты расстроена?

Со страхом в сердце Элия метнулась к столу, где лежала раскрытая книга темных заклинаний, глянула на страницу, упала в кресло, еще хранившее тепло ее дочери, и разрыдалась.

Корнелия резко соскочила с кровати и бросилась к матери, путаясь ногами в полах длинной ночной сорочки. Она упала на колени, уткнулась в ноги Элии и воскликнула:

— Маменька! Не плачьте, я люблю вас!

Элия сжала лицо дочери в ладонях и строго сказала:

— Как же ты не доглядела за сестрой, Корнелия! Ариана, мой нежный цветочек, бросилась на растерзание в Пещеру Чар. И мы больше никогда ее не увидим!

— Что ты говоришь, маменька? Ариана всю ночь была здесь. Мы вместе читали этот фолиант. Я лишь на мгновение прикрыла глаза. Как она могла сбежать? До Пещеры Чар долгие дни пути.

— Твоя сестра гораздо сильнее в магии, чем я думала! – горько усмехнулась Элия. – Она создала портал и использовала темную магию, чтобы попасть в Пещеру Чар. Не представляю, как я расскажу твоему отцу о том, что натворила. Зачем я поведала вам о клятве? Я должна была сама отправиться в Пещеру и умолять Первых оставить моих дочерей.

— Элия, девочки, что случилось? – из коридора послышался басистый голос отца, лорда Утара и вот уже он сам появился в покоях дочерей. Грузный, с окладистой черной бородой и тронутыми сединой волосами, в длинной мятой рубахе, босиком, лорд Утар обвел комнату тревожным взором и уставился на жену.

— Где наша дочь Ариана?

Элия подняла на мужа заплаканные глаза, полные боли и страдания. Утар побледнел и оперся на шкафчик с книгами.

— Муж мой, мне так жаль! Я совершила ошибку, и расплачивается за нее наша дочь!

— Не пугай меня, Элия, — грозно рявкнул лорд Утар. – Говори яснее: что с Арианой?

Корнелия вскочила на ноги, подбежала к отцу, взяла за руку и потянула к креслу:

— Папенька, только не волнуйтесь! Нужно присесть, и мы с мамой все расскажем.

Растерянный лорд Утар позволил усадить себя в кресло. Корнелия подложила под босые ноги отца расшитую золотом подушку, потом присела на резной табурет и посмотрела на мать. Элия собралась с духом и рассказала мужу о своей клятве и о беседе с дочерями.

— Я поступила опрометчиво, супруг мой! Не думала, что Ариана так хорошо овладела чарами темной магии, а без нее невозможно открыть портал в Пещеру Чар.

— О, горе, горе! – Утар схватился за голову и начал раскачиваться из стороны в сторону. Корнелия испуганно глядела на отца. Как бы не повредился умом! – Ты предала меня, Элия! Как ты могла дать такую смертельную клятву?

— У меня не было выбора! – неожиданно спокойно ответила Элия. Ее слезы высохли. Она приняла решение. – Если бы я не вступила в сделку с Первыми Магами, наши дочери уже лежали бы в могилах.

— А сейчас одна наша дочь умрет, наша малышка Ариана, воробышек! Где эта Пещера Чар? Я соберу отряд и поеду выручать свою дочь.

Он грузно поднялся с кресла, схватился за сердце и резко осел обратно. Его грудь тяжело вздымалась, дыхание прерывалось, в глазах застыл страх.

— Утар! – взревела Элия, бросилась к мужу и приложила ладонь к его груди. Глаза ведьмы закрылись, губы зашептали заклинания на древнем языке. Из ладони на грудь Утара лился мягкий голубой свет целительной магии.

Корнелия на цыпочках подбежала к родителям и замерла, сложив руки в молитве:

— Да упаси моего отца, Небесная Волшебница! Сохрани его здравие и дай жизнь!

Время шло. Элия все шептала и шептала. Заклинание вытягивало из нее жизненные силы, вот уже ее прекрасное лицо осунулось и постарело, голос стал тише, она осела на пол рядом с мужем, но не отвела целительной руки от его груди.

— Элия! – пролепетал Утар и открыл мутные глаза.

— Молчи, дорогой! Береги силы! – хрипло, старческим голосом ответила Элия.

Корнелия перестала молиться и опустилась на колени рядом с матерью.

— Папенька, ты жив! – радостно воскликнула, увидев, что отец очнулся. Перевела взгляд на мать и отшатнулась.

— Мама, что с тобой? Ты такая старая.

Элия, наконец, оторвала руку от тела мужа и бессильно привалилась к его ногам. Яркая рыжина ее густых волос потускнела, покрылась серебряными нитями. Лицо испещрили глубокие морщины, губы утончились и высохли.

— Так и должно быть, Корнелия! – прерывисто сказала миледи Розенгард, в считанные мгновения превратившаяся в старуху. – Заклинание жизненной силы вытягивает годы из ведьмы. У твоего отца случился удар. Я его спасла.

— Но какой ценой! – прошептала Корнелия, не сводя взгляда с матери. Еще недавно она была молодой и прекрасной, сейчас – древней старухой.

Утар тяжело дышал, но его взгляд прояснился, мысли вновь обрели ясность.

— Ты отдала за меня свою жизнь! – он печально укорил жену. – Зачем, Элия? Где твоя красота и молодость?

— Мне не нужна молодость, ни к чему красота, если тебя не будет рядом! – усмехнулась Элия. Она оперлась на руку дочери и тяжко поднялась на ноги. Подошла к окну и взглянула на яркую синеву неба и палящее солнце. Повернулась к дочери и тихо сказала:

— Корнелия, подумай и ответь. Это важно. Ариана не сняла медальон со звездой перед тем, как открыть портал?

Корнелия нахмурилась, вспоминая, и покачала головой:

— Нет, маменька. Медальон был на ее груди. Я ясно видела его в первых лучах солнца.

Элия шумно выдохнула и поманила дочь:

— Подойди ко мне!

Она протянула руку к волшебному медальону, что висел на шее ее второй дочери и сказала:

— До тех пор, пока звезда на шее Арианы, она не умрет. Этот медальон сделан из редкого металла, что водится лишь в недрах Пещеры Чар. Сама Пещера хранит его обладателя от смерти.

Корнелия вспыхнула радостью и запрыгала, словно козочка:

— Маменька! Все хорошо! Ариана уничтожит Источник, Первые Маги сгинут навечно, и сестра вернется в Розенгард. Она такая умная и знает все-все заклинания темной магии.

Элия покачала головой и промолчала. Ей хотелось верить, что Ариана справится. Но отчего-то на душе скребли острые когти тревоги, и будущее виделось темным и мрачным.

С того дня осиротевшая семья Розенгард беспрестанно ждала свою Ариану. Денно и нощно Корнелия молилась Небесной Волшебнице. Ее отец целыми днями пропадал в лесу, в жаркой охоте пытался забыть свое горе. Элия погрузилась в волшебные книги. Искала заклинание, что снимет с их рода тяжкую клятву и вернет ей дочь. Мелькала череда тоскливых дней. Сенокос сменил Урожай, потом Студень, наконец, пришло Возрождение с заливистыми соловьиными трелями, ароматом яблоневых и персиковых деревьев и бойкими голосами Праздника невест, собравшихся в Розенгарде ради помолвки Корнелии и Ринальда, славного рыцаря Розенгарда.

Накануне помолвки Корнелия пришла к матери. Со дня, когда исчезла Ариана, Элия не выходила из Магической башни. Погруженная в древние пыльные фолианты, она сидела в старом кресле черного дуба возле маленького стола и пыталась отыскать путь к потерянной дочери. Волосы, уже совсем седые, спутанными прядями свисали на поникшие плечи, тело иссохло, а лицо, самое красивое лицо в Долине Роз, одрябло, взрылось морщинами. Горе высушило, состарило Элию Розенгардскую, лишило ее магии и сил, отвернуло от мужа и дочери, продолжавших жить даже после того, как не стало Арианы.

— Если хотите, маменька, я не пойду замуж. Ринальд согласен ждать, сколько нужно. Он тоже любил Ариану, считал ее своей сестрой.

Корнелия, когда-то резвая и веселая хохотушка, полная жизни и огня, стала вдумчивой и серьезной. Она похудела. Стройное тело с маленькой грудью, изящно посаженная голова с длинными медными косами, что змеями вились вдоль узкой спины, Корнелия была все так же красива, но из глаз исчезли искорки радости, улыбчивые губы плотно сжались, скулы заострились. Взрослая и красивая Корнелия все больше походила на мать, какой та была в цветущей молодости прежних лет.

Элия подняла на дочь красные от недосыпа глаза и покачала головой:

— Нет, дочь моя. Помолвка состоится, и ты станешь женой сэра Ринальда. И продолжишь наш род.

— Маменька, — Корнелия порывисто склонилась, обхватила мать за худые плечи, поцеловала в седые волосы. – Ариана еще жива. Звезда светится, когда я зову ее. Ты же знаешь, наши звезды связаны, как и мы с сестрой. Я непременно почувствую, когда с ней что-то случится. Она жива и борется. Я выйду за Ринальда и рожу ребенка, наследника. А потом отправлюсь на помощь сестре.

Голос ее дрожал, но глаза сияли решительностью и страстью. Элия прижала к себе дочь и прошептала:

— Никто не сможет попасть в Пещеру Чар. Ариане удалось лишь потому, что ее там ждали. Пока она жива, ты туда не проникнешь.

— Я найду способ, — твердо ответила Корнелия. – Я прочла все магические книги, что есть в этом замке, выучила все заклинания. Я знаю, что драконы в древности служили Первым Магам. Если отыскать дракона, он отвезет меня в Зубастые горы, и я найду Пещеру Чар.

— Эх, доченька! – горько усмехнулась Элия. – Ни одному смертному не отыскать дорогу к Первым Магам, пока они не позволят. Ты отдашь жизнь на поиски и погибнешь. Боюсь, мы должны предоставить Ариану ее судьбе. Моя жизнь еле теплится. Я скоро умру. Подожди, не прерывай! На твоем попечении останется отец, лорд Утар. Если ты покинешь замок – он не выдержит, умрет от горя. Не оставляй его. Живи счастливо с Ринальдом, вырасти наследников, пусти корни в Розенгарде. Я отыскала другое предсказание. Оно дает нам надежду. Сказано: придет Розендардская дева в Пещеру Чар, одна из двоих, разрушит Источник и навечно погубит Первых Магов. Чтобы жертва Арианы обрела смысл, наш род должен продолжаться. Будут другие сестры Розенгард, сильные ведьмы, способные разрушить древние чары.

Корнелия помолвилась с красивым и благородным Ринальдом . После Сенокоса сыграли шумную свадьбу. А ровно через девять лун у них родился сын, которому дали старинное родовое имя Аврелиус .