Глава 5

Солнце поднялось высоко и нещадно слепило глаза, когда Морвенна и Лилли приехали в Деревню Рудокопов. Посреди цветущей равнины, в окружении невысоких скалистых гор, усыпанных штольнями, виднелись серые крыши каменных домов. Рядом деловито сновали невысокие, кряжистые фигуры гномов.

— Как вокруг мирно, спокойно! Не могу поверить, что скоро сюда придут пожары, разруха и смерть, — прошептала Морвенна.

Они подъехали к одному из домов, спешились и привязали лошадей к старой яблоне, широко раскинувшей ветки возле деревенского колодца – журавля. Дома рудокопов окружали высокие частоколы с заострёнными кольями. Гномы — осторожные, расчётливые — тщательно берегли свои богатства от посторонних глаз и рук. На ночь дома запирались тяжёлыми запорами, во дворы спускали злобных псов. Чужаку, желавшему покуситься на сокровища жителей деревни, пришлось бы несладко. Клыкастые псы в миг растерзали бы жаждущих чужих богатств воров и грабителей.

Едва привязали лошадей — к ним тут же потянулись низкорослые селяне. Хмурые и недоверчивые, они с опаской приглядывались к двум леди. До гномов уже дошли слухи о близкой войне с соседями. В этой деревне никогда не любили воевать. Война — разорение и гибель. А здесь привыкли считать деньги и беречь мужчин. Если все уйдут на войну, кто пойдёт в штольню и будет добывать руду и уголь?

Серые фигуры окружили сестёр плотными рядами. Морвенна присмотрелась к лицам — сердитые взгляды и мерное ворчание давили, словно душный кокон.

— Приветствую вас, славные рудокопы!

В ответ некоторые склонили головы, другие поджали губы и сильнее засопели.

— И вам не хворать! — крикнул гном из первого ряда, за что тут же получил подзатыльник от сильной руки своей женушки. Женщины рудокопов отличались крепким сложением, густыми серыми косами, обмотанными вокруг головы и пронырливыми голубыми глазами на круглых лицах. Они нередко вместе с мужьями спускались в штольни и помогали вытаскивать на поверхность тачки с добычей. Считалось, что в селении правят мужчины, а женщины — чтобы работать по дому и растить детей, коих в семьях рудокопов было немало. На деле жены часто верховодили не только в домах, но даже на сельских сходах. Вершили судьбы односельчан, решали, где и почем продавать добычу, когда стоит воевать с лесными троллями, а когда нужно откупиться от них парой телег железной руды.

— Валёк, и ты, Марийка, мы с Лилли приехали сообщить, что надвигается война. Наши соседи братья Нармусы уже не раз врывались в Долину и нападали на приграничные деревни. Разведчики доложили, что они готовят большое наступление.

Бурчание громкой волной заглушило последние слова Морвенны, слегка сбило её с мысли. Она обернулась к сестре — Лилли подбодрила взглядом.

— Тише! Я скажу, что хотела, а потом каждый выскажет, что думает.

Ее звучный голос перекрыл недовольный рокот гномов. Они в страхе отпрянули — память о "злой ведьме" еще кружила в буйных гномьих головах.

— Слушаем вас, миледи! — хрипнул седой и длиннобородый глава деревни Хмурек.

— Я предлагаю вам сегодня до заката отправить женщин, детей и стариков в Розенгардский замок, под охрану его каменных стен и лучников.

— Никак не могём, миледи, — насупился Хмурек. — Не отдадим наших детей. А женки, как видите, сами могут сражаться хоть с Нармусами, хоть с троллями.

— Особливо, твоя старуха, Хмурек! — заржал молодой гном с кудрявой бородой. — Помнишь, как в тот Сенокос она отмудохала тебя сковородой, когда ты до утра просидел в таверне?

Гулкий рокот сменился дружным ржанием. Гномы хихикали, держась за животы, сгибались пополам, топали красными сапогами. Даже Лилли едва скрывала усмешку. Все отлично знали суровый нрав Гельки, жены Хмурека.

— Согласна, женщин можете оставить, но детей и стариков всё же отправьте в замок. Войско Нармусов пополнилось головорезами троллями, а у них к вашей деревне отдельный счёт.

Голоса стихли, гномы задумались. Тролли не будут медлить, когда доберутся до деревни. Разграбят и сожгут дотла.

— Миледи, мы спрячемся в шахтах. Всё ценное унесём с собой. Троллю не по силам найти то, что желает укрыть гном.

— Как знаете, Хмурек, — Морвенна прикусила губу. Вечно эти гномы упрямятся, как ослы на Златоборской ярмарке. — Всё же, если передумаете — будем ждать до заката, потом закроем ворота.

Бурчащий шлейф провожал сестёр до окраины деревни. Гномы спорили, ибо не все желали прятаться под землёй. Некоторые хотели сражаться "до последнего вонючего тролля", другие — бежать и укрыться в стенах замка.

— Время пришло, миледи? Заберете Разящий меч? – тихо спросил Хмурек, поравнявшись с Морвенной. Она шла рядом с сестрой, позади гномы вели за поводья их лошадей. Рудокопы вызвались проводить сестер до края деревни. Одни — убедиться, что уехали, другие — полюбоваться цветущей красотой Лилли. Длинный ряд серых фигур неспешно тянулся по вымощенной камнями деревенской дороге. По обе стороны виднелись добротные гномьи дома, старательно огороженные от соседских и чужих глаз высокими заборами. Когда дома закончились, дорога вывела к усыпанным шлаком горам с гномьими штольнями. Гномы привыкли трудиться от рассвета до заката и знали цену каждому вырученному золотому.

— Что за «разящий меч»? – спросила любопытная Лилли.

— Меч, выкованный с помощью магии для вашего дальнего предка лорда Виртуса Розенгарда. С тех пор он надежно заперт в одной из наших штолен. Ваш отец, миледи, ни разу не просил меня отдать меч. А сражений он повидал немало.

— Почему ты решил, что мне нужен меч, Хмурек? – голос Морвенны звучал глухо.

— Что-то страшное грядет, миледи! По утрам вместо пения соловьев мы слышим злобное карканье черных воронов. Они кружат над землей, собираются в стаи, предвещают недобрые времена. Боюсь, сражение с Нармусами будет лишь началом. Главная битва еще впереди. А вы – единственная ведьма в нашей округе, способная противостоять злу. Вы сможете достойно распорядиться мечом, миледи.

Морвенна задумалась. Там, куда она собралась, от меча не будет толку. Но отказываться от такого грозного оружия не стоит. Розенгардцы будут сражаться с Нармусами. Меч пригодится лорду Корнелиусу. Поможет одолеть врагов.

— Я заберу меч, Хмурек. Надеюсь, твои страхи не сбудутся, и нас ждет лишь заурядное сражение с соседями. Когда все закончится, меч вернется в твое подземное хранилище.

— Договорились, миледи! – облегченно вздохнул гном. Ведьма с Разящим мечом сможет защитить их землю от ненастных дней.

— Обождите здесь, миледи. Я принесу меч.

Морвенна и Лилли остановились. За ними встали остальные «провожатые». Хмурек подманил пальцем одного из гномов, и они шустро двинули к одной из штолен, закрытой железной дверью с тяжелым замком. Хмурек снял с шеи веревку с ключом, вставил в замок. Они вдвоем натужно открыли дверь и скользнули внутрь.

— Как они ориентируются в полной темноте? – удивилась Лилли.

— В кармане у каждого гнома огниво. А в штольне развешаны масляные лампы. Гномы – не кошки, в темноте без лампы ничего не разглядят.

Ждать пришлось долго. Из деревни подъехала телега с бочонком воды. Сначала дали напиться людям и гномам – большую деревянную кружку передавали из рук в руки, начав, само собой, с сестер Розенгард. Затем остаток воды вылили в деревянное корыто и поставили лошадям. Казалось, прошла вечность, и Морвенне подумалось, что гномы уже сгинули в своей штольне, когда, наконец, дверь открылась. Сначала на свет вынырнул приятель Хмурека, а затем и сам Хмурек, моргая, вылез из штольни. В руке гном держал потертые ножны с мечом. Он положил меч на землю и тщательно запер дверь, а ключ вернул туда, где ему место – на свою шею. Поднял меч и степенно подошел к Морвенне, сидевшей на большом валуне.

— Ваш меч, миледи! Бережно хранимый моим отцом, а теперь мною. Да поможет он вам в смертельной схватке с врагом!

Морвенна взяла ножны, поблагодарила хранителя и вынула меч на свет. Холодная сталь сверкнула в солнечном луче. Рукоять меча сияла драгоценными рубинами.

— Ах! – взревела толпа. Гномы и не догадывались, что хитроумный Хмурек держит под землей такое сокровище.

— Братья, этот меч принадлежит семье Розенгард. В предании сказано, что он создан для великой битвы и послужит общему благу.

— Какая великая битва? Что ты выдумываешь?

На Хмурека посыпались смешки и поддевки.

— Битва грядет! Я чую!

— Нашелся «чуй»! Утаил от нас сокровище.

— Нужно забраться к нему в штольню. Небось, припрятал там сундуки с золотом и алмазами.

— Друзья! Ничего я не прятал! Этот меч доверил моему отцу предок Розенгардов. Велел хранить и передать в руки его потомкам, когда потребуется. Это чужое добро.

Гномы возмущались долго. Самые нахрапистые подходили ближе и протягивали руки к мечу – проверить: остëр ли. Морвенна благодушно давала гномам полюбоваться скрытым от них сокровищем. Но, когда гномы пошли по третьему кругу, воспротивилась и заявила:

— Хватит! Уважаемые рудокопы, нам пора в путь. Нужно предупредить жителей еще одной деревни и до заката вернуться в замок.

Гномы нехотя отступились. Сестры попрощались с рудокопами. Хмурек помог Морвенне прикрепить ножны с мечом к седлу Зори. Девушки сели на лошадей и поехали прочь из негостеприимной деревни. Сперва двигались шагом, потом перешли на рысь.

— Как думаешь: они отправят детей в Розенгард? — спросила Лилли, когда штольни остались далеко позади, а они с сестрой галопом скакали в сторону следующей деревни.

— Вряд ли, — мотнула головой Морвенна, спасаясь от назойливой осы.

Послеполуденный зной щекотал шею горячим воздухом, рассыпая по округе жаркую негу и лень. "Сейчас бы и искупаться! " — подумала Морвенна и с тоской глянула на сверкающую ленту Быстрой реки, бегущей вдоль дороги.

— Уф, до чего жарко! Тпру! — Лилли остановила кобылу, спрыгнула наземь, взяла Ласточку за поводья и повела по траве к прохладной реке. — Слезай, нужно напоить лошадей, да и нам не помешает освежиться.

— Ладно, давай искупаемся!

Морвенна остановила Зорю и спешилась. Они с Лилли отвели лошадей к реке и ждали, пока те вволю напьются чистой воды. Лилли сняла с седла Зори корзинку с завтраком, и они с сестрой отлично перекусили белым хлебом, жареной курицей и парой яблок. Потом привязали напившихся лошадей в сени ольшаника, растущего вдоль дороги, а сами разделись и с визгом ринулись к прозрачной воде.

Морвенна, худая, с узкой спиной, длинными ногами и маленькой упругой грудью, стремительной ланью бросилась в воду, взмахнув тучу брызг. Лилли, с плавными линиями бедер и пышной грудью, неспешно шла к воде, опасливо ступая на сухие травинки и мелкие камушки. Под правой лопаткой Лилли отчётливо виднелась чёрная родинка в виде звёздочки.

На шеях у сестёр серебрились цепочки с одинаковыми медальонами. Морвенне его подарил отец, а Лилли, выросшая у приёмных родителей, носила свой с раннего детства. Семнадцать лет назад супруги лавочники из небольшого городка Кронлин нашли малышку Лилли на пороге своего дома. Рядом с девочкой лежал серебряный медальон. Всего год прошел с того дня, когда Морвенна впервые увидела Лилли в глубине Кристалла Предсказаний, узнала медальон и догадалась, что это ее сестра.

Морвенна заплыла на середину реки и с наслаждением нырнула под воду. На дне суетились верткие щуки и мелкие рачки. Под гладкими камнями зарылись в песок мрачные усатые сомы. Стайки шустрых рыбешек проплывали мимо и щекотали голые ноги девушки. Она вынырнула, глубоко вдохнула и откинула за спину намокшую чёрную косу.

— Давай, наперегонки! — крикнула Лилли, бросилась в воду и резкими гребками поплыла к другому берегу.

Морвенна засмеялась. Вода охладила летний жар, смыла дорожную пыль, освежила мысли. Она едва не забыла, что её ждёт на исходе дня. Ах, вернуть бы вчерашний день! Она могла поставить магический запрет на перемещение своего тела и тела сестры. Ни один маг, тем более тень мага, не может нарушить такой запрет. Пусть скрипят костями или что там от них осталось! Она гневно фыркнула, сложила пальцы лодочкой и поплыла за сестрой.

Лилли плавала ловко и быстро, как рыба. Морвенна изрядно отстала и, когда выбралась на другой берег, сестра уже стояла на траве и выжимала тяжёлые косы.

— Я — первая.

— Ты схитрила — начала раньше.

— Ничего подобного! Просто я ловчее и быстрее. И моложе.

— Всего на два года.

— На целых два года.

С самого дня встречи сестры препирались друг с другом, доходило до ссор. Зато как приятно потом мириться!

Морвенна легла на землю, слегка поморщилась от колючих травинок, впившихся в спину и ноги, и широко раскинула руки. Солнце пекло, грело, скользило мягкими лучами по её охлаждённому купанием телу, а лёгкий ветерок приятно щекотал разомлевшее от зноя лицо.

— Лилли, что, если меня вдруг не будет, и ты станешь леди Розенгард?

Лилли попрыгала на одной ноге — вытряхнула воду из уха — и присела рядом с сестрой.

— Что значит: тебя не будет? Ты куда-то собираешься? Возьми меня с собой. Знаешь, я очень продвинулась в защитной магии, а уж в приготовлении зелий мне нет равных в Долине.

— Я никуда не собираюсь, — соврала Морвенна. — Но ты — моя наследница и должна понимать, какая огромная ответственность ляжет на твои плечи. Ты будешь решать: воевать или заключать мир, какой участок выделить под сенокос Деревне Роз, а какой — садоводам. Сколько железной руды продать, а сколько — пустить на ковку мечей. Ты будешь судить нарушивших закон наших земель, решать, кого казнить, а кого — миловать.

— А для чего тогда муж? Пусть он решает, воюет, а я спокойно займусь своими зельями и книгами.

— Мариус, равно как мой супруг Корнелиус Варг, могут вмешиваться в управление Розенгардом и Долиной Роз лишь на правах советников. Только прямые наследники могут править. Сейчас это мы с тобой. Когда-нибудь у тебя будет ребёнок, который будет следующим наследником.

— Ну, это когда ещё будет, — лениво протянула Лилли, прищурившись на солнце.

— Может, скорее, чем ты думаешь.

— Откуда ты знаешь? Вдруг, у вас с Варгом вперёд родится наследник. Тогда я буду свободна, и мне не придётся воевать с соседями и судить бедных селян, укравших мешок зерна.

Морвенна хотела ответить, но Лилли вдруг вскрикнула и пригнулась. Её глаза испуганно округлились.

— Что ты увидела?

Морвенна подняла голову, но Лилли резко схватила сестру за плечи и прижала к земле.

— Спрячься! Мы здесь, как на рыночной площади — на самом виду, — прошептала она еле слышно.

— Ну и что? Вокруг никого. Мы здесь одни.

— Уже нет. По дороге клубится пыль. Кто-то приближается, и их много.

Морвенна резко перевернулась и едва не ойкнула — травинка впилась в голый живот.

По дороге со стороны леса двигался отряд всадников. Пригляделась — низкорослые, плечистые, едут без сёдел. Тролли! Наёмники, которых утром упоминал сэр Глендор. Бегло пересчитала – тридцать. Слишком много! Хотя для них с Лилли, обнаженных и безоружных, и пары будет достаточно.

— Только бы нас не увидели! — тихо взмолилась Лилли, плотнее прижималась к земле. — Хорошо, мы привязали лошадей среди деревьев.

— Лошади могут заржать. К тому же, наша одежда осталась на том берегу. Даже тупицы догадаются искать нас в реке.

Морвенна приподняла голову, нахмурилась. Тролли все ближе. Еще немного – увидят лошадей и одежду. Тогда им придется, ох, как несладко! Нет, их не убьют. Если узнают – возьмут в плен и отведут к Нармусам. А тогда, чтобы выручить жену и свояченицу, лорд Варг с готовностью пожертвует Розенгардом. Эх, не хотелось обращаться к магии, но другого выхода нет.

— Лилли, — прошептала Морвенна, склонив голову к уху сестры. – Смотри и запоминай. Это заклинание отвода. Оно запутает наших врагов и направит их по другой дороге.

Она прищурила глаза и быстро зашептала:

— Рябь на глаза, туман в голову, память прочь, никогда не найти вам дорогу! Confusa!

Кони под троллями дернулись, заржали и завертелись на месте. Тролли выпучили глаза, приоткрыли рты, на миг застыли. Послышались крики:

— Куда прешь? Назад!

— Не та дорога! Поворачивай!

— Налево! Нет, направо, грязный кирдык!

— Сам знаешь, так и показывай, жирдяк!

Лошади хаотично крутились, пылили дорогу, ржали, тролли ругались, плевались, орали. Комья пыли и грязи с дороги летели во все стороны. Морвенна в страхе зажала рот рукой: их с сестрой лошадки, почуяв неладное, тоже заржали. Она тихо прошептала:

— Aequo Animo, pretiosa!

Кобылки тряхнули гривами, дернули поводья – колыхнули ветви ольхи, затем успокоились, замерли, выжидающе посмотрели на другой берег, где в высокой траве спрятались хозяйки. Троллий отряд с шумом и криками повернул в обратную сторону и бойко потрусил в сторону леса.

— Получилось! – взвизгнула Лилли и тут же получила легкий подзатыльник от сестры.

— Они еще близко! Вдруг, услышат?

— Тогда ты снова произнесешь заклинание! Правда теперь я и сама могу. Запомнила каждое слово!

Морвенна убедилась, что тролли отъехали достаточно далеко – не увидят, поднялась и бросилась к реке. Скорее перебраться на другой берег, одеться, забраться в седло и рвануть из этого опасного места подальше от тролльей банды. Она мягко вошла в воду и осторожно, почти без всплесков, поплыла. Позади Лилли плавно скользила по водной глади. Когда сестры выбрались на берег, тролли уже почти скрылись за поворотом и лишь отдаленное ржание коней, да пыльный шлейф выдавали их недавнее присутствие.

Морвенна и Лилли отжали мокрые волосы, наспех оделись. Сапоги противно чавкали на мокрых ногах. Нет времени обсохнуть. Нужно скорее добраться до видневшихся неподалеку холмов. Там за холмами Деревня Роз, от нее до замка – всего ничего.

Зоря слегка заупрямилась, когда Морвенна оторвала ее от поедания сочной травы и залезла в седло. Кобылка Лилли беспрекословно дала себя оседлать и потрусила к дороге. Сестры быстро поскакали в сторону деревни, но время от времени оглядывались – не прошло ли заклинание и не повернули ли обратно рассерженные тролли.

— Они ехали в Розенгард! – кричала Морвенна, приподнимаясь в седле и переходя на галоп. Быстрее, еще быстрее!

— Нам нужно успеть предупредить жителей Деревни Роз и мчаться в замок!

— Успеем до заката, если немного прибавим ходу! – отозвалась Лилли и припустила вперед.

Дорога вилась серой лентой, петляла среди лугов и полей. Сестры вскачь домчались до первых холмов, грудью торчавших посреди равнины, и сбавили ход лишь, когда достигли густых кленов и вязов, скрывших их под своими пышными зелеными кронами.

— За тем холмом Деревня Роз! – Морвенна натянула поводья, и лошадь пошла легкой рысью.

— Ох, мне уже кажется, мы напрасно затеяли эту поездку. Сельчане не желают оставлять свои угодья и прятаться за крепкими стенами Розенгарда. Только зря время потратили!

Морвенна посмотрела на сестру. От быстрой скачки волосы слегка просохли, но растрепались. Солнце покрыло лицо золотистым флером загара, щеки горели румянцем. Морвенна глядела на сестру и старалась запомнить ее такой. Безмятежной, искренней, ребячливой и прекрасной. Может статься, это последний раз, когда они видятся. Что ей готовит будущее – страшно подумать! Она вздрогнула, словно от холода, и покрылась гусиной кожей. Будто солнце скрылось, и мир настигла ледяная стужа.

— Что с тобой? Почему так смотришь? – беспокойно спросила Лилли. С сестрой происходит что-то странное. Сегодня она не такая, как обычно. Задумчивая, строгая.

— Просто радуюсь, что мы вместе. Еще недавно я и помыслить не могла, что встречу родную сестру. Отец умер, и я осталась одна в целом свете.

— Но теперь мы вместе. Твое одиночество позади. К тому же, у тебя есть любящий муж. Уверена, Корнелиус жизнь отдаст за одну твою слезинку, сестрица.

— Не желаю, чтобы он так дорого платил за мои слезы, — жестко ответила Морвенна. – Ты знаешь, я прекрасно способна себя защитить. Не нужно меня беречь и спасать.

— Я и не собиралась, — хмыкнула Лилли. – Ты – грозная ведьма. Вон как ловко управилась с толпой вонючих троллей.

— Откуда ты знаешь, что они воняют? Неужели почуяла их резкий запах с другого берега?

— Просто знаю. Помнишь, мы зимой поехали на Златоборский рынок и забрели в тролльи ряды? Где они торговали краденым оружием и доспехами. Вспомнила?

— Как не вспомнить? – улыбнулась Морвенна. – Ты сразу достала вышитый батистовый платочек и принялась обмахиваться. Вздернула нос и надула губы. Мы с Мариусом хохотали до слез!

— Вас квасом не пои – дай посмеяться! – проворчала Лилли. – Неужели вам был приятен отвратительный запах грязи и пота, разивший от этих наглых верзил?

— Неприятен. Но нам часто приходилось общаться с троллями. В прошлом году они помогли нам вернуть замок, когда его подло захватил папаша Нармус. Я просто стараюсь реже дышать, когда они неподалеку. Но, упаси Небесная Волшебница, если я покажу, что мне не нравится их запах. Это же оскорбление! Ты знаешь, Глендор хочет привлечь этих наемников в наше войско. Каково тебе будет, если они поселятся в замке?

— Надеюсь, планы Нармусов провалятся, и мне не придется жить по соседству с развратными и неряшливыми троллями!

Пока сестры огибали заросший травой и кустарником холм, солнце скрылось, на небо набежали пухлые тучи, подняли прохладный ветер, и вот уже капля за каплей заморосил теплый летний дождь. Разгоряченные быстрой ездой путницы с наслаждением подставили лица под освежающую влагу. Даже лошади, устав бороться с прилипчивыми мухами, теперь радостно прядали ушами и оглашали округу заливистым ржанием. Вдалеке показались белые избы и цветастые палисадники Деревни Роз.

— Впервые еду к ним с горестной вестью, — сердилась Лилли. – Местные всегда были щедры к нам. Никогда не отпускали без кадушки меда и целой корзины душистых роз. Как им сказать, что за нами по пятам следуют тролли? Они разорят их дома, изнасилуют женщин и продадут детей в рабство.

— Погоди! – охладила сестру Морвенна. – Не стоит пугать их раньше времени. К тому же мы готовы дать им укрытие и защиту под стенами Розенгарда.

— Думаешь, они бросят свои дома и сады на разорение врагам и будут пережидать в замке?

— Ненадолго. Я верю в силу нашего войска. Мы победили в прошлый раз и снова одержим победу над Нармусами.

Сестры стремительно въехали в деревню и пустили лошадей шагом. Морвенна невольно улыбнулась: настолько мирная и безмятежная открылась картина. Воодушевленные летним дождем ребятишки резвились в теплых лужицах. Тонкая, красивая сельчанка в белой рубахе, перехваченной голубым передником, гнала хворостиной толстую свинью. Полосатый кот спрятался от дождя в перевернутой бочке и яростно шипел на косматого пса с толстой цепью на шее. Крепкий селянин с загорелыми босыми ногами, торчащими из льняных штанов, сидел на бревне и правил тетиву лука. В палисаде сельчанка спешно снимала белье, развешанное на веревке. День медленно клонился к закату и, казалось, ничто не сможет нарушить приятную рутину сельской жизни.

На Морвенну и Лилли оглядывались, кивали, в знак уважения снимали круглые синие шапочки. Сестры – госпожи в ответ кланялись и улыбались. Когда подъехали к дому сельского главы, спешились. Привязали лошадей у ограды и через резную деревянную калитку прошли во двор, засаженный розовыми кустами. Розы были повсюду: в каждом палисаде, за оградой, вдоль дороги. Разноцветье слепило глаз, а густой сладкий аромат пьянил и дурманил головы.

Из-за дома вышла полногрудая женщина с рыжими волосами, забранными под голубую шапочку с лентами на подбородке. Одетая, как все сельчанки, в белоснежную рубашку и передник, она шла босиком по влажной траве, держала в руках букет роз и напевала вполголоса:

— Лей, дождик, лей

Воды не жалей

Смочи розы и траву

Не тронь головушку мою…

— Кара! – крикнула Лилли и бросилась к женщине. Та радостно взвизгнула и крепко прижала гостью свободной рукой.

— Лилли! Ты, кажется, выросла и пополнела. Сколько мы не виделись?

— С Возрождения! Я приезжала к тебе за зельем от подагры. Наш старый конюх хворал.

Кара была известной зельеваркой и учила Лилли собирать травы и варить целебные отвары и зелья. Едва Лилли освоила азы магического искусства, как сразу начала добавлять к чудесным снадобьям Кары горстку магии, отчего те обладали поистине волшебным действием.

— Пойдем, покажу, какой зверобой я собрала в прошлую луну.

Она потянула Лилли в дом. Неслышно скользя по траве, подошла Морвенна и кашлянула:

— Доброго дождя, Кара!

Темные глаза сельчанки вспыхнули гневными искрами. Она прикусила губу, но все же присела перед миледи, склонив голову.

— Миледи! Рада приветствовать вас в нашем доме! Надеюсь, в замке не хворают?

— Здоровы, спасибо!

Кара слегка покраснела. В ее жилах текла капля ведьминой крови, и она остро чувствовала ауру темной магии, исходящую от леди Морвенны. Кара помнила времена, когда люди бежали из Розенгарда в страхе перед злобной ведьмой, которой стала осиротевшая Морвенна. Сельчане тогда отправили Кару в Розенгард – хотели, чтобы она уговорила миледи «сдобриться» и пощадить своих подданных. Кара пришла в замок и была допущена к Морвенне. Ужас охватил чуткую душу Кары. Морвенна в черном платье с высоким воротом, бледная, похудевшая, с красными от бессонных ночей глазами, походила на раненую ворону. Каре не удалось поговорить с Морвенной. Мерзкий советник Вольгериус ни на шаг не отходил от хозяйки, следовал по пятам и шептал, науськивал, задурманивал ее больную голову.

Потом в деревне узнали, что Морвенна уехала из замка вместе со слугой Мариусом и пропала. Замок захватил давний враг Розенгардов лорд Нармус и на жителей Деревни Роз наложили новый оброк. Раньше они отдавали Розенгардам часть выращенных цветов. Нармус потребовал золото. Сельчанам приходилось ездить на Златоборский рынок, продавать цветы и отвозить в замок тяжелые кошели с монетами. Все вырученные монеты отдавали новому господину, на жизнь почти не оставалось. Народ роптал, точил мечи, правил луки. Близился час восстания. Вольнолюбивые жители Деревни Роз не желали мириться с голодом и нищетой и готовились расправиться с воинами Нармуса, когда те придут в деревню за новыми поборами.

Но судьба решила иначе. Вернулась леди Морвенна, да не одна, а вместе с лордом Корнелиусом, своим нареченным, и его войском. Они проникли в замок и расправились в Нармусом и его приспешниками. А потом Морвенна с женихом поехали по Долине, заезжали в каждую деревню, побывали в Деревне Роз и пообещали отменить жестокие поборы Нармуса. Кара увидела, что Морвенна вновь изменилась. Пропала жесткость взгляда, лицо слегка округлилось и порозовело. Она с такой любовью и нежностью глядела на лорда Варга! Сельчане радовались. Но Кара знала. Темная магия, однажды поселившись в душе, не проходит, не исчезает. Она притаилась в потаенных глубинах сущности Морвенны, копит силы и готовится вырваться наружу с умноженной силой.

Какие разные эти сестры Розенгард! Словно Луна и Солнце.

У старшей, Морвенны, темно-серые глаза, большие, широко распахнутые. Они сужались до узких щелочек, когда она гневалась или колдовала. Высокий белоснежный лоб, гордая посадка головы на длинной шее, тонкий нос с небольшой горбинкой достались девушке от предков Розенгардов. Рот маленький, неулыбчивый, губы плотно сжаты. Она редко улыбалась, еще реже смеялась. Густые черные волосы спадали на спину до узкой талии.

У Лилли – голубые глаза, мягкие, смешливые, с лукавыми искорками. Маленький вздернутый нос, круглые щеки с легкой россыпью мелких веснушек, пухлые губы. Большой рот часто улыбался, открывая ровные зубы. Фигура округлая, чуть полная, но гибкая. Золотистые с легкой рыжиной волосы до колен заплетены в две тугие косы.

— Кара, а где твой муж Редник? Мне очень нужно поговорить с ним.

Кара, присевшая собрать розы, подняла на Морвенну умные глаза.

— Он на рассвете уехал в Златобор, миледи. Скоро продавать урожай роз. Нужно договориться с купцами о лучшей цене.

— Как некстати! – поморщилась Морвенна, взглянула на удивленное лицо Кары и добавила:

— В сторону деревни едет отряд троллей – наемников. Скоро они будут здесь. У вас есть, где укрыться?

— Мы можем уйти в лес, миледи. В старом лесу они нас не найдут. Тролли тупые и не способны видеть дальше своих носов. Вот только, боюсь, они ограбят деревню.

— Кара, — вмешалась Лилли. – Вы можете поехать с нами в Розенгард. За стенами замка тролли вас не достанут.

— А как же розы? Наш урожай. Они пожгут и вытопчут наши цветы, и нам придется голодать до следующей весны.

— Кара, не думайте о розах. Вслед за троллями явятся братья Нармусы. Они идут на Розенгард, ваша деревня как раз по пути. Если не скроетесь – они вас убьют или что похуже.

Голос Морвенны звенел яростью, глаза сверкали. Она предлагает помощь, а эти тупоголовые селяне противятся. Целый день потрачен впустую!

— Миледи, нам не нужна ваша помощь! – холодно ответила Кара. — Мы скроемся в лесу, а когда Нармусы проедут в Розенгард, вернемся и соберем урожай. Не думаю, что они надолго задержатся в нашей деревне. Что у нас брать, кроме розовых кустов?

— Как знаете! – протянула Морвенна и убрала волосы со лба. Она почувствовала, как устала, и желала поскорее добраться до замка. Вот только на отдых времени нет. За спиной враги, а впереди ее ждут изнуряющие дни и ночи в попытках освоить Заклинание Жизневорота.

— Кара, у тебя было чудесное зелье, заживляющее раны. Одолжишь немного? Боюсь, в замке скоро будет горячо, и многие будут ранены, — она переключилась на насущные проблемы. Так легче.

— Да, миледи, сейчас принесу.

Она положила розы на вязовый стол и ушла в дом.

— Выходит, мы зря сюда приехали, — прошептала Лилли, прижимаясь к сестре. Солнце клонилось к закату, ей стало грустно и страшно.

— Не зря! Мы все же предупредили Кару. Она расскажет селянам, и они спрячутся. Не думаю, что тролли и войско Нармусов доберутся до Деревни Роз раньше рассвета. У них есть целая ночь. Завтра утром наше войско даст бой Нармусам. Если мы победим – все будет как прежде. Если проиграем – придется выдержать долгую осаду в замке. Лилли, послушай! Лишь несколько человек знают о моем подземном ходе. Но открыть его сможешь лишь ты одна!

— Почему? – Лилли подняла брови. – Я видела, как в прошлом месяце ход открывал Мариус.

— Я наложу на дверь заклинание крови. Нет магии сильнее кровной. Никто, кроме нас двоих не сможет его открыть. Если будет осада, ты сможешь выбраться из замка и, главное — вернуться назад. Но никто больше не войдет в замок иначе, как через ворота.

— А чтобы войти в замок через ворота, придется победить наших стражей! – понимающе улыбнулась Лилли. Она вспомнила, как в прошлом году они с сестрой через подземный ход проникли в захваченный Нармусом Розенгард и открыли ворота своему войску.

Прибежала Кара и принесла две склянки темного стекла, плотно закрытые дубовыми пробками.

— Вот зелье, миледи! Молю Небесную Волшебницу, чтобы не пригодилось.

— Кара, может, передумаешь и примешь нашу помощь? – умоляюще спросила Лилли.

— Нет, госпожи! Возвращайтесь в замок и сражайтесь с врагом. Я соберу сельчан, и мы спрячемся в лесу.

— Если передумаешь, отправь гонца. Дай ему стрелу с красным наконечником. Он пустит ее за стену замка, и мы будем знать, что вам нужна помощь.

— Хорошо, миледи!

Кара быстро присела и, не дожидаясь, пока сестры покинут ее палисад, бросилась к калитке – собирать людей.

— Юрек, Тая, Бражек! Тролли идут! Нужно спасаться! Уходим в лес!

Кара орала так громко и пронзительно, что постепенно из домов начали выходить люди. Деревня заполнилась голосами и шумом, все суетились, кричали, спорили. Гул голосов сливался в мерное жужжание огромного пчелиного роя. Ревели дети, мычали коровы, хрюкали свиньи. Дождь прекратился, из-за туч показался желтый солнечный луч.

— Поехали домой! – Морвенна тронула Лилли за рукав. Та вздрогнула и обернулась. В глазах дрожали слезинки, еще чуть-чуть – и расплачется.

— Почему все так плохо? Год прожили – не знали забот. Что дернуло этих противных Нармусов начать войну? Отчего они не могут жить в мире?

Морвенна потянула сестру к калитке. За забором беспокойно ржали привязанные лошади. Нарастающий шум голосов и звуков беспокоил животных, они рвали поводья, желали сбежать из тревожной деревни.

— Старый Нармус, как и его отец, воевал еще с нашим отцом. То были вечные ссоры из-за клочков земли, лучших лугов для пастбищ, старых обид и претензий. В прошлом году мы с тобой убили лорда Нармуса.

— Но мы не хотели! Был честный бой. Он на нас напал, — орала Лилли. Ее лицо исказил страх, слезы влажными дорожками бежали по щекам.

— Его сыновья никогда не поймут, что их отец сполна расплатился за свою жестокость и жадность. Успокойся, родная! Мы поедем домой, в Розенгард. Ты обнимешь Мариуса и все забудешь. За крепкими стенами замка тебе ничего не угрожает. Наши рыцари – самые храбрые. Мы непременно одержим победу, прогоним Нармусов с наших земель и заживем, как прежде и даже лучше.

Сестры отвязали лошадей, уселись верхом и направились в сторону замка. Небо порозовело, солнце скатилось ниже. Морвенна спешила. Нужно вернуться в замок, попрощаться с мужем и бежать на встречу с драконом. Если она не явится в Пещеру Чар до полуночи, ее сестру убьют.