Глава 22

О прибытии «драгоценного муженька» я узнала от Рэйманда. Ардхан нашёл меня в музыкальной комнате, где я слушала, как играет на небольшом пианино Софи. Музыка разливалась из-под клавиш ярчайшим и освежающим потоком и вдохновляла на магию. Не удержалась от желания покружиться по комнате и оживить мелкие цветочки на платье сестрички, превратив их в радужных бабочек. Маленькая шалость повеселила не только меня, но и Элисабель. Королева улыбалась, глядя на волшебство, происходящее перед глазами, а золотисто-красные полупрозрачные бабочки садились ей на волосы и тонкие длинные пальцы.

Дракона я заметила не сразу, а лишь когда случайно бросила взгляд на двери. Рэйманд стоял на пороге, опираясь спиной об косяк, и за всем наблюдал с пронзительно нежной улыбкой. Едва стихли последние звуки, он произнёс то, о чём я меньше всего хотела услышать:

– Иcгaн здесь. Требует встречи с тобой.

– Не хочу его видеть, – ответила, пожав плечами, и уточнила у королевы: – Его Величество может ему отказать?

– Боюсь, что нет, дорогая. Согласно нашим законам Иcгaн имеет право делать всё возможное, чтобы вернуть тебя после ссоры. Именно ссорой и объясняют разлад в любой семье. О расторжении брака, уверена, герцог слышать не хочет.

– Хорошо. Придётся с ним поговорить. Надеюсь, он не сделает ничего дурного со мной.

Приезд герцога и предстоящий разговор не испортят мне настроение, не позволю временным трудностям вырвать у меня контроль над ситуацией. Иcгaн безумно опасен, но, глубоко сомневаюсь, что это не учли Рэйманд и Дарий.

– Он дал клятву на крови по настоянию короля, что ничем не навредит тебе во время встречи и не уведёт в свой дворец, – ответил дракон, подтверждая мою уверенность. – Иначе разговор наедине не состоялся бы.

– Если так, то прекрасно! Несколько минут с магом я точно переживу.

Встреча с Иcгaном должна была состояться в одном из кабинетов короля Дария. Дракон проводил меня до дверей. Всего на миг стало страшно, забилось сердце от страха, что маг всё равно может меня украсть, но затем выкинула щемящие мысли из головы, расправила плечи и уверенно переступила порог.

Герцог стоял возле окна, свет обтекал его фигуру, бил мне в лицо, мешая разглядеть мага. Неподалёку в креслах сидели двое незнакомых мужчин. Особо не приметные, чем-то похожие друг на друга, как родственники. Уже через день забудешь и мимо пройдёшь, не узнаешь. Глаза остановились на Дарии. Его Величество показался напряжённым, но при этом сразу мне улыбнулся.

– Ни о чём не переживай, девочка, – произнёс он. – Думаю, Его Светлость в здравом уме и дорожит собственной жизнью. Ведь так, маэр Иcгaн?

Герцог кивнул, и отправил следом яростный взгляд поверх моей головы. Значит, за моей спиной вырос ардхан. Рэйманд не выдержал. Решил показать магу, что находится рядом и будет меня защищать. Иcгaн не пытался скрыть раздражение, я видела всё без прикрас. Обернулась и поняла, чем вызваны такие эмоции.

Рэйманд возвышался за мной настоящей сокрушительной мощью, пронизанной даром Саррха. Беспокойство, понимание, что и без камня он способен меня защитить, вернули силу дракону. Я на это надеялась. Тёмно-серое свечение туманной дымкой обволакивало не только Рэйманда, но и меня, закрывая спину и слегка обнимая, словно заявляя права. Решительность на спокойном лице дракона выдавала серьёзный настрой. Всем своим недобрым видом ардхан как бы показывал, что шутить не намерен, если, не дай бог, что-то пойдёт не по заявленному сценарию.

– Надеюсь, Ваше Величество, ваша дружба с драконами обоснована хорошей выгодой? – со снисходительной усмешкой произнёс Иcгaн, обращаясь к Дарию. – Но, будьте добры, уведите представителя дружественной нам чешуйчатой расы с собой! Пусть не переживает излишне. Ни один волос не упадёт с головы МОЕЙ любимой жены. Мы всего лишь поговорим, вспомним о том, как хорошо нам было вместе.

А затем герцог обратился ко мне:

– Неужели ты до сих пор ничего не рассказала им о нашей страсти?

– О нашей страсти, Иcгaн? – ответила вопросом на вопрос. – Навязанной тобой? Конечно, я рассказала.

Недоумение на лицах поверенных и хитрая полуулыбка на губах Дария мне понравились не меньше, чем секундная растерянность на лице мага, сменившаяся показным равнодушием. Не ожидал, это радует.

– Я хотел бы остаться со своей женой наедине. Закон на моей стороне. Эминель явно не в себе из-за обиды на меня, – Иcгaн произнёс это жёстким, непререкаемым тоном и посмотрел на присутствующих: – Клятва принесена, оставьте нас.

Сопровождавшие герцога тут же покинули кабинет. Дарий отдал мне небольшой маячок, который служил дополнительной защитой от неожиданных действий Иcгaна, немного замешкался на пороге, слегка коснувшись плеча дракона. Рэйманд вышел последним. Нет, он не ревновал, но в его серых глазах полыхало угрозой. Молчание в кабинете совершенно ничего не значило, сам воздух искрился от напряжённой атмосферы между мужчинами, которая разрядилась, как только за Рэймандом закрылась дверь.

Я внимательно следила за герцогом, как за злобным, агрессивным хищником. Несмотря на обещание безопасности, ожидание скрытого подвоха никуда не исчезло. И вполне обоснованно! Маг уже доказывал не раз, как легко ломает чужие планы. Иcгaн шагнул ко мне с обаятельной улыбкой, показывая радость.

– Эминель! Я безумно соскучился!

И я отступила, сохраняя дистанцию. Желание находиться подальше от мага усилилось, как только сузились его голубые глаза. Сначала мы застыли друг напротив друга, но уже через секунду я услышала за спиной его негромкий голос:

– Ты меня боишься? Зачем?

Как он так быстро переместился, я не поняла. Кажется, даже моргнуть не успела, но всё уже изменилось. Иcгaн стал гораздо сильнее за прошедшие несколько дней. Вскинула подбородок, почувствовав чужие руки на своих плечах, а потом призвала огонь и вспыхнула ярким факелом под мужскими ладонями. Выплеснула накопившуюся злость, ведь я не обещала быть паинькой. Убери лапы, маг!

– Злопамятность тебе не к лицу, – всё так же ласково произнёс Иcгaн, но руки убрал. – Признаться, я восхищён. Всего несколько дней без меня, а ты уже избавилась от проклятья и снова раскрыла дар. Сильная, гордая и очень красивая ведьма. Лучшая из всех, кого я знал. Лучшая и любимая. Ты сбежала, я места себе не находил. Сходил с ума, сначала злился, потом меня изводила тоска. Понял, как ошибался. Ведь я всё время думаю о тебе, вспоминаю глаза, улыбку, голос. Ты можешь не верить, но я искренен как никогда. Я мечтал о встрече. Думал, какой она будет, как ты примешь меня, чем закончится наш разговор.

– Нам не о чем с тобой разговаривать.

Мои слова заставили Иcгaна замолчать. Он вышел из-за моей спины так, чтобы видеть моё лицо. Герцог внимательно смотрел на меня, но в его голубых глазах сквозила неприкрытая досада, режущая, больная. Беседа не складывалась, но, кажется, маг этого ждал.

– Я могу стать тебе хорошим мужем, положить мир к твоим ногам. Хочешь, дам клятву, что не буду пользоваться твоим даром, как только Артэнхэйм пробудится? Буду любить тебя и беречь. Сделаю всё для твоего счастья.

– Ты предлагаешь мне счастье в клетке с жестоким стариком?

– Не говори так. Именно я могу сделать тебя бессмертной. Подумай о том, что ты сможешь приобрести, когда станешь моей королевой.

– Спасибо, как-нибудь обойдусь.

– Именно ты смогла оживить мою жизнь, – продолжал убеждать меня герцог, – изменила меня, заставила почувствовать то, что казалось забытым. Возвращайся, Эминель. Эми. Стань моей настоящей женой, и ты никогда не пожалеешь об этом.

– Я никогда не была твоей.

– Так стань! Что я должен сделать, чтобы ты простила и полюбила меня?

– Как насчёт сдохнуть? Или хотя бы оставить меня в покое?!

Иcгaн мазнул по мне полным обожания взглядом, а затем схватил за руку, не замечая новой волны огня, вырвавшейся из-под собственных пальцев, подтянул к себе ближе. Наклонился, приблизив лицо к моему, чтобы уверенно и жёстко заметить:

– Мальчишка не сделает тебя счастливой.

– Он уже сделал.

– Он тебе не подходит!

– Не тебе решать, кто мне подходит.

– Хочешь, чтобы я начал ему завидовать? – яростно процедил Иcгaн. – Не расскажешь, чем он лучше меня?

– Отпусти, или позову на помощь! Как думаешь, сколько времени понадобится Рэйманду, чтобы тебя убить? Уверена, в третий раз он доделает начатое. А твоим поверенным найдём, что сказать.

Только после гневной тирады Иcгaн убрал руку, его взгляд заледенел, а лицо приобрело зловещее выражение. Мой ответ ему не понравился, очевидно. Стоило усилий остаться стоять на месте с прежним выражением лица, а не отпрыгнуть от мага в сторону, как от ядовитой змеи.

– Я советую тебе хорошенько подумать, Эми, – до невозможного спокойно произнёс маг. – Я не отдам тебя никому, и это моё решение. Завтра – слушания. Я не знаю, что ты задумала. Скорей всего, у тебя ничего не получится. Но даже если тебе повезёт, и наш союз будет расторгнут, я буду действовать жёстко.

– Вот видишь, какой ты, – усмехнулась я, а потом меня прорвало: – В этом весь ты! Жестокий садист, который вбил себе в голову что-то о чувствах. Ты любить не умеешь. Не так важно рядом с тобой любимый человек или нет, просто хочется, чтобы он был счастливым. Принимается его выбор, его свобода! Ты же думаешь только о себе и своей выгоде. Эгоист!

– Завтра, Эминель, – сухо произнёс Иcгaн, как будто не слышал меня. – Ты или откажешься от развода и вернёшься ко мне, или я убью Рэйманда так же, как он когда-то убил моего сына. Сейчас, когда дракон лишён дара, сделать это будет очень легко. Даже сумеречная стража ему не поможет. Сделай правильный выбор. Докажи свою любовь. Покажи, как ты хочешь сделать его счастливым, оставить в живых. И тогда я поверю.

После этих слов Иcгaн наклонился и поцеловал мой висок. Не успела от него отстраниться, не обожгла, но повела головой, уходя от ненавистной ненужной близости, чем вызвала очередную усмешку. На этот раз разочарованно-горькую, злую.

– До завтра, любимая, – простился Иcгaн и вышел из кабинета.

Дверь закрылась, и я осталась одна, пытаясь осмыслить всё, что наговорил этот гад. Ну и чего я ждала? Что маг осознает всё и изменится в лучшую сторону? Шантаж был лучшим доказательством, что сердце герцога осталось чёрствым. Ревность, желание любой ценой получить «своё» полностью уничтожали смысл всех слов о любви.

Конечно же, я рассказала о разговоре дракону. Не поделиться опасениями не могла, поверила, что герцог стал настолько сильным.

Рэйманд выслушал меня очень внимательно, сильно помрачнел, когда узнал о сыне мага. Только услышала, как слегка хрустнули костяшки пальцев от сильного сжатия, но уже вскоре дракон наклонился к моим губам, касаясь их нежно своими. Не спеша изучал их податливость, словно ни о чём больше не беспокоился. Мир сужался с огромной скоростью, превращался в биение двух сердец и дыхание в унисон, и, когда поцелуй прекратился, тихо спросил:

– Надеюсь, ты ему не поверила?

Ничего не ответила. Улыбнулась. Хотелось подумать. Я точно знала, что Иcгaн не будет просто так разбрасываться угрозами. У герцога не было выбора, как у загнанного в ловушку зверя. На кону стояли власть, абсолютная сила и гнев проклятого божества. Если нас разведут, уничтожение соперника станет одним из лучших вариантов увеличить шансы на возвращение райли.

Грося прав, герцог никогда не отстанет. Как подлый злой зверь будет идти по следу, пока своего не добьётся. Иcгaн не оставлял вариантов, не менялся, а, значит, должен был умереть.

* * *

Закрытое слушание по делу о разводе решили провести в одном из залов Верховной Палаты магов. Иcгaн настоял об отсутствии посторонних (к ним относился и Рэйманд). Влиятельность герцога на многих магов оказалась гораздо серьёзнее, чем предполагал Дарий. Было неприятно узнать, что рассматривать свидетельства и выносить вердикт будут судьи, прослывшие скользкими людьми с явно выраженной неприязнью к драконам. Среди остальных будущих свидетелей процесса не оказалось никого из друзей.

Новые условия не понравились ни мне, ни Рэйманду, ни королевской чете Вальторра, но выхода не было. Пришлось играть по правилам, установленным магом. Главное, добиться показаний на камне правды, а там у судей не останется выхода, кроме как признать очевидное – любви нет, консуммации не было, союз был заключен без моего желания по принуждению.

Столица Альянса встретила нас людским шумом, пылью, будничной суетой, резко окутавшей нас на широких ступенях здания Палаты возле парадного входа. Мы оказались на одной из площадей Салиндорра, мощёных каменными плитами, под восходящими лучами солнца и пристальным вниманием любопытных зевак. Стража короля Дария сразу же взяла нас в защитное кольцо, не давая возможности толпе рассмотреть, кто явился на слушания. В самом здании Палаты портал не откроешь – такова была защита от магии.

Мы зашли в прохладный холл, поднялись по лестнице до нужного зала. В круглом помещении, устроенном по типу амфитеатра с сиденьями, на «арене» лежал плоский камень. Серый, ничем не примечательный булыжник находился в центре, и я сразу поняла, что передо мной артефакт. Тот самый. Так вот он какой – убийца лжецов! Интересно, он их поджаривает? Выпивает все силы? Линчует, выбрасывая острые пики и прокалывает насквозь?

Я могла бы долго гадать, но интерес переключился. Старший и Младший судьи в зелёных балахонах с глубокими капюшонами, Иcгaн, поверенные лица мага, с которыми встречалась вчера, уже находились на месте. Воздух сразу сгустился с нашим приходом, наэлектризовался, и моё лицо приковало взгляды семерых мужчин, не считая отца.

Злые огоньки в глазах Иcгaна насмехались: «Ну, что, ты довольна тем, что будешь здесь стоять перед всеми и жаловаться?»

В ответ я чуть шире расправила плечи и приподняла подбородок, спокойно осмотрела присутствующих. Может, другая какая девчонка провалилась бы сквозь пол от стыда, но это другая. Я была вполне готова отвечать на любые вопросы. Если буду думать, что меня может смутить ситуация, обязательно так и случится. Буду чувствовать себя королевой, по-другому относиться не смогут.

– Маэр Дарий и леди Эминель Дарияна, вы вовремя.

Нас приветствовал щупленький долговязый мужчина в пенсне с тяжёлой папкой в руках, из которой выглядывало самопишущее перо. Скорей всего, он был секретарём заседания.

– Ваши места, прошу, – показал на отдельно стоящие кресла напротив Иcгaна с поверенными.

Едва устроились, слушание началось.

– Нам поступило заявление, – секретарь громко зачитал текст по своей бумажке, – что Её Светлость леди Эминель Дарияна Baльтoppa– Ривван просит развода у своего мужа Его Светлости герцога Иcгaна Ривван и хочет сообщить Палате о новых важных фактах. Представителем своих интересов выбрала своего вновь обретённого отца Его Величества короля Дария Вальторра. Верно?

– Да, – ответил за меня Дарий.

Я сразу поняла, что женщин тут обычно не спрашивают. Ну что ж. Тогда в руки возьму пакет с воображаемым поп-корном и начну наблюдать.

– Пользуясь случаем, позвольте поздравить вас, маэр Дарий, с приобретением дочери. Не расскажете, как вы её потеряли? Как у вас получилось её найти?

Семь пар глаз обратились на короля. Сложно представить, что будет, если часть присутствующих в зале узнает, что рядом с ним – райли. Та, кто вне всех законов. Понимание этого должно было вызвать нервозность отца, заставить его волноваться в желании сберечь страшную семейную тайну. Но я мысленно зааплодировала, когда отец улыбнулся. Спокойный и величественный Дарий заслуживал аплодисментов.

– Это поистине праздник для нашей семьи вновь обрести дитя. Только ваши вопросы, маэр Тивар, не имеют никакого отношения к делу. Мы пришли говорить о другом.

Тогда Иcгaн откинулся в кресле, не сводя с меня снисходительного взгляда. Я прекрасно понимала, что он хочет сказать ироничной усмешкой, вниманием. Изучила за время общения. Мол, смотри, ведьма, по острию ножа ходишь. Как узнают все, что ты с огненным даром, сам отец будет вынужден тебя сдать инквизиции или принять наказание.

– Поговаривают, что вовсе не похищение было причиной исчезновения девочки, – снова начал секретарь, но осёкся.

Брови Дария резко сошлись к переносице, а вокруг короля впервые проявилось свечение. Зловещее такое свечение. Рассерженное. И пусть магия в этом здании была запрещена, эмоции разрешалось показывать. Об этом рассказал сам король, готовя меня к заседанию.

– Маэр Тивар, вы забываетесь!

– Прошу прощения за любопытство. Что ж, тогда перейдём прямо к делу. Леди Эминель Дарияна утверждает, что брак между ней и маэром Иcгaном был заключён без её согласия. Это так?

– Да.

Краткий, лаконичный ответ не оставил шансов для ухода от темы. Между тем, я изучала присутствующих. Их взгляды, льстивые улыбки и позы показывали заинтересованность в герцоге. Они выслуживались перед ним, как преданная верная свора, и это было противно.

– Хорошо, – кивнул Тивар, разве что не вздохнул, и продолжил: – Его Светлостью герцогом были представлены свидетели, которые уже поклялись на камне правды, как сами видели знаки внимания леди Эминель своему мужу и слышали признания в любви. В том числе и на балу, на свадьбе.

– Трудно будет доказать высокочтимым маэрам, что моя дочь была не в себе, – вдруг произнёс король Дарий. – Вы ведь рассчитываете, что я начну оправдывать её поступки? Не буду. Я предлагаю перейти сразу к действиям. Леди Эминель Дарияна готова свидетельствовать на артефакте правды об истинных причинах разлада.

– Вот как? – секретарь беспомощно посмотрел на Иcгaна, а тот слегка кивнул. – Ну, хорошо. Раз так, пусть свидетельствует. Она знает, что камень ложь не прощает?

Было бы сказано! Легко поднялась с места и с улыбкой спустилась по лестнице. Остановилась возле булыжника. С таким артефактом можно обойтись без клятвы, что я буду говорить правду и ничего, кроме правды. Так-с. Что делать дальше? Лечь на него? Сесть? Обнять руками или ногами? Может, чмокнуть в прохладный бок?

– Приложите руку к артефакту, леди, – раздался голос одного из магов. – И говорите всё, что считаете нужным.

И тогда я расплылась в улыбке. Ох, я бы рассказала! Я бы такое могла рассказать! Дьявольский зловещий блеск в глазах Иcгaна раззадорил сильнее. Коснулась шершавой поверхности, повела по ней ладонью.

– Уважаемый судьи. Я вам много чего расскажу.

Нужно быть осторожнее и не болтать лишнего. Артефакт, как совершенный детектор лжи, неизвестно, на что способен. Вдруг он агрессивно реагирует и на полуправду? Взглянула на Иcгaна и ощутила злорадство. Герцог думает, сейчас я начну вещать о его алтаре и наполеоновских планах? Вон, позеленел как, болезный! Не начну! Уверена, как только расскажу об Артэнхэйме, все узнают, что я – райли. Обмен невыгоден для нас обоих, поэтому буду касаться исключительно сути проблемы.

– Я хочу развестись. Брак не консуммирован. Я герцога Ривван не люблю.

Повисла тишина, прерываемая всеобщим сопением. А потом серый булыжник засветился нежно-голубым, моментально набирая прозрачность, пока не вспыхнул яркой звездой, заставляя зажмуриться от слишком сильного света. Секунды три он горел, а потом выключился, как домашний торшер. Ого-го! Сразу захотелось сказать что-нибудь ещё и повторить аттракцион.

Закаменевшее лицо Иcгaна с прикованным тяжёлым взглядом к моей скромной персоне навело на мысль, что герцог пришёл в страшную ярость. Причём, не столько от слов, сколько от понимания правды. Может, он на что-то надеялся, тешил себя иллюзиями, а тут внезапно с ними расстался?

– Это всё, герцогиня? – сухим голосом спросил Старший судья.

– А что-то нужно ещё?

– Маэры. Вы всё видели, – поднялся с места король Дарий. – Не так ли?

– Мы всё видели, – ответил ему Младший судья. – И что же такого в том, что брак не консуммирован? Времени прошло мало, молодую жену украли перед брачной ночью. Ведь это так, леди Эминель Дарияна? Ваши слова не повод расторгать брак. А мужа вы вскоре полюбите. Герцог – достойный маг, влиятельный член Верховной Палаты. Он богат и любит вас. Женщины находят его красивыми.

И снова все взгляды на меня, как на дурочку. Надо же! Отказываюсь от такого сокровища! И я с отстранённой полуулыбкой, смотрю в глаза Иcгaну. Лёд и пламя снова столкнулись, его алчность и моё желание вернуть свободу любой ценой.

Доказывать, что я с радостью сбежала сама, бесполезно. Как и пытаться доказать, что после обряда прошло достаточно времени. Любое возражение будет поводом назначить отсрочку, потянуть время. Нечего бисер метать! Настало время выложить свой главный козырь давно забытый людьми, драконами, но бережно хранимый затерянным племенем гор. И я заговорила, раз уж ко мне обратились:

– Древний закон начала времени Фарраха, записанный на божественных свитках, а именно на двадцать пятом, гласит, что если брак не консуммирован, и молодая жена не испытывает к своему мужу любви, то эта жена имеет полное право получить от мужа развод по первому требованию.

Наступила гробовая тишина в зале, даже сопение прекратилось. Злее заблестели у Иcгaна глаза, но никто из магов не посмеет нарушить древний закон, без риска навлечь на себя гнев богов.

– Артефакт правды подтвердил мои намерения. Я хочу развестись с герцогом Ривван, имея на то все права.

За-на-вес! Маэры вскочили со своих мест, что-то стали горячо обсуждать. Доносились крики, что свитки давно не используются, опасения, возмущения тем, что древние законы давно позабыты. А зря... Чаша весов медленно склонялась к тому, что совсем скоро брак герцога Ривван будет официально расторгнут. Связываться с божествами, пусть даже условно-мифическими, вообще никто не хотел.

Я стояла со скучающим видом, пока не поднялся Иcгaн. Он резко хлопнул ладонью по столу, привлекая к себе внимание, и гвалт в момент прекратился. Маг не смотрел на судей. Он не сводил тяжёлого взгляда с меня. Кажется, я ему только что поставила шах. Остался один ход до мата.

– Перед тем, как суд вынесет вердикт, я хочу поговорить со своей женой. Наедине. Надеюсь, это не трудно для тебя, Эминель?

– Нам не о чем разговаривать.

– Не тебе решать, – зло отрезал Иcгaн. – Пока вердикт не озвучен, у меня есть не только время, но и права.

– Маэр Ривван, – встал король Вальторра, – моя дочь не хочет с вами общаться.

– Я пока ещё её законный муж, маэр Дарий! – решительно заявил герцог. – Вы согласны со мной, уважаемые судьи?

Быстрые перегляды, кивки всех присутствующих. Кто бы сомневался? Они готовы были дать своему герцогу время, сделать одолжение, за которое потом попросить различными благами и покровительством. Давно известная бюрократическая система, основанная на взятках, авансах. Что на Земле, что на Архэйме. Похоже, везде одинаково, где есть корысть и страх.

– Думаю, это возможно, – заключил Старший судья. – Вы можете удалиться в одну из комнат для переговоров. Мы тоже вынуждены взять перерыв, чтобы обсудить произошедшее, поднять из пространственного хранилища свитки, хорошенько их изучить. Нельзя принимать такое важное решение без надлежащей проверки.

Идея уединиться с Иcгaном показалась очень-очень плохой. Внутри тревожно заныло, появилось предчувствие, что ни к чему хорошему общение наедине не приведёт. На застывшем холёном лице герцога невозможно что-то прочесть. Что же задумал, гад? Неужели способен навредить Рэйманду на расстоянии, как пообещал?

И отказаться нельзя. Начни я показывать свой страх или устрой истерику, герцог найдёт повод, чтобы заподозрить помутнение рассудка и назначить экспертизу. Опять потянет время. Последствия могут быть вполне предсказуемыми – как муж он имеет полное право опекать недееспособную жену. Ни о каком разводе не будет и речи.

– А вчерашняя клятва ещё действует? – тихо уточнила у Дария.

– Да, – ответил король, – но от герцога можно всего ожидать. Украсть он тебя не сможет. Портал здесь открыть невозможно. Что касается твоей безопасности. Держись от него подальше, не спорь. Сигнальная капля, которую я дал вчера, при тебе? Я приставлю охрану к дверям. Здесь у меня есть свои люди.

– Кажется, я боюсь, – прошептала, сжимая в кармане маячок. – А если он не сработает?

– Сработает. Ваш разговор будет недолгим. Всё равно судьи будут вынуждены вынести вердикт в ближайший час. Затягивать я им не позволю.

– Ну, хорошо, – встала с кресла и пошла вниз по лестнице к герцогу.

Иcгaн ждал в дверях, сложив руки крестом на груди. Он мрачно смотрел сквозь меня, словно решая дилемму. Наши глаза встретились, и по спине побежал холодок от внезапной острой тоски, проявившейся в убийственном взгляде. Холодный и в то же время голодный мужчина. Зверь в человеческом обличии. Вдруг поняла, что смиряться с поражением маг не собирается, а предстоящий разговор будет чрезвычайно серьёзным, если не сказать – роковым.

– Прошу, герцогиня, – произнёс он, пропуская меня вперёд, когда я с ним поравнялась. – Ты ведь пока ещё герцогиня?

Мерзавец! Я услышала всю глубину язвительности в насмешливом вопросе и всего лишь пожала плечами. Моим оружием должно стать спокойствие. Есть шанс – оно поможет.

До выделенной комнаты мы шли в абсолютном молчании. Иcгaн был чуть позади, и я чувствовала на себе его взгляд. Тяжёлый и очень внимательный. Казалось, герцог ждал. Или выжидал. Я не понимала.

Как только за нами закрылись двери, развернулась к Иcгaну, старательно пряча страх. С ним, как с бешеной собакой, нужно быть очень спокойной, уравновешенной, даже если хочется со всех ног убежать.

– Для чего всё это? Просто признай поражение.

– Ты заставляешь меня идти на крайние меры, любимая.

– У тебя не получится убить Рэйманда, – с улыбкой покачала головой, – он предупреждён.

Иcгaн улыбнулся так, что по моей коже побежали мурашки. Глупо было думать, что он поверит в моё молчание. Герцог прекрасно знал, что дракона поставят в известность сразу после его ухода. Значит, убивать Рэйманда Иcгaн не собирался?40393c

Герцог показал рукой на отдалённый диванчик, предлагая присесть. Не хотела, но выполнила его приказ, следя за тем, как он расположился напротив в широком кожаном кресле.

– Неужели ты до сих пор не поняла, моя девочка? – голос Иcгaна звучал убийственно ласково. – Это я ТЕБЯ ему не отдам. Ты не хочешь остаться со мной. Хочешь уважения к выбору. Что ж. Пусть будет по-твоему. Но разве я позволю дракону праздновать победу в объятьях МОЕЙ жены? Пусть даже и бывшей, но при этом по-прежнему сильно любимой.

Тучи сгущались, и я чувствовала это отчётливо с каждым брошенным словом, улыбкой. Можно было бы закричать, но Иcгaн сохранял расстояние. Конечно, я помнила, как умеет он быстро перемещаться, но его расслабленный вид, несмотря на злость в голосе и глазах, позволял допустить, что я нахожусь в относительной безопасности.

– Рэйманду предстоит безутешно страдать и сгорать от желания отомстить. Слишком просто его уничтожить, слишком легко.

Я не понимала Иcгaна. Молча смотрела на герцога и ждала, что произойдёт дальше. Новые угрозы? Уговоры? Предложение?

– Хочешь свободы, моя любимая райли? Я тебе её предоставлю.

Что? В смысле?

Неожиданно кожу обожгло холодом. Жёсткие, но, что хуже, невидимые пальцы обвили шею, сдавили. Огонь тут же растёкся по жилам, вспыхнул, пытаясь сжечь магию герцога. Не помогло. Захотела крикнуть, давление стало сильнее, заглушая пламя в крови. Руки превратились в ошейник. Захрипела, когда Иcгaн поднёс палец к губам, показывая, что лучше молчать. Как только смирилась, давление резко ослабло, но теперь я уже догадывалась, что задумал этот мерзавец. С трудом опустила руку в карман и крепко сжала сигнальный маяк, вызывая охрану. Меня сковывало всё сильнее.

– Я узнал, что произошло, – начал герцог. – Упустил, что огонь Листэры обладает способностью сжигать наносную магию. Но Артэнхэйм слишком древнее божество, ему известны способы, как можно повлиять на райли. К разуму ты не прислушалась, решила поддаться чувствам. Нет, я тебя не виню. Жалею немного, что не с того начал с тобой знакомство. Решил, что ты одна из многих девок, и жестоко ошибся. Впредь буду умнее. Никогда не знаешь, с каким сокровищем можно столкнуться.

Иcгaн улыбался как-то даже по-доброму, будто давно простил сам себя за ошибку. Двери с грохотом распахнулись, и краем глаза я увидела Дария, двух стражников-магов. Иcгaн поднял руку, останавливая короля.

– Одно неверное движение или слово и она сдохнет на месте, – громко произнёс он, пресекая любые попытки помочь.

Потом Иcгaн встал с кресла, подошёл ко мне и опустился на колено так, чтобы его лицо стало вровень с моим. Он смотрел мне в глаза, а потом в его взгляде вспыхнула необычайная нежность. Это было... шокирующе при том, что невидимый ошейник на горле оставался в положении «включено».

– В твоих глазах страха нет, – с восхищением произнёс маг. – Ты неповторима, любимая. Так глупо тебя терять. А всё из-за упрямства. Свободы хочешь. От меня освободиться решила.

Я молча смотрела на мужчину, ворвавшегося в мою жизнь коварным демоническим злом. Он испортил жизнь Мари, Рэйманду, мне. Но, с другой стороны, именно благодаря ему мои чувства прошли проверку, как прошли проверку чувства дракона. Я нашла любовь, мы с Рэймандом стали ближе друг к другу. Нет, я ни о чём не жалела и радовалась дарам от судьбы. У меня была короткая, но такая прекрасная вторая жизнь, шикарный мужчина, который за мной ухаживал, добился моей любви.

А потом Иcгaн наклонился и меня поцеловал. Наверное, он решил попрощаться перед тем, как убить. Я затаила дыхание, но горький аромат незнакомых трав, чем-то напоминающий кофе, всё равно просачивался сквозь нос и приоткрытые губы. Он не был противным, но оставался чужим. Впрочем, как и всегда.

– Одно твоё слово, и всё изменится, Эми, – почти с мольбой прошептал Иcгaн. – Не заставляй меня идти до конца. Ещё есть время передумать, и всё изменить. Соглашайся.

– Иди к Саррху, ладно?! – послала мага с душой и улыбнулась.

Поджатые губы, взгляд, наполненный сожалением и смешанный с яростью, определённо убийственен, когда ошейник становится туже, затягиваясь за доли секунд. Но мне не привыкать. Меня уже убивали, и я реально сбилась со счёта.

– Иcгaн, не смей! – громовой голос отца неподалёку, и его попытки прорваться через магический, прозрачный заслон выстроенный магом в секунды. – Ты за это ответишь!

– Ты ничего мне не сделаешь, Дарий. Ты слишком слаб, как и все вы вместе взятые.

Ироничный голос с усмешкой. Снисхождение в мести. Иcгaн наблюдал за мной, продолжая смотреть в глаза, в надежде увидеть хоть крохотный шанс, который позволит ему остановиться.

Я почти задохнулась, сидя на диване и скованная в движениях магией, когда за спиной герцога бесшумной карающей тенью проявился любимый дракон. Рэйманд просто вырос у него за спиной, а потом быстро блеснула тонкая, длинная сабля. Иcгaн не видел ардхана, не ждал. Он даже не понял, что произошло. А вот ошейник внезапно исчез вместе с каплями крови, появившимися от тончайшего разреза, но уже на крепкой шее Иcгaна. Я закашлялась, из глаз потекли злые слёзы, схватилась за горло (как оно нещадно саднило!), загнулась, и, кажется, в последний момент почувствовала руку дракона на талии.

– Успел, – произнёс он и громко добавил с нескрываемым торжеством: – Видишь, Эми. Герцог всё-таки лишился своей головы. Всё так, как ты и хотела.

Иcгaн не двигался, в его глазах стыло непонимание. Кажется, он хотел услышать ответ, как вообще такое возможно, что в надёжно защищённом от магии здании появился чужак. Впрочем, если уж в его собственном дворце, в злополучной башне Рэйманд провёл целую ночь, благодаря заклинанию фей, что ему какие-то маги? Только вот герцог об этом не знал, а рассказывать ему никто не собирался.

Губы Иcгaна зашевелились, что-то проговаривая и растягиваясь в мрачной улыбке, а потом он резко встал, покачнулся.

Не успела даже вскрикнуть от ужаса, как широкая и тёплая ладонь Рэйманда принудительно закрыла глаза, мешая видеть, но не смогла помешать всё услышать. Стук. Двойной, глухой и тяжёлый. Сначала упавшей головы, потом и тела Иcгaна.

– Вот и всё, родная, – раздался ободряющий голос сзади, не дающий сойти с ума. – Кажется, развод не нужен.

А потом крики, шум, топот ног и свидетельские показания, в которых было всё, чтобы оправдать меня и дракона. Только всё это было не важно. Я вжималась в Рэйманда и горько ревела, не веря, что всё плохое, связанное с Иcгaном, закончилось. Вот всё, совсем всё. Больше инквизитора в моей жизни не будет!