Глава 26. Никогда не верь королевским клятвам

На следующий день Белладонна проснулась с твёрдым намерением. Она знала, что её судьба в собственных руках.

«Я не стану прятаться за чужой спиной», — эти слова эхом отдавались в её голове.

Она вспомнила, как была слепым орудием в руках прежней Главы, бездумно выполняла приказы и поплатилась за это жизнью. Теперь молодая ведьма сама принимала решения.

После чего колдунья начала разрабатывать план. Белла знала, что на Осеннем балу соберутся все: Ковен, Магистрат, аристократия и родня из других королевств. Это был их шанс добиться своих целей. Особенно если речь шла о захвате трона или большего влияния на королевскую чету со всеми вытекающими милостями.

— Мы предъявим договор в нужный момент, — прошептала Глава Ковена едва слышно. — Отказ короля выдать предательницу будет означать публичное нарушение древней клятвы перед всеми.

До бала оставалось восемь дней. Белладонна начала готовить всё необходимое для их победы. Она знала, что это их единственный шанс изменить судьбу сестёр по дару и восстановить справедливость.

Каждый вечер Белла перечитывала древние свитки, запоминая каждое слово, запрет и правило. Она была готова к тому, что их ждёт впереди. Прекрасно знала: путь будет долгим и трудным, но была готова пройти его до конца.

Первые дни Глава посвятила укреплению связей внутри Ковена. Главы малых кругов относились к ней по-разному: кто-то с интересом, кто-то с опаской, а кто-то и вовсе с откровенным недоверием. Молодой ведьме предстояло убедить каждую, что ставка на древнейший договор не прихоть, а необходимость.

Колдунья Морвен, глава Второго круга, встретила её холодно.

— Древняя клятва, говоришь? — брюнетка нехорошо прищурилась, глядя на Беллу поверх кубка с травяным отваром. — И ты уверена, что король не найдёт лазейку?

— Уверена, — ответила Белла. — Свиток составлен не людьми. Его нельзя трактовать двояко. Либо клятва исполнена, либо нарушена. Третьего не дано.

— Громкие слова для девочки, которая полгода назад была на побегушках у Гортензии Шоасс.

— Именно поэтому я знаю цену чужим обещаниям.

Морвен промолчала, потом кивнула.

— Второй круг будет за тобой. Только знай, если ты ошибёшься, я первая напомню, чья это была идея.

Белла вышла от другой ведьмы с тяжёлым чувством. Поддержка есть, но хрупкая. Один неверный шаг и всё рассыплется.

На третий день до бала прибыл гонец от Магистрата. Письмо было коротким и сухим.

«Магистрат напоминает Главе Ковена о запрете на колдовские воздействия и применение ваших уловок в пределах дворца. Любое нарушение повлечёт санкции вплоть до роспуска Ковена».

Белла прочитала дважды. Потом положила на стол и посмотрела на Рэйвен, свою новую помощницу.

— Они боятся, — сказала Рэйвен.

— Нет, готовятся, — поправила Белла. — Это не предупреждение. Магистрат хочет, чтобы мы действовали без наших родовых чар и опасных для короля и придворных умений. Значит, у правителя уже есть план именно на этот случай.

— Что будешь делать?

— То же, что и всегда. С той лишь разницей, что теперь точно знаю, чего ждать от этого змеиного гнезда.

Белла сожгла письмо в жаровне. Бумага почернела и свернулась, после чего рассыпалась пеплом. Глава Ковена смотрела, как пропадает в пламени последний обрывок, и думала: король тоже готовится. Вопрос лишь в том, кто из них лучше всё спланировал.

Вечером того же дня колдунья спустилась в нижний зал, где хранились старые архивы Ковена. Пыль, паутина, запах залежавшейся бумаги сразу же ударили ей в нос. Здесь, на самой дальней полке, лежал тот самый свиток с королевской клятвой.

Она достала его осторожно. Пергамент потемнел от времени, буквы были выведены рукой, которую давно не видел ни один живой человек. Белла развернула свиток на столе и прижала края камнями, чтобы не скручивался.

Текст был на изначальном языке их мира. Белла читала медленно, переводя каждое слово.

«Именем Древнего Слова клянёмся: Ковен хранит границы, король хранит Ковен. Предательство одной стороны есть предательство всех. Клятвопреступник будет выдан тем, кого предал, без отсрочки или выкупа».

Белла провела пальцем по последней строке. «Без отсрочки или выкупа». Король не сможет тянуть время. Не получится и предложить компенсацию. Только выдача. Напрямую, при всех.

Она аккуратно свернула свиток и убрала в футляр из тиса, который заранее подготовила Рэйвен. Тот не пропускал магию или чары, а значит, никто из придворных не сможет определить, что именно лежит внутри.

На следующий день Белла встретилась с Дереком, она пока что оставалась в своём кабинете в Ковене, чтобы не подставить любимого под удар своих врагов. Слишком уж шатким стало её положение при дворе и среди сестёр по дару.

Он ждал у фонтана на торговой площади, как договаривались. Лицо спокойное, но Белла знала его достаточно хорошо, чтобы заметить напряжение по линии плеч.

— Магистрат прислал предупреждение, — сказала она вместо приветствия.

— Знаю. Мне тоже, — проворчал Главный королевский экзорцист. — И не одно.

— Что слышно в столице?

— Король вызвал трёх законников. Они специализируются по древним клятвам.

Белла стиснула зубы.

— Хотят найти дыру в тексте.

— Скорее подготовить ответ на случай, если ты предъявишь свиток публично. Если законники докажут, что клятва устарела или утратила силу, твой козырь превратится в пустышку.

— Договор не устарел. Он закреплён Древним Словом.

— Я знаю, но ты в курсе, как работает двор? Им не нужно доказывать свою правоту. Им нужно создать достаточно шума, чтобы никто не услышал твои доказательства.

Белла молчала. Вода в фонтане журчала тихо и мелодично, будто ничего не происходило.

— Значит, нужно не позволить им помешать нам, — сказала она наконец.

— Как?

— Я ещё не решила. Свиток покажу не на балу.

Брови брюнета удивлённо поползли вверх, после чего он выдохнул:

— А когда?

— За день до. На закрытом заседании малого совета. Пусть король увидит его там, где нет толпы, зрителей и возможности разыграть очередной фарс. Пусть решит: выполнить клятву или знать, что на балу я предъявлю претензии уже публично.

Дерек посмотрел на неё со смесью уважения и ужаса:

— Ты не просто хочешь правосудия. Сделаешь так, чтобы у него не было иного выбора.

— У меня его тоже не было, — ответила Белладонна. — Когда меня отправили на костёр, о нём словно забыли.

Последний день пролетел за приготовлениями к малому совету. Белла составила список всех, кто должен присутствовать на закрытом заседании. Канцлер, казначей, глава Магистрата и один нейтральный свидетель, не связанный ни с Ковеном, ни с двором. Эту роль должен был сыграть старый судья Ремигий. Он давно отошёл от дел, но его слово всё ещё ценилось в королевстве.

Рэйвен достала нужные наряды. Ничего роскошного, что привлекало бы взгляды. Строго, чисто, безупречно. Белла должна была выглядеть не как могучая и коварная Глава столичного Ковена, а как законопослушная ведьма, требующая исполнения договора.

— Перчатки? — спросила Рэйвен.

— Обязательно. Шрамы на запястьях не должны быть видны.

— Думаешь, они попытаются выставить тебя жертвой?

— Нет, нарекут сумасшедшей. Шрамы, смерть, возвращение. Всё это можно подать так, что я стану просто женщиной с тяжёлым прошлым, которая мстит.

Вторая колдунья помолчала несколько минут, размышляя. Потом тихо сказала:

— Ты ведь и есть женщина с тяжёлым прошлым, которая мстит.

— Да, — согласилась Белла. — Но я делаю это правильно.

Белладонна перед самым заседанием сидела у окна и смотрела, как над городом собираются тучи. Осень вступала в свои права. Листья на деревьях у храма пожелтели за одну ночь, будто кто-то провёл по ним кистью.

Вечер заседания выдался серым и ветреным. Молодая женщина накинула на плечи тёплый плащ из некрашеной шерсти чёрного цвета с капюшоном. После чего проверила футляр со свитком. Убедилась, что пергамент лежит ровно, не выпадет и не повредился.

Колдунья Рэйвен ждала у двери.

— Ты готова?

— Да.

Они вышли. На улице пахло мокрой листвой и поздними яблоками. Белла шла быстро, не оглядываясь. Футляр прижимала к груди, но не слишком крепко. Она не должна выглядеть так, будто несёт сокровище. Просто ничем не примечательный документ.

Дворец встретил их тишиной. Стража на входе проверила приглашение, кивнула. По коридорам Глава столичного Ковена шла с достоинством. Каблуки стучали по камню. Эхо далеко разносилось по коридору.

В зале малого совета уже сидели канцлер, казначей и Глава Магистрата. Нейтрального свидетеля, судьи Ремигия, не было.

— Глава Ковена, — объявил привратник.

Белла вошла. Села на указанное место. Положила футляр перед собой. Не открыла.

Канцлер, дородный мужчина в синем камзоле, посмотрел на него и тут же отвёл взгляд. Казначей что-то чертил на пергаменте, делая вид, что занят. Глава Магистрата, сухой и прямой, как жердь, смотрел на Белладонну не мигая.

Минуту никто не говорил.

— Мы ждём судью Ремигия, — нарушил тишину казначей.

— Его нет и не будет, — сказал глава Магистрата.

— Почему? — спросила колдунья, хотя уже знала ответ.

— Ремигий нездоров. Вчера вечером ему стало хуже. Врачи запретили покидать дом.

Белла посмотрела на Главу Магистрата. Тот не отвёл глаз.

— Удобно, — сказала она.

— Что вы хотите этим сказать, Глава Ковена?

— Я хочу сказать, что без нейтрального свидетеля заседание не имеет силы, и вы это прекрасно сами знаете.

Тишина. Канцлер побарабанил пальцами по столу. Казначей перестал чертить.

— Мы можем назначить другого свидетеля, — предложил канцлер.

— Кого? Одного из ваших людей? — Белла чуть наклонила голову. — Нет. Я предложу своего.

— Это невозможно, — отрезал Магистрат. — Свидетель должен быть согласован всеми сторонами.

— Тогда отложите заседание и приведите Ремигия здоровым к завтрашнему дню.

Магистр усмехнулся.

— Мы не можем ручаться за здоровье старого человека.

— Не можете, — согласилась Белла. — Но можете ручаться, что его болезнь началась слишком вовремя.

Канцлер поднял руку.

— Глава Ковена, вы делаете серьёзные заявления. Будьте осторожны.

— Я всегда сначала думаю, потом говорю. Именно поэтому я не открою этот футляр, пока в зале не будет человека, которому доверяют обе стороны.

Она положила ладонь на хранилище бесценного свитка. Просто дала понять: документ здесь, но вы его пока не получите.

— Что вы предлагаете? — спросил канцлер.

— Завтра на Осеннем балу в присутствии всех.

— Вы сказали, что не хотите показывать его там, — подал голос казначей.

— Обстоятельства изменились. Вы первыми нарушили договорённость. Ремигий был вашей гарантией, что всё пройдёт без нарушений.

Магистр встал.

— Вы играете с огнём, девушка.

— Я родилась ведьмой, — ответила Белла. — Так что не пугайте меня.

Она поднялась, взяла футляр и вышла из зала. В коридоре остановилась, прижавшись спиной к холодной стене. Руки не дрожали, внутри всё было натянуто, как струна, от напряжения.

Рэйвен ждала у выхода.

— Ну?

— Завтра. На балу.

— Они убрали свидетеля?

— Убрали.

Колдунья тихо и коротко ругнулась.

— Что теперь?

— Будем действовать иначе. Нам не привыкать к возникающим на пути сложностям.