Глава 8. Коварство пешки

Белладонна открыла глаза и несколько мгновений просто лежала, глядя в потолок. Серый утренний свет пробивался сквозь плотные шторы, наполняя комнату мягким, почти прозрачным сиянием. Она не сразу поняла, где находится, но потом вспомнила. Анфилада покоев Главного королевского экзорциста Дерека вель Гранна. Комната, которую он выделил ей. Отдельная, с широкой кроватью, тёплым одеялом и высоким окном, выходящим во внутренний двор.

Впервые за много дней она почувствовала себя отдохнувшей. Сон был глубоким, без видений и леденящих душу кошмаров. Без того липкого и противного страха, который преследовал её последние недели. Она повернула голову и заметила на столике у кровати сложенный вчетверо лист дорогой бумаги. Почерк ровный, уверенный, без лишних завитушек она уже знала:

«Я в кабинете. Завтрак на столе. Приходите, когда будете готовы действовать дальше, Белла. Д. в. Г.»

Она невольно улыбнулась, сама не замечая этого. Подпись — сокращённая, почти неформальная. Дерек вель Гранн, Главный королевский экзорцист. Человек, который не давал себе слабины ни в чём, подписал записку инициалами, как делают только для близких.

Белладонна встала, привела себя в порядок и вышла в коридор, соединяющий её комнату с его кабинетом. Толстая ковровая дорожка заглушала шаги, и она почти не слышала себя, когда приближалась к приоткрытой двери.

Дерек сидел за столом, перед ним были разложены бумаги, схемы, карты. Он поднял взгляд, когда она вошла, и на мгновение его лицо смягчилось. Белла могла бы не заметить, если бы не смотрела на него в этот момент.

— Доброе утро, — сказал он. — Завтрак на столе. Садись.

Она села напротив, взяла чашку с чаем и сделала глоток. Густой аромат гречневой каши с мясом, грибами и пряностями приятно щекотал её ноздри.

— Королева Тирса подтвердила, — сказал он, не отрывая взгляда от бумаг. — Слух сработал. Гортензия уже знает, что мы собираемся вывезти улики в Магистрат. Она приказала Вернару отнять их у вас. Сегодня вечером он будет ждать в засаде в западном крыле. Ваша сестра по дару применила свой дар предвидения.

— Я готова, — сказала она, и голос прозвучал ровнее, чем сама ожидала.

Дерек поднял на неё глаза. Долго смотрел. Потом тихо добавил:

— Я буду рядом.

В этом не было обещания. Не из долга, не по приказу. Просто потому, что не может поступить иначе.

День прошёл в хлопотах. Супруга правителя прислала доверенного гвардейца с последними инструкциями. Где именно ждать, сколько людей, какой сигнал. Белладонна слушала внимательно, кивала, запоминала. Краем глаза она всё время видела Дерека. Магистр сидел в кресле у камина, сложив руки на груди, и смотрел на неё как на прекрасную женщину, а не на ту, что однажды оборвала нить его жизни коварным ядом.

Она не знала, когда этот суровый придворный перестал быть чужим. Это притягивало и отталкивало одновременно. Впервые в жизни Белла несколько растерялась, и сама не знала, что ей следует предпринять в ответ на такую странную усмешку собственной судьбы. Подобное случалось с молодой колдуньей впервые.

К вечеру они вышли в коридор. Белладонна шла впереди, с папкой в руках. Внутри лежали пустые листы, подшитые так, чтобы выглядеть как важные документы. Дерек шёл позади под защитой полога невидимости из чар, которые сплела королева Тирса. Как надёжный и заслуживающий доверия мужчина, который по собственной воле готов прикрыть ей спину.

В западном крыле было темно. Кое-где горели тусклые факелы. Длинные тени падали на стены, а каждый звук казался громче, чем тот был на самом деле. Белладонна шла по коридору, чувствуя, как сердце бьётся ровно и спокойно. Она не боялась. Когда уже сгорела однажды в языках пламени, ничего не страшно. Хуже всё равно не будет.

Она услышала заговорщиков раньше, чем увидела. Тяжёлое дыхание, шаги. Они были слишком уверенные, чтобы быть случайными. Вернар ждал её у поворота, прислонившись к стене. Когда молодая колдунья появилась из полумрака, на его губах заиграла та самая фальшивая улыбка, которую та уже видела.

— Госпожа Тисс, — сказал он, и голос его прозвучал почти ласково. — Если честно, я думал, вы отдыхаете. Что же такая обворожительная особа бродит по дворцовым коридорам в гордом одиночестве?

— Работа, магистр Тусс, — ответила она ровно. — Улики нужно перевезти в Магистрат. Вы же знаете, как это бывает.

— Знаю, — сказал он и шагнул ближе. — Только вот беда, я не могу позволить вам унести то, что принадлежит короне.

Она остановилась. Мужчина приближался, и она видела его глаза. В них была ярость, ненависть, страх. Он знал, что она подменила яд и именно та ведьма, кто стоит между ним и местом Дерека. Вернар был готов прямо сейчас задушить бунтарку собственными руками.

— Отдайте бумаги, и я отпущу вас, — сказал он тихо.

— Никогда не лгите колдунье, магистр! — холодно проронила Белладонна. — Вы убьёте меня сразу же, как только завладеете папкой с уликами. Вы ждали момента, когда я останусь одна.

Вернар усмехнулся. В его усмешке не было тепла. Только холодная, злая насмешка.

— Умная ведьма, — сказал он. — Жаль, что вы выбрали не ту сторону. Гортензия дала вам шанс, и вы его упустили. Теперь заплатите за предательство.

— Кто бы говорил! Не я плету заговор против королевской династии.

Он сделал шаг вперёд, и Белладонна отступила ровно на столько же назад. Так, чтобы их враг оказался в свете факела. Она чувствовала его ярость, видела, как его пальцы сжимаются в кулак. Он был уверен, что блондинка слабее и не сможет оказать ему достойного сопротивления. Думал, что боится.

Вернар жестоко ошибался!

— Вы думаете, я пришла одна? — спросила девушка тихо.

Магистр Тусс замер. Его глаза тут же зашарили в полумраке коридора. Он не успел ничего заметить. С ослепительной улыбкой Белладонна ласково погладила скромное колечко на указательном пальце правой руки. Это был сигнал для остальных.

В следующее мгновение из-за угла появился Дерек. За ним — гвардейцы. Четверо. С мечами наготове.

Вернар дёрнулся. Его лицо исказилось. Изменник запоздало понял всё. Ловушка. Ложный след. Белла была приманкой с самого начала.

— Вернар Тусс, — сказал Дерек холодно. — Вы арестованы по обвинению в государственной измене. Сопротивление бесполезно.

— Ты… — прошипел Вернар, глядя на Белладонну. — Ты всё подстроила. Ты, ничтожная ведьма.

— Я сделала то, что должна была, — ответила блондинка с ледяным достоинством. — Вы недооценили меня, магистр. Вы видели во мне пешку. Но пешка, дошедшая до конца доски, становится ферзём.

Барон рванулся к ней, но гвардейцы не стали церемониться и скрутили его. Он вырывался, лицо интригана побагровело от ярости, но преимущество было на другой стороне.

— Это не конец! — крикнул он, когда пленника тащили по коридору. — Вы все пожалеете о собственной дерзости и глупости…

Его голос вскоре затих за поворотом. Гвардейцы увели его в дворцовое подземелье.

Белладонна стояла в пустом коридоре, держа папку в руках. Она молча протянула Дереку «улики» и с явным облегчением выдохнула. Экзорцист неторопливо принял папку из рук обманчиво хрупкой блондинки и улыбнулся. Его лицо было спокойным, но она видела, как бьётся жилка на его виске. Он был напряжён. Дерек явно боялся за неё. Она знала это. Удивлённо заметила, что его пальцы дрожат. Совсем чуть-чуть, почти незаметно.

— Вы блестяще справились, Белла, — удивлённо сказал он.

Она подняла на него глаза.

— Мы сделали это вместе, — ответила тихо.

— Вы и не должны были рисковать собой одни, — сказал он.

— Я была под защитой чар королевы Тирсы, — ответила ведьма с лукавой улыбкой.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде было что-то, чему девушка так и не смогла дать название.

— Идёмте, — сказал он и вежливо предложил ей руку, на которую блондинка благодарно оперлась.

Они шли молча. Коридоры были пустыми, факелы догорали, воздух был прохладен и чуть душен. Она шла рядом с ним и терялась в догадках, чего ещё ждать от этого невозможного мага.

Когда они вернулись в его кабинет, он налил ей горячий напиток с мятой, чтобы взбодрить. Она взяла чашку, села в кресло у камина и почувствовала, как напряжение отпускает.

— Я не знал, что ты умеешь так… — он не закончил фразу.

— Коварно? — Белла вопросительно подняла бровь.

— Умно, — поправил он.

Ведьма почти улыбнулась.

— Меня все недооценивают. Это моё главное оружие.

Он сел напротив, и они снова замолчали. Тишина между ними была той же, что и вчера. Тёплой, уютной и совсем не враждебной. Она начала привыкать к ней.

— Вернар не был главным, — сказала Белла. — Торвальд и Гортензия на воле. Они не остановятся.

— Знаю, — ответил он. — Зато королевская чета в курсе заговора. Мы знаем, кто наши враги.

— Этого мало, — сказала девушка.

Он удивлённо поднял на неё глаза.

— Мы справимся, — сказал он. — Вы — не пешка. Вы ферзь. Поэтому все участники этой нечестной игры будут найдены и примерно наказаны по законам нашего королевства.

Она не знала, что ответить. Белла поспешно отвернулась к окну, чтобы он не увидел выражения её лица.

Дворец продолжал безмятежно дремать в объятиях ночной тьмы. Где-то в своих покоях метался принц Торвальд. Он сразу понял, что безупречный план рушится. Ведьма Гортензия уже плела новую интригу, пытаясь спасти то, что ещё можно. Зато здесь, в кабинете, сидели двое, которые уже не были врагами.

Белладонна пожелала магистру спокойной ночи и царственно удалилась к себе. Она сидела в своей комнате у окна и смотрела на луну. Поражённо думала о том, что сделала. Колдунья закрыла глаза и позволила себе поверить, что второй шанс требует не просто выжить. Он был дан для того, чтобы исправить собственные ошибки и обрести в награду заслуженное счастье. Она использовала его не для мести или побега от самой себя.

Она ослушалась колдунью Гортензию. Переиграла собственную судьбу. Пока что королевская чета в безопасности, Дерек жив, а она сама — не пешка, которую двигают другие, а властно ведёт всю партию.

В это самое время Дерек тоже стоял у окна в своём кабинете и смотрел на луну. Он думал о молодой и умной ведьме. О том, как волшебно звучал её хрустальный голос, когда она говорила о пешке, которая становится ферзём.

Он сжал браслет на руке и прошептал в тишину:

— Вы изменили всё, Белла. Ослушалась и спасли всех и всё. Стали той, кто переиграл собственную судьбу.

За окном занимался рассвет. Серый свет разливался по дворцу. Утро было уже совсем близко, а он так и не сподобился хоть немного поспать после опасной вылазки в дворцовых коридорах.