15.2

В лесу оказалось прохладно, сумрачно и гулко. Темные сосны сплелись кронами, перекрывая солнечный свет. В ветвях шныряли белки, перекликались друг с другом птицы. Под ногами рыхлым ковром пружинила хвоя.

Вокруг не было ни души.

Я задумалась — как нам искать пропажу?

Способов было много, требовалось выбрать лучший.

Не дав мне подумать, Рудольф, словно бешеный медведь, ринулся прямо в глушь. Пришлось топать следом, уворачиваясь от бьющих в лицо веток.

— Гертруда! — внезапно завопил он и еще больше ускорился. Я перешла на бег. В отличие от него, мне бодрящего зелья не досталось, а жаль, оно было бы очень кстати.

Из-за маячащей перед глазами спины я ничего не могла разглядеть и, выскочив вслед за Рудольфом на поляну, оказалась совсем не готова к открывшемуся передо мною зрелищу. Застыла с открытым ртом, не в силах произнести ни слова.

Спустя несколько секунд в меня врезалось что-то мягкое, едва не сбив с ног.

— Мяур! — Макарий с чугунной сковородой выглядел зловеще — шерсть дыбом, глаза горят, лапа в замахе. Увидев, что я жива и здорова, он огляделся по сторонам — и замер, увидев то, что увидела я.

На пеньке сидела свеловолосая девушка в простеньком платье. У ног ее лежала вязанка хвороста. Рядом суетился Рудольф со своими дурацкими вопросами, однако Гертруда смотрела исключительно на нас с котом. Вид у нее был испуганный. Но потрясло меня совсем другое — передо мной, ничуть не изменившись за прошедшие годы, сидела тетя Эла. Именно такой я помнила в детстве. И только сейчас поняла, насколько юной она тогда была.

— Элика, — выйдя из ступора, произнес кот. — Ты?

— Вы меня знаете? — не спуская взгляда с кота, произнесла девушка.

— Да, — ответили мы с котом хором.

— Где ты была? Все тебя искали, — кот подошел к ней, вглядываясь в лицо. Осторожно потрогал лапой, словно боялся, что перед ним морок.

По лицу тети Элы пробежала тень.

— Не знаю, о чем вы говорите, но почему-то мне это не нравится. Кто вы, и кто меня искал? И зачем?

Кот задумался. Посмотрел на меня, затем обратно на тетю Элу и произнес:

— Может это и к лучшему.

— Что к лучшему? — тетя Эла нахмурилась.

— Ты пропала три года назад. Непонятно как, непонятно куда. Ведьмы ковена с ног сбились, не смогли тебя найти. Они до сих пор ничего не знают.

— При чем тут ведьмы? — растерялась тетя Эла. — Зачем я им? Кто-то просил меня найти? — она посмотрела на Рудольфа, но он выглядел не менее растерянным.

— Никто, они сами. Когда пропадает ведьма из совета ковена…

— Но при чем тут я?

— Ты и есть эта ведьма.

— Я? Вы смеетесь? Я не владею магией.

И тут мне окончательно стало не по себе — тетя Эла не обманывала, ее магический дар исчез. Из всех присутствующих магия исходила только от кота, не считая меня, конечно. Остальные были самыми обыкновенными людьми. Но как такое возможно? Дом тети Элы был полон следов ее магии. Воспоминания детства тоже говорили о том, что она владела ею в совершенстве. Но дар не может исчезнуть просто так. Для этого нужно… я даже не знаю что. О подобном я не слышала.

Кот тоже оказался растерян.

— Раньше владела, — произнес он.

— И что теперь будет? — осторожно спросила тетя Эла. — Вы отдадите меня этим… как их там… ведьмам ковена?

Мы с котом переглянулись. Никому из нас эта идея не показалась хорошей.

— А сама ты чего хочешь? — спросил кот.

— Вернуться туда, где я живу, и пусть все остается как есть.

— К этой бабке? — ужаснулась я. — Как ты вообще там живешь? И почему?

Тетя Эла задумалась.

— Не знаю. Этот дом — первое, что я помню. Тетушка Труза приютила меня, и я ей за это благодарна.

— Еще бы она тебя не приютила, — проворчала я. — Дармовая еда на блюдечке. Она пожирает твои силы, а ты не сопротивляешься.

— Если бы не она, я жила бы на улице.

— Но почему, Герти? Я же предлагал купить тебе дом. Мне не сложно, — в голосе Рудольфа послышалась обида.

— У нее есть дом, — произнесла я.

— Ну какой это дом? Ты же видела! — возмутился Рудольф.

— Не этот. Настоящий. Ее собственный дом, о котором она забыла.

Рудольф и тетя Эла уставились на меня одинаково удивленными взглядами.

— Мой дом? — переспросила тетя Эла.

Через некоторое время мы уже стояли у знакомой калитки. Вид у тети Элы по-прежнему был растерянный.

— Я его не помню, — произнесла она, хмурясь. — Это точно мой дом?

— Точно, — улыбнулась я, уступая ей право первой открыть калитку.

Тетя Эла осторожно протянула к ней руку… и, вскрикнув, отдернула.

— Жжется.

Я дотронулась до деревянной поверхности с опаской. Ничего не почувствовала и, повернув засов, первой ступила на тропинку. Так, на всякий случай. Прошла до крыльца и, оглянувшись, увидела, что все так и стоят по ту сторону. Кот, подумав, все-таки просочился мимо остальных.

— Они не могут, пригласи, — произнес негромко.

— Проходите, — торопливо сказала я.

Перешагнув невидимую границу, тетя Эла и Рудольф вошли во двор.

— Как же этот дом может быть моим, если он меня не пускает?

Вопрос тети Элы поставил меня в тупик. Чтобы дом не принял хозяйку?

— Магия, — ответил ей кот. — Твоя магия исчезла, и дом тебя не признал.

— Идемте, — я открыла дверь и сделала приглашающий жест. В последний момент передумав, вошла в дом первой. Мало ли что еще вычудит это жилище.

— Тетя Эла, давай пройдемся по дому, может быть ты узнаешь это место, — и оно тебя, добавила я мысленно.