Глава 13

Практики у артефакторов нет, и они учатся по обычному расписанию, так что в комнате меня встречает Ланиэль. Подождав, пока я насыплю корма Спиритусу, умоюсь и переоденусь, она зовет меня пить травяной чай.

— Ну, рассказывай, — произносит, стоит мне сесть за стол.

Пододвигаю к себе чашку с ароматным напитком и вазочку с печеньем, а затем, глядя в ее горящие любопытством ярко-зеленые глаза, вздыхаю:

— Все прошло хорошо. Мы справились быстрее, чем планировалось, вот и вернулись пораньше.

— И как оно?

— Как что?

— Как оно — быть в одной команде с Рейниром?

— Да, нормально.

— Арьяна! — свирепеет девушка. — Что значит «нормально»? Почему приходится тянуть из тебя ответы! Мне нужны подробности! Ты столько времени пробыла рядом с ним! Получилось его захомутать?

— Он не лошадь, чтобы на него хомут надевать.

— Значит, не получилось? — по-своему расценивает мои слова Ланиэль. — Но вы ночевали рядом и наверняка в соседних палатках! Ты же могла ночью якобы случайно перепутать и зайти к нему…

— Я приличная девушка, — возмущаюсь я. — К тому же мы не на развлекательной прогулке были, а выполняли задание.

— Девушка ты, может, приличная, — поджимает губы соседка, — но очень бестолковая. Многие рады даже крошечному шансу, а ты такой огромный профукала! А он в походе тоже тренировался с голым торсом?

Пожимаю плечами:

— Если и тренировался, я этого не видела.

— Но вы же разговаривали?

— Только по делу. Там было не до разговоров.

Ланиэль пронизывает меня осуждающим взором и вгрызается в печенье. Ничего не поделаешь — я такая, какая есть.

Принимаю душ, с наслаждением смывая с себя пот и дорожную пыль, затем оставляю в казенном рюкзаке только те вещи, которые нужно вернуть, и отправляюсь на склад. Ланиэль дуется и отказывается составить мне компанию.

На обратном пути захожу в магазин и покупаю небольшой шоколадный торт. Не столько из-за того, что за время путешествия соскучилась по нормальным сладостям, хотя это определенно так, сколько в надежде задобрить Ланиэль.

Мой план срабатывает. Два больших куска — и обиды как не бывало.

Пользуясь тем, что Ланиэль подобрела, спрашиваю, как она провела это время. Ланиэль грустно вздыхает:

— Скучала! Оказывается, я привыкла к тому, что мы с Кортом видимся каждый день, и теперь мне его очень не хватает. И вроде понимаю, что он скоро вернется, но поделать с собой ничего не могу. Грустно сидеть в одиночестве за столом, за которым вместе обедали. Грустно смотреть на нашу беседку, в которую мы ходили любоваться закатом. А еще я забываю взять на пары бутылку с водой, потому что Корт всегда приносил ее для меня. До этого я не представляла, что настолько привыкла к тому, что он рядом. Быстрей бы вернулся!

Хочется как-то ее утешить, но не получается подобрать подходящие слова, поэтому просто произношу:

— Понятно. Ничего, скоро он вернется.

— Он-то вернется! А что, если ему без меня нормально? И еще хуже — что если ему без меня лучше, и он там совсем не скучает?!

— Он не признавался тебе в своих чувствах? — озадаченно спрашиваю я.

— Признавался, — отмахивается Ланиэль. — Но вдруг это было неискренне?

От такой логики мои брови неудержимо лезут вверх, а глаза округляются. Приходится приложить усилия, чтобы вернуть нормальное выражение лица, и выдавить:

— Не накручивай себя и не придумывай то, чего нет… У тебя разве есть реальные поводы, чтобы ему не доверять?

— Нет, — вздыхает она. — Но, а вдруг?

— Может, завтра после твоих пар сходим в город? — перевожу тему разговора. — Так кофе захотелось, а мой закончился.

— Не понимаю, как можно пить эту горькую черную жижу, но так и быть, составлю тебе компанию. Заодно зайдем кремик мне прикупим — мой заканчивается. И вкусняшек.

— Договорились.

После разговора сажусь писать отчет, чем и занимаюсь остаток дня.

Готовить ни я, ни Ланиэль особо не умеем, так что ужинать отправляемся в столовую. Сегодня здесь непривычно мало народа — на практику не отправили только артефакторов и зельеваров, а наша команда, как выясняется, справилась со своим заданием первой, так что сегодня я единственная представительница своего факультета.

Утро просыпаю, и соседка совсем не возражает — разделяет мое мнение, что нужно использовать возможность выспаться, пока она есть. Сон на твердой земле не идет ни в какое сравнение со сном в мягкой уютной кроватке, так что пробуждаюсь позже обычного.

Готовлю омлет в одиночестве и невольно все время поглядываю в сторону двери. Но Рейнир так и не появляется. Не знаю, что расстраивает меня больше: то, что он не пришел, или то, что я надеялась на встречу.

В ожидании Ланиэль повторяю пройденный материал. По результатам сессии трем самым выдающимся ученикам каждой из групп будет назначена стипендия в размере десяти золотых, и мне очень хочется ее получить. А для этого лучше начать готовиться уже сейчас, чем я и занимаюсь.

Ланиэль, как и обещала, возвращается пораньше, и мы вместе отправляемся в город. Первым делом обедаем в харчевне «Золотой бык» фирменным блюдом — рыбой, запеченной в глине. Ланиэль утверждает, что блюдо очень диетичное и это после вчерашнего тортика очень актуально.

Затем отправляемся по магазинам. Соседка живет в этом городе дольше меня, да и исследовала его лучше, так что узнаю много интересных мест, часть из которых было бы проблематично найти самостоятельно. За что люблю этот город — у него полно тайн и секретных мест. Будет, чем удивить Юму в следующий раз.

Ужинаем так же в городе — хотя в столовой еда вкусная и дешевая, но однообразная. И уж точно там не будет курицы, зажаренной над огнем до хрустящей золотистой корочки. Повар ее при нас снимает с вертела, извлекает все косточки, затем мелко рубит с зеленью и предлагает заворачивать истекающее соком мясо в тонкие кукурузные лепешки. Невероятная вкуснятина!

Даже с учетом того, что мы объелись, всю порцию осилить не смогли. Пришлось просить, чтобы недоеденное нам упаковали с собой.

Завтракаем остатками ужина, с грустью обсуждая то, что желания похудеть хватило слишком ненадолго.

Следующие два дня я закапываюсь в учебники и прерываюсь только на еду.

А на третий день после обеда с практики возвращается Юма.

Когда она запыленная и всклокоченная открывает дверь и обнаруживает, что я уже вернулась, первой ее фразой становится:

— Вот ты везучая! Попала на практику не с кем-нибудь, а с Рейниром! И как? Удалось его охмурить?

Закатываю глаза и вздыхаю:

— С чего вы обе взяли, что я, вообще, хочу его охмурять? Да, он красив, но у меня есть принципы. И я не буду навязываться тому, кому не интересна.

— Он сказал, что ты ему не интересна?! — восклицает подруга.

Вздыхаю и закатываю глаза:

— Мы с ним особо не разговаривали — у нас же было задание, которое нужно было выполнить.

— Задание?! Тоже мне отговорка! А он в походе тренировался?

Вздыхаю:

— Вы сговорились с Ланиэль? Задаете одинаковые вопросы. Я не знаю, тренировался ли он. Если и да, то я этого не видела.

— Эх, — вздыхает Юма. — Скучная ты. Такой шанс профукала!

Перевожу тему разговора:

— А как твоя практика?

— Позже расскажу, — отмахивается подруга. — Не хочется два раза повторять. Лучше пойду помоюсь. Знаешь, сколько я об этом мечтала?

— Догадываюсь, — улыбаюсь я. — Ладно, иди.

— Можно, да? — смеется подруга. — Тогда я пошла.

Она берет принадлежности для мытья, сменную одежду и уходит, а я думаю о том, что если у Юмы и Ланиэль мысли сходятся, есть большая вероятность, что и другие девушки думают так же. Бедный Рейнир! Наверняка быть объектом охоты очень неприятно. Не хотела бы я оказаться на его месте.

Стоит Ланиэль вернуться, они с Юмой сразу же принимаются обсуждать, какая же я у них непутевая, и что любая другая на моем месте… Перестают это делать, только после того как я напоминаю, что все слышу и, вообще, жду рассказ Юмы.

Подруга делится, что ей очень повезло. И хоть красавчика в напарники ей не досталось, зато ребята попались дружные и приятные. И что она надеется найти в будущем себе такую же хорошую команду.

Их выбросило сильно южнее Академии Магии в лесу. К счастью, через сутки они вышли на дорогу, и один крестьянин даже согласился их подвезти в обмен на то, чтобы «господа маги» посмотрели его корову. Аша, лекарь команды, с животными раньше дела не имела, но смогла все-таки вылечить заболевшую, за что их угостили горячими пирогами с парным молоком.

А еще через день Юма утром вылезла из палатки с намерением посетить кустики и чуть не сделала свои дела прямо там же — возле костра обнаружился огроменный медведь, деловито потрошащий один из рюкзаков.

Вернувшийся откуда-то Йонан, атакующий маг, сообразил создать страшную и громкую иллюзию и напугал медведя. Тот выпустил рюкзак и убежал. Потом Йонан успокаивал Юму — она успела испугаться.

Но, вообще, практика ей очень понравилась — голова перестала пухнуть от знаний, познакомилась с интересными ребятами и провела время на природе.

Стоит Юме договорить, в дверь нашей комнаты раздается стук. Дождавшись разрешения, в комнату входит Корт. Ланиэль с визгом подхватывается и бежит к нему. Корт счастливо смеется и какое-то время кружит с девушкой по комнате, затем ставит на пол и целует. Она целует его в ответ с таким рвением, что чувствую себя лишней. И немного завидую. Или много.

Юма демонстративно кашляет и заявляет:

— Вы, вообще-то, тут не одни.

Ланиэль смущенно отшатывается:

— Простите!

— Пойдем на свидание! — предлагает Корт.

— Дай мне десять минуток! — произносит девушка и выпроваживает его в коридор.

Удивленно переглядываемся с Юмой — подумать только, что любовь с полуэльфами делает! Она даже чтобы в магазин пойти, обычно дольше собирается. Невероятно!

Раньше вечера мы Ланиэль обратно не ждем и оказываемся правы — она приходит за десять минут до десяти, и ее счастье заметно невооруженным глазом. Протягивает руку, на безымянном пальце которой надето кольцо с огромным бриллиантом, и с придыханием произносит:

— Он сделал мне предложение! И я согласилась!

Приняв наши с Юмой искренние поздравления, Ланиэль с радостью делится с нами всеми подробностями:

— Сперва мы гуляли по городу. Корт рассказал о своей практике и о том, что очень по мне скучал — вспоминал каждую минутку. Потом повел в шикарный ресторан с видом на городские крыши. Атмосфера там невероятная! Полумрак, музыканты играют и свечи стоят на каждом столике. Доедаю основное блюдо, и тут к нам подходит скрипач и начинает играть что-то романтическое. А Корт встает на одно колено и предлагает стать его женой. Я, конечно же, соглашаюсь — а чего там думать? Садимся обратно, начинаем есть десерт. Корт вскакивает, какое-то время обыскивает карманы, а потом вручает кольцо. Спохватывается, отбирает его и сам надевает мне на безымянный палец. Это было невероятно романтично!

— Да, — соглашается Юма. — Но не слишком ли быстро вы решили пожениться?

— А что тут думать? Я никогда не встречала такого, как он — внимательного, заботливого, нежного. Мне с ним весело. У нас много тем для разговора. Он тоже хочет жить в уединенной усадьбе, и чтобы у нас было много детей. А еще он, так же как и я, любит собак. И, в отличие от меня, умеет готовить. Хотя если будем работать по специальности, легко сможем нанять повара и прислугу.

— Как у вас все серьезно!

— Да. Он тот, кто мне нужен, — категорично припечатывает Ланиэль.

Невольно вспоминаю времена, когда встречалась с Лусаном, и понимаю, что мы с ним никогда не строили настолько отдаленные планы на будущее. Собирались вместе поступить на лекарский факультет, но на этом наши планы заканчивались. И ведь если задуматься, я пыталась несколько раз выяснить, что он собирается делать после окончания учебы, любит ли детей, как относится к браку и так далее, но он каждый раз умело переводил тему. То, что видение будущего у Ланиэль и Корта совпадает, действительно очень здорово.

Дни до начала пар пролетают незаметно. Юма тоже хочет стипендию, что неудивительно, поэтому учимся вместе. По общим предметам даже проверяем знания друг друга, и это делает зубрежку веселее.

Утром первого учебного дня иду делать омлет, и стоит мне вылить смесь на сковородку, в кухню заходит Рейнир. Почему-то думала, он будет делать вид, будто мы незнакомы, но при виде меня парень дружелюбно улыбается и произносит:

— Привет! Уже написала отчет?

— Привет. Да. А ты?

— Я тоже. Хочу тебя кое о чем попросить, но хотелось бы поговорить в более уединенном месте. Когда у тебя будет время?

Озадаченно хлопаю глазами. Выдаю первое, что приходит в голову:

— После пар.

— У тебя сегодня их пять?

— Да.

— Тогда давай после пар на той же лавочке в парке, на которой мы сидели в прошлый раз.

Киваю. На языке вертится, что сидела только я, но не поправляю — и без этого воспоминания накатывают волной. Наши соединенные руки. Его близость. Его взгляд. Обрываю поток мыслей — еще немного и начну краснеть, а этого мне сейчас хочется меньше всего.

Сварив кофе, он уходит. Снимаю с плиты сковороду и отношу в комнату. Во время завтрака строю догадки, о чем именно он хочет попросить, но ни одна не кажется реалистичной. Не может же он, в самом деле, просить меня стать его девушкой — мы для этого слишком мало знакомы, и Рейнир никак не показывал свою симпатию. По крайней мере, так, чтобы это можно было однозначно трактовать. Странно. Но любопытно.

То, что физкультура первой парой, впервые меня радует — снова бегаем, а значит, я могу попробовать убежать от собственных мыслей. Тут главное выкладываться по максимуму, чтобы легкие начало слегка жечь от недостатка кислорода и казалось, будто дальше продолжать не можешь. Все внимание направлено на то, чтобы заставить себя сделать еще один шаг. И следующий. А вот на всякие посторонние размышления сил не остается.

После занятия тренер одобрительно мне кивает, а вот во взгляде Юмы проскальзывает озабоченность и тревога. Она даже спрашивает, не случилось ли у меня чего. Обманывать подругу не хочется, но рассказывать правду не хочется больше — она же надумает всякого, а мне потом придется расхлебывать, так что качаю головой.

Войдя в аудиторию, в которой будет пара по психологии лжи, видим четыре пустых стула рядом с преподавательским столом. Мы занимаем свои места, и мастер Дерек произносит:

— Здравствуйте! Сегодня вы узнаете о самых распространенных видах лжецов — услышите их и увидите. Ваша задача — записать, какое впечатление на вас производят их истории. А также постарайтесь предположить, в чем именно они врут.

В комнату заходят две женщины и двое мужчин, одетые как горожане. По-очереди делятся с преподавателем впечатлениями от просмотренного спектакля и отвечают на уточняющие вопросы. Поговорив с каждым из помощников, матер Дрек благодарит их и, дождавшись, когда они покинут аудиторию, произносит:

— Каждый из них был на спектакле, но не на том, о котором я спрашивал. Первый мужчина, относится к типу «манипулятор». Уверен, вам было крайне сложно определить, когда именно он лгал, ведь манипуляторы совершенно не испытывают угрызений совести или каких-то этических проблем во время лжи. Люди рассматриваются ими всего лишь как инструменты для достижения целей. Вывести их на чистую воду практически невозможно, ведь вдобавок к отсутствию совести обычно они очень умны. Следующая дама относится к «актерам». Как вы, наверное, заметили, она говорила очень эмоционально. Нам кажется, что люди, испытывающие сильные эмоции, говорят правду, и она отлично умеет этим пользоваться. Из всех типов такой будет яростнее всего держаться за свою ложь. Дальше у нас идет «общительный тип». Как вы могли заметить, речь этой девушки была быстрее, чем у остальных, и она давала более развернутые ответы. Естественно, поскольку она искусна в общении, обман дается ей проще. Чаще всего этот тип обманывает ради того, чтобы понравиться. И напоследок у нас остались «адаптеры». Многим кажется, что необщительным и застенчивым сложнее лгать, но нет — все зависит от цели. Представителям этого типа сложнее наладить отношения, и из-за этого они могут начать подстраиваться под собеседника, то есть стараться ему угодить. Например, узнав, что вам понравился спектакль, они могут соврать, что и им тоже. А теперь такой вопрос: как вы думаете, зависит ли поведение лжеца от того, насколько высока ставка и серьезны последствия?

Весь остаток занятия мы обсуждаем варианты последствий, и выясняется — чем выше ставка, тем больше шанс, что лжец себя выдаст. Из-за увлечения темой, звонок с пары становится для меня неожиданностью.

На правописании, как обычно, очень скучно. Старательно делаем очередную порцию упражнений под строгим надзором эльфийки и заранее грустим о количестве правил, которые нужно выучить к следующему занятию.

После окончания пары обедаем и на расоведение идем воодушевленные — мало того, что предмет сам по себе интересный, так еще и господин Шаришшт рассказывает так, что невозможно не заслушаться. А кроме этого, с сегодняшнего занятия мы заканчиваем изучать гномов и переходим к драконам.

Господин Шаришшт первым делом, войдя в аудиторию, обаятельно улыбается, и я невольно улыбаюсь в ответ. И те из одногруппников, чьи лица я вижу, улыбаются тоже. Не перестаю гадать: умение быть настолько очаровательным — природная способность, или он это как-то развивал? Хотелось бы научиться производить такое же впечатление. Не всегда, конечно — все-таки я ведьма — но в некоторых моментах было бы полезно.

— По вашим глазам вижу, что вы с нетерпением ждали сегодняшней пары, и не буду тянуть. Эту сложную тему мы начнем изучать с мифов и сказок, которые дошли до нас из глубин веков. Итак, «Миф о чудовище», — открывает тонкую книжицу и начинает читать: — «Случилось это жарким летним днем. Девушки пошли на цветущий луг, собирать цветы и плести из них венки. Внезапно солнце заслонила огромная тень. Девушки подняли глаза и увидели страшное крылатое чудовище. Они подхватились и побежали прятаться в лес, и только добежав до спасительного места, обнаружили, что их на одну меньше. Свою подругу они увидели сидящей на лугу в ожидании неминуемой гибели. И эта гибель не замедлила наступить — огромная летающая ящерица с горящей на солнце чешуей схватила бедняжку когтями и унесла в неведомые дали. С тех пор девушку никто никогда не видел…» Что думаете? Арьяна?

— Я не знаю, существовали ли тогда драконы без человеческой ипостаси, но в любом случае дракон ее не убил, ведь тогда бы было описание капель крови на траве и разбросанных частей тела — раньше не стеснялись делиться подробностями. А значит, девушка в момент похищения была жива и невредима.

— Почему тогда автор мифа посчитал, что ее ждет гибель?

— Наверное, тогда не знали, что драконы разумны.

— Я думаю так же, — кивает господин Шаришшт. — Перейдем к следующему мифу: «В тот день ничего не предвещало беды. Небо было прозрачно-голубым, а ласковое солнышко светило как обычно ярко. Внезапно над деревушкой появилась устрашающая крылатая тень. Жители разбежались по избам и затаились. Чудовище снизилось и выпустило высоченный столб пламени прямо на один из домов. Солома занялась моментально. Жильцы этого дома высыпали на улицу и в панике побежали куда глаза глядят. На одном доме чудовище не успокоилось — жгло все до тех пор, пока от некогда процветающей деревушки не осталось пепелище…» Что можете сказать об этом мифе? Корт?

— Возможно, когда дракон был в человеческой ипостаси, его в этом месте чем-то обидели?

— Вполне вероятно. Или обидели его пару. Перейдем к следующему мифу.

Весь урок мы слушаем истории, в которых драконы представляются кровожадными чудовищами. И меня это не удивляет — у людей принято причислять к опасному все неизвестное или непонятное, а драконы подходят к обеим категориям. Но если в давние времена, когда населения было гораздо меньше, драконы встречались так часто, то почему сейчас они стали мифом? Интересный вопрос! Который, подняв руку, я задаю преподавателю. Он улыбается:

— На этот счет есть несколько теорий, изучать которые мы будем на одном из следующих занятий. Так что проявите терпение.

По пути на тренировку, Юма озадаченно интересуется у Корта:

— Слушай, а почему Саммета сегодня нет? Болеет?

— Нет, — мрачнеет парень. — После прохождения практики он подал заявление о переводе. Сказал, что не готов терпеть подобные мучения.

— Нам же лучше, — пожимает плечами подруга. — Меньше претендентов на стипендию.

— А ты собираешься за нее побороться?

— Да. И Арьяна тоже собирается. А ты?

— У меня будут дела поважнее. На этих выходных мы знакомимся с родителями Ланиэль, на следующих — с моими, а еще через неделю — знакомим их друг с другом, чтобы запланировать свадьбу.

— Свадьбу? — удивленно спрашиваю я. — А не торопитесь? Вы ведь не так уж давно встречаетесь.

— Видели Ланиэль? — вопросом на вопрос отвечает Корт. — Она же красавица и умница! Вообще не понимаю, почему выбрала именно меня. Лучше сыграть свадьбу сейчас, пока она не успела передумать.

— Считаешь, ее чувства к тебе несерьезны?

— Конечно, серьезны! Иначе бы она не согласилась. И я приложу все силы, чтобы стать тем, кого она во мне видит.

Озадаченно хмурю брови — надо же, как у него все сложно в голове! Неужели не замечает, как она на него смотрит?

На тренировке работаем на максимуме своих способностей. Из зала выползаем потные и уставшие. Запоздало вспоминаю, что не говорила Рейниру о том, что после тренировки мне еще нужно будет сходить в душ, а значит, если все-таки туда пойду — обязательно опоздаю. Заставлять его ждать не хочется, но идти на встречу потной не хочется тем более. Единственное, что остается — помыться как можно быстрее, что я и делаю.

Сворачивая в сторону лавочки, переживаю, не ушел ли Рейнир, и облегченно выдыхаю, обнаружив, что ждет.

— Прости за опоздание, — сразу же извиняюсь я.

— Да не страшно, — дружелюбно улыбается он.

Ежусь и сразу перехожу к делу — ветер сегодня как никогда холодный, и стоять в такую погоду на открытом месте очень уж некомфортно:

— О чем ты хотел попросить?

Рейнир что-то шепчет, делает пасс рукой, и ветер вокруг нас утихает.

— Я поставил щит. Присядем?

— Спасибо! Да, конечно.

— Дело в том, — медленно произносит Рейнир, стоит нам расположиться на лавочке, — что для поступления я выбрал именно эту Академию Магии не случайно. Несколько десятилетий назад мою семью обворовали. И это был чей-то заказ, потому что через сутки воришку нашли мертвым, а украденное было утеряно для нашего рода. Мы довольно богаты и потеря нескольких безделушек для нас ничего бы не значила, но среди прочих похищенных драгоценностей были фамильные, изготовленные и зачарованные специально для нашего рода. Я не могу сказать тебе, что именно это за драгоценности и каково их назначение, но несколько лет назад мы получили наводку, что часть украденного хранится в этой Академии Магии. За несколько лет я облазил здесь все, что мог. Остались только более глубокие уровни подвала главного корпуса, но я так и не смог обнаружить туда вход. Можешь мне с этим помочь?

— Возможно, — неопределенно пожимаю плечами я.

— Я готов заплатить за помощь двадцать золотых сразу и еще тридцать, когда мы найдем тайник. А еще, если там будут драгоценности помимо моих фамильных, можешь забрать их себе.

Проводить с ним время — это то, чего я хочу сейчас меньше всего, но возможность заработать манит. Я бы столько всего могла купить! Осторожность пасует перед жадностью:

— Когда начнем?

— А ты знаешь, с чего начать?

— Думаю, для начала нужно задобрить домового, который там обитает, и уже у него спросить, где находится вход в подвал.

— Что для этого потребуется? — брови парня лезут вверх, но ничем другим он свое удивление не выдает.

Пожимаю плечами:

— Я спрошу у нашего общежитского. Только нужно дождаться, когда соседки куда-нибудь уйдут. Не хочу посвящать их в наши планы.

— Мы можем пойти ко мне. Я живу в комнате один.

— Ладно.

Любопытство вскипает внутри и не оставляет ни единого шанса отказаться. Пока добираемся до тропинки, читаю заговор на отвод глаз, причем на обоих — чем меньше будем привлекать внимания, тем лучше.

Возле общежития Рейнир лукаво улыбается:

— Хочешь, чтобы мы пошли по отдельности?

— Зачем? Я набросила на нас отвод глаз, так что можем и вместе.

— На вахтершу он не подействует.

— Тогда давай я пройду первая и подожду тебя возле лестницы, — иду на попятную я.

— Трусишка, — улыбается он, но следом за мной не идет.

К моему удивлению, вахтерша меня действительно видит, хотя остальные — нет. Похоже, она не так проста.

Рейнир приходит к лестнице через пять минут и ведет меня на последний этаж в комнату над нашей. Удивленно качаю головой, хотя сама не понимаю, почему удивляюсь — логично же, что он живет где-то рядом, если ходит на нашу кухню.

В комнате парня неожиданно уютно и много ярких красок: солнечно-желтые шторы на окнах, сияющие белизной стены, оранжевое с синими узорами покрывало на кровати, медового цвета паркет на полу и кресло с ярко-голубой обивкой. Помимо этого, предметов мебели не так уж много: у стола всего два деревянных табурета, а шкаф и вовсе один; письменного стола нет, так же как полок и тумбочек. А еще, к моему удивлению, здесь очень чисто: нет ни пыли, ни грязной посуды, ни разбросанных вещей.

— Проходи и чувствуй себя как дома, — улыбается Рейнир. — Держи, — он протягивает мне кожаные тапочки.

Я переобуваюсь и оставляю пальто на вешалке у двери. Рейнир же проходит в комнату босиком. Заметив мой недоуменный взгляд, улыбается:

— Я не привык принимать гостей, так что у меня только одна пара. Тебе они нужнее.

Приходится дать себе мысленную пощечину, чтобы не растечься растроганной лужицей. Сосредотачиваюсь на деле, в попытке изгнать лишние мысли из головы.

— Сейчас я буду призывать домового. Сядь на кровать и молчи, что бы ни происходило.

— Конечно.

Дождавшись, пока он выполнит мое распоряжение, особым ведьминским голосом произношу:

— Хозяин, прошу твоей помощи.

Дождавшись, пока начнет ощущаться его незримое присутствие, добавляю:

— Рейниру сказали, что украденные у его семьи фамильные драгоценности находятся где-то на территории Академии Магии. Он не обыскал только подвал главного корпуса. Помоги, пожалуйста, договориться с соседом из этого здания.

— Жди.

Услышав тихий голос домового, который едва слышен, но в то же время словно заполняет всю комнату, отражаясь эхом от стен, Рейнир подбирается и становится серьезным. Показываю ему знак молчать. Он кивает.

Домовой возвращается через пять минут и произносит:

— Он сказал, что в подвале действительно есть тайник с драгоценностями, часть из которых испускает странную магию. Он готов вам помочь, но в обмен просит шкатулку с украшениями и три шоколадные конфеты.

— Я согласна. Спасибо за помощь.

Делаю в памяти зарубку, что по возвращении в комнату нужно будет налить домовому молока и сдобрить его силой — заслужил.

Домовой уходит, а я обращаюсь к Рейниру:

— Ты сам все слышал. Шкатулка с тем, что ему понравится, у меня есть. А вот конфеты купишь сам.

— Спасибо! Хочешь кофе?

— Нет. Мне пора.

— Погоди!

Он достает из шкафа мешочек и протягивает его мне:

— Тут двадцать золотых. Остальное отдам, после того как мы найдем драгоценности.

Беру деньги и киваю:

— Тогда до завтра.

— Встретимся после пар?

— Давай.

— У тебя какая последняя?

— Снова боевые искусства.

— Так вот почему ты опоздала! Хорошо. Тогда встретимся на том же месте.

— Договорились.