Глава 28

Пока я собиралась, Каин с легкой улыбкой наблюдал за мной, вальяжно рассевшись на постели.

— Почему ты так спокоен? Нам ведь ехать... — я бегала по комнате, параллельно натягивая джинсы.

— Щеночек, — он поднялся и сгреб меня в охапку, — ты забыла кто мы?

Вуд потерся идеально выбритой щекой о мое лицо, затем поцеловал. Это немного успокоило, но на сердце все равно было тревожно.

— Паникуя, ты не улучшаешь ситуацию, а время теряешь. Мы пойдем через Навь. Так быстрее и безопаснее. Неизвестно, какую ловушку нам подготовил папуля.

— Твоих сил хватит?

— Моих нет, — усмехнулся мужчина, — а наших да. Мы сделаем это вместе.

Развернув меня спиной, Каин положил руки мне на плечи.

— Закрой глаза.

Я послушно прикрыла веки. Чернобог слегка сжал пальцы и начал говорить что-то на неизвестном мне языке. С каждым словом его голос удалялся, расширялся, занимая собой все мои мысли, выталкивая ненужное. И спустя миг губы разомкнулись, вторя странным словам, на первый взгляд не имеющим смысла, но понятным мне на самом глубоком уровне. Душа отзывалась на эту мантру рвущейся наружу силой.

Я терялась в странном необычном ощущении, бродила среди теней, ведомая голосом моего бога. Часть меня словно отделилась от тела, ища способ вернуться к своему законному хозяину. А тело мгновенно пробил озноб, стало тяжело дышать. В висках стучало все сильнее, пока...

— Щеночек, — голос Каина мгновенно вернул в реальность.

Мы стояли прямо перед больницей. Повсюду были припаркованы машины скорой помощи, с неба падали холодные капли дождя. Я шумно вдохнула пошатнувшись. Вуд поддержал меня, затем взял за руку и потянул за собой.

— Такие путешествия забирают много сил. Когда я переносил тебя после взрыва со двора в свою квартиру, чуть не умер, — улыбнулся Каин, — но сейчас мы сделали это вместе.

— В процессе я ощутила, как огромная часть силы тянется к тебе, — я сжала родную руку что есть силы, — что будет, если она вернется к хозяину?

— Ты погибнешь, — сказал мужчина, — но такой ценой она мне не нужна. Я одолею Кощея без нее и вытрясу из него душу, если она конечно есть...

Мы шли, словно тени, стараясь не привлекать внимания. Вокруг нарастал странный шепот. Войдя в здание, увидела пожилую женщину за стойкой регистратуры. Она устало потирала переносицу. Под ее глазами залегли глубокие черные синяки. Изнуренность так и сочилась из каждой клеточки. Весь мир стал казаться мне куда глубже, я видела самые незначительные мелочи, выдающие состояние человека.

— Вы в какую палату? — строго спросила нас.

Я замешкалась, а Каин лишь ухмыльнулся, глядя ей прямо в глаза.

— Разве это важно?

Она подняла взгляд, видимо, планируя выразить недовольство, но вдруг застыла. Верно, простой человек не выстоит против Чернобога. Через минуту мы уже поднимались на дико неуютном железном гремящем лифте на третий этаж.

— Ты загипнотизировал ее?

— Почти, — сказал Чернобог, — ты тоже так можешь. Но проблема в концентрации, щеночек. Слишком много мыслей пускаешь в свою светлую головку.

Я смутилась от его замечания. Двери распахнулись, и мы вышли в ярко освещенный коридор. В интенсивной терапии не увидела никого из врачей. Но наши друзья уже были на месте. Яра сидела на стуле, спрятав лицо в ладонях. Рядом с ней, обнимая сестру, расположился Александр. Чуть дальше в глубине прохода я увидела Кристиана и сердце пропустило удар, кандалы мгновенно вспыхнули, отдавая сильной болью. Сморщилась. Хорс с Марой стояли чуть поодаль. Бог солнца выглядел напряженным. Его сестра с любопытством взглянула на меня.

— Ведьма, — она быстро подошла к нам, — значит, он смог договориться с твоей сущностью?

— Конечно смог, — сказал Каин, — она же моя.

Все это время некромант наблюдал за нами. Он не сделал ни шага ко мне, лишь печально смотрел. Но тут он на миг будто выпал из реальности, и после этого взгляд мужчины вернул былую игривость. Но со мной он так и не заговорил.

— Здравствуй, Катя, — произнес Алекс, — рад, что ты в порядке.

Значит, я не ошиблась, он и правда изменился. Ощущала в друге неведомую мне мощь. Он держал сестру в объятиях, не размыкая рук ни на секунду. Яра выглядела ужасно, была сильно напугана. Она то и дело всхлипывала.

— Привет... — сказала ей, и девушка поняла свои синие глаза на меня.

— А теперь расскажите нормально, что случилось? — жестко произнес Вуд, привлекая внимание остальных.

Лишь Кристиан продолжал глазеть на меня. Пока остальные тихо переговаривались, я подошла к нему.

— У меня перья в волосах застряли? — ухмыльнулась.

— Нет. Просто ты красивая, ведьмочка. Но трогать нельзя, потому любуюсь.

— Прекрати, Кристиан. Ты стал другим.

— Правда? — он усмехнулся, — и что именно изменилось?

— Твоя энергетика. Если раньше ты вонял смертью, то теперь эта вонь кратно усилилась, и добавилось что-то еще хуже.

— А ты проницательная, — он щелкнул меня по носу.

Вокруг него витала густая фиолетовая аура. Могильный смрад стал куда сильнее. На руке мужчины светились руны такого же цвета, которые он пытался скрыть.

— Все стали сильнее, — протянула я, — кроме меня.

— Катя! — позвал меня Каин, — нам нужно попасть в его палату, но туда пока никого не пускают. Я разберусь с персоналом, а ты вылечишь нашего несчастного героя.

Я снова взглянула на Яру. Она выглядела совершенно раздавленной. Поддавшись порыву, приблизилась к ней и взяла ледяные руки в свои.

— Твой малыш не останется без отца. Я вылечу его, обещаю!

— Спасибо, — девушка обняла меня.

Поднялась и решительным шагом направилась к белым дверям. Каин тенью следовал за мной.

— Эй, куда вы... — один из санитаров открыл было рот, но бог за моей спиной среагировал мгновенно, полностью лишая его воли.

Так мы прошли весь путь, лишь изредка встречая ничего не понимающих медсестер и врачей.

— Через час они забудут о том, что вообще тебя видели. Но я хочу, чтобы ты была готова, — шептал Каин, — больно будет не только Быстрову.

— Я помню, и я готова, — сжала родную ладонь, — все сделаю, чтобы не отдать Кощею ни одной души.

Проскользнув в палату, увидела большую высокую кровать, на которой лежал следователь. От его вида сердце застучало быстрее, а кровь похолодела. Весь израненный, покрытый фиолетовыми синяками, глубокими царапинами, Никита умирал. Об этом говорило замедляющееся сердцебиение. Я чувствовала, как из него вытекают остатки жизни. Приблизившись, взяла холодную руку в свою.

— Я... ра... — вдруг шепнул мужчина, и все приборы тут же как с ума посходили.

Со всех сторон меня накрыл громкий писк, а Быстров начал дергаться в конвульсиях. Черт, если не успею, он умрет. Каин остался за дверью палаты, я бросила взгляд туда, словно одно его присутствие могло помочь. Как же страшно! Видеть перед собой изувеченного умирающего человека, ощущать его неизбежную гибель. Никита бормотал что-то бессвязное.

— Прости... Лёха...

Снова взяв его руку, я закрыла глаза, судорожно пытаясь успокоиться. В прошлый раз было проще. Помимо страшного зрелища, меня терзало нехорошее чувство, что сюда может войти персонал. Нет! Я доверяла Каину, он не позволит нас прервать.

По спине струился ледяной пот. Я сжимала ладонь следователя, пытаясь настроить внутреннюю силу на созидание. Но она не слушалась.

Убей. Покорми нас!

— Нет, — прорычала сквозь зубы, — подчинитесь!

Вредная ведьма... так и быть...

Я полностью погрузилась в этот короткий диалог и не заметила, как всю палату прорезал громкий монотонный звук. А на экране прибора высветилась прямая линия. Быстров умер. Нет! Собрав все свои силы, я выпустила сидящие внутри тени в тело погибшего следователя.

— Оживите его! — приказала им.

Цена...высока...может забрать жизнь...

Закрыв глаза, увидела полный надежды взгляд Яры.

— Делайте, плевать на цену! — гаркнула им.

Как скажешь, ведьма.

Не в силах расцепить наши руки, ощутила, как жизнь вытекает из моего тела. Словно река, потоки которой соединялись в одном устье, где моя ладонь касалась кожи Быстрова, она наполняла пустое тело погибшего. Меня пронзила страшная боль, я сжала зубы, чтобы не потерять сознание. Такое чувство, что все кости разом сломались, органы начали медленно перемалывать. В уши ворвался громкий скрежет металла. Я вскрикнула, не в силах терпеть этот ужас и рухнула на колени.

Быстров, словно страждущий путник, вытягивал мою жизнь, не в силах остановиться, отдавая взамен свою боль. Краем уха услышала, как приборы вновь размеренно запищали. Приоткрыв глаза, преодолевая кровавую пелену заметила, как грудь мужчины стала вздыматься. Но он продолжал забирать мои силы. Последнее, что я запомнила — это жесткие руки Каина, буквально вырывающие меня из объятий следователя. Затем все провалилось в темноту.

Я открыла глаза и увидела слепящий свет белой лампы. Дернула рукой, но от вены к какому-то прибору тянулась прозрачная трубка. Я почти не чувствовала своего тела. Хватала ртом воздух, пока мягкие руки не легли на мой лоб.

— Ну ты меня и напугала, — Каин внимательно смотрел на меня, — решила ему всю свою жизнь отдать? А как же я?

— Где... — прошептала сухими губами.

— В больнице. Ты в обморок упала, персонал думает, что из-за анемии. Я стер их память.

— А Быстров...

— В порядке, сегодня уже выписывается. Ты его полностью излечила. Но это было опасно, Катюша, о чем ты думала? Достаточно было задействовать лишь тени, а не всю свою силу.

Я отвернулась к окну.

— Он умер. Я не могла подвести ее...

— Ох, щеночек, — Вуд мягко поцеловал меня в лоб, — ты готова все отдать ради других. Но о себе постоянно забываешь.

— Для этого у меня есть ты, — сорвав капельницу, я обвила руками шею своего бога.

Его аромат будоражил самое низменные инстинкты. Присутствие Чернобога излечивало слабость, наполняя меня, словно сосуд. А что, если...

— Катюша, — он прижался носом к моим волосам, — не хулигань.

— Я хочу тебя...

— Мы в больнице, — усмехнулся он, — ты себя чуть не убила, так что отдыхай пока.

— Не хочу я отдыхать, — надулась, — в теле птицы наотдыхалась, знаешь ли. Кстати, Каин.

Я вкратце рассказала ему о том, как лысый громила доставал Веру и Алену. Чернобог внимательно выслушал, затем хмыкнул.

— Это может быть лишь один лысый ублюдок, которого я знаю, — сказал он, — Лихо. Его почерк. Любит людей доставать.

— Лихо, это которое из сказок?

— Вы исковеркали все славянские легенды, — сморщился он, — превратили красотку Ягу в старую бабку, сделали сильных существ карикатурными злодеями.

— Это не ко мне вопрос, — крепко обняла своего бога, — я верю только тебе и в тебя.

— Ой ли? — усмехнулся он, разворачиваясь и сваливая меня на постель, — твоя покорность очень возбуждает.

— Я знаю, — прошептала ему в губы, предвкушая сладость поцелуя, как вдруг...

Белоперышка!

Отчаянный вопль Алены обрушился ледяным водопадом. Все естество наполнил первобытный страх.

Помоги!

Я вцепилась в плечи Чернобога, задрожала и взглянула в его глаза.

— Что случилось?

— Алена... что-то не так!

Заметалась по постели, но мужчина крепко меня обнял, не отпуская.

— Щеночек, за ней следят. Все хорошо.

— Она зовет меня! — умоляюще взглянула на него, — Каин, пожалуйста... мы должны ехать. Сейчас же!