Глава 15

– Это глупая затея, – пыталась остановить меня Инга, следуя по пятам.

Я ловко маневрировала между пророками, высыпавшими на улицу. Кто-то из них тихо переговаривался между собой, кто-то поглядывал в сторону ворот, сгребая в охапку детей. В воздухе витали беспокойство, тревога и страх.

– Я должна во всем разобраться! – крикнула через плечо, не замедляя шаг. Жаб едва поспевал за нами. – Хочу, чтоб Аша сказала правду мне в лицо.

– Ты подвергаешь себя опасности! – не унималась девушка.

Перед нами вырос дом главы поселения. Из трубы, венчающей крышу, тонкой струйкой вырывался серый дымок.

– Я – болотная ведьма. Я могу за себя постоять, – сквозь зубы произнесла я, сжимая пальцы в кулаки. На худой конец спалю все поселение, если то от меня потребуется. Горы сверну, но ребенка в обиду не дам.

– Ты не ведьма, Далия, – тихо произнесла Инга. – Ты одна из нас.

Последнюю сорвавшуюся фразу подхватил ветер. Она растаяла в воздухе, будто и не слетала с губ девушки.

– Нет, – произнесла я, взбираясь на высокое крыльцо, – я – Моргана.

Стоило мне подняться, как дверь жилища Аши внезапно распахнулась. Из домика вышел Кроу. Завидев меня, он замер. Что-то мелькнуло в его голубых глазах: знакомое, родное… Сердце в груди забилось быстрее, ноги будто стали ватными. Почувствовав, что к глазам подступили слезы, сделала глубокий вдох. Холодный утренний воздух тут же отрезвил меня.

– Тебе не стоило приходить сюда, – равнодушно произнес он.

Слова его – будто пытка. Холодные, колючие. Но виноват ли некромант в том, что остался без души? Лишь тело передо мной, что отчаянно хватается за жизнь.

Поддавшись сиюминутному порыву, я обхватила его шею горячими ладонями. Прижалась влажной от слез щекой к грудной клетке, где вместо биения сердца бездной разливалась чернеющая пустота. Пальцы стиснули крепкие плечи Кроу, впились в них с немыслимой силой. Казалось, отпущу его, и он исчезнет. Растворится в воздухе. На этот раз навсегда.

А что, если все еще можно исправить?

В сердце поселилась надежда. Я отпрянула от мужчины, но лишь на мгновение. Быстро сняла со своей шеи амулет – подарок Оккайо. Спустя пару секунд тонкая цепочка сомкнулась вокруг шеи некроманта. Амулет Айриш на мгновение вспыхнул и тут же угас.

Кроу стоял напротив, замерев. Словно изваяние он смотрел на меня, не смея шевельнутся. Казалось, не амулет вовсе я одела на его шею, а ошейник, способный обездвижить. Словно серебристая удавка он поблескивал на бледной коже некроманта, притягивая мой взор. Вскоре и пальцы Кроу коснулись холодного металла, насквозь пропитанного магией. Он приподнял амулет, покрутил, поглаживая пальцами, а затем, ловким движением руки, повернул скрытый механизм. Точно так же, как это сделала ранее Инга.

Как мне уже было известно, амулет оказался полый внутри. Словно маленький тайник он способен был уместить чьи-то секреты, которые его владелиц хранил бы на груди, у самого сердца.

Стиснула пальцы, пытаясь сдержать слезы. Мне отчаянно хотелось верить в чудо. Но, увы, оно не случилось.

Кроу по-прежнему был бездушен. Он был мертв. Нет, он, как и я, ходил по Междуземью в поисках давно утраченного, дышал, разговаривал, но… оставался холоден и безучастен. Живой мертвец, не способный чувствовать, радоваться и… любить.

Я ошиблась… Айриш ошиблась…

Одинокая слезинка невольно скользнула по щеке и упала к моим ногам, потерявшись в зеленой траве.

– Это земля с Мертвого острова. – Не вопрос, а утверждение, сорвавшееся с губ Кроу. Он знал это наверняка. Лучше, чем кто-либо другой.

Его палец коснулся содержимого амулета. На лице отразилась мука. Мое сердце сжалось, и я невольно протянула руки к мужчине, что по-прежнему был нужен, важен и горячо любим. Осеклась и уже спустя мгновение спрятала их за спиной, впиваясь ногтями в нежную кожу ладоней. Боль физическая всегда облегчала страдания душевные. Увы, не сейчас. Мое сердце, разбитое на сотни осколков, уже ничто не могло склеить.

Ладонь Кроу внезапно коснулась моего влажного лица. Очертила дугу от виска к подбородку. Слезинка блеснула на холодном пальце некроманта.

Ну конечно! Слезы!

Айриш омывала слезами землю с Мертвого острова. Наверное, тоже следовало сделать и мне.

Затаив дыхание, я ждала, когда Кроу коснется содержимого кулона. Увы, этому было не суждено случиться. Тонка цепочка, что покачивалась на шее у некроманта, оборвалась. Амулет с характерным стуком упал на крыльцо. Земля рассыпалась у наших ног.

– Нет, нет, нет! – воскликнула я, опустившись на колени.

Как не силилась я собрать крохи земли с Мертвого острова, все было тщетно. Ветер-проныра уже подхватил их, унося за горизонт.

– У тебя нет права выбора, – холодно произнесла Хильда, которая будто из ниоткуда выросла за спиной некроманта. – Не противься воле предков, Далия, – добавила она, и в руке ее блеснул изогнутый кинжал, которым мгновение назад она отняла у меня последнюю надежду.

Ну все, я за себя не ручаюсь!

– Ты! – шумно выдохнула я. – Ты изначально знала, кто я такая! – воскликнула, глядя Хильде прямо в глаза. – Лгунья!

Девушка усмехнулась:

– И это говорит та, кто представилась чужим именем?

Крепче стиснула зубы, чтобы не набросится на Хильду. Она привезла меня в поселение, собственноручно привела к Аше. Словно несмышленого зверька загнала в тесную клетку, из которой не выбраться. А теперь еще и отняла надежду! Забрала право на любовь!

– Почему ты уничтожила амулет? – спросила я, проигнорировав вопрос девушки-пророка.

– Мертвое должно оставаться мертвым, – холодно произнесла она.

Настал мой черед искривить губы в усмешке:

– А что насчет Катарины?

Хильда помрачнела. Ее лицо тут же осунулось, застыло на мгновение. Спустя пару секунд девушка вновь вернула себе самообладание. Подняла подбородок, крепче стиснула рукоять кинжала.

– Она будет жить вечно.

– Что? – Инга взбежала на крыльцо. На лице ее читались испуг и недоумение. – Ты не в себе, сестра, – покачала она головой.

Хильда медленно расстегнула застежку плаща и тот упал к ее ногам темно-синей лужицей. Ветер силился выбить из прически девушки хоть одну прядь, но едва ли ему это было по силам. Она по-прежнему оставалась такой же идеальной, словно была высечена из камня. На шее Хильды сверкнул кулон.

– Амулет! – выдохнула я, припоминая собственное видение. – Это амулет, сорванный с шеи Катарины! Ее похоронили с ним!

Девушка-пророк утвердительно кивнула.

– В нем запечатана ее душа, – отстраненно произнес Кроу. Словно ему и вовсе не было до этого никакого дела. Оно и понятно! Что может чувствовать некромант, лишенный души?

Значит знал, гад, и ничего не сказал!

– Так вот, зачем поднимали мертвецов из могил, – тихо произнесла я, не в силах скрыть своего отвращения. – Не они искали что-то в поселении, а среди них искали ту, что носит кулон. Я слышала ваш разговор в доме Аши, – добавила я. – Знаю, что могила Катарины оказалась пуста.

– Аше не нужен кулон! – вмешалась Инга. – Она хотела уничтожить тело Катарины, чтобы прекратить все эти бесчинства. Но, так как это оказалось невозможным, ей пришлось принять непростое решение – закрыть все «двери», что ведут в мир живых.

– И какой ценой? Отняв жизнь у моего ребенка?! – вспылила я.

Кроу вздрогнул. Словно эти слова на мгновение заставили его тело встрепенуться. Всего лишь краткий миг, и он вновь стал прежним. Холодным, равнодушным, отстраненным.

– Нет, все не так! – Инга в отчаяние заломила руки. Казалось, ей не хватало слов. Впрочем, они и не были нужны.

– Кто перезахоронил тело Катарины? – поинтересовалась я, переводя взгляд на Хильду.

– Ньорд, – ответила девушка. – После того, как двое неизвестных несколько месяцев назад провели ритуал на могиле Катарины, – она окинула нас с Кроу многозначительным взглядом, – Аша распорядилась о перезахоронении тела. Поручило это Ньорду – верному псу, – усмехнулась Хильда. – Тот покорно исполнил волю главы поселения, а после сгинул, не оповестив никого о месте перезахоронения.

– Что значит сгинул? – спросила я.

– То и значит, – огрызнулась Хильда. – Пошел на зов предков, прежде зашив себе рот алой нитью. Еще и печать на могилу поставил. Схоронил тело так, что только хозяйка выкопать и может.

Я поморщилась, представив бездыханное мужское тело. Он пошел на этот шаг, чтобы сохранить место захоронения в тайне. Вот только смерть его оказалась напрасной. Катарина отыскала могилу. Я это знаю. Видела, как орудовал лопатой рыжий Йошка, смахивая со лба капли пота. Хозяйка тела сняла наложенную печать. Сделала свое черное дело.

– Ты – всего лишь пророк. – Мой палец бесцеремонно уперся в грудь Хильды. – Ты не за что не смогла бы воскресить даже четверть погоста. Не под силу это и болотной ведьме. Кто помогал тебе? – спросила я, бросив короткий взгляд на Кроу. В глубине души я боялась услышать ответ. Боялась, что вновь стала игрушкой в руках коварного голубоглазого некроманта.

Но нет. Он молчал. Сверлил взглядом Хильду, будто не меньше моего желал слышать ответ.

– А ты еще не догадалась? – Улыбка исказила красивое лицо Хильды. Разрезало надвое.

Сердце в груди пропустило удар.

Неужели, я оказалась права?

Словно в подтверждение моих мыслей вдалеке, в лесной чаще, что тянулась черным колючим покрывалом от погоста и до самого горизонта, завыл зверь. Громко, протяжно.

– Ох, не нравится мне это, – прошептал жаб, прижимаясь ко мне своим зеленым тельцем.

А как не нравится мне!

Если Алвис вернулся с того света, чтобы закончить начатое, то в одиночку мне точно не справится. Все пропало.

– Знаешь, будь ты сильней, – Хильда взглянула на Кроу с неприкрытым отвращением, – мне не пришлось бы прибегать к помощи другого некроманта. Но ты, – она усмехнулась, отводя взор, – едва ли смог поднять из-под земли Гаврошу! Ты, Кроу, оказался слишком слаб! Проку от тебя не было никакого!

Я заметила, как стиснул зубы некромант. Лицо его при этом оставалось предельно спокойным.

– Но, Хильда, – вмешалась Инга, – ты ведь сама говорила о том, что нужен тот, кто будет ночью за погостом приглядывать!

Ага, как бы не так!

– Она просто проверяла возможности Кроу. Хотела взглянуть на мощь его силы, – произнесла я.

– Мощь, – передразнила меня Хильда. – Как бы не так! Ты ведь видела Гаврошу, ведьма? Разве похож он на человека? Пустые глазницы, крючковатые пальцы, да ноги, что едва двигаются! Нет, – она тряхнула головой, – я знала, что Кроу не тот, кого я ищу. Мы ищем, – добавила девушка.

Мы…

Значит воскрешение Гавроши – всего лишь проверка? Тест, который некромант не прошел?

– Ты и Катарина? – спросила я, заранее зная, какой услышу ответ.

Хильда утвердительно кивнула. Не стала отрицать очевидное.

– Катарина особенная, – с благоговением заявила девушка-пророк. – Она знает, чего хочет. В этом мы с ней похожи. Наверное, все дело в том, что в наших венах течет одна кровь – кровь наших предков.

– Прекрати! – потребовала Инга, но ее слова не возымели должного эффекта.

Хильда продолжила:

– Я помогу ей вернуться, а взамен полу то, что давно заслужила – власть. Аша стара. Она заслужила вечный сон.

– Все это время ты помогала Катарине, – догадалась я.

– Но, Хильда, – Инга шагнула к сестре, – зачем? Мы должны были уберечь поселение от Катарины. Должны были закрыть все «двери».

– Зачем? Я устала быть второй! Устала от того, что меня недооценивают! – вскипела Хильда. – Я служила Аше верой и правдой! Но что получила взамен? НИ-ЧЕ-ГО! – ответила она на свой вопрос. – Мне даже запрещено заходить в хранилище судеб! Понимаешь, Инга? ЗА-ПРЕ-ЩЕ-НО! В то время как девчонка, которую я подобрала у дороги, – она метнула в меня разгневанный взор, – входит туда, когда ей это вздумается!

– Катарина использует тебя, – покачала головой Инга. – Она затуманила твой разум, очернила душу.

Хильда рассмеялась. От ее смеха кровь застыла в жилах.

– Глупая! – припечатала она, глядя на сестру. – Как может использовать та, чья хрупкая душа в моих сильных руках! – сказала Хильда, поглаживая кулон, который раскачивали сильные порывы ветра, будто силясь сорвать.

Значит права я была в том, что душу Катарины хранит вовсе не шкатулка. Ее темница – амулет. По крайней мере, какой-то ее части точно… Пока не уничтожу его, не избавлюсь от сестры. Вот только как мне это сделать?

– Где Катарина сейчас? – спросила я, крепче сжимая кулаки.

Еще немного, и спалю здесь все! Ей-богу!

– Ближе, чем ты думаешь, – усмехнулась Хильда, глядя мне за спину.

Я обернулась. У крыльца дома Аши столпились пророки. Они перешептывались, переговаривались, поглядывая на запертую дверь. Слова, срывавшиеся с их уст, я едва ли могла разобрать. Одно было понятно наверняка: что-то стряслось. Во взглядах людей в темно-синих одеждах читалась тревога и неподдельный страх.

– Пропустите. Пропустите же! – женский голос вспарывал толпу надвое, освобождая дорогу своей обладательнице.

– Ее здесь только не хватало, – с пренебрежением произнесла Хильда.

Мой взгляд выхватил среди собравшихся фигуру Эстер. Волосы ее растрепались, под глазами залегли темные круги. Юбка, скрывающая ноги девушки, была смята.

Я не видела Эстер всего несколько часов, но, казалось, прошла целая вечность. Выглядела она иначе, чем в момент нашей последней встречи.

– Да пропустите же! – крикнула она, отталкивая в сторону тучного мужчину, который, покачав головой, все же уступил внучке Аши дорогу.

– Смотрите кто пожаловал! – протянула Хильда, огибая меня. Взгляд девушки был устремлен на Эстер и, казалось бы, готов был вот-вот прожечь дыру у нее на лбу.

– Я должна поговорить с бабушкой, – бросила Эстер, силясь обойти Хильду. Попытка была обречена на провал. Сильные руки девушки-воина заставили внучку Аши остановиться.

– Сейчас не лучшее время, Эстер, – тихо шепнула Инга, бережно взяв девушку за локоть. Она попыталась увести ее в сторону, но Эстер воспротивилась. Высвободилась из чужой хватки.

– Другого может и не быть, – огрызнулась Эстер. – На поселение надвигается беда!

Хильда рассмеялась:

– Никто не поверит твоим словам. Внучка Аши – лгунья. Это известно всем в поселении.

– Не правда! – вспыхнула Эстер. Щеки ее стали пунцовыми, в глазах сверкнул недобрый огонек и тут же угас.

Что значит лгунья? Кого обманула внучка Аши?

– Правда, – не унималась Хильда. – Сколько раз ты солгала о том, что у тебя было видение? Три? Пять? Десять? Прости, – она театрально закатила глаза и потерла виски длинными пальцами, на которых не было ни единого украшения, – сбилась со счета.

– Но у меня и правда было видение! – не сдержалась Эстер, о чем тут же пожалела.

Крыльцо задрожало от девичьего смеха.

– Хильда, прекрати! – потребовала Инга. – Пусть расскажет!

– Довольно! – оборвала сестру Хильда. – Мы слушали эти сказки уже много раз! Если в них верит Аша, не значит, что поверю и я! Меня ты, – ее длинный палец взметнулся вверх, – не проведешь.

Значит, Эстер лгала о том, что у нее были видения? Но зачем? Неужели для того, чтобы заслужить благосклонность собственной бабушки? Кажется, в разговоре со мной она упоминала о том, что видение у нее было единожды. Интересно, так ли это?

– Эстер, – вмешалась в разговор я, – что ты видела?

Девушка мазнула по моему лицу беглым взором, а после ответила:

– Тебя. – Я удивленно вскинула бровь. – Но не такую, – продолжила Эстер. – Другую. В моем видении у тебя были черные, словно смоль волосы. Они словно змеи обвивали твое шею, силясь задушить. Мокрые от соленой воды, тянули тебя ко дну.

Эстер на мгновение умолкла, а после продолжила:

– Я думала, это голос предков, который шепчет мне о твоей кончине. Я думала, ты должна умереть. Тогда я решила пойти наперекор судьбе и непременно тебя спасти. Знаю, глупость та еще! – усмехнулась девушка. – Но после того у меня было еще одно видение. Я узрела огромного зверя, который вытаскивает тебя из холодной воды. Ты цепляешься за его белый мех, прижимаешься щекой… Эти проклятые видения будто играли со мной! Увлекали туда, откуда не выбраться!

– И тогда ты решила, что непременно должна доказать пророкам то, что видения не всегда имеют свойство сбываться. Ты решила, – я запнулась, – сделать все наоборот. Решила не допустить моего спасения, – закончила я.

– Видения – это отголосок прошлого! Мы должны двигаться дальше! Разум – вот наша сила! Довольно перекладывать ответственность на покойных предков! – крикнула Эстер, оборачиваясь к толпе.

Пророки ничего не сказали в ответ. Не поддержали внучку Аши. Лишь наблюдали за происходящим, не смея приблизиться к высокому крыльцу.

– Но ты не учла одного, – внезапно заговорил Кроу. – Твои видения – это не подсказки предков относительно будущего. Ты видишь прошлое.

– Что? – Эстер побледнела. – Нет, нет, нет!

– Прошлое видит лишь тот, кто проклят предками, – прошептала Инга, и голос ее предательски дрогнул.

– Что ж, – произнесла я, смерив взглядом всех собравшихся, – значит предки прокляли и меня.