Глава 9

Я оцепенела, стоило получше разглядеть тех тварей, что вырвались из Разлома. Здоровенные клыкастые псы величиной с осла, огромные мохнатые змеи, закованные в панцири пауки и вовсе ни на что не похожие крылатые существа. К сожалению, список на этом не заканчивался. Много было и иных, ползающих, бегающих и летающих страшилищ, что вообразить не способен был даже самый больной рассудок. И все! Все до единой пытались прорваться к пентаграмме!

Теперь я, кажется, понимала, почему инквизитор так настойчиво пытался занять мое место. Он знал о нападении и не хотел терять новую игрушку. Не удивлюсь, если вдруг выяснится, что возникновение Разлома целиком и полностью его рук дело. И всё это устроено только с одной целью — избавиться от советника.

Я взглянула на Сиери. Не обращая внимания на приближающуюся опасность, он продолжал вливать силу в магическую фигуру.

По приказу Реджина инквизиторы обнажили мечи, обступили пентаграмму и встретили первую волну чудовищ.

Пламя в пентаграмме наконец-то сомкнулось. Каждый луч вспыхнул, отдавая накопленную энергию. Вся выпущенная советником сила сосредоточилась вокруг меня и закрутилась в бешеном вихре.

Я уже не видела, что происходило за пределами фигуры, но от тех звуков, что доносились сквозь ревущее пламя, внутри все холодело.

Я здесь в безопасности! — мысленно повторяла, пытаясь успокоиться. — Пламя защитит меня. Должно защитить!

Неожиданно выжженная земля вспучилась и лопнула, словно нарыв, разрушая целостность магической фигуры. Пламя ещё раз вспыхнуло и потухло. Мощный откат от прерванного заклинания ударил по советнику и, словно тряпичную куклу, откинул мужчину в сторону.

Законы магии не обойти даже всесильным. Чем больше силы вкладывалось в заклинание, тем болезненнее отдача при его разрушении. А Таггар Сиери наполнил звезду до отказа…

Я осталась один на один с жутким существом, которое выползало из образовавшейся дыры. Сначала показалась огромная приплюснутая рачья голова. Большие блёклые глаза смотрели на меня со странной разумностью.

Вслед за головой появились две огромные клешни, а за ними — многосуставчатое тело с восемью конечностями.

Сквозь какофонию боя я различила властный голос Реджина и увидела устремившихся к раку-переростку инквизиторов. Вот только силы оказались неравны…

Правой клешнёй тварь играючи отбивала нацеленные на неё выпады, и сталь не оставляла даже царапин на прочной броне существа. Тем временем второй клешнёй рак тянулся ко мне.

Выйдя из странного ступора, я попятилась, даже успела развернуться и рвануть прочь, но не тут-то было…

Подобно пружине, мощный хвост неожиданно разогнулся и сбил меня с ног. Я упала на землю и сильно приложилась головой о камень. В ушах тут же зашумело.

Сквозь мутную пелену я видела, как чудовище приближается. Постоянно находящиеся в движении клешни громко щелкали, внушая животный ужас.

Страшно…

Страшно так, что хочется кричать, но голоса почему-то нет, и лишь тихий хрип срывается с губ.

Я попыталась подняться и чуть не угодила под клешню. Звонкий щелчок раздался над головой, но рак так и не достиг цели. Потому что между мной и чудовищем встал инквизитор!

От кого-кого, а от Реджина я такого поступка не ожидала.

— Вставай! — это, кажется, мне. — Вали отсюда! Быстрее!

Хороший совет, но после падения голова кружилась волчком, к горлу подкатывала тошнота, а тело стало ватным и непослушным. И всё, на что я сейчас была способна, — наблюдать за тем, как Реджин вскидывает руку и, повинуясь его жесту, земля вокруг твари стремительно покрывается льдом.

Но на чудовище будто не действовала магия!

Существо молнией метнулось вперёд. Одной клешнёй проткнув и откинув с пути инквизитора, оно сомкнуло вторую на моей талии.

Кто-то закричал пронзительно и отчаянно. Лишь много позже я осознала, что этот крик принадлежал мне.

Я задергалась, пытаясь вырваться, но бесполезно. Край зрения зацепил лежащего в пыли инквизитора. Мундир на груди был разорван, из глубокой раны сочилась кровь.

Схватив меня, рак устремился к Разлому. Зачем он меня тащит к краю, я не знала. Сожрать, что ли, хочет? Но тогда не проще ли убить здесь и сейчас?..

Тьма встала стеной, отрезая дорогу, когда до Разлома оставалось всего пара футов. И только сейчас в моей душе ожила надежда, что я всё-таки выживу. Потому что эта тьма была мне хорошо знакома.

Сиери шёл ко мне, и каждый его шаг отдавал гневом. Маска, скрывающая лицо, треснула и лишь чудом держалась на владельце.

Тёмная аура кинулась скопом на рака, ломая и плюща. Тварь жалобно запищала, задергалась, не желая умирать, а потом с силой швырнула меня в Разлом.

Я зажмурилась, понимая, что это конец. Теперь никто не поможет Шери, Мина так и останется у Лоя, а для меня скоро всё потеряет значение. Даже гибель инквизитора сейчас я воспринимала без злорадства. Внутри всё заполняло жгучее сожаление. Мой отрезок жизни оказался слишком коротким и каким-то нелепым…

Я так много не успела, а ведь так хотелось…

Сильные руки подхватили, прижали к себе, и я распахнула глаза. Во взгляде советника клубилась тьма: так бывало всегда, когда он злился.

Он что, прыгнул следом за мной?! Рискнул жизнью, чтобы спасти малознакомого мальчишку? Да быть такого не может…

На глаза навернулись слезы. Я обхватила шею мужчины и только сейчас заметила за его спиной крылья.

Альфар! Он альфар, но ведь крылатая раса давным-давно погибла…

Сиери рванул вверх, но края Разлома мгновенно захлопнулись, и мы рухнули вниз, так и не разомкнув объятий.

***

Стремительное падение замедлилось, когда до дна оставалось всего пара косых саженей. Сиери аккуратно приземлился, выпустил меня из объятий и посмотрел вверх. С грязно-серого неба срывались снежинки и тут же таяли, стоило им коснуться земли. Окружающий пейзаж тоже не радовал: земля превратилась в жижу, вокруг не было даже намёка на цивилизацию.

С губ мужчины слетело проклятие. Он злился, и я чувствовала себя виноватой. Он прыгнул в Разлом, спасая меня, а ведь не обязан был так рисковать. По сути, я же для него никто, просто мальчишка, которому он дал работу и почему-то не убил, догадавшись о шпионаже. Что его заставило броситься за мной, оставалось загадкой. Теперь же мы оба заперты в чужом мире и неизвестно ещё, найдём ли дорогу обратно…

— Что же теперь делать? — прошептала, не особо надеясь на ответ.

Здесь было холодно, а я и не заметила, как лишилась плаща. Впрочем, когда угрожает смертельная опасность, на подобные мелочи внимание как-то не обращаешь.

Я обхватила плечи руками, пытаясь удержать быстро ускользающее тепло. Сотрясение после удара головой о камень ещё мучило, но уже не так сильно.

— Для начала узнать, кто заманил нас в ловушку, — ответил советник. — Причём ловушка качественная, и её создатель потрудился на славу. Здесь нет магии, Кир. Совсем нет.

Он снял с себя плащ и накинул мне на плечи.

Я прислушалась к собственным ощущениям и всё-таки почувствовала слабые эманации эфира. Но почему Сиери не ощущает магию? Возможно, ловушка делалась специально для альфара, а рыбка помельче создателя не волновала? Тогда получается, кто-то знал секрет советника и каким-то образом сумел обратить его силу в слабость…

Я попыталась снова рассказать о кознях инквизитора, но действие клейма не ослабло. Даже здесь, в чужом мире, я находилась под контролем Реджина. Значит, инквизитор все ещё жив, раз печать не исчезла.

И стоило это осознать, как я облегчённо выдохнула. Как бы он со мной ни поступал, а смерти я ему никогда не желала. Ненавидела, презирала, хотела отомстить, чтобы прочувствовал всё на собственной шкуре. Но не более. А его поступок и вовсе в голове не укладывался. До сих пор не могла понять, что заставило его встать между мной и раком-переростком? Ведь он понимал, что чудовище опасно, но всё равно за меня вступился. Впрочем, один благородный поступок не смывал остальное зло, что причинил мне Реджин, и уж точно не заставил воспылать желанием шпионить за Таггаром Сиери.

Я взглянула на советника, который, сложив крылья, стоял ко мне спиной. Перья трепал ветер, и это было так завораживающе, что я не удержалась и украдкой коснулась крыла…

Мужчина мгновенно обернулся. В глазах отразилось удивление, которое быстро смела и развеяла клубящаяся тьма.

— Извините, — прошептала, опуская взгляд, — не думал, что вы почувствуете…

— Ты много о чем не думаешь, — хмыкнул он.

— Ваша светлость, вы действительно альфар? — спросила, набравшись смелости.

— Как видишь.

— Но…

— Но альфары давным-давно все вымерли, хочешь сказать?

Я кивнула, надеясь, что он и дальше будет откровенен. Может, я все же найду зацепку и наконец подберу ключик к тайне его бессмертия?

Видят предки, я больше всего на свете не хотела его предавать, но Реджин имел в руках настолько мощный рычаг давления, что иного выбора не было.

— Так вот, легенда оказалась ложью.

Он приблизился и коснулся моей щеки, аккуратно стирая налипшую пыль.

— Моя раса не погибла. Я заточил их здесь, за что и был проклят своим народом, — продолжил советник и обречённо коснулся маски. — Я вынужден ее носить не потому, что так хочу или чего-то боюсь. Нет. Каждый раз, когда я ее снимаю, те, кто видят мое лицо, умирают. Печально, не находишь? — грустно усмехнулся Сиери и, не дождавшись ответа, продолжил: — За все приходится платить и цена порой бывает непомерной.

***

Неожиданное откровение Таггара Сиери меня ошеломило. Так, значит, он никогда не угрожал мне смертью, а ставил перед фактом неизбежного. Предупреждал, чем может аукнуться моё любопытство.

И снова сердце сжала жалость. Как же сильно его мучает проклятье…

Сколько лет прошло после того, как альфары исчезли? Тысяча? А он до сих пор вынужден влачить своё ярмо, не имея возможности снять маску. Наказание слишком жестоко, по крайней мере, на мой взгляд. Да и вряд ли бы он так поступил, не имея на то веских оснований. И все же я хотела знать, что произошло на самом деле.

— Почему?..

Я осеклась, не зная, как продолжить. Да и стоит ли об этом спрашивать? Я не имею права лезть в его душу, и дела давно минувших лет меня уж точно не касаются.

— Почему я изгнал в Нижний мир собственную расу? — Сиери озвучил то, что я так и не осмелилась произнести. — Так с ходу и не расскажешь. Пойдём. До темноты надо найти убежище. Здесь оставаться опасно.

Я кивнула, почувствовав лёгкое разочарование. В какой-то момент мне показалось…

В глазах резко потемнело. Я качнулась вперёд, уткнувшись лицом в грудь советника.

— Кир? — Он удержал меня, не дав упасть.

— Все в порядке. Сейчас, ещё немного, и пройдёт…

Всё-таки сотрясение оказалось намного серьезнее, чем я думала изначально. Как бы я ни храбрилась, уверенности, что смогу в ближайшее время идти дальше, у меня не было.

И Сиери это тоже понял. Подхватив меня на руки, он направился к ближайшей скале.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь исходящим от него теплом. И пусть сейчас он лишён магии, но я все равно чувствовала себя рядом с ним в безопасности. А ведь совсем недавно я боялась его как огня…

Губ коснулась улыбка, но тут же иссякла, стоило вспомнить о предстоящем предательстве. Если бы я так и продолжала его бояться, если бы ненавидела и презирала, как Реджина, всё было бы намного проще. Но ненавидеть и презирать королевского советника мне не за что. Он защитил меня от издевательства инквизитора там, во дворе крепости, прыгнул следом в Разлом, не бросил и сейчас. Волна благодарности затопила душу.

— Спасибо, — прошептала я.

Сиери промолчал, лишь бросил на меня странный взгляд.

Уже темнело, когда мы добрались до конечного пункта. Мокрый липкий снег укрыл землю пушистым покрывалом. Подул пронзительный ветер. Советник усадил меня на валун, и я смогла оглядеться.

Скалы возвышались, как исполины, полностью закрывая заходящее солнце. Редкие деревья покрывали склон, невдалеке я заметила узкий проход в пещеру. Именно к ней и направился Сиери, приказав ждать снаружи.

Он вернулся спустя минуту и, снова подхватив меня на руки, внёс под каменные своды. Мы нашли укрытие от ветра, но холод всё равно пробирал до костей. Ноги просто заледенели, и я их почти не чувствовала.

Стены внутри пещеры были сухими: благодаря узкому проёму сюда не попадал снег. Как бы я ни вглядывалась в царящий полумрак, а настенные рукописи так и не заметила. Надежда, что здесь есть хоть какая-то цивилизация, умерла, не успев толком родиться. Интересно, что случилось с изгнанными альфарами? Смогли ли они выжить в новом мире, и что с ними стало теперь?

— Я сейчас уйду, — привлёк мое внимание советник. — Нужны ветки для костра, иначе до утра ты не дотянешь. Ни при каких обстоятельствах не покидай пещеру. Здесь полно хищников, и каждый из них не прочь закусить человечинкой.

Я устало кивнула и проводила его взглядом. Оставшись в одиночестве, стянула сапоги и растёрла ступни. Неумолимо тянуло в сон, свинцовой тяжестью наливались веки, тело казалось ватным. Ссадины и синяки как-то сразу напомнили о себе, и только ноющая боль не давала закрыть глаза.

Мысли то и дело возвращались к альфарам. Что-то меня тревожило, скреблось где-то на уровне подсознания, не давая покоя. Но наконец уставший мозг заработал, и я поняла, что шансов выбраться из Нижнего мира у нас нет. Потому что если целая раса могущественных существ не смогла отсюда вырваться, то сил советника уж точно не хватит. Тем более теперь, когда он лишён магии.

***

Тени от костра плясали на неровных стенах пещеры. Тишину нарушал лишь тихий треск поленьев, да доносящийся издалека волчий вой. Протянув руки к огню, я пыталась согреться и отвлечься от мрачных мыслей. Но, если честно, ни то, ни другое не получалось. Была лишь надежда, что мы найдем таки способ вернуться в родной мир.

Опираясь спиной о стену и сложив руки домиком, Таггар Сиери задумчиво смотрел на пламя. Казалось, его мысли сейчас далеко отсюда, там, где когда-то осталось прошлое.

Прежде я ещё не видела его без плаща и капюшона, теперь же такая возможность, наконец, представилась, и я с интересом рассматривала сидящего рядом мужчину.

Длинные и белые, точно снег, волосы были стянуты несколькими кольцами. Одинокая прядь небрежно выбилась и обрамляла узорчатую маску. Чёрный мундир практически облегал стройное тело, а крылья, которые так и остались за спиной, делали его похожим на эфемерное создание. Почему-то не покидала уверенность, что его лицо тоже должно быть красивым…

Интересно, как бы отреагировала Мина, узнав, о чём я сейчас думаю? Наверное, долго бы ворчала, а под конец уж точно посоветовала не забивать голову всякой ерундой.

В душе снова поселилось беспокойство, стоило взглянуть на советника. Он не отбрасывал тень, а значит, Лой так и не вернулся. От мысли, что с ним и Миной могло что-то случиться, стало не по себе.

Я не хотела его тревожить, но молчание становилось все невыносимее, и в какой-то момент я не выдержала:

— Ваша светлость, я бы хотел, чтобы вы вернули мне артефакт. Он действительно очень мне дорог…

Советник оторвался от созерцания огня и перевел на меня залитый тьмой взгляд.

— Лой ушел на разведку и ещё не вернулся, — тихо ответил он, а в глазах на мгновение отразилась тревога. — Я верну тебе артефакт, как только он появится.

Всё ещё не до конца веря, что Сиери так легко согласился, я кивнула. А мне-то казалось, что отстоять Мину будет значительно сложней. Я не успела обрадоваться такому повороту, как пришло неприятное осознание.

— Но вы не знаете, где он, верно?

Сиери промолчал, но это молчание говорило о многом. Лой исчез, а вместе с ним пропала и Мина. Оставалось надеяться, что, как только мы вернёмся, тень советника всё-таки объявится. Но сможем ли мы вернуться? — вот в чем вопрос. Боюсь, сюда нас заманили не просто так. Скорее всего, крылатый народ всё ещё томится в Нижнем мире и жаждет расправы над своим тюремщиком.

Я снова и снова прокручивала в голове недавние события, пытаясь понять, что же произошло возле Разлома. Вырвавшиеся из Нижнего мира твари сразу устремились к пентаграмме — зачем? Если чудовищ послали альфары, желая отомстить советнику, то первый удар был бы направлен на него. Однако же твари атаковали магическую фигуру.

Идём дальше. Рак-переросток пытался утащить меня в Разлом. Тогда от испуга я не сразу сообразила, что он держал меня бережно, хотя мог с лёгкостью сомкнуть клешню и разрезать тело пополам, подобно тому, как ножницы разрезают бумагу.

Вывод напрашивался сам собой: им зачем-то понадобилась я. Но даже если предположить, что таким образом альфары пытались заманить в ловушку советника, то откуда могли знать, что он бросится следом? Лично для меня поступок Сиери стал неожиданностью.

В выстроенном мной уравнении было ещё одно неизвестное: каким образом к нападению из Разлома причастен инквизитор? Что, если проход между мирами открыли не альфары, а господин Реджин? К тому же ещё неизвестно, что стало с крылатым народом после заточения. Возможно, Таггар Сиери остался единственным представителем своей расы…

— Ваша светлость, вы думаете, что альфары выжили?

Он взглянул на меня из-под полуопущенных ресниц, долго молчал, а потом неожиданно спросил:

— Что ты знаешь о моей расе?

— Если честно, немного. — Я нахмурилась, пытаясь припомнить все известные мне легенды, связанные с древним народом. — Могущественные долгожители… Вроде бы была война…

— Была, — грустно хмыкнул советник. — Издавна раса альфаров была разделена на Светлых и Тёмных. Светлые обладали магией созидания, а сила Тёмных могла только разрушать. Оба королевства поддерживали мир, но это была всего лишь иллюзия. Ненависть между правителями питалась из столетия в столетие. Светлые всегда считали себя выше и не хотели делить с Тёмными власть над миром.

Так продолжалось долго, пока наследник Дарстариона[1] — Урлан, не приехал с визитом в Элдстарион[2]. Там он встретил свою избранницу, которой оказалась принцесса Нарами. Но любовь принца была не взаимной. Видишь ли, альфары многим отличаются от людей. Вы влюбляетесь и заводите семьи. Мы же обречены на одиночество, пока не встретим свою истинную пару, после обретения которой все становится незначительным. Эта связь настолько сильная, что буквально сводит с ума. Но Урлану не повезло. Нарами уже обрела свою пару и отвергла предложение принца Дарстариона. В конечном итоге, это и привело к войне, что породила чудовищный Катаклизм. От источаемой альфарами магии реки выходили из берегов, на землю обрушивались цунами, оползни и сильные землетрясения погребали целые города и села. Ещё немного, и Эфир не выдержал бы избытка магических эманаций. Мир стремительно погибал. Мне пришлось вмешаться.

Тогда я был совсем молод. Мне едва исполнилось двадцать. Помню, как я был горд, когда артефакт выбрал меня хранителем мира, а Эфир признал меня владыкой. Тогда я ещё не догадывался, что ждёт впереди. — Он снова обратил взор к пламени. — Мне пришлось отправить их в изгнание, а тех, кто до последнего сопротивлялся — уничтожить. Но я не жалею о содеянном. Ты спрашивал, выжили ли альфары. Уж поверь, с них ещё не то станется.

Было странно слушать откровения того, кто ещё недавно казался мне монстром и одним своим присутствием внушал тихий ужас. Но признание советника ошеломляли. Да и кто бы мог подумать, что он является хранителем Эфира и, по сути, ни кем иным, как истинным владыкой мира. Но если все услышанное правда, становилось непонятно, почему он скрывается в тени заурядного короля, хотя власть Сиери безгранична? Но об этом спрашивать я не стала. Возможно, когда-нибудь он расскажет сам, если сочтёт нужным. Сейчас меня мучил другой вопрос.

— А как же близкие? Родные? — нарушила я затянувшееся молчание. — Вы их тоже отправили в вечную ссылку?

— Война унесла их жизни, — все так же наблюдая за игрой пламени, безэмоционально сказал он. — К тому времени не осталось никого, кем бы я дорожил.

— Почему вы так их ненавидите?

— Ты забываешь о проклятии, которым они меня наградили, — хмыкнул он.

— Неужели нет какого-то выхода?..

— Думаешь, я не искал способ избавиться от ненавистной маски? Искал, но как они мне и предрекали, проклятие рухнет лишь тогда, когда я обрету свою истинную. Да вот незадача, — он невесело рассмеялся, — ей могла стать только альфара.

Иронично, ничего не скажешь…

— А знаешь, лишь спустя целое тысячелетие я, наконец, понял, чем руководствовался Урлан, развязывая войну. — Он тяжело вздохнул и посмотрел мне в глаза. — Я бы тоже пустил весь мир под наковальню, лишь бы обладать объектом своего влечения.

— Мне жаль, — выдохнула я.

Почему-то его последние слова оставили на сердце неприятный отпечаток. Но копаться в собственных чувствах желания сейчас не было. Да и не была я уверена, что мне понравится то, что я могу там откопать.

— В бездну жалость! — фыркнул он и уже тише добавил: — Отдыхай. Завтра будет сложный день. Сначала я решу проблемы здесь, а потом верну тебя в родной мир, чего бы мне это ни стоило.

Укутавшись плотнее в плащ советника, я закрыла глаза и не заметила, как провалилась в беспокойный сон, в котором меня преследовал инквизитор и странные крылатые существа.

Проснулась я одна, когда уже рассвело. Костёр почти прогорел, и холод постепенно наполнял пещеру.

Снаружи послышались уверенные шаги. Решив, что вернулся королевский советник, я выглянула из укрытия и замерла, как вкопанная. Потому что возле нашего временного пристанища стояли вооруженные до зубов альфары.

Я в панике огляделась, но Сиери так и не заметила…