Глава 10

Могучие крылья с лёгкостью вспарывали воздух, поднимая своего владельца всё выше и выше над заснеженной землёй. Прежде полёт всегда вызывал тихий восторг, но сейчас Сиери одолевала лишь злость и глухое раздражение.

Из-за мальчишки всё летело в бездну. Как только он появился, весь мир будто перевернулся — все стало незначительно и бессмысленно. Рядом с ним разум отказывал. Иначе как объяснить, что Сиери очертя голову бросился за ним в Разлом, хотя прекрасно знал, что угодит в западню, из которой выбраться будет сложно. Но в этот момент о своей безопасности он думал меньше всего. Только жизнь Кира имела значение.

Сиери не знал, что влечёт его к парню. Какое-то странное притяжение, не поддающееся здравому смыслу. И дело ведь не в смазливой мордашке…

Проклятье! И случилось же так вляпаться! Прежде королевский советник не замечал за собой тяги к собственному полу, и теперь буквально ненавидел себя за те чувства, что испытывал к Киру.

Даже спокойно смотреть, как тот мёрзнет этой ночью, было невыносимо. Хотелось прижать к себе и греть, но благодаря огромному усилию воли он сдержался, не желая пугать. Кир только-только перестал его бояться, а явное проявление чувств однозначно перечеркнуло бы всё в корне.

Сиери старался выкинуть из головы мысли о Кире, но не особо в этом преуспел. Где-то на задворках сознания теснилось беспокойство. Он не знал, правильно ли поступил, оставив парня одного в пещере. Но там он хотя бы будет в сравнительной безопасности, пока Сиери не разберётся с тем, кто заманил их в ловушку. Наверное, стоило предупредить Кира о своём уходе, но тот так сладко спал, и королевский советник не стал его будить. Возможно, все закончится прежде, чем он проснётся. Зачем беспокоить парня почём зря? В последнее время ему и так сильно досталось. Пусть отдыхает.

Достигнув нужной высоты, Сиери завис в воздухе и осмотрелся. Поля, дороги, верхушки лесов и гор были укутаны снегом, и лишь величественный город, раскинувшийся на юго-западе, казалось бы, совсем неподвластен законам природы.

То, что перед ним город альфаров, советник не сомневался. В древней архитектуре проглядывала дань древним традициям, принятым, когда крылатый народ ещё населял Верхний мир. Дворец же находился в самом центре города. Мощные колонны поддерживали каменную площадку, на которой возвышалось красивое строение с башенками и куполами. Вокруг имелись маяки, напоминающие громадные фиолетовые фонарики. А ровно из центральной башни дворца вытянулся тонкий шпиль, пылая чёрно-белым огнем. И это пламя говорило о многом.

Альфары заключили вечный союз. Ну, хоть чем-то изгнание пошло им на пользу.

С чёткой уверенностью, что именно правитель причастен к созданию ловушки, Сиери устремился в сторону дворца. Но, не пролетев и мили, вдруг врезался в магический барьер. Пытаясь поймать воздушный поток, не сразу заметил три чёрных сферы, возникших из ниоткуда. Они стремительно мчались друг к другу, чтобы слиться воедино.

Уклониться Сиери не успел. Сферы сомкнулись вокруг хранителя Верхнего мира.

Западня захлопнулась.

Советник выругался. Не лишись он магии, не угодил бы в ловушку. Сиери чувствовал, как время внутри шара выкидывает странные шутки. Попытки пробить стены лишь усугубляли положение, и он не стал вырываться, понимая, что каждое движение приводит к тому, что сфера сжимается.

«Ну, здравствуй, брат, — в голове раздался давно позабытый голос. — Какими судьбами?»

— А то ты не знаешь, — прорычал Сиери.

Астральный фантом Урлана возник возле сферы. За минувшее тысячелетие его брат не изменился. Светлые волосы развевались на ветру, в тёмных глазах всё так же отражалась ненависть, на тонких губах застыла издевательская улыбка. Он был доволен, что его западня сработала, и не считал нужным это скрывать.

— Думаешь, я действительно потратил целое тысячелетие, только и делая, что лелея мысли о мести? — тонкая изящная бровь медленно поползла вверх. — Нет, Таггариэль. Ты просто стал приятным дополнением.

Урлан хмыкнул и растворился в воздухе. Сиери снова выругался. Стенки западни сжимались, вот она уже с крупную гору… с холм… вот уже не больше замка… вот уже с комнату в том же замке…

А там, внизу, развернулась пасть воздушной воронки, что неумолимо притягивала сферу с пленником. И за мгновение до того, как сжимающийся с каждой секундой шар низринулся в бездну, Сиери успел выхватить из кармана древний артефакт.

Давление выжимает последние остатки воздуха, пальцы судорожно сжимают валик карманных часов, и хранитель радуется знакомой боли.

Чёрная пылающая волна, выплеснувшаяся из часов, несётся по округе. Сходят с ума потоки чужеродной магии, чудовищный выброс силы жадно осушает их до дна. В Нижнем мире разражается шторм, равного которому ещё не было.

Грудь разрывает боль. С хрипом, натугой, едва-едва, но Сиери удается сделать вдох. Алое мерцание в глазах исчезает, и он видит, как рушатся стены хитроумной ловушки, как тает воронка, затянутая чёрным пламенем. А между тем, в голове быстро складывались осколки мозаики, рисуя полную картину действительности.

Они охотились не за ним, — приходит запоздалое понимание. — Им изначально был нужен Кир…

Мальчишка ещё жив, с ним пока ничего не случилось. Сиери чувствовал это, как и разламывающую грудную клетку боль.

Осталось сделать ещё один рывок…

Кир должен выжить — и какая разница, чем за это придется заплатить?

***

Не успела я даже моргнуть, как почувствовала разливающуюся вокруг знакомую сосущую пустоту. Точно такое же ощущение было, когда я впервые столкнулась с инквизитором. Тогда он привёл в действие таинственный артефакт, который напрочь глушил всю окружающую магию. Я уже догадывалась, что Реджин причастен к возникновению Разлома, но только сейчас поняла, что он уже давно в сговоре с альфарами, иначе откуда у него мог взяться артефакт, которого никогда не было и быть не могло в Верхнем мире?..

Конечно, это риторический вопрос. Всё и так понятно. А между тем окружающая магия полностью исчезла. Я больше не чувствовала эманации Эфира. Но, как ни странно, страха не было. Наверное, я просто устала постоянно чего-то бояться. А может, страх стал настолько привычным, что я перестала обращать внимание.

Я гордо вскинула голову и наконец смогла рассмотреть крылатую расу. Все они были красивы, даже более того — прекрасны. Тонкие черты лица, высокие узкие скулы и большие миндалевидные глаза сильно отличали их от простых людей.

Мое внимание привлек альфар, за спиной которого виднелись чёрные крылья. Он вышел вперёд, отвесив лёгкий поклон.

— Алира, вас велено сопроводить во дворец. Не заставляйте применять силу.

Он обращался ко мне, будто я какая-то принцесса. Возможно, все это ошибка, и они ищут кого-то другого?

— Меня зовут Кир, — как можно спокойнее заявила я. — Вы ошиблись.

— Ошибки быть не может, — отчеканил он.

— Но ведь я не Алира! — предприняла я последнюю попытку выкрутиться, хотя уже и понимала, что без толку.

— Алира — обращение к женщине, — сказал он и поднял руку, давая какой-то знак своим сородичам. — К знатной женщине.

Я опешила. Как он мог узнать, что я девушка, ведь даже советник не смог раскусить мой морок? И тут я поняла, кому обязана своим разоблачением! Чертов инквизитор! Только он мог сообщить альфарам, кто я на самом деле.

Захотелось снова его проклясть, но я сдержалась. Хватило одного обвинения в привороте и проявлений бурных чувств, чтобы раз и навсегда перестать желать зла Реджину.

— Продолжайте искать! — приказал альфар и, раскрыв портал, обратился уже ко мне, указывая на арку перехода: — Вас ждут. Не будем терять время.

Мне ничего не оставалось, как войти в переход вслед за чернокрылым альфаром. Магия так и не вернулась, но не это меня сейчас волновало. В душе все сильнее разрасталась тревога за советника. Я даже не заметила, когда страх перед ним сменился тёплым чувством благодарности. Наверное, это произошло в тот миг, когда он бросился за мной в Разлом или даже раньше? Не знаю. Но факт оставался фактом: теперь я не представляла, как можно его предать. Всё внутри восставало против этого…

Когда пространственный разрыв схлопнулся, мы оказались возле высоких белокаменных стен высотой в несколько косых саженей.

Огромные ворота отворились практически сразу, пропуская нас внутрь величественного города альфаров.

— Это Аэрхон, — видя мое изумление, решил просветить меня провожатый, — великий город альфаров.

Местные постройки кардинально отличались от привычных мне домов Верхнего мира. Толстые колонны заканчивались круглыми площадками, на которых возвышались изящные разноцветные дома. Хоть альфары и не нуждались в винтовых лестницах, они всё-таки имелись на каждой колонне, как и узкие двери у оснований. Я не сразу поняла, зачем понадобилось сооружать лишние декорации, ведь альфары предпочитали передвигаться по воздуху. Но потом заметила бедно одетых смуглых людей, поднимающихся с гружеными корзинами по ступеням.

— Здесь есть люди? — удивилась я.

— Рабы, — нехотя ответил сопровождающий меня альфар. — Живут в основаниях колонн.

Да ладно?! Они практикуют рабство? А что, если и меня ждёт такая же участь?..

На меня косились, и от пристальных взглядов жителей Аэрхона становилось неуютно. Я инстинктивно искала взглядом Сиери. Не мог же он просто так исчезнуть. Неужели…

Нет! Я не буду об этом думать! Не могу и не хочу. Но тот, кто заманил нас в ловушку, хорошо подсуетился и каким-то образом сумел лишить советника магии, чтобы…

Что? Убить его? Отомстить за долгие века изгнания? Ну, это хоть понятно. Им есть за что ненавидеть Таггара Сиери. А я-то им зачем — обычная, рядовая ведьма? Какой от меня прок? Хотят сделать меня рабыней или всё-таки выпытать, где советник? Ну что же, в таком случае их ждёт разочарование. Я сама не знаю, где сейчас мой работодатель.

При мысли, что меня, возможно, будут пытать, стало дурно. Я бы многое отдала, чтобы оказаться отсюда как можно дальше, рядом с советником и снова почувствовать себя в безопасности.

Но альфары пока не выказывали агрессию, напротив, относились как к дорогой гостье. Но как долго так будет продолжаться?..

Мы быстро миновали несколько улиц и вышли к площади, в центре которой возвышался причудливый дворец. Переливающийся серебром и золотом в утренних лучах солнца, он притягивал взгляд. Такой красоты я еще в жизни не видела. Но больше всего поразил чёрно-белый огонь, пылающий на вершине самого высокого шпиля.

К дворцу тоже вели ступени и, в отличие от других строений, они будто парили в воздухе. Казалось, стоит наступить — и плита тут же провалится.

Когда необычная лестница осталась позади, я тихо выдохнула. Всё время подъёма я боялась упасть и старалась не смотреть вниз.

Внутри дворца все тоже буквально кричало о помпезности. Мельком рассматривая лепнину, хрустальные люстры, золотые канделябры, мраморный пол и расписные стены, я невольно поражалась неведомым мастерам, которые смогли создать такую роскошь. Даже дом инквизитора теперь казался бледной тенью в сравнении с дворцом альфаров.

Засмотревшись на очередную статую, я не заметила, как мой сопровождающий остановился и распахнул обитые золотом двухстворчатые двери.

Я робко вошла в тронный зал и замерла, увидев восседающего на хрустальном троне светловолосого альфара. Сжимая в руке золотой жезл, он отрешённо смотрел в сторону и, казалось, мысленно был далеко отсюда. Однако это впечатление было ошибочным. Стоило мне остановиться, как он перевел на меня тяжёлый взгляд, а губы тронула лёгкая улыбка.

— Ну здравствуй, Кирая. — Правитель альфаров грациозно встал и направился ко мне. — Я так долго ждал этой минуты…

***

Правитель альфаров приблизился и, приподняв кончиком пальца мой подбородок, заставил посмотреть в темные глаза. — Ждал этой минуты?..

В горле пересохло. Я не понимала, что происходит. И что творится вокруг меня в последнее время, тоже было за гранью объяснимого. Весь мир сошёл с ума, не иначе…

— Ждал, — кивнул он, продолжая вглядываться в мое лицо. — Ты так похожа на свою мать. Те же глаза, те же волосы, те же губы…

Я отшатнулась, обрывая прикосновение. Что еще за бред? Откуда он мог знать маму? Может, он блефует и пытается давить на чувства? Не похоже. Да и зачем? Проще ведь отправить в пыточную и лишний раз не напрягаться.

— Простите, но я вас не совсем понимаю…

— Нарами сбежала, когда ты была совсем маленькой, — сказал он. — Не знаю, как ей это удалось, но я долгое время был лишён радости отцовства. Теперь же ты вернулась и станешь достойной дочерью правителя.

— Дочерью? — прозвучало глупо. Я заторможенно переспрашивала, до конца не веря в сказанное. Да быть такого просто не может! Я прекрасно знаю своих родителей! Мать была чистокровной ведьмой, а отец — хозяином лавки, которая и перешла нам с братом по наследству. Да и я совсем не похожа на альфаров: обычная человеческая девушка, не такая уж и красавица. А он вдруг ни с того ни с сего заявляет, что я его дочь! И что теперь? Он ждёт, что я, обезумев от свалившегося на меня счастья, брошусь в его объятия и начну лить слёзы от умиления? Но сейчас, стоя в двух футах от правителя альфаров, я не чувствовала ровным счётом ничего, что могло бы напоминать родственные узы.

— А вам не кажется, что все это звучит слишком странно? Я даже имени вашего не знаю…

— Не знаешь, значит, — задумчиво произнес он. — Ну что же, это вполне ожидаемо, — кивнул он и подошёл к позолоченному столику, на котором стояла ваза с фруктами и бутылка выдержанного вина. — От твоей матери можно было ожидать чего угодно. Было бы даже странно, поступи она иначе и расскажи вдруг правду.

Наполнив бокал, он снова повернулся ко мне:

— Мое имя — Урлан. Я — Верховный правитель Нижнего мира, но это, думаю, и так ясно, — усмехнулся он. — Спустя долгие годы я, наконец, нашел способ тебя вернуть. Теперь ты будешь жить здесь, Кирайя. Я не позволю тебе снова исчезнуть.

Урлан? Тот самый альфар, который и развязал чудовищную войну, что чуть не уничтожила Верхний мир? Да он шутит! Я не могу быть его дочерью…

— Боюсь, у меня немного другие планы, — как можно спокойнее сказала я и пожала плечами. — Я вас совсем не знаю.

— Вернуться хочешь? — Он вскинул тонкую бровь. — И как же, позволь узнать? Разлом закрыт, другого пути в Верхний мир нет.

Я не ответила, лишь упрямо поджала губы. Не думаю, что в окружении высокомерных альфар мне найдется место. Я здесь чужая, а там в Верхнем мире остался брат, которому нужна моя помощь. К тому же, я уже не знала, во что верить. Всё, что я когда-либо знала, в одночасье оказалось фальшью. И если Урлан не лжёт, то получается, что вся моя жизнь — один сплошной обман. От этой мысли стало тоскливо.

— На Таггариэля надеешься? — усмехнулся он. — Зря. Скорее всего, он уже мертв.

— Не верю, — одними губами прошептала я, чувствуя, как в груди разливается свинцовая тяжесть. — Все это ложь…

— Это твоё право, — поморщился он. — Но факт остается фактом. Ты моя дочь, и теперь это твой мир. Так что располагайся. Весь дворец в твоём распоряжении.

***

Я лежала на постели, уткнувшись лицом в подушку. Слёзы давно иссякли, но в сознании продолжали звучать слова правителя Аэрхона, от которых всё внутри обрывалось:

"На Таггариэля надеешься? Зря. Скорее всего, он уже мёртв".

Я могла смириться с чем угодно: с ложью родителей, со своим истинным происхождением и с тем, что остаток жизни мне придётся провести в чужом мире. Но смириться со смертью советника было невозможно. И ведь Урлан не врал. Я не чувствовала в его словах фальши. Он действительно был уверен, что Сиери мёртв. Но почему-то сердце верить в это отказывалось.

— Госпожа?

Незнакомый женский голос выдернул из омута мрачных мыслей и заставил вернуться в такую же мрачную действительность. Оторвавшись от подушки и слегка приподнявшись, я взглянула на застывшую в дверном проёме темноволосую смуглую девушку. На ней было неброское платье, а на шее я заметила ошейник. Не смея поднять на меня взгляд, она нервно теребила передник. Одна из рабынь, — поняла я и вздохнула. Мне даже представить сложно, что чувствует невольник. У нас уже лет двести, как рабство отменено, но здесь, в Нижнем мире, всё было иначе. Боюсь, я никогда не привыкну к его законам и устоям…

— Вы так и не переоделись, — глухо произнесла она, всё так же изучая пол взглядом. — Его Величество будет недоволен…

Да плевать мне на недовольство Урлана! Как-нибудь переживёт!

Кажется, я сказала это вслух, потому что девушка вздрогнула и, наконец, подняла взгляд. В светлых глазах отражался испуг, пухлые потрескавшиеся губы подрагивали, а пальцы, сжимающие передник, побелели.

— Прошу, тише, — быстро справившись с эмоциями, она прикрыла дверь. — Вас могут услышать. Любого, кто в подобном тоне отзывается о нашем правителе, казнят без разбирательств. Примерьте платье, пожалуйста. Не стоит злить Его Величество.

Интересно, местные порядки распространяются на принцесс? — иронично подумала я. — Вряд ли. Не для того Урлан так старался, открывая Разлом, чтобы казнить собственную дочь из-за пустяка. Должно быть, девушка просто не знает, что ее приставили к принцессе. Возможно, считает меня новой пассией правителя. И не удивительно, ведь я не похожа на альфару.

И всё-таки что-то не складывалось. Если Урлан сказал правду, и я действительно являюсь наследной принцессой, то почему не имею присущей всем альфарам силы? Откуда во мне способности к ведовству? Ведь нельзя просто взять и захотеть стать ведьмой, ей можно только родиться.

Сомнения множились и множились. Мама исчезла, так и не раскрыв секрет моего рождения. А теперь объяснить просто некому. Возможно, Мина что-то и знает, но и она исчезла вместе с Лоем.

Я бросила взгляд на ярко-голубое платье, которое висело на стене. Расшитое золотыми нитями и настоящим жемчугом, оно и правда было достойно принцессы, но я к нему даже не прикоснулась, да и появляться на вечернем приёме не собиралась. Пусть празднуют сами, если хотят. У меня же повода для праздника не было. Мысли о Сиери не покидали. Почему-то мне было важно знать, жив он или нет.

— Может, всё-таки примерите? — словно сквозь вату услышала я голос девушки и покачала головой. — Тогда, может, принести вам ужин?

— Я не голодна, — снова отказалась. Аппетита не было, даже несмотря на то, что я опять не ела больше суток. Если так и дальше пойдет, то голодный обморок мне точно обеспечен. Необходимо развеяться и прийти в себя. — Но от прогулки не откажусь.

— Конечно, госпожа! — девушка робко улыбнулась. — Я могу показать вам дворец, если хотите.

— Только дворец? — подняла я бровь.

— Покидать пределы дворца вам запрещено, — вздохнула девушка, и я только сейчас поняла, что так и не удосужились узнать её имя.

— Как тебя зовут?

— Нелли, госпожа, — снова робкая улыбка.

— Хорошо, Нелли, — я тоже постаралась выдавить улыбку, но не особо получилось, — покажи мне дворец.

Мы покинули комнату и вышли в коридор. Нелли что-то говорила, но я не слушала. Вместо этого мысли были заняты другим.

Урлан запретил мне покидать дворец. Боится, что я сбегу? Куда? Со своей мизерной ведьмовской силой я не то что Разлом не открою, но и не протяну долго в незнакомом мире. Всё это я понимала, но чувствовать себя пленницей было неприятно.

Мы подошли к лестнице, когда Нелли вдруг остановилась, будто к чему-то прислушиваясь. А потом повернулась ко мне и грустно улыбнулась:

— Извините, мне надо срочно отлучиться. Можете вернуться всвои покои или сами прогуляйтесь по дворцу — здесь неопасно.

Она поклонилась и быстро спустилась по лестнице. Я ещё немного постояла, глядя ей вслед, а потом решила продолжить прогулку. Вскоре роскошь сменилась запустением, и я поняла, что забрела в нежилую часть дворца. Решив вернуться в свою комнату, я повернула назад и вдруг заметила дверь со странной гравировкой. Может, я и прошла бы мимо, но внимание привлекла потёртая ручка, которой явно часто касались.

Символ был похож на ту магическую фигуру, что чертил Сиери для запечатывания Разлома. Такие же неровные лучи и руны засветились, стоило мне подойти ближе и коснуться символа. Неожиданно дверь распахнулась, и я оказалась в хорошо освещённом помещении, которое чем-то походило на музей.

Здесь всё было пропитано магией. На полках лежали артефакты и старинные рукописи. В центре находился хрустальный столик, на котором стояла закупоренная ёмкость, а в ней клубилась серая субстанция.

Я попятилась к выходу, желая скорее покинуть это место. Но стоило сделать пару шагов, как субстанция в ёмкости заметалась, а мое сердце забилось как бешеное.

— Ты?! — Голос был настолько приглушённым и изломанным, что я не сразу разобрала слова. — Выпусти меня отсюда! Слышишь? Выпусти!