Глава 3 · Утро начинается не с кофе

Даша проснулась от того, что Пышка дышала ей в ухо.

— Отстань, — прошептала Даша, зарываясь лицом в подушку.

Пышка не отстала. Она переместилась с подушки на голову хозяйки и начала топтаться. Маленькие лапки перебирали по волосам с методичностью опытного массажиста, только массажист почему-то дергал ей волосы.

— Пышка. Слезь. Или я продам тебя гномам на шашлык.

Пышка обиженно фыркнула и спрыгнула на пол. Но сдаваться не собиралась — она подошла к миске и стукнула по ней лапой. Дзынь. Потом ещё раз. Дзынь. Дзынь. Дзынь.

Даша приподнялась на локте.

За окном едва брезжил рассвет. Солнце ещё не встало, но небо уже наливалось персиковым светом. За тонкой занавеской угадывались очертания крыш, труб и, кажется, соседского кота, который сидел на карнизе и смотрел на мир с философским презрением.

— Ладно, — сдалась Даша. — Встаю.

Пышка скакала вокруг миски, светясь, как новогодняя гирлянда. Сегодня её шерсть переливалась всеми оттенками голубого — от небесного до цвета морской волны.

— Холодно? — спросила Даша, натягивая халат. — Или грустно? Или просто модничаешь?

Пышка ничего не ответила, лишь снова начала дребезжать миской. Перевод был ясен: «Мне плевать на твои цветовые теории. Я ХОЧУ ЕСТЬ».

Кухня встретила Дашу утренним полумраком и грудой немытой посуды в раковине. Холодильник загудел, когда она открыла дверцу, и оттуда пахнуло холодом и чем-то не очень то приятным. Внутри лежали: кусок сыра с плесенью (благородной, Даша себя успокаивала, что благородной), пучок зелени, который уже решил стать гербарием, и банка с вчерашним супом.

Даша вздохнула.

— Сейчас сварю тебе кашу. И себе кофе. И мы будем жить.

Пышка согласно пискнула и уселась ждать, сложив лапки на пузе.

Кофеварка зашипела, забулькала и выдала струю чёрной жидкости. Даша вдохнула запах — горький и терпкий. Первый глоток обжёг горло и растёкся внутри приятным теплом.

Пока Пышка с чавканьем уничтожала овсянку, Даша сидела у окна и смотрела на улицу. Магический квартал просыпался.

Бабка из соседнего дома вышла поливать цветы на подоконнике. Цветы были хищные, с зубами, и норовили откусить ей палец. Бабка ловко орудовала лейкой и ругалась матом. Обычное утро.

Через дорогу лавочникзельевар открывал ставни своего магазинчика. Оттуда вылетела стайка светлячков и заметалась над тротуаром, пока хозяин не загнал их обратно метлой.

Почтальон на летающем велосипеде лавировал между крышами, развозя утреннюю почту.

Даша допила кофе и почувствовала, как внутри разливается привычная утренняя тоска. Пять лет в ее жизни происходило одно и тоже — утро в одиночестве, работа и потом такой же одинокий вечер. И конца и края этому одиночеству не было… хотя, вчерашний уборщик показался Даше довольно милым.

— Может, ещё не всё потеряно, — сказала Даша вслух.

Пышка отвлеклась от каши и вопросительно пискнула.

— Ешь давай. Нам сегодня гриб забирать.

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

Магический Контроль встретил Дашу привычным гулом.

Здание было старым, ещё дореволюционной постройки, и магия здесь чувствовалась в каждой трещине. Стены дышали, полы то и дело скрипели на разный лад, а потолки терялись в полумраке, потому что люстры зажигались только к обеду — экономили магический ресурс.

Даша прошла через турникет, махнула пропуском перед считывающим кристаллом (кристалл мигнул синим — доступ разрешён), и попала в холл, который больше напоминал вокзал в час пик. Маги в мантиях и без, курьеры с посылками, пара троллей в углу, очередь перед окошком регистрации и так надоевшая Даше суета. Она лавировала между людьми, прижимая к груди переноску с Пышкой.

Лифт не работал. Опять.

— Магия сбоит, — объяснил охранник на входе, здоровенный мужик с усами как у моржа. — Вера Михайловна ругалась, обещала починить к обеду.

Даша вздохнула и поплелась на лестницу. Четвёртый этаж пешком — отличное начало дня. Ступени были каменные, старые, с выбоинами и очень крутые. На втором этаже из стены торчал призрачный локоть — кто-то неудачно прошёл сквозь перекрытия и застрял.

— Помочь? — спросила Даша.

— Не-не, я привык, — донеслось из стены. — Спасибо. Через пару часов само рассосётся.

На третьем этаже пришлось перешагивать через спящего гнома. Гном храпел так, что дрожали перила. А на четвёртом Даша выдохнула и толкнула дверь в коридор.

И чуть не упала.

Потому что прямо перед дверью, с той стороны, стоял Артём с ведром и тряпкой.

— О, привет! — обрадовался он. — А я пол мою. Тут кто-то разлил зелье нестабильности, и теперь кусочек пола периодически исчезает. Я лужу замываю, а оно то есть, то нет.

Даша посмотрела на пол. Действительно, метра два кафеля мерцали и периодически пропадали, открывая взгляду бетонное перекрытие.

— И как ты моешь?

— Аккуратно, — улыбнулся Артём. — Тряпкой протираю в те моменты, когда пол есть. Потом жду. Потом снова протираю.

— Ты странный.

— Ты это вчера уже говорила.

— И сегодня повторю.

Пышка в переноске завозилась. Артём заглянул внутрь.

— Привет, симпатяжка.

Пышка фыркнула. Но, кажется, довольно.

— Ты ей нравишься, — заметила Даша. — Обычно она всех ненавидит.

— А я человек хороший. Животные чувствуют это.

Даша хотела ответить, но в конце коридора показалась Лидия. Секретарша как всегда плыла по коридору, и в руках у неё была огромная стопка бумаг.

— Веткина! — заорала она ещё за полэтажа. — Тебя Вера Михайловна ищет! Ждет отчет! И там Зигмунд твой всех достал! Он требует отдельный кабинет и зарплату!

Даша застонала.

— Где он?

— В приёмной сидит. Чай пьёт. Третью чашку. И всех учит, как правильно оформлять заявления.

Артём хмыкнул.

— Я ж говорил — гриб с характером.

— Тебя не спрашивали, — беззлобно огрызнулась Даша. — Идём со мной.

— Я пол мою.

— Пол подождёт. Ты виноват в том, что гриб тут вообще появился. Вот и будешь сам с ним разбираться.

Артём пожал плечами, поставил ведро в угол и насвистывая веселую мелодию пошёл за Дашей.

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

Приёмная Магического Контроля четвёртого этажа напоминала приёмную зубного врача, только хуже.

Пластиковые стулья вдоль стен, безупречная чистота, агитирующие плакаты на стенах («Магическая безопасность — наше всё!», «Не оставляй котёл без присмотра!», «Сообщи о нарушении — получи премию!») и гробовая тишина.

Но сегодня здесь царил хаос.

В центре приёмной, на самом лучшем стуле, восседал Зигмунд фон Грюн. Гриб был при галстуке. Откуда у него взялся галстук — Даша боялась даже думать. Перед Зигмундом стояла шаткая стопка бумаг, и он раздавал указания.

— Это заявление на улучшение жилищных условий, — говорил он молодому магу, который случайно зашёл не в ту дверь. — Вы должны заполнить его в трёх экземплярах. Подклеить сюда справку о неполадках в магическом фоне. И заверить у начальника отдела кадров!

— Но я не… — пытался возразить маг.

— Не перебивать! — строго сказал Зигмунд. — Дисциплина — основа порядка! А порядок — основа вселенной. Если у вас нет порядка в бумагах, что вы за маг такой?

Маг сдался и начал заполнять.

Лидия стояла в углу и записывала всё в блокнот. По лицу её бродила блаженная улыбка. Наконец-то в их отделе появилось хоть какое-то развлечение.

— Зигмунд! — рявкнула Даша так, что вздрогнули плакаты на стенах.

Гриб обернулся.

— А, Дашенька! — обрадовался он. — Заходите, заходите. Я тут навожу порядок. Ваш отдел в полном хаосе. Я уже составил план мероприятий по улучшению документооборота.

— Ты не можешь тут командовать!

— Почему? — искренне удивился Зигмунд. — Я временный сотрудник. Вера Михайловна разрешила.

Даша замерла.

— Вера Михайловна⁈

— Да, мы с ней чудесно поговорили сегодня утром. Она оценила мою инициативность. Сказала, что у неё как раз руки не доходят до наведения порядка в архиве. Так что я теперь официально… — Зигмунд заглянул в бумажку, — консультант по документации.

Артём за спиной Даши хрюкнул. Кажется, сдерживал смех.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. У меня даже пропуск есть, — Зигмунд гордо продемонстрировал бейджик на груди. К бейджику был пришпилен крошечный цветочек.

Пышка в переноске зашевелилась. Даша опустила взгляд — свинка была ярко-оранжевой.

Оранжевый означал «полный абзац».

— Ладно, — сдалась Даша. — Делай что хочешь. Но ко мне в лабораторию не лезь. И не учи меня варить зелья!

— Упаси боже, — махнул шляпкой Зигмунд. — Варить зелья — это ваше. Я только про порядок.

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

Даша влетела в лабораторию как ураган.

Здесь, по крайней мере, было тихо. Солнце пробивалось сквозь грязные окна, освещая привычный бардак — котлы на плите, банки на стеллажах, стопки отчётов на столе.

Даша поставила переноску, выпустила Пышку и рухнула на стул.

— Я устала, — сказала она. — Еще утро, а я уже без сил.

Пышка согласно пискнула и забралась к ней на колени.

Артём стоял в дверях, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты заходить будешь? — спросила Даша.

— Можно?

— Ты уже зашёл.

Он шагнул внутрь и аккуратно прикрыл дверь.

В лаборатории стало тихо. Только котел на плите тихонько булькал доваривая зелье да Пышка сопела, старательно умывая мордочку.

— Слушай, — начал Артём. — Я понимаю, что я накосячил. Портал этот дурацкий я открыл, и гриба этого притащил… Если хочешь, я могу свалить. Не буду мешать. Ты скажи только.

Даша подняла на него глаза.

Он стоял в своей синей униформе, с закатанными рукавами, с живым драконом на руке, и смотрел на неё так, будто ему правда важно, что она скажет.

— А сам чего хочешь? — спросила Даша.

— Не знаю. Работать, наверное. Чтобы все тихо было, без происшествий.

— Тишины хочешь, а пришёл в Магический Контроль?

— Думал, тут спокойно, — улыбнулся он. — Ошибся.

Даша фыркнула.

— Тут никогда не бывает спокойно. Постоянно что-то происходит хочешь ты этого или нет.

Повисла пауза.

Солнце сдвинулось, и луч упал прямо на Пышку. Свинка довольно зажмурилась и перевернулась на спину, подставляя пузо.

Артём улыбнулся.

— Она классная.

— Ага, классная. Знаешь как громко храпит по ночам.

— Ну… я тоже храплю. Можно погладить?

Даша кивнула.

Он протянул руку и погладил Пышку по пузу. Свинка довольно заурчала. Буквально заурчала, как котёнок, только басом.

— Она мурлычет?

— Урчит. Это от удовольствия.

— А почему она разноцветная?

— Это зависит от настроения. Или от погоды. Или просто так. Я уже три года пытаюсь понять закономерность. Бесполезно.

— А какой цвет означает, что она счастлива?

Даша задумалась.

— Золотой. Но я видела золотой только раз. Когда нашла её на улице маленькую.

— Вчера она была розовая.

— Это ты виноват.

— Я?

— Ты ей понравился. Розовый — это симпатия.

Артём посмотрел на свинку. Потом на Дашу.

— А у тебя какой цвет? — спросил он тихо.

Даша почувствовала, как щёки заливаются краской.

— Я не свинка. У меня нет цвета.

— Есть. Сейчас, например, красный.

— Мне просто жарко. Иди уже полы мой. У меня работы много.

— Иду, — улыбнулся Артём.

Он пошёл к двери, но на пороге остановился.

— Даш?

— Что?

— Я тебе пирожков завтра принесу. С вишней.

— Я вишню не люблю.

— С яблоком?

— Люблю.

— Значит, с яблоком.

Дверь закрылась.

Даша сидела и смотрела на солнечный луч, в котором танцевали пылинки. Пышка на коленях была золотой. Яркой, насыщенной, как расплавленный мёд.

— Это не я, — сказала Даша свинке. — Это солнце.

Пышка открыла один глаз и посмотрела на неё с выражением «ну-ну».

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

В коридоре Артём шёл к своему ведру и улыбался.

— Она краснеет, — сказал дракон на руке.

— Вижу.

— И свинка золотая.

— Вижу.

— Ты ей нравишься.

— Знаю.

— И что будешь делать?

— Работать продолжу, — ответил Артём. — А там посмотрим.

Он подошёл к ведру. Пол был на месте — можно мыть.

Артём взял тряпку и принялся за работу, насвистывая какую-то старую армейскую песню.

Из приёмной доносился голос Зигмунда:

— … и подпись поставьте вот здесь! Разборчиво! Не как курица лапой!