Глава 13

Глава 13

Отужинав со Скорпионами, обрадованными моим аппетитом (никаких ковыряний, сегодня на моей тарелке не осталось ничего), я поднялась в кабинет, где меня ожидал Талбот. Сразу же подав отчет Тары о личности Эйприл Фрэнс, секретарь так же положил передо мной примерный образец письма-соболезнования и имена погибших стражей.

Признательно кивнув ему, я спросила, не было ли вестей от Чаек, но Гертруда еще ничего не присылала. Углубившись в чтение о деятельности Карин Барнетт, она же Эйприл Фрэнс, я лишь удивилась, как за такое короткое время Тара смогла столько выяснить. Впрочем, Барнетт-Фрэнс долгое время была под началом Индиры Висдом, а Ястреб точно знала все обязанности личины шпионки.

Что ж, из всего отчета и пометок Тары выходило, что Эйприл знала весь Королевский Дом от и до, как само строение, так и всех, кто в нем работал. Часто охраняла тронный зал и периметр со стороны сада. Отчего-то именно второе зацепило меня.

— Лаэрт? — позвала я.

Воин зашел в кабинет, скользнув взглядом по Ричарду, сортирующему корреспонденцию, и останавливаясь на мне в молчаливом ожидании вопроса или приказа.

— Помнишь, я говорила про карканье в саду, слышимое только мне?

Ричард отвлекся от бумажек, вскинув голову на нас с Лаэртом, молчаливо спрашивая, нужно ли ему покинуть кабинет. Я покачала головой, поскольку доверяла Хранителю матери так же, как и собственным.

— Конечно, — кивнул Скорпион.

Я не сомневалась, что он помнил, просто нужно было как-то подвести к основному вопросу и той ночи, вернее, раннему утру за два дня до ухода… В общем, все ясно.

— Ты сказал, что ходил проверять его… Кто именно из стражи тогда охранял ту часть территории?

— Она, — коротко кивнул Лаэрт на отчет в моих руках после недолгого раздумья.

— Понятно, — протянула я, откидываясь на спинку кресла. — Значит, вот почему я слышала именно ворона. Это было предупреждение о том, кем на самом деле является Эйприл.

Хранитель приподнял бровь, раздумывая над моим выводом. Я же постаралась вспомнить, сколько раз слышала ворону. Три ночи подряд, и еще один раз в поселении… Должно быть, тогда Эйприл была где-то поблизости. Жаль, что расшифровать знак получилось лишь постфактум.

— Больше ты ее не слышала? — спросил Скорпион, наверняка уже все передав братьям.

— Нет, больше ничего подобного. — Я понадеялась, что сказала это уверенно. Совсем не хотелось давать Хранителям повод для подробных расспросов. — Я собираюсь отправиться к Чайкам, как только закончу с письмами.

— Хорошо, — Лаэрт одобрительно посмотрел на меня.

Всем Скорпионам нравилось, когда я заранее говорю им о своих планах. Трудно было винить их в этом, в прошлом я не отличалась особой предупредительностью. Да и не только в прошлом. Чего далеко ходить, взять хотя бы сегодняшнее утро и мое совершенно внезапное для них желание посетить кладбище.

Хранитель вышел, а я села за письма, отложив прочитанный отчет. Ричард, закончив разгребать почту, открыл блокнот, принимаясь что-то быстро записывать. Наверное, составлял мое расписание на завтрашний день.

— Завтра у меня дневной патруль, — на всякий случай напомнила я секретарю.

— Да, я уже перенес аудиенцию на более позднее время, — кивнул Талбот, не отрываясь от своего дела.

Осторожно выводя каждую букву, я постаралась избежать холодности и официоза, передавая на бумаге свои соболезнования. Впрочем, это был образец, написанный мамой, а уж ее участливость никто никогда не ставил под сомнение. Как и любой Чайки.

Закончив, я запечатала письма, оттиснула на каждом королевскую печать в виде крыльев в короне и передала Ричарду, попутно попросив проследить, чтобы семьям погибших на службе была выдана компенсация, пусть это и звучало смешно и глупо. Ничто не может компенсировать смерть. Ничто и никто.

Призвав форму Ястреба, я вышла из Королевского Дома в темноту зимнего вечера, опустившегося на поселение. Идя в центре неизменного квадрата Скорпионов, я приметила Джиллиан еще с другого конца площади. Трудно было не заметить ее огненно-рыжих волос, выглядевших совершенно фантастически в свете уже зажжённых фонарей. Стремительная походка подруги, направляющейся точно ко мне, выдавала злость. Интересно, кто и чем вывел ее из себя.

— Я уж думала, ты собралась меня протаранить, — хмыкнула я, когда Джил резко затормозила прямо передо мной.

— Может быть, и следовало бы, — неожиданно процедила Саммерс, вскидывая голову и смотря мне в глаза. О-оу, злость Джил точно предназначается мне. Но из-за чего? Прежде, чем я успела это спросить, а и без того напрягшиеся Скорпионы оттеснить мою разгневанную подругу на безопасное расстояние, она сама все объяснила: — Марк до сих пор в больнице! Клинок этой твари был чем-то смазан!

— Джил…

Нахмурившись, я покосилась на Аниса с Нордом, мысленно интересуясь, какого черта узнаю о том, что мой нареченный брат ранен настолько серьезно только сейчас и таким способом.

— Мы не знали, что Стоун все еще в Лазарете, — покачал головой Норд.

Я досадливо прикусила щеку изнутри, возвращая все внимание Джиллиан. С моей стороны было глупо думать, что Скорпионы мысленно общаются со своими девушками, в то время как охраняют меня. Это точно расходилось с их представлением о выполнении клятвы Хранителей. Ничто не должно мешать или отвлекать от защиты подопечного. Тем более возлюбленные, которым это точно бы удалось.

— Почему ты не вызвала весь отряд, когда стало ясно, что эта… — Саммерс произнесла одно из тех слов, при которых мамочки, обычно, затыкают детям уши, — сильный противник?

— Потише, Джиллиан, — тихо попросила я, краем глаза замечая заинтересованные взгляды ведьм, выходящих из мясной лавки Хаффинов, династии, возглавившей Гильдию торговцев, сменив на этом посту Стоунов.

Сейчас как раз был конец рабочего дня, так что если Саммерс продолжит в том же духе, незамеченным это точно не останется. А уже к ночи, самое крайнее — завтрашнему утру, все поселение, так или иначе, будет знать, что рядовой Ястреб позволяет себе разговаривать с монархом на повешенных тонах.

— Потише? — фыркнула Саммерс. — А то что? Прикажешь кому-либо из них заткнуть меня? — Джил кивнула в сторону Скорпионов. — Ты подставила под угрозу своих товарищей, Марка! Если бы все были там, она бы его не ранила!

Я глубоко вздохнула, сдерживая позыв потереть переносицу, как в дешевых драмах смертных. Джиллиан просто расстроена и сильно переживает из-за ранения Марка. Расстроена и не соображает, что делает…

Дерьмо это все. Никому другому бы я подобного не спустила, и она этим пользуется, зная, что останется безнаказанной, хотя по всем каноном Скорпионы уже должны были вмешаться. Что-то наподобие того, как вчера с Джозефом Стоуном в тронном зале.

— Закрой рот, или это действительно сделает кто-либо из моих Хранителей, — теперь мой тон был под стать ее, только намного тише, больше напоминая рычание. Джиллиан запнулась на полуслове, оборвав свою обвинительную речь, не ожидая от меня такой грубости. — Как капитан Ястребов и, тем более, как королева, я ни перед кем не обязана отчитываться за свои решения. Разве что только перед Таврикой, но ты не она, — я холодно посмотрела на Саммерс, — и не можешь знать, как все было бы, участвуй отряд в стычке в полном составе. И тебе пора запомнить, что на улицах поселения, на виду у народа, действует субординация.

— Я… — Джиллиан моргнула, растерявшись. Скорпионы, на которых она посмотрела, словно бы в поиске поддержки, стояли с непроницаемыми лицами, но я знала, что парни на моей стороне. Они всегда на моей стороне, даже когда я сама отказываюсь быть на ней. — Прости…те, Ваше Величество, — сглотнула Саммерс, быстро беря себя в руки.

Видя, что Джил и, правда, осознала ситуацию, я смягчилась. Честно говоря, каждый раз глядя на нее, я невольно вспоминала, какой обнаружила ее в Пещере Раздумий, выполнив ритуал переселения душ. Это воспоминание в буквальном смысле было вытиснено на моей душе, потому как, попав тогда в тело Джил, я почувствовала все, что с ней делали, на себе.

— Забыли, — пробормотала я. — Идем. Мы как раз направлялись к Чайкам. Я не знала, что Марк все еще у них, думала, они подлатали его так же быстро, как Виктора.

— Нет, — покачала головой успокоившаяся Джил, идя в ногу со мной. — Кенелма она задела магией, а моего идиота своим клинком. Сэра сказала, что ты не смогла стащить с нее маску, хотя была близка…

— Маска была чем-то защищена, когда я коснулась ее, она обожгла мне пальцы, — я сжала и разжала руки, затянутые в перчатки. — Несильно, все сразу же прошло, — спохватившись, добавила я для своих Хранителей, предвидя их реакцию.

— Но уже выяснено, кем она прикидывалась?

— Разве Индира вам не сказала? — удивилась я.

— Нееет, — протянула Саммерс. — А она тут при чем?

— Должно быть, Винтер попросила ее ничего не говорить без твоего разрешения, — высказал Норд.

— Скорее всего, — согласно кивнула я, чувствуя прилив благодарности к капитану Воронов и своему Ястребу, поступивших, как и полагалось преданным воинам.

Казалось бы, подобное поведение не должно было удивлять, но, тем не менее, приятно удивило. Я знала, откуда у этого растут ноги. Из моего понимания собственного возраста и его полного несоответствия моему статусу. Будучи всего семнадцати лет отроду, трудно осознать, что куда более опытные и на столетия взрослее ведьмы ждут моего решающего слова, не рискуя что-то предпринимать без него.

По дороге к больнице поселения я кратко ввела Джиллиан в курс дела. Реакция Саммерс была сродни моей. Помянув Ревенджа и всех Фрэнсов добрым словом, подруга внимательно посмотрела на меня, проверяя, как я себя чувствую.

— Все нормально, — коротко высказала я в ответ на ее молчаливый вопрос. — Я справляюсь.

Она кивнула, смахнув с кончиков волос мелкие снежинки.

— Прости за то, что я там устроила, — закусила губу Джил, махнув рукой в сторону Площади.

— Я понимаю. — Мы остановились перед дверьми лазарета. — Не думаю, что на твоем месте вела бы себя как-то по-другому, — я ободряюще сжала ее руку.

— А я вот думаю, — качнула головой Саммерс. — Ты куда терпеливей меня.

— В смысле? — я с интересом посмотрела на подругу, чувствуя что-то большее за ее словами.

Опасливо покосившись на Яна, стоявшего позади нас вместе с Лаэртом, Джил пожала плечами:

— Ну, я бы не смогла просто отпустить, а нашла бы и надрала задницу. Так, что даже хваленая регенерация помогла бы не сразу.

Моргнув, я выдавила из себя улыбку. Имени не прозвучало, но все прекрасно поняли, к кому относилось высказывание Джиллиан.

— В таком случае, даже страшно представить, на что пошла бы Сэра, — неуклюже пошутила я, и мы, переглянувшись, зная взрывной характер Рейнхардт, хмыкнули.

— Я слышала, что ее бабушка в молодости использовала свою цыганскую магию, и ее соперница в амурных делах облысела на год, — нарочито доверительно, театральным шепотом, сказала Джиллиан.

— Бабуля Лу? — недоверчиво переспросила я, впервые слыша о таком.

— Угум, мне Кир сказал, — фыркнула Джиллиан. — А тут представляешь… лысый тигр.

— Фууу… — протянули мы с ней в унисон, захихикав, как в старые-добрые школьные времена. Кажется, история даже Скорпионов повеселила, хотя по их лицам сказать этого было нельзя.

Кашлянув, привлекая внимание, Норд открыл передо мной дверь. Смущенно улыбнувшись Старшему Хранителю, я переступила порог, оказываясь в широком холле. Первый этаж больницы был отведен под кабинеты Чаек, процедурную, аудиторию для их учеников и кухню, на которой целители готовили отвары, настойки и прочие полезности.

У лестницы на второй этаж, где располагался кабинет капитана белокрылых, палаты для больных, смотровые и лаборатория, за столом сидели двое дежурных, ученики. Увидев нас, те вскочили со своих мест и склонились в почтительном поклоне.

— Капитан Вест здесь? — спросила я, когда мы подошли ближе.

— Да, Ваше Величество, — кивнул блондин, испуганно глядя на мое сопровождение. — Она лечит зуб леди Алексии Мор. Десна воспалилась и…

— И выросли клыки? — усмехнулись Джиллиан, недолюбливая вышеупомянутую.

Я с укором посмотрела на подругу, пока ученики-дежурные краснели и бледнели, сдерживая смешки.

Саммерс сделала наиневиннейшее лицо, явно поднабравшись этого от Марка. Леди Алексия, жена главы династии Мор (династия, поддержавшая Ревенджей во время переворота), не ладила с матерью Джиллиан, Реджиной. Не знаю, с чего все началось, но Алексия с Реджиной были погодками, так что, возможно, неприязнь возникла еще со школьной скамьи.

Попросив дежурных сказать Гертруде, когда она освободится, что мы ждем ее в лаборатории, мы поднялись на второй этаж. Палата, в которой находился Марк, была найдена сразу по ругани, доносившейся из-за третьей двери.

— Стоун, немедленно ляг обратно! — я узнала голос Амелии. — Не веди себя, как ребенок!

— Убери от меня эту гадость! Я уже совершеннолетний, и сам исцелюсь! Просто медленнее!

— Хочешь загноения? — на этот раз тон Роуленс точно не предвещал ничего хорошего. Ян одобрительно хмыкнул, больше меня понимая, что какие интонации у его любимой означают.

— Идиот, — буркнула Джиллиан, вырываясь вперед и первой заходя в палату, откуда продолжали доноситься упрямые возражения Марка. — А ну быстро сделал, как говорит Амелия, дурачина бестолковая!

— Так-то ты радуешься моему приходу в сознание? Ну, спасибо тебе, любимая! — возмущенно отпарировал Марк, нисколько не растерявшись от внезапного появления своей девушки. Впрочем, он был Стоуном, а членов этой династии редко что может смутить или лишить дара речи.

— Я тебя сейчас обратно в бессознательное состояние отправлю! — не осталась в долгу Саммерс.

— Я могу помочь, — пробормотал Ян, и я хихикнула, заходя в палату следом за Нордом и Лаэртом.

Марк полусидел на койке, скрестив руки на груди. Бледный и с мешками под глазами, выглядел он близко к обморочному состоянию. Мутными глазами глядя на Джил, пытающуюся уложить его на спину по просьбе Амелии, Марк все же не оставлял попыток сопротивления. Роуленс помешивала какое-то пахучее (вонючее, на самом деле) месиво в чаше с эмблемой Чаек, держа в другой руке чистый бинт.

Увидев нас, она улыбнулась мне, но все ее внимание тут же переключилось на младшего Скорпиона. Я отвела глаза, опасаясь, что начну улыбаться, как клинический идиот, и тогда придется занять соседнюю койку со Стоуном до дальнейших выяснений моего психического состояния. Беря во внимание навязчивые мысли о собственном сумасшествии и слуховые галлюцинации, мне, как минимум, припишут расстройство личности.

— Ого-го, и все ко мне? — насмешливо посмотрел Марк на Скорпионов. — А где же открытки с пожеланием скорейшего выздоровления и корзина фруктов?

— Марк, — я со значением посмотрела на этого сорвиголову, напоминая, что попытка задирать Скорпионов еще ни для кого не прошла безболезненно. — Прекращай, и дай Амелии выполнить ее работу.

— Не то я скажу Анису и Яну держать тебя, — мысленно уточнила я.

Стоун в ответ сузил глаза, скорчил недовольную мину, но все же от меня не укрылись ни слабость, ни усталость, с какими он откинулся на подушки, поддавшись нажатию Джил.

— Вот так бы сразу, — Амелия присела на край койки, быстро и умело нанося мазь на место ранения друга.

— Ну да, как же, — не сговариваясь, проговорили мы с Джил, хорошо зная характер нашего забияки. Подруга опустилась на стул возле Марка, зарываясь рукой ему в волосы с нежностью, слишком хорошо знакомой мне самой. Сжав руку на короткий миг, я с силой впилась ногтями в ладонь, заставляя мысли исчезнуть, еще не до конца появившись.

— Амелия, а где сейчас Вира? — спросила я, когда Чайка закончила наносить мазь и приступила к перевязке.

— Она уходила домой отсыпаться после ночного дежурства, а часа два назад вместе с Мэддоком закрылась в лаборатории. Чего бы ты ни ждала, это все еще не готово, если они до сих пор не вышли, — Роуленс прекрасно поняла, с какой целью я интересуюсь местонахождением ее подруги. — Но, я уверена, что осталось подождать немного. Если хочешь, это можно сделать у нас в кабинете. Все, Марк, лежи смирно, постарайся без резких движений.

— А как же мой ритуальный танец на ночь? — надул губы Стоун, и я закатила глаза, зная, что сейчас Джил даст ему по лбу. Судя по сдавленному «эй!», так и произошло.

Оставив друзей спорить (ворковать) дальше, я со Скорпионами последовала за Амелией, в их кабинет, оказывается, так же находящийся на этом этаже. Раньше, при маме, здесь был только капитанский, но ничто не мешало Гертруде поступить на свое усмотрение, переделывая одну палату под кабинет для четырех неразлучных Чаек. Надо полагать, теперь на первом, вместо их комнат, были дополнительные смотровые или процедурные, или что там еще должно быть.

Пройдя следом за Амелией, я увидела слева шкаф для верхней одежды, создающий короткий коридорчик, зеркало на стене напротив него и край чьего-то стола. Пройдя вперед, я оказалась в помещении с четырьмя столами (рабочие места Чаек) с тумбочками, стеклянным шкафом с разными бутылочками и чашами и уголком с кушеткой и сейчас собранной ширмой. Все подоконники едва ли не ломились от горшков с цветами, хвастающими сочными зелеными листьями и яркими бутонами.

— Проходите, — Амелия показала нам на небольшой диванчик, в стороне противоположной от кушетки и ширмы.

Я присела, Скорпионы просто отошли с прохода, встав как всегда согласно их собственной схеме охраны меня, занимая стратегически важные позиции. Мы с Роуленс обменялись понимающими взглядами, но ничего не сказали. Амелия помыла чашу, в которой мешала для Марка мазь, и убрала ее в шкаф, после чего села за стол, край которого и просматривался с входа.

— Может быть, сделать тебе чая с мятой? — спросила девушка, потянувшись за какой-то папкой.

— Нет, я только поужинала недавно, спасибо, — улыбнулась я. — Когда Марк сможет вернуться к своим обязанностям?

— Посмотрим, как подействует мазь, — ответила Амелия. — Если все нормально, то послезавтра я его выпишу.

— Хорошо, — кивнула я, думая, кого отправить завтра в рассветный патруль вместо него с Виктором и Сэрой.

Дверь кабинета открылась, я пока не видела, кто зашел, но Амелия улыбнулась:

— О, наш постоянный посетитель. Что на этот раз, Грегори?

— Ушиб ноги, и десяток царапин, — ответила ей Кристина Грей, выходя из-за шкафа вместе с кучерявым кареглазым мальчиком лет десяти. Щека и лоб у него были в ссадинах, да и под глазом, похоже, назревал синяк. — Проходи, садись на кушетку… О… Добрый вечер, Ваше Величество, — Чайка поклонилась, — не знала, что Вы здесь.

— Я жду Виру, — улыбнулась я девушке Лаэрта.

— А, — облегченно выдохнула Грей, посмотрев на Лаэрта, похоже, уже успев испугаться, что кто-то из нас заболел. — Грегори? — Она выжидающе посмотрела на мальчика, но тот таращился на меня и моих Хранителей, как на невиданное прежде чудо. У него даже рот приоткрылся.

— Грегори, — снова повторила Кристина, на этот раз чуть громче и с ударением, намекая, что так себя не ведут.

— Я впервые в одной комнате с Ястребами, не порть мне момент, — на одном выдохе сказал мальчик, и я прикрыла рот кулаком, как бы сдерживая кашель, на деле скрывая смешок. Когда-то и мы с Джил и Марком так же восхищенно провожали взглядами воинов в черной форме с серебряной вышивкой, зная, что они лучшие и сильнейшие, и мечтая попасть в их ряды.

— Не просто с Ястребами, а с Ее Величеством и ее Хранителями, — хмыкнула Амелия, переглянувшись с Кристиной.

— О, черт! Ваше Величество! — почти подпрыгнул на месте Грегори, изумленно и вместе с тем восхищенно глядя на меня.

Похоже, весь наш разговор с Кристиной, в том числе и ее обращение ко мне, примененное исключительно из-за его присутствия, малыш пропустил мимо ушей, едва заметив нашу форму.

— И Скорпионы! Ой, простите, — он покраснел, смущенно глядя на братьев, не зная, как себя вести и боясь, что уже наговорил лишнего.

— За что? — спросил Лаэрт. — Ты прав, мы — Скорпионы, Хранители королевы Темной Горы и Ястребы.

— Это нереально крууууто, — просиял мальчишка. Глядя на него, невозможно было не улыбнуться.

— Это — да, а вот твое колено и лицо с ссадинами — нет, — строго проговорила Кристина, хотя ей, как и всем нам, было смешно. — Марш на кушетку!

Она мягко подтолкнула Грегори к ней, сама открывая стеклянную дверцу и доставая с полок необходимое.

— Что произошло на этот раз? — поинтересовалась Амелия, подперев голову рукой и глядя на мальчика, дохромавшего до указанного места.

— Упал, — исподлобья посмотрел на нее Грегори.

— Играли в Воронов и Ястребов, — пояснила Кристина, когда развернутого ответа не последовало.

— И демонов, — недовольно добавил он.

— Так это тебя так «демон»? — Роуленс показала кавычки.

— Нет. Лопух, который был Вороном, подставился, пришлось вмешаться, хотя я сразу говорил, что толку от них в драке с демонами — ноль, — важно проговорил Грегори, и, после секундной паузы, мы все засмеялись. Даже Скорпионы.

Пока Кристина залечивала «боевые раны» маленького героя, он, окончательно расслабившись и немного попривыкнув к нашему присутствию, попросил что-нибудь на память, чтобы ребята в школе не обвинили его во вранье. Это было мило и забавно.

Я торжественно вручила ему пуговицу в виде ястреба, оторвав ту от рубашки формы. Она тут же восстановила повреждение, под удивленное «ох!» Грегори. Да, даже у одежды была регенерация, а у меня — нет. Чувствуется какая-то издевка.

Кристина передала мальчика матери, очевидно, все это время пробывшей в коридоре, и мы еще успели услышать его: «Мам, там королева со своими Хранителями…», а потом Грей закрыла дверь и села за стол возле окна. Я отметила, что девушка немного погрустнела. Догадываясь о течении ее мыслей, связанных с детьми и материнством, я собиралась завести разговор, призванный отвлечь и ее, и заметившего это Лаэрта, когда дверь кабинета хлопнула так, что задрожали стекла.

— Напомните мне, у нас звуконепроницаемость? — послышался голос Катрины Олман. Разъяренной, судя по рычащим нотам. Анис рядом со мной с интересом посмотрел в ту сторону, несомненно, как и я, заинтригованный таким началом.

— Да, — вскинула голову Амелия, в отличие от нас всех не только слыша, но и видя Катрину. — Ого. Не держи в себе, а то лопнешь. Смотри, какая красная…

— Эта все старая жаба!!! — рявкнула Катрина, я и не знала, что она так умеет. — Она специально направила меня лечить этого… мерзкого, гадкого, слащавого, напыщенного Уивера!

— Лечить? — переспросила Амелия. — В смысле голову? Там, мне кажется, и Таврика не справится, — девушка прыснула.

— О да, конечно, тебе смешно! А мне пришлось полчаса делать ему массаж! Суставы у него болят! «Мисс Олман, вы ведь не замужем?», «Мисс Олман, поделитесь, что это за магия, с каждой минутой вы все краше и краше?».

Амелия, покосившись на Аниса, пока что не проронившего ни слова, но с каждым словом своей девушки выглядя все опаснее и опаснее, легла на стол в приступе хохота. Я и сама кусала щеки изнутри, чтобы не засмеяться, понимая, что Катрина не догадывается о присутствии своего возлюбленного, а Роуленс нарочно заставляет ее выдавать подробности о навязчивом ухажере, подставляя и вместе с тем решая «проблему» подруги. То, что Анис ее решит в ближайшее же свободное время, сомнений не было. Бедняга Уивер, кем бы он ни был…

— Думаю, все остальные были заняты, поэтому Гертруда и поручила это тебе, — успокаивающе проговорила Кристина.

— Ну конечно, — приторно отозвалась Олман. — С таким тяжелым делом не может справиться ни один ученик! Только Чайка с не менее чем веком стажа в отряде! Между прочим, со мной рядом Финн Хиггинс стоял, но ему она приказала просто пойти, проверить, чем там в амбарах занимаются отправленные туда ученики!

— Что сказать… Ты ее любимчик, — развела руками Амелия.

— О да!

Я знала, что у Гертруды Вест и Катрины натянутые отношения, пару раз видела, как они спорили при матери о методах лечения и на целительские темы, при этом жаля друг друга непонятными мне намеками, но Мари Ора всегда умела призвать обеих к порядку. Очевидно, став капитаном, Гертруда не забыла прошлых обид, хотя я не знала, с чего началась их с Олман история. В любом случае, я не сомневалась, что никакое личное недопонимание не помешает им выполнять свой долг.

— Кстати, у нас гости, — Амелия подмигнул нам, и я покачала головой, не завидуя сейчас Катрине.

— Да? Кто? — Катрина вышла из закутка с зеркалом, сначала посмотрев в сторону кушетки, наверное, думая о каком-либо пациенте, но потом ее взгляд нашел меня со Скорпионами.

Последовала немая пауза, Катрина моргнула, переводя взгляд с меня на Аниса. Далее, скорее всего, у них произошел мысленный разговор, о сути которого несложно было догадаться по лицу Олман. Но вот, она ярко улыбнулась, качнув головой, а потом, сделав три стремительных шага, оказалась прямо перед Анисом, обнимая его за шею и целуя.

Я смущенно уставилась в пол, раздумывая, почему так выходит, что куда ни приду, везде влюбленные. И если так было и раньше, то почему тогда это так сильно не бросалась в глаза? Правильно ли думать, что человек замечает лишь те вещи, которые были в жизни у него самого?

Например, я легко определяю сломленных горем. На Совете Пяти мне хватило беглого взгляда на царя Снежных Равнин, чтобы увидеть это в жестах, взглядах, даже осанке. Словно что-то тяжелое, незаметное больше никому, тянет его к земле.

Пока я углублялась в собственные наблюдения, минутка нежности и понимания между Анисом и Катриной закончилась. Подняв голову, я увидела Олман уже за столом, ближайшим к Кристине. Значит, стол справа от дивана принадлежит Вире.

— Катрина, а ты не видела по дороге сюда Гертруду? — спросила я, понятия не имея, сколько времени требуется на лечение зуба, или что там у Мор с десной.

— Нет, Ри, — покачала головой Олман. — Если хочешь, я с удовольствием схожу, найду ее и скажу, что ты немедленно требуешь ее к себе на ковер.

Кристина и Амелия захихикали, хорошо зная свою подругу и то, как именно она может преподнести ситуацию капитану их отряда.

— Оставим это в качестве запасного плана, — улыбнулась я.

Гертруда заглянула минут через десять, прервав на полуслове Кристину, которую я спросила про ее мать. Грей пока не помирилась со своей родительницей, и, судя по решительности в глазах, идти на попятную не собиралась. Быстро посмотрев на своих подчиненных, капитан Чаек поклонилась мне:

— Ваше Величество, прошу простить за ожидание.

— Ничего страшного, Гертруда, я получила удовольствие от общения с членами твоего отряда, — кивнула я, поднимаясь с дивана.

— Не сомневаюсь, — продолжила обмен любезностями Вест. — Думаю, целесообразнее перенести беседу в мой кабинет, Ваше Величество.

За спиной Гертруды Олман скорчила рожицу и передразнила своего капитана, показав той язык. Амелия закашлялась, скрывая смех, я же в очередной раз прикусила щеку изнутри. Мысль о том, что мой отряд не единственный, где члены позволяют себе такие вольности, принесла облегчение. Катрина Олман виделась мне эквивалентом Марка Стоуна в Ястребах, что, конечно же, добавляло ей очков в моих глазах.

Последовав за Гертрудой, я краем глаза увидела качание головы Аниса. Он точно не одобрял проделок своей девушки.

— Ладно тебе, это и, правда, было смешно, — мысленно заступилась я за Катрину.

— Когда-нибудь она дошутится, — мрачно отозвался Анис. — Вест — ее капитан, и ей придется с этим смириться.

Я тяжело вздохнула, соглашаясь. Еще одна истина, ставшая для меня очевидной после нескольких дней на троне: всем угодить невозможно. Назначив Вест капитаном, я в первую очередь руководствовалась ее опытом и умением. Она была заместителем мамы, и это стало последним камнем, склонившим весы в ее пользу.

В кабинете капитана Чаек все было… по-новому и совсем непривычно. Мебель стояла по-другому, на подоконниках росли иные цветы, на столе разные безделушки, призванные создать уют… И вместо шоколада с корицей пахло цитрусами. От мамы здесь ничего не осталось.

Моргнув, я качнула головой Скорпионам, уловившим вспышку моей досады и глупого недовольства. Конечно, тут и не должно было остаться чего-то принадлежавшего Мари Оре. Теперь глава целителей — Гертруда, и этот кабинет ее.

Вест указала мне на мягкий диван, и мы обе сели по его углам. За моей спиной остановился Норд, что, похоже, несколько напрягало Гертруду, хотя, если подумать, не только ее. Ведьм, чувствующих себя в присутствии моих Хранителей расслабленно, можно было пересчитать по пальцам.

— Итак, — я посмотрела в глаза Гертруде. — Что-нибудь удалось узнать о том, что было в транквилизаторах, выпущенных в стражей?

— Чайки Тэренс и Мэддок сейчас проводят последние анализы, выявляя все составляющие жидкости, попавшей в кровь обращенных, Ваше Величество. — Вест сцепила руки замком, тяжело вздохнув.

— Все? — переспросила я. — Разве это не кровь демона, каким-то образом усиленная магически?

— Не совсем, — качнула головой Вест. — Я лично проводила опыты с одним из образцов, и с уверенностью могу сказать, что это многокомпонентная отрава. Каждый ее элемент придает определенное свойство, при этом, не нейтрализуя другой за счет магии. Мы обнаружили кровь анхеота, слюну меяра, смесь ядов низших демонов. Вира и Райлин описали мне поведение стражей, после чего нам удалось соотнести влияние и роль каждого.

Я сжала челюсти, вспоминая поэтапно поведение зараженных. Сначала мы подумали, что они мертвы, но на самом деле кровь анхеота моментально распространила заразу по организму, яд низших сжег их изнутри, пока они были парализованы слюной меяра, так же подавляющей волю.

Гертруда повторила мою догадку вслух, добавив, что темная магия, использованная для подобной связки ей не знакома, однако базируется на стихии Воздуха и Воды.

Воздух и Вода. Родные стихии Карла и Пейлан. И если даже Гертруде неизвестна эта магия, то кто обучил ей Ревенджа? Стабильное преобладание вопросов над ответами как всегда раздражало.