Глава 14

Глава 14

Открыв глаза, я слепо смотрела в потолок, понимая, что задыхаюсь. Вчерашний сон повторился. Та же темнота, та же охота, и я была такой быстрой и легкой, преследуя кого-то важного и в то же время ненавистного… О, если бы я только смогла догнать, схватить, услышать хруст его костей…

Встряхнув головой, я нашарила рукой пузо Ханы, тут же получая когтями, словно вредина только этого и ждала. Вцепившись передними лапами, она здорово наподдала мне задними, впившись клыками в большой палец. Кажется, кто-то сегодня не в настроении.

Зашипев от боли, я дала ей по заднице свободной рукой, на что кошара только усилила захват. Мстительно сузив глаза, я призвала Воду и уронила сферу прямо ей на голову. Это отбило у Ханы всякую охоту продолжать «сражение», так что, гордо махнув хвостом, она выдала свое бегство за тактическое отступление, соскочив с кровати.

— Сама виновата, — пробурчала я вслед, садясь и рассматривая на коже красные следы от когтей.

Чувствуя себя усталой и разбитой, еще даже не поднявшись с постели, я просушила с помощью Огня простыни и нехотя выбралась из-под одеяла. Шкаф с одеждой поставил меня в тупик. Скользя по вешалкам взглядом, я сдалась и вызвала Деб.

Зайдя в комнату, камеристка, поклонившись, внимательно посмотрела на меня. Не знаю, что она увидела, но, кажется, это ей не особо понравилось. Нахмурившись, Кэмерон осторожно поинтересовалась:

— Ваше Величество, вы… хорошо себя чувствуете?

— Плохо выгляжу?

Не дожидаясь ответа, тем более что она явно смутилась, не зная, как сказать, я подошла к трельяжу, присаживаясь перед зеркалом. Что ж… Вид у меня и, правда, был болезненный. Кожа бледнее, чем обычно, под глазами мешки, и глаза какие-то… воспаленные.

— Понятно. Плохо спалось, Деб. Подбери мне что-нибудь на сегодня, — я кивнула на шкаф.

— Конечно, — радостно вспыхнули глаза Кэмерон. — Может быть, стоит послать за Чайкой?

— Нет, думаю, мне нужна кружка крепкого цветочного чая и что-нибудь сладкое к нему, — я улыбнулась, надеясь перевести тему и закрыть обсуждение моего недосыпа.

— Мадам Оливия приготовила сегодня лимонный пирог с глазурью, аромат на весь дом, — Деб, постучав пальцем по подбородку и глянув на погоду за окном (снегопад), вытянула для меня коричневое шерстяное платье с длинным рукавом и широким воротом.

Полчаса спустя, одетая, накрашенная и причесанная Деб, я, отпустив ее, вышла в коридор, здороваясь с Нордом и Лаэртом. Хранители почти скопировали внимательный взгляд Деб. Стараясь не обращать на это внимание, я улыбнулась:

— Доброе утро.

— Доброе, — смягчился Норд, моргнув. — Что с рукой?

— Не поделили подушку с Ханой, — усмехнулась я братьям.

Старший Скорпион покачал головой, взял меня за руку и осторожно провел по свежим царапинам, задействовав энергию Земли. Кожу закололо теплом, после чего о ранках, оставленных острыми когтями, несколько секунд напоминало лишь покраснение, а потом исчезло и оно. Земля подчинялась Норду ничуть не хуже, чем остальные стихии, как и его братьям. Универсалы, что тут еще сказать.

Поблагодарив Хранителя, что он отмел лаконичным «не за что», я спустилась в столовую, по пути здороваясь со слугами и стражами Королевского Дома.

Деб не обманула, аромат выпечки мадам Оливии, казалось, пропитал воздух. Глубоко вдохнув его, я сглотнула голодную слюну, краем сознания отмечая у себя нормальный аппетит. Даже больше, чем нормальный, как оказалось несколько минут спустя, когда, сев за стол, я смела сначала две сосиски с зеленым горошком, догнала их пончиком с сахарной пудрой и двумя кусками лимонного пирога, не забывая запивать вкусняшки цветочным чаем.

Скорпионы наблюдали за мной со смесью радости и удивления в глазах. Парни будто пытались вспомнить, когда это я ела с таким удовольствием, как в последние два дня. Нахмурившись, я посмотрела на золотистые крошки, оставшиеся от бисквита, сама затрудняясь ответить на этот вопрос.

— Что такое? — Ян скользнул взглядом по комнате, стараясь найти то, что вызвало смену моих эмоций.

— Ничего, я просто… Все в порядке, — отмахнулась я, считая, что подозрительное отношение к собственным базовым потребностям — признак паранойи.

Поднявшись из-за стола, все же не успевая за Скорпионами, просчитавшими мое движение на несколько мгновений раньше, я хотела спросить, пришел ли уже Ричард Талбот, когда он сам заглянул в столовую. Встревоженный и чем-то дико недовольный.

— Я так понимаю, утро не доброе, да? — поинтересовалась я, внутренне напрягаясь.

— К сожалению, — без увиливаний признал мой секретарь. — С тобой срочно хочет переговорить Тара Винтер и один ее Ворон. Дело не терпит отлагательств, как выразилась Винтер.

О, ясно, чего это Талбот так и сочится недовольством. Капитан Воронов вряд ли сказала ему что-то еще кроме срочности того, с чем бы она ни пришла. Добавим обязанности Воронов и причины, по которым они могут сами появиться в Королевском Доме, и повод для волнения вырисуется сам собою.

— Хорошо, сейчас все узнаем, — примирительно сказала я, направляясь на выход. — Ты же знаешь, как Вороны относятся к своим обязанностям.

— Я знаю, что всю информацию они предоставляют лишь монарху или по его приказу, но иногда… — Ричард прервался, подыскивая слово. — Понимание, что они могут быть везде, и ты не узнаешь об этом, даже если они пройдут прямо перед носом, поздороваются и улыбнутся, раздражает.

Ого. Наверняка за этим высказыванием пряталась какая-то личная история, но я не собиралась ее выпытывать. Вороны всегда были тайной Темной Горы под семью замками. Иногда осознание одной лишь возможности присутствия кого-то из этого отряда поблизости удерживало ведьм от разного рода глупостей.

Конечно, у такой скрытности была и обратная сторона, сейчас продемонстрированная Ричардом. Воинам трудно доверять тем, чьи фигуры и лица скрыты под плащом и маской, а единственное, что можно определить точно — рост. Даже пол иногда находился под вопросом.

В холле, кивнув Таре и ее разведчику, я указала на лестницу на второй этаж, намекая пройти в кабинет.

— Насколько все серьезно? — спросила я, пока мы поднимались. Винтер выглядела собранно и холодно, под стать собственной фамилии. Про себя я поставила на «большие проблемы».

— Достаточно серьезно, чтобы, услышав доклад, я сразу же поспешила сюда.

Отлично. В голове как будто замерцала красная лампочка тревоги. Но я не чувствовала, что это мигание вызвано словами капитана Воронов. Просто внутри что-то перевернулось, вызвав испарину и «ватность» ног. Не ожидая такой реакции, я схватилась за руку Норда, шедшего рядом со мной, борясь с подкатившим к горлу завтраком.

— Моя королева? — напряженно позвал Норд, положив ладонь на спину, в который раз за мою недолгую жизнь послужившую мне опорой.

Конечно же, вся наша маленькая процессия из моих Хранителей, секретаря и Воронов остановилась, внимательно смотря на меня. Глубоко вздохнув, я покачала головой, стараясь ухватить за хвост это предчувствие, но оно таяло, оставляя за собой осадок волнения и привкус беды. Неприятное и ненавистное сочетание.

— Я… Позже, — передумала я, давая себе время на обдумывание.

Выпрямившись, я приподняла уголки губ, стараясь показать, что все хорошо. Оступилась, с кем не бывает. Я не настолько хорошая актриса, как любой из отряда Тары, но кто посмеет чинить допрос королеве? Покосившись на своих Хранителей, я нашла ответ на этот вопрос, но Скорпионов удовлетворила моя отсрочка. Пока что.

Сев за стол в кабинете, я кивнула братьям Хадерж и Талботу, веля остаться. Винтер не возражала, хотя и наградила Ричарда цепким взглядом, получая в ответ его укоризненный. Я слегка озадачилась таким их отношением друг другу, но вовремя вспомнила, что у них в прошлом были точки пересечения, из которых, потом, мог вырасти целый букет взаимных обвинений.

Тара — одна из первых, кто распознал истинные природу и намеренья Джошуа Ревенджа, придя со своими подозрениями к моей матери. Ричард — в прошлом Хранитель Мари Оры. Учитывая, что погибла мама в результате козней Джошуа, Винтер могла считать, что Ричард плохо выполнил свой долг, не приняв всерьез ее предупреждения и не почувствовав угрозу. Талбот же в принципе относился к Воронам без особого тепла. Тем более к бывшему Хранителю одного из династии Ревендж.

Я считала их взаимное недоверие глупостью, но ничего не могла с этим поделать. Только время потеряю, да язык опухнет объяснять очевидные вещи о стечении обстоятельств и невозможности учесть все «если». Впрочем, вряд ли они сами этого не понимают. Слов всегда слишком мало, все по-настоящему важное принимается только после действий.

Кое-кто говорил мне так много слов, чтобы в итоге одним действием просто взять и…

О, нет, только не снова, — протянула Люция.

Отстань, — буркнула я, сама недовольная появлением очередной острой иглы памяти, впившейся глубоко и с размаха.

— Так что случилось? — прервала я тягостное молчание, взглянув на Винтер. Что угодно, лишь бы не думать о том, о ком думать больно.

— Нам стало известно, что династия Теос готовит покушение на вас, Ваше Величество, во время праздника зимнего солнцестояния, — выстрелила новостью капитан Воронов, выдерживая паузу, давая осмыслить только что сказанное.

Первый заговор всегда самый запоминающийся, — отметила Люция, вроде бы нисколько не встревоженная донесением Воронов. На самом деле, в словах духа-хранителя слышалось что-то снисходительное и поучающее. Такой особый учительский тон, появляющийся, когда объясняют нечто совершенно очевидное.

Как всегда я анализировала мелочи, набираясь сил перед обдумыванием самого важного. Заговор. Покушение. Зимнее солнцестояние. Праздник, который готовит для всего клана Гильдия творящих.

Странно, но я не была удивлена. Даже ждала чего-то подобного. Пусть не так скоро (на втором-то месяце правления), но все же ждала. Думаю, ни одна королева не может избежать подобного.

Мне представилась шахматная доска и бесконечные попытки бросить шаг королю. Что-то в этом было. Не хотелось углубляться в философию на банальную избитую тему, так что я, моргнув, перевела взгляд на Скорпионов.

Братья Хадерж не проронили ни слова, однако мне не нужно было слышать, чтобы знать, что они думают. Вернее, чего они ждут, хищно подобравшись, в любую минуту готовясь сорваться и настигнуть врага. Моего слова.

Я встретилась взглядом с Нордом. Не было никаких сомнений, что если сейчас я велю принести мне голову Лестера Теоса — главы династии Теос, его единственным вопросом будет что-то вроде: «в коробке какого цвета?». Но для таких решений слишком мало произнесено. Что возвращает нас к Таре.

— Итак, основную мысль я поняла, — кивнула я Винтер. — Кто еще участвует в заговоре? Полагаю, раз покушение запланировано во время празднества, кто-то из Гильдии творящих замешан? Да и вряд ли Лестеру хватило бы смелости или ума затеять подобное без поддержки кого-либо из собственной Гильдии.

— Вы правы, Ваше Величество, — кивнула Винтер. — Третий?

Еще одна особенность отряда Воронов — их имена никогда не произносятся. Вместо них только числа, под которыми разведчики стоят при построении. И построение их отряда не по росту, а по заслугам. Быть в первой десятке — престижно. Быть в пятерке — более чем престижно. Хотелось бы мне знать, какой по счету была Эйприл. Судя по тому, что она показала, точно среди первых.

Ворон заговорил голосом Лаэрта, предварительно кивнув моему Хранителю, то ли этим жестом извинившись, то ли спросив разрешения, то ли предупредив. Возможно, всего понемногу.

— Этим утром в дом Лестера Теоса нанесла визит леди Арвес. При ней были замечены чертежи Дома Творцов и планы по украшению главной залы к балу, завершившему бы празднество. Во время беседы, состоявшейся в кабинете Теоса, из всего прозвучавшего мне удалось выявить их достаточно простой и весьма неоригинальный план, — в последних словах мне почудилась презрительная насмешка. Наверное, Третий из Воронов много раз раскрывал заговоры куда более впечатлившие его, чем этот.

— И в чем же он заключается? — опередил меня Норд, рука которого уже лежала на рукояти сабли, скорее всего, незаметно для него самого.

— Пригласить Ее Величество на танец, тем самым уведя подальше от Хранителей и стражи, воспламенить декорации, поднять суматоху и панику, чтобы в толпе воинам было тяжело быстро пробиться к королеве, и, среди давки и общего переполоха, заколоть Ее Величество, воспользовавшись тем, что ей еще нет восемнадцати.

Да. И, правда, скучно. В голове раздалось что-то похожее на зевок.

Никакой фантазии, — согласилась Люция. — Где все эти интриги, подкупы слуг, яды в букетах цветов и постельном белье?

А подобное бывало? — поинтересовалась я, чуть передернувшись от перечисленных рысью вариантов.

И не раз, — фыркнула дух-хранитель. — Почему-то редко кто помнит о пророческом даре династии Брендон, а меж тем, именно он — основная причина, по которой все попытки проваливались. Трудно убить того, кто способен увидеть твой замысел еще на стадии обдумывания.

Точно, — поддакнула я, промолчав о том, что даже не задумалась о подобном.

Честно говоря, когда Ворон передал упоминание заговорщиками моего возраста, я подумала, что это относится к отсутствию у меня бессмертия и регенерации, но Люция напомнила о кое-чём более весомом.

В конце концов, можно нанести такой ущерб, что никакое исцеление не поможет, а вот суметь подобраться со своим планом незамеченным к ведьме с даром предвиденья, не вызвав подозрений, миновать Хранителей… Задача, выполнимая только пока мой дар не вступил в полную силу. То есть, пока мне не исполнилось восемнадцати.

— Значит, Арвес, — кивнула я, судя по тому, как нахмурился Ричард, выглядя совершенно спокойной.

— Вы предвидели это, Ваше Величество? — спросила Винтер, как и все присутствующие мужчины, ожидая от меня чего-то более эмоционального. Что ж, видимо, я усвоила мамины уроки как себя вести в различных ситуациях лучше, чем сама могла ожидать.

— Нет, но их поведение было подозрительным для меня, — пожала я плечами. — После смерти Эрика, своего старшего сына, Арвесы без скандалов, добровольно ушли с поста возглавляющих Гильдию, уступив это место династии Каллахан. Полагаю, траур по наследнику разбавлялся планами мести и поиском союзников. С этим все достаточно ясно. Но почему Теос?

Мне было известно, что Теос входит в список династий, поддержавших режим Ревенджей. Не так очевидно, как Арвесы, или Стоуны, но все же сотрудничая с Джошуа и Карлом, когда тем того требовалось. Но почему они зашевелились сейчас? И какой у них мотив?

— За последнее время Лестер встречался с Джозефом Стоуном? — задала я следующий вопрос, когда стало ясно, что на предыдущий ответа не было.

— Нет, Ваше Величество, — уверенно высказал Третий.

— Я тоже подумала, что ветер дует с этой стороны и уточнила у приставленного к династии Стоун Ворона, есть ли у того какие-либо дела с Теос, — заговорила Тара. — Ничего. Ни встреч, ни переписки, ни телепатических сообщений.

— Есть кто-то, кто вхож в дома этих династий? — выдвинула я следующее предположение.

Винтер и Третий переглянулись, мысленно переговариваясь. Тем временем, ко мне так же невербально обратился Норд:

— Моя королева, я понимаю твое желание обвинить Джозефа Стоуна, как и твое отношение к нему, но поиск его причастности к каждой угрозе может ослепить тебя.

Глубоко вздохнув, я повторила про себя слова Старшего Хранителя, кивнув ему.

— Ты прав, Норд, — признала я. — Спасибо.

Я знала, что отец Марка никогда не был сторонником династии Брендон на троне, и это мягко сказано. Моих предшественниц, взошедших на престол с опытом, даром и сформированным представлением о правлении, он, скорее всего, побаивался. Их, но не меня. За первый месяц с короной на голове я поняла, что Джозеф Стоун не единственный, кто думает обо мне, как о глупышке, символе прежних времен, поддерживаемом народом.

Моя победа над Джошуа Ревенджем в любом случае не смогла бы остудить чужие амбиции надолго. И вот первые подвижки этого «таянья». Не хочется признавать, но сейчас я и, правда, уязвима больше, чем могла бы быть. Мой возраст, эмоциональное состояние, отсутствие опыта, все играет против меня, и даже часть этого нечем уравновесить.

— В оба дома заходили только Чайки. У Джозефа Стоуна залихорадила жена, и он потребовал, чтобы лечила ее лично капитан Вест, а у Теоса недавно родила дочь, осматривали ее Кристина Грей и Гертруда Вест, как капитан, наблюдающая всех новорожденных Темной Горы, — ответила Винтер, очевидно, связавшись с Вороном, приставленным к дому Стоунов.

— Понятно, — я побарабанила пальцами по подлокотникам кресла. — Значит, Арвес и Теос. Династии, находящиеся в собственных Гильдиях на вторых позициях.

Поставив локти на стол, я свела пальцы шпилем, раздумывая, что делать. Понятно, что монарха из чувства мести не свергают. Предположим, заговор удастся, и что дальше? Новый режим, кровавая борьба за трон и итогом новоиспеченный Джошуа? Или же, это змеи все из той же норы?

— Ваше Величество, что прикажете? — осторожно напомнила о себе Винтер.

— Мне с трудом верится, что Теос и Арвес сами все это затеяли. Я не понимаю, чего ради, ведь при неудаче оба теряют слишком многое… — Оборвавшись, я посмотрела на Воронов. — Узнайте, что они планируют дальше в случае успеха, и участвует ли в заговоре еще кто-то.

— Кто-то, как, например, Карл Ревендж? — спросила Тара, понимающе посмотрев на меня.

— Именно, — кивнула я.

— Это можно было бы узнать, допросив их, — подал голос Ян, которому редко когда нравилась затея с «подождать».

— Можно, но, заключив их под стражу, мы рискуем спугнуть того, о ком еще не знаем, — покачала я головой. — Норд?

— Я согласен, моя королева. Лучше сжечь все чудовище, чем отсекать по одной голове за раз, — мудро изрек Старший Хранитель, и мне показалось, что я услышала цоканье Ричарда Талбота.

— Ричард? — я обратилась к Талботу, стоявшему у окна со скрещенными на груди руками. — Что-то не так?

Секретарь хмуро посмотрел на меня, а потом на остальных присутствующих:

— Сами того не осознавая, Вы повторяете путь своей матери, и это тревожит меня, Ваше Величество. Если позволите, я хотел бы предложить то, что когда-то, в схожей ситуации, советовал Мари Оре.

— Конечно, я слушаю, Ричард, — серьезно ответила я, сетуя, что не догадалась спросить, что он думает ранее, до озвучивания собственного решения.

— Разделите заговорщиков, заставьте сомневаться друг в друге. Тогда один, стараясь спастись, выдаст другого и все, что знает, в обмен на помилование, — Талбот приподнял бровь. — Например, несколько раз подряд окажите особую благосклонность одному на глазах у второго, создайте впечатление, что прекрасно общаетесь, — бывший Хранитель матери пожал плечами: — Разумеется, можно придумать нечто более изящное.

— Хорошая идея, — одобрила Тара, Скорпионы так же закивали, и Талбот немного расслабился. — Информация данная добровольно, чтобы спасти собственную шкуру всегда более полная и достоверная.

Я не спешила присоединяться к их одобрению, соглашаясь, что задумка хороша, но не конкретно для этого заговора, учитывая, что один из его участников — мать, потерявшая своего первенца, наследника и надежду династии. Эрик погиб от руки… вернее, от когтей моего…. уже не моего… Неважно. Суть в том, что она точно не купится на мое «хорошее» отношение к себе, даже если бы мое актерское мастерство дотягивало до уровня Воронов. А если выбрать Лестера, опять же, она вряд ли прибежит кляузничать, чтобы выгородиться, о чем я и поспешила сообщить своим защитникам.

Велев Воронам действовать, как было сказано ранее, я отпустила их, откидываясь на спинку кресла. Ричард вышел из кабинета, прихватив папку и свой блокнот, отправившись за моей почтой. Едва за ним закрылась дверь, как я чуть ли не физически ощутила на себе взгляды Хранителей.

— Что произошло на лестнице? — спросил Норд.

Так и знала, что они быстро вернутся к этой теме.

— Я… что-то почувствовала в тот момент… Странную тревогу, как будто на секунду шагнула в пропасть, и все внутри перевернулось, — я поморщилась, вспоминая это неприятное ощущение.

— Тревога, связанная с… — Анис со значением посмотрел на меня, давая закончить фразу самой.

— Не знаю, — я сжала виски пальцами, пытаясь уловить и понять больше. — Ничего конкретного, никаких образов или мыслей, только это паршивое, выбивающее из колеи мерзкое чувство надвигающейся гадости.

— Значит, все-таки гадость? — нахмурился Лаэрт, переглянувшись с братьями.

— Ну, вряд ли это может означать что-то хорошее, — скептично протянула я, снова ощущая тошноту. Возможно, плотный завтрак был не такой уж хорошей идеей. — Так что ждем очередной проблемы.

Скорпионы одинаково кисло посмотрели на меня, то ли упрекая в отсутствии оптимизма (кто бы говорил, что называется), то ли говоря, что проблем и так уже достаточно, и новые могут притормозить где-нибудь до лучших времен. Я пожала плечами, за последнее время подзабыв, как это: смотреть на вещи позитивно. Вокруг меня зацветало болото, и я как глупая лягушка сидела на кочке и охотилась на мошек, не подозревая о приближении гадюки, уже скользящей где-то за спиной.

Премерзкие сравнения, сами собой возникающие в голове, уже давно не удивляли. Обычно это служило знаком, подсовываемым мне даром. В прошлый раз, на Лекарь-поле с Кровавыми Всадниками, и сейчас тоже…

— Ри? — позвал меня Норд. — Ты почувствовала еще что-то?

— Не знаю, — я уронила голову на руки, спрятав лицо. — Мне сложно понять, какая мысль моя, а какая относится к дару предвиденья. Надеюсь, после восемнадцатилетия, эта проблема исчезнет.

Вернулся Ричард, и Скорпионы, верно поняв мой взгляд, вышли из кабинета. Я знала, что Норд и Лаэрт остались в коридоре, в то время как Анис и Ян отправились выполнять свои обязанности Ястребов. Я также знала, что все утренние «приключения» с непонятными снами, необычным поведением вроде внезапного аппетита, предчувствиями, новостью о заговоре и странными мыслями-сравнениями указывают на какую-то вот-вот готовую упасть мне на голову проблему.

Понятия не имею, все ли из этого связано между собой, но лучше бы так и было. Опыт подсказывал, что лучше уж разбираться с одной большой гадостью, чем с множеством мелких.