Глава 16

Глава 16

— По моей команде, — быстро сказала я Скорпионам, глядя в глаза Пейлан:

— Выполняешь за Карла грязную работу?

Фрэнс повела плечом:

— Не сказать, что мне это в новинку. Для Мари я делала вещи и похуже. Все мы. Талбот не рассказывал?

Я подавила в себе желание разразиться пафосной речью и громкими словами в защиту матери и неверием в сказанное Пейлан. Она хотела выбить меня из колеи, не стоит доставлять ей такое удовольствие.

— Как-то не удосужился, — скопировала я ее жест. — Хочешь просветить меня?

— Нет времени, — тяжело вздохнула Фрэнс, а потом вскинула руку быстрее, чем я когда-либо видела. Рывок Норда, взмах саблей, и острый кинжал отлетел в кусты. Мне вспомнилось, что Ричард Талбот говорил о Пейлан, как об одной из лучших в метании ножей. Невольно пришлось согласиться.

— Спасибо… — запоздало среагировала я на вмешательство Старшего Хранителя.

— Рад служить, моя королева, — отозвался Норд, и даже мысленный его голос был полон напряжения. Пейлан — опытный воин, а восемь пока что не сдвинувшихся с места анхеотов неплохая вспомогательная сила. Столкновение ожидается жаркое, особенно, если учесть, что нас со Скорпионами уже потрепало у стен поселения.

— Вижу, династия Хадерж по-прежнему соответствует репутации, заработанной предыдущими поколениями, — как ни в чем не бывало, заговорила Пейлан. — Но скоростью до своего отца, Валианта, вы не дотягиваете. Он был быстрее мысли, считывал ход противника раньше, чем тот собирался о нем подумать.

— У тебя нет права произносить его имени, — выплюнул Ян. — Как и у любого, кто попрал свой долг и запятнал честь.

— Ученик всегда имеет право упоминать своего учителя, — приподняла бровь Пейлан, и я мысленно застонала. Почему никто не говорил, что Фрэнс обучалась у одного из самых легендарных воинов времен правления бабушки Оры? — Помнится мне, вы такой милости не удостоились, мальчики? Валиант отчего-то отказался заниматься вашим обучением.

— Она вас провоцирует, — высказала я очевидное.

— Зря старается, — спокойно ответил Норд, позволив мне надеяться, что обидные слова Фрэнс, затрагивающие такую личную тему, как их семья (случаи, когда Скорпионы говорили о погибших членах своей династии, можно было пересчитать по пальцам одной руки), не задевает братьев.

— Итак. Элементарное уравнение, мисс Брендон, — Фрэнс обвела рукой полянку, снова возвращаясь к учительскому тону. — У меня есть то, что нужно тебе, — она продемонстрировала небольшой пузырек на серебряной цепочке с чем-то черно-желтым внутри. — А у тебя то, что нужно мне.

— О чем она? — не поняли Скорпионы.

— Понятия не имею, — ответила я, раздумывая, достаточно ли правдоподобно это прозвучало. Никто не снимал с меня обязательства хранить тайну ключа от Врат Тьмы, даже если ничто не мешало Карлу делиться ей с каждым встречным.

Скорпионы не стали настаивать, но я чувствовала, что они мне не поверили. Сжав руку в кулак, я с силой впилась ногтями в кожу, напоминая себе, что так надо. Если Карл не боялся напропалую гневить богов своими действиями, то это его проблемы. За все приходит расплата. И лучше уж я буду обвиняться в скрытности и недоверии, чем в разбалтывании тайн мирозданья.

— Все не так просто, Полли, — я нарочно использовала имя, под которым она была известна в Вэндскопе. — Мне нужен не только ключ от портала.

— Что же еще? — насмешливо спросила Пейлан, но что-то подсказывало мне, что она догадывается о моем ответе.

— Твоя смерть.

Лучшего перехода к бою было не найти. Фрэнс что-то гортанно крикнула, как я подозреваю, команду демонам атаковать, и анхеоты сорвались с места. Судя по тому, как Пейлан отошла назад, она предпочла дождаться, пока весь этот рогатый табун убьет или обессилит нас. Предсказуемо для приспешника Ревенджа, позорно для некогда уважаемого воина и Хранителя королевы.

— Пять стихий! — скомандовала я Скорпионам, решив заняться Пейлан позже. Сначала нужно было расправиться с анхеотами.

Названный мной прием идеально подходил под ситуацию, хотя и был труден для применения. Не у всякой ведьмы хватало воли и сил управлять стихией на таком уровне. Каждый из нашей пятерки призвал одну стихию. Я выбрала энергию своей родной Воды, бурную, живительную и непокорную и пустила ее вперед синим потоком. К ней присоединился зеленый Земли от Лаэрта, красный Огня Яна, белый Молнии Аниса и голубой Воздуха Норда.

Пять потоков слились в один, перемешавшись между собой, и растянулись разноцветной пульсирующей стеной перед нами. Четыре анхеота, не успев затормозить, влетели в нее на полной скорости и тут же увязли.

Сморгнув пот, я придала своему потоку разрушительную силу поглощения. Уж если вода захочет, она способна уничтожить все, что угодно. Наводнения, паводок, цунами, ярость, с какой волны разбиваются о берег… Да, иногда моя родная стихия могла быть беспощадней огня, суровее самого ледяного и свирепого ветра и столь же бесконечной, как земля. Секрет в том, чтобы понимать и принимать эту ее сторону.

Скорпионы проделали то же самое, задействовав «темные» стороны призванных стихий. Стена заискрилась вокруг застывших в ней анхеотов. Смешенная энергия, нацеленная на уничтожение, просачивалась в демонов, словно те были губками, а не существами из плоти и крови. Один попытался провернуть трюк с обращением в черный дым, но было слишком поздно. Мощь пяти стихий разорвала всю четверку на кусочки.

Пошатнувшись от импульса уничтожения, возникшего после этого, я устояла на месте, как и мои Хранители. Стена пяти стихий, служащая и щитом, и смертоносным оружием, распалась, предназначенная только для разового использования. В смысле, использовать-то ее можно было сколько угодно раз за бой, вот только сил, как правило, хватало лишь на один призыв такой мощи.

Похоже, Фрэнс была впечатлена нашей со Скорпионами работой. Насколько мне было известно, редко кто может выполнить этот прием результативно, слишком много вещей, от которых он зависит. Начиная от силы и понимания используемой стихии одной ведьмой, до ее доверия к остальным четырем. Слава Таврике, ни у меня, ни у моих Хранителей, проблем с этим никогда не возникало.

Итого минус четыре твари. Осталось пять, включая Пейлан, назвать которую иначе язык не поворачивался. Как раз по одному противнику на каждого. Нетрудно догадаться, бой с кем я предвкушала.

— Займитесь анхеотами, Фрэнс — моя, — безапелляционно заявила я. За предательство одной Брендон ее накажет другая. Все правильно.

— Ри, ты уверена, что… — Анис пытался мягко намекнуть мне не ввязываться в бой с таким опытным противником, учитывая, что я уже здорово выложилась в низине и сейчас на «пяти стихиях». Сомневаюсь, что подобное как-то влияло на суждение Скорпионов. Даже будь я переполнена энергией и силой, Хранители все равно бы старались уберечь меня от подобного.

— Уверена.

Что бы там ни было в моем взгляде, но Анис серьезно кивнул, и возражений от его братьев не последовало. Они не любили этого признавать, но правда заключалась в том, что я не просто их подопечная, и не только королева, но еще и воин. Воины не отсиживаются за спинами товарищей, и не ждут, когда враг будет повержен. Воины действуют. Призывают клинок, стихию и действуют.

Скорпионы схлестнулись с анхеотами, и я проскочила в просвет между Нордом и Лаэртом, уклонившись от когтистой лапы демона. Его тухлое дыхание, на миг коснувшись щеки, исчезло, чему поспособствовали пара сфер яростного ветра от Норда. Призвав стихию Воздуха, я прыгнула еще раз, перелетая Яна и его противника, и, наконец-то, оказываясь в пяти шагах от Пейлан.

Она даже не шелохнулась. Просто смотрела, то ли оценивая, то ли просчитывая, как лучше атаковать. Я не хотела понимать значение ее взгляда, зная, что в нем есть еще что-то. Что-то, что мне особо не понравится.

Сабля в ее руке оказалась раньше, чем я моргнула, и Фрэнс шагнула вправо, начиная танец. Я переступила влево, настороженно следя за ее движениями, стараясь ничего не упускать из виду. В отличие от своей тетки Эйприл, она не была Вороном, не носила маски, и лицо могло ее выдать.

Могло, но я упустила ее опыт Хранителя королевы. Любой Скорпион умел принимать вид абсолютно безразличный и невозмутимый, независимо от того, чем занимался. Для тех, кто обязан хранить чужие тайны пуще собственных — это считалось обязательным навыком.

Нужно вывести ее на реакцию. Эмоции порождают ошибки, по себе знаю. Лучше всего подобное умел проделывать Марк. Мы шутили, что его врожденный талант — выбешивать окружающих, но, на самом деле, каким-то образом Стоун с первого взгляда улавливал, что способно задеть человека и вывести его из себя.

У меня не было подобного дара, но я достаточно видела, как действовал Марк, чтобы освоить несколько базовых приемов. Да и я изначально знаю, куда бить. Однако она начала первой:

— Для Ястреба вы слишком нерешительны, мисс Брендон, — отметила Пейлан, когда мы почти что прошли полный круг. Я постаралась не подать виду, как меня раздражает этот ее учительский тон.

— Нерешительность — это неуверенность. А я уверена, что ты заслуживаешь смерти, — ответила я.

— Пафос речей Мари ни с чем не спутать, — повела носом Фрэнс.

— Не тебе говорить о моей матери.

— Разве? Я знаю о ней такое, от чего у тебя, малышка, волосы дыбом встанут.

— Неужели? — передразнила я Фрэнс, в этот же момент делая выпад и швыряя сферу Молний ей в грудь.

Воздушная волна отбросила ту прочь, Пейлан легко, и будто бы даже лениво скользнула своим клинком по моему, но в ее блоке чувствовалась сила, незаметная глазу. Ладонь, обхватывающая эфес, загудела, я ушла от скрещения одним из уклонов Норда, и мы разорвали дистанцию, снова закружив по часовой стрелке.

— По ее приказу я убивала стольких, что перечислить дня не хватит, — предприняла еще одну попытку Пейлан.

— Она была королевой — это одна из сторон правления, — невозмутимо сказала я, хотя все внутри жаждало потребовать от Фрэнс разъяснений. Но я не собиралась попадаться на крючок этой очевидной удочки.

— Да… — протянула предательница, усмехнувшись. — Ты действительно кое в чем отличаешься от своей матери. Налет лицемерия пока что отсутствует.

— Чего не скажешь о тебе, — бросила я кость, и она, как это ни удивительно, схватила ее.

— О чем ты?

Мы снова скрестили клинки, при этом нейтрализовав стихийные атаки друг друга. Снова избежав патовой позиции, я провела колющий, Пейлан выставила блок и повторно разорвала дистанцию. Третье кружение стойко проассоциировалось с началом третьего раунда, как будто велся негласный счет.

— Ты знала мою мать всю жизнь, была ее другом и Хранителем. Что-то я сомневаюсь, что служа ей и защищая, ты когда-либо осуждала ее действия. Я знаю всю историю, Пейлан, можешь не трудиться. Вы поехали в Вэндскоп, обе полюбили моего отца, он выбрал ее, ты этого не выдержала и оставила ее, покинув при этом клан, сошлась с Ревенджем, родила от него сына, выросшего извращенным убийцей. Кроме всего прочего, через семь лет после ухода ты вернулась и убила моего отца, человека, любовь к которому вроде как оказалась для тебя сильнее верности подопечному и королеве. Но вы, Фрэнсы, пошли еще дальше, поджидая меня в Вэндскопе по указке Джошуа и убив Рика Фокса, а теперь служите Карлу. Ну как? Я ничего не упустила?

Если бы все мое внимание не было сосредоточено на Пейлан, вряд ли я бы заметила ту бурю эмоций, полыхнувшую в ее глазах, прежде чем она успела взять себя в руки. Удивление, если не сказать, потрясение, приправленное возмущением и раздражением. Не понравилось, как она выглядит в этом сжатом пересказе всех ключевых моментов ее жизни? Что-то не похоже…

В следующий момент меня спасло только то, что я была ведьмой, урожденной со стихией Воды, как и Фрэнс. Это позволило вовремя выставить блок против одного из самых страшных приемов этой энергии — иссушения. Обычно, его используют при пытках, или как один из способов казни. Чувствовать, как вся жидкость, а вместе с ней и жизнь выходит из твоего тела… Поистине страшная смерть

— Вот, значит, что Мари скормила всем… — сдавленно процедила Пейлан, похоже, нисколько не удивившись тому, что я избежала иссушения. — Как похоже на ее привычное опускание всех концов в воду… Все плохие изгнаны, все хорошие — герои и страдальцы. Даже с того света она достает меня своими сказочками!

Я вскрикнула, падая и перекатываясь по снегу. Клинок принял на себя два заряда Молний, еще два отмела воздушная волна, призванная не мной. Кто-то из Скорпионов вовремя подсуетился, несмотря на то, что все они по-прежнему были заняты своими противниками.

— Все было не так? — спросила я, вставая не раньше, чем передо мной возник щит Воды.

— Уж, конечно же, нет, — ядовито огрызнулась Пейлан. Вот теперь я точно вывела ее на эмоцию. Успех.

— Кто бы сомневался, — подбавила я масла в огонь своей насмешкой, сомневаясь, что что-то тут может быть по-другому. Старая, как мир, история о лучших подругах, пока их взгляды не остановились на одном и том же мужчине. Наличие у ведьм магических способностей и высшего призвания бороться с нечистью не освобождало от человеческих пороков и страстей. Проверено и перепроверено.

— Действительно, — едко передразнила меня Пейлан, останавливаясь на месте, в метре от меня. Прокрутив саблю в руке, она окунула ее острие в снег, тем самым показывая, что берет паузу. К сожалению, передышка была нужна мне даже больше, чем Фрэнс, и я последовала ее примеру, досадуя, что пропускаю отличный момент для атаки.

— Я, Ричард, Мари и Льюис, — Пейлан скривилась на последних именах, словно прожевала пиявку, — остановились в Вэндскопе. Как Старший Хранитель, я находилась рядом с ней постоянно, в том числе и в школе. Я познакомилась с Альбертом раньше Мари, было в этом юном смертном нечто притягивающее, нечто необыкновенное, нечто, вскружившее мне голову. Мари, конечно же, сразу увидела это и вмешалась. Она очаровала Ала с той же легкостью, с какой всегда обводила вокруг пальца весь Совет и Ричарда с Льюисом, хотя последнему хватало и одной ее улыбочки. Влюбленный идиот. — Предательница передернула плечами, в то время как я сцепила зубы, прикусив язык, чтобы не разразиться тирадой, куда она может заткнуть все эти марающие родных мне людей слова. — Когда я указала Мари на то, что она поступает, мягко говоря, недостойно собственного рода, она выдала один из этих своих понимающе-сочувственных взглядов и сказала, что уберегает меня. Якобы ей было видение, что именно он, из всех сотен ведьм и смертных, станет отцом ее ребенка, а через шесть лет после рождения чада погибнет. — Пейлан фыркнула, поднимая клинок и проводя по стали пальцем. — Я… разозлилась. Тот единственный, кто понравился мне — был забран ей, и для чего? Зачать и умереть через пару лет. Думаешь, она хотела его спасти? Думаешь, пыталась как-то уберечь? Нет, это же Мари и ее миурхатова вера в судьбу и предопределение! Лучше думать так, чем признать собственную привычку использовать других и выбрасывать их потом на помойку за ненадобностью!

Из-за спины донеслись какие-то особо громкие и мерзкие звуки, но я не обернулась, опасаясь оставлять Фрэнс в слепой зоне. Сейчас она на волнах памяти, но это не помешает ей напасть в первый же удобный момент. Я свой удачно пропустила, приводя в норму дыхание и проверяя магические резервы.

К слову сказать, до истощения мне было еще далековато, но все же такая перспектива вырисовывалась. Все зависит от того, сколько еще раз придется обращаться к стихиям прежде, чем все будет кончено: Пейлан мертва, портал закрыт, а все демоны до последнего талима уничтожены.

— Что там происходит? — спросила я у Норда, не сводя глаз с Фрэнс, переводившей дыхание. Наверняка от такого монолога в горле запершило.

— Небольшое подкрепление демонам. Мы займемся, — спокойно ответил Хранитель.

Уверенная, что Скорпионы справятся, я холодно посмотрела на Пейлан, казалось, полностью увлеченную скольжением пальцев по клинку. Повеяло большей ненормальностью, чем я могла ожидать от одной из Фрэнсов.

— Есть еще что добавить? — спросила я, когда ее пауза затянулась, а в движениях стало проскальзывать нечто маниакальное.

— О, осталась самая интересная часть истории, — взгляд Пейлан вернулся ко мне, и я едва удержала себя от желания сделать шаг назад.

Безумие. Ненависть. Боль. Никакой сдержанности, надменности, презрения, ничего из того, что она показывала раньше. Все это было слишком тусклым, слишком слабым, слишком мелким. Лужи в сравнении с океаном. Такие эмоции… Что бы сейчас ни собиралась сказать Фрэнс — она свято в это верит.

— Я бы даже сказала: самая впечатляющая ее часть, — пугающе тихо ответила Фрэнс. От ее тона по моей многострадальной спине побежали мурашки, и почему-то подумалось о наркозе перед ампутацией конечности. Странные мысли, но именно так это и ощущалось. Как будто после ее слов я лишусь чего-то жизненно-важного.

— Я вернулась в Вэндскоп, чтобы спасти Ала. И я это сделала. Он перевернулся на лодке, ударился головой, а я вытащила его из воды и откачала. А потом появился Льюис, наш фанатично-преданный Хранитель, и убил Альберта прямо на моих руках. По приказу Мари, разумеется.

Я… растерялась. Что она мелет? Мама руками Льюиса убила своего мужа, моего отца??? Что за бред?

Ярость сотрясала тело, казалось, кровь закипала. На несколько мгновений четкая картинка перед глазами исчезла — это выступили слезы злость и обиды, последнее, что я хотела бы демонстрировать Пейлан.

— Ты… Я убью тебя, — сдавленно проговорила я, крепче сжимая эфес сабли.

— Попытаешься, ты хотела сказать, — самоуверенно и вместе с тем легко бросила мне Фрэнс.

— Я сказала то, что сказала.

Это было точкой. Больше никаких бесед и передышек. Вдохнув сквозь стиснутые зубы, я проигнорировала мысленные одергивания своих Хранителей, ощутивших мое бешенство по нашей связи.

Сорвавшись с места, я подскочила к Пейлан, проводя замах в качестве отвлекающего маневра, в последний момент выпуская клинок и атакуя эту мразь Огнем и Молнией с двух рук. Едва последняя трескучая сфера Молнии сорвалась с пальцев, они снова обхватили эфес призванной обратно сабли.

Пейлан закрылась Воздухом, хотя я надеялась, что она замнется и рефлекторно призовет родную стихию, которая нейтрализовала бы Огонь, но для Молнии послужила бы идеальным проводником. Иногда в пылу битвы на это попадались, но Фрэнс уже давно не новичок и сражается не первый век.

— Хорошая попытка, — усмехнулась Фрэнс, посчитав мой маневр детским. По правде говоря, он таким и был, но не признавать же это вслух. Вот еще.

— Следующая будет еще лучше, — натужено произнесла я, спуская с руки хлыст Воздуха, при определенном количестве силы ведьмы способный рассечь плоть куда как лучше стали.

Ты ведешь себя точно так, как хотела видеть с ее стороны, — упрекнула меня Люция.

Я рассерженно отмахнулась от духа, не желая этого признавать. Согласно моему изначальному плану — психовать должна была Пейлан, но никак не я. Выходило наоборот.

Ненавижу, когда ты права, — буркнула я, разрывая дистанцию с Фрэнс и слыша позади ожесточенный бой своих Хранителей с демонами. Подкрепление оказалось солиднее, чем я предполагала, если они до сих пор не расправились с тварями.

А я всегда права, — самодовольно протянула Люция.

Хоть что-то из того, что сказала Пейлан — правда? — резко сменила я тему, уходя в защиту и успешно избегая стихийные сферы Фрэнс. Она играла со мной, как кошка с мышкой, и это раздражало еще больше, чем моя неспособность достать до нее.

Я не только дух, но еще и хранитель, а ты сама прекрасно знаешь, что входит в обязанности Хранителей, — совершенно неожиданно высказала Люц и исчезла.

Вроде бы ушла от ответа, и все же намекнула…. Некогда об этом думать. Позже.

Бой на клинках стал более интенсивным, когда в помощь я призвала все, чему учили меня Скорпионы. На магию больше не было времени ни у меня, ни у Пейлан. Клинки сталкивались с оглушительным звоном, на пределе ведьмовских скоростей мы перемещались вокруг друг друга. Возможно, сейчас для смертного мы могли бы выглядеть, как размытые пятна.

Снег летел из-под ног, создавая дополнительную «приятность», поднявшийся ветер сыпал на нас снежными шапками с веток, одна такая угодила мне на голову, и ледяные кристаллики проникли за ворот формы, заставляя поежиться. Это секундное движение едва не стоило мне уха.

Выучив кое-что за эту секунду, я направила слабый поток Воздуха на ветви над головой Пейлан. Она разгадала задумку, но все же замешкалась достаточно, чтобы ее окатило снегом, как и меня ранее. Предательница увернулась от моего замаха, однако перестала ориентироваться в пространстве, стараясь проморгаться, и я рискнула. Напролом, совсем не умно, по-дилетантски, открывшись всем атакам, я упала на утоптанный снег и быстро подкатилась ей под ноги. Среагировав на это приближение, Пейлан опустила клинок, и я выставила свой, обеими руками держась за сталь и по инерции врезаясь корпусом в ее ноги.

Пошатнувшись, Фрэнс не удержалась и потеряла равновесие, заваливаясь через меня. Довольно и, вместе с тем, воинственно вскрикнув, я, воспользовавшись падением Пейлан, выбила саблю из ее ослабшей руки, набрасываясь сверху. В руке Фрэнс сверкнул нож, должно быть, достала его из голенища сапога, и она выставила его против моей сабли, умудряясь удерживать ту подальше от своей шеи, несмотря на мой напор.

Не выдерживая натиска, Пейлан пошла на хитрость. Вернее, подлость. Зачерпнув снега свободной рукой, она бросила его мне в лицо, дезориентируя, и вот уже она сверху, а я в блокирующей позиции.

— Отдай ключ, — прошипела она.

— Попро…буй…забери!

Фрэнс уставилась на что-то впереди, словно бы потеряв интерес к нашему противоборству. Я взбрыкнула, лезвие ножа проскользнуло по клинку дальше, высекая искру, и та упала мне на щеку. Скривившись, я упустила движение Пейлан, лишь ощутив, что на саблю больше ничего не давит, да и на меня тоже.

Извернувшись, не понимая, что задумала Фрэнс и почему вскочила с меня, находясь в выигрышной позиции, я обнаружила ее бегущей к Лаэрту, сейчас самому близкому к нам Скорпиону. Миурхотово отродье!

— Лаэрт!!! — закричала я, вскакивая на ноги и устремляясь к Хранителю, чуть опаздывая за предательницей. Должно быть, чувство мести пересилило в ней чувство долга (или что у нее там к Ревенджам), и она решила убить того, кто отнял жизнь ее сына, отмахнувшись от добычи ключа от Врат Тьмы.

Лаэрт сражался с анхеотом, но, услышав мой окрик, обернулся, уходя одновременно от хвоста демона и ее замаха. Мне оставалось преодолеть до них совсем ничего, когда прямо передо мной что-то сильно примяло снег и стерло все следы от лап и подошв, шлепнувшись сверху. Что-то достаточно громоздкое и большое… Меяр, слившийся с окружающей средой, подобно хамелеону. Шоарова свита!

Выдохнув, я использовала то, чему Скорпионы научили меня совсем недавно, то, что помогло мне в дуэли с Джошуа. Обострила чувства, перестав опираться на зрение, тем более что в этом случае, толку от него не было. Перейдя в этот режим, я отступила вправо, ощутив лишь поток воздуха от хвоста, а не удар.

Это позволило определить, где сейчас тварь, и я не стала терять времени, краем глаза видя Лаэрта, бившегося на два фронта. Никто из братьев не мог подступиться к нему, мешали стекающиеся на поляну демоны. Думаю, это был резерв, который Пейлан оставила неподалеку в лесу, на случай схватки с кем-то серьезным. Вроде четырех универсалов и королевы клана. Возможно, резервов было несколько.

Я прыгнула, призывая Молнию и пуская ее через клинок. Со стороны могло показаться, что я вонзаю клинок в воздух, тренируя выпад. Возникший после это рев, и меяр, образовавшийся вокруг сабли, из-за раны вновь ставший видимым, разубедили бы кого угодно.

Оттолкнув тушу ногой, я быстрым движением, крепче сжав эфес, снесла ему голову, успевая порадоваться, что магически закаленная сталь способна разрезать что угодно в руках того, кто умеет с ней обращаться. Вернее, кому предначертано ей владеть. Кому как не Ястребу разбираться в таких тонкостях?

Перемахнув через поверженного меяра, я атаковала Пейлан, вынуждая позабыть о моем Хранителе.

— Мы еще не закончили, Прюэтт.

— Разумеется, мисс Брендон.

В едином порыве отвергнув магические приемы, мы снова сошлись на клинках. Одержимость Пейлан Лаэртом снова проявилась, когда она взвилась вверх и, парируя мой замах, другой рукой метнула в него нож.

— Я могу заняться ей? — спросил у меня Хранитель, и я облегченно выдохнула про себя, поняв, что предательница промахнулась.

— Я не собираюсь давать ей то, что она хочет, — процедила я, снова напирая на Фрэнс и избегая ее подсечки.

— Как прикажет моя королева, — в голосе Лаэрта слышалась досада. Похоже, Скорпиону хотелось убить Фрэнс не меньше, чем Пейлан его.

Сморгнув пот, я ускользнула от колющего вправо, избежала резкого выпада в живот и заблокировала клинок предательницы снизу, сетуя на ее превосходство надо мной в росте. Если бы не это, я смогла бы провести более действенный прием.

Еще пара бесполезных скрещений клинков, я поднырнула под ее руку, увидев для себя возможность. Сабля последовала за мной продолжением руки, острие уткнулось во что-то плотное, Пейлан коротко вздохнула, и ответила ударом эфеса по голове. Охнув, я отшатнулась, стараясь не терять фокуса и убрать яркие точки перед глазами. Фрэнс сделала то же самое. Отступила.

Помотав головой, я поняла причину, по которой она замешкала. Пейлан стояла в нескольких шагах от меня, неверяще разглядывая свою руку, с ее пальцев в снег упала пара красных капель. На белом обмундировании бывшей Хранительницы моей матери отчетливо проступило алое пятно. Кровь. Я все же достала ее, ранив в живот.

Не дав себе опомниться, тем более ей, я ринулась вперед, и наши сабли снова встретились. Яростно вскрикнув, Пейлан ушла в сторону, резко перестав сдерживать мой клинок своим. По инерции я завалилась вперед и получила по спине саблей плашмя, на что шрамы буквально воспламенились. Пока я падала в снег, показалось, что они сгорели дотла вместе со спиной и снова возродились. Еще болезненней и больше предыдущих.

Быстро перевернувшись, загребая снега за воротник, я увидела, что Пейлан снова ринулась к Лаэрту, на этот раз сражающемуся спиной к спине с Нордом. Раненая или нет, она не собиралась сдаваться, обуреваемая жаждой мести. Перекатившись на колени, я вскочила, применяя Воздух и быстро настигая Фрэнс лётом.

Почувствовав мое приближение, Пейлан обернулась и, вместо всех ожидаемых приемов, схватила меня за ноги, отозвав саблю. Глаза сверкнули триумфом, когда, провернувшись на пятках, раскручиваясь, она отпустила меня, швыряя куда-то спиной вперед.

Я обдумывала значение эмоции в ее глазах, одновременно пытаясь взять контроль над собственным телом и затормозить себя с помощью Воздуха. Хотя бы перевернуться и сгруппироваться, чтобы понять, куда именно падаю…

Слишком быстро.

— РИ!

Отчаянный крик Норда, доля секунды, и рука Старшего Хранителя обхватила меня сзади за пояс, появившись словно из ниоткуда. Я почти расслабилась, осознавая, что он поймал меня, наверняка поставив рекорд по скорости среди ведьм, когда странный рывок его тела заставил похолодеть.

— Моя королева… — на выдохе произнес воин, ставя меня на ноги в снежный кисель.

Мне не нравился его тон. Мне не нравилось предчувствие, сжавшее сердце. Мне не нравилось, как на другом конце поля застыл Анис, как расширились его глаза. Даже отсюда я видела в них неверие и страх. Второго по старшинству Хранителя окутал кокон молний, он использовал перемещение, но куда?

Ян закричал. Разразившись проклятиями, младший Скорпион прорубался сквозь демонов, двигаясь в нашу сторону. Лаэрт, атакованный Пейлан, издал что-то среднее между воплем и воем, и лишь в последний момент блокировал Фрэнс, нацелившуюся острием сабли на его легкое. Меяр позади него прыгнул, выпуская язык, но белокурый Хранитель был быстрее. Успел отрубить не только склизкий отросток, но и отбить его в сторону Фрэнс, а следом и самого демона.

Все это вспышками пронеслось перед глазами, соединяясь в единую картину. Неверяще качнув головой, отвергая то, что они значили, я повернулась, встречаясь взглядом с карими глазами Норда. Воин стоял, прогнувшись назад. В руке, что не держала меня, была стиснута сабля, острие которой тонуло в шее анхеота, булькающего черной кровью из пасти. Скользнув взглядом слева направо, возвращаясь к Норду, я попыталась вздохнуть, но не хватило воздуха. Прямо под сердцем Старшего Хранителя блестел окровавленный шип хвоста демона.

— Норд…

Изо рта Хранителя вытекает тонкая струйка крови. Сабля исчезла из его ослабшей руки, и я отказалась верить, что такое возможно. Норд — один из лучших воинов, для меня самый лучший, он не может выронить клинок посреди сражения. Не может, шатаясь, оседать в снег. Просто не может. Кто угодно, только не он.

Мне все еще не хватало воздуха, когда я удержала его за подол рубашки, не давая упасть. Анхеот, конвульсивно дергаясь, откатился, и шип перестал торчать из груди Норда, следуя за своим хозяином. Обняв своего Старшего Хранителя, я осела с ним в снег, каким-то краешком сознания понимая, что вокруг нас вихрится барьер-купол, созданный кем-то из Скорпионов, вынужденных продолжать сражение, пока их брат умирает на моих руках.

Умирает.

— Нет-нет-нет-нет, — забормотала я, стирая кровь с его лица. — Норд, пожалуйста, подожди… Сейчас… сейчас…

Я положила его голову себе на колени, лихорадочно соображая, что делать. Сейчас я как никогда прежде ненавидела собственную непредрасположенность к Земле. Рана была слишком серьезной, чтобы сработала регенерация. Требовалась Чайка, навыки целителя, время… И ничего этого, кажется, не было.

— Норд, не надо, ты не можешь этого сделать, ясно тебе? Ты не можешь в очередной раз спасти мою жизнь и уйти. Я не переживу, твои братья не переживут, Вира…. А Вира? Ты… у тебя просто нет права умирать тут! Слышишь?

Я несла полнейший бред, всхлипывая и капая на Хранителя слезами, мешающими видеть его глаза. Даже сейчас внимательные и серьезные. Норд приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, и я склонилась к нему, сжимая руки на плечах воина.

— Моя Королева… это было честью. Служить и защищать тебя.

— Шшш… все будет хорошо, Норд, береги силы, сейчас сюда прибудет Чайка и поможет тебе… — Я прижалась губами к его лбу, крепко зажмурившись. — Она тебя вылечит. Потерпи немного, совсем немного… Ты же… Т-ты не можешь оставить свой пост, я тебя не отп-пускаю, понятно? Ты нам нужен, мне нужен!

— Прости, Ри, — выдохнул Норд. — Теперь треугольник, а не квадрат…

До затуманенного смятением и болью разума дошло, что Скорпион говорил о построении Хранителей вокруг меня. В отсутствие одного они всегда перестраиваются в треугольник, держа меня в центре.

— Воришка, — в его шепоте послышалась улыбка.

Сияние стихии Молнии было заметно даже сквозь закрытые веки. Открыв глаза, я увидела рядом Аниса и Виру Тэренс, вокруг которых гасли трескучие белые искры. Вскрикнув, Вира упала по другую сторону от своего возлюбленного, накладывая руки на его рану. Девушку окутало зеленое свечение, и я взмолилась всем богам, чтобы у нее получилось, как бы сложно это ни было.

Но сегодня они были глухи ко мне. Ко всем нам.

Хрипло вздохнув, Норд закрыл глаза, дернув рукой в сторону Виры, и затих. Ни вздоха, ни взгляда, ни звука. Я неверяще посмотрела в его спокойное лицо. Нет, он же не…

С неожиданной для Чайки прытью, Тэренс оттолкнула меня прочь, и я завалилась назад, не сопротивляясь, глядя, как она забирает его к себе в руки, осыпает лицо поцелуями, снова окутывает зеленой энергией Земли, вкладывая в это всю себя, шепчет сквозь плач…

Посмотрев наверх, я встретилась глазами с Анисом. То же отчаянье, те же слезы по щекам, то же осознание.

Норд Хадерж, мой Старший Хранитель, карающая рука, преданный советник, друг, наставник и величайший воин был мертв.