Глава 19

Глава 19

Стук в дверь заставил вернуться в реальность. В реальность, потому что пока я не могла осознать, что присутствие Драгона, его возвращение — не сон. Даже его руки вокруг меня не воспринимались в качестве аргумента.

Бриар нехотя спустил меня на пол, я отняла руки от его шеи, и в следующий момент от встречи с полом спасла только быстрота его реакции. Адреналин от нашей встречи, все яркие эмоции чуть поутихли, и на первый план снова, неотвратимым, затягивающим в себя, туманом выползла серая усталость.

— Что с тобой? — встревоженно спросил Драг, помогая сесть на стоящий у стены диван.

— Я еще не пришла в себя после боя… Мне пришлось призвать на помощь очень мощную магию… Войдите, — сменила я тему, не желая рассказывать, что это за магия, как и в результате чего она появилась.

Это лишь между мной и Скорпионами. Кроме них все знала Вира, но я ни секунды не сомневалась в ее молчании относительно нарушенного мною закона. В конце концов, если опустить мой эгоизм, Тэренс была первым заинтересованным в этом лицом. Братья Норда смирились бы со временем, но не его любимая. Была у меня такая уверенность, подкрепленная личным опытом, пусть и частичным.

В кабинет зашел Норд, держа в левой руке стакан со светло-коричневой жидкостью. Вот и мой укрепляющий отвар. Очень вовремя.

Старший Скорпион неприязненно посмотрел на Драгона, оценив расстояние между нами, но в остальном его лицо было абсолютно невозмутимым. Просто я по нашей связи чувствовала, что все мои Хранители не одобряют происходящее с большой «Н».

— Спасибо, — мягко улыбнулась я Норду, принимая стакан в руки, замечая, что пальцы немного дрожат. — Драгон, выйди, пожалуйста.

— Ри…

— Мне нужно поговорить с моими Хранителями наедине, — я перевела взгляд на него, донося как тоном, так и глазами, что это, на самом деле, не просьба.

Тяжело вздохнув, принимая свое положение «лишнего», он согласно кивнул и покинул кабинет, только что столкнувшись с еще одним последствием своего ухода. Выпав на три недели из моей жизни (как легко я теперь рассуждаю об этом!), Бриар пропустил массу событий и был, мягко говоря, «не в теме». Добавим к этому образовавшиеся у меня секреты, на знание которых у него не было права, чего раньше не наблюдалось.

Анис, Лаэрт и Ян зашли в комнату, встав в линию с Нордом, и вся четверка выжидающе посмотрела на меня. Возможно, надеялись на приказ четвертовать Бриара на площади немедленно.

— Как ты? — спросила я Норда, понимая, что толком-то даже не успела переговорить с ним, после того, как вернула.

Вместо ответа Старший Хранитель подошел ко мне, опустился на одно колено и, взяв за свободную руку, прижался к ней губами.

— Дышу и живу лишь благодаря твоей храбрости, моя королева.

— Ох, Норд…

Отставив стакан на подлокотник, я потянула Хранителя на себя и крепко обняла, не скрывая слез, вызванных его фразой.

— Это не храбрость, Норд, это страх и эгоизм, — призналась я сдавленным шепотом. — Без тебя, без любого из вас, — я посмотрела поверх его плеча на остальных Скорпионов, — я не смогу. Я знаю, что это нарушение и….

Норд притянул меня к себе, не дав договорить и покаяться, целуя в лоб. Та же процедура, как много раз до этого, повторилась и с его братьями. Я с удовольствием окуналась в объятья каждого своего Хранителя, чувствуя их понимание, верность, нежность, ту связь между нами, отдающую теплом и словно ставшую еще толще, хотя я сомневалась, что такое возможно.

— Тебе нужно выпить отвар, — напомнил Лаэрт, и я вернулась на диван, беря стакан с целебной настойкой в руку.

— И гнать Бриара в шею, — не выдержал Ян, покосившись на дверь кабинета.

Я глубоко вздохнула, догадываясь, что младший Скорпион просто высказал то, о чем думали они все. И, положа руку на сердце, я понимала их. Никто не видел меня такой, какой довелось увидеть им. Джил и Марк часто бывали рядом со мной, часто, но не постоянно, как Хранители.

Парни наблюдали, как я проходила стадии разрыва, как тонула в депрессии, как притворялась для окружающих, что все хорошо. Как плакала, пряталась за делами, отказывалась от еды, как вздрагивала при появлении Эрелл и болезненно реагировала на любое воспоминание о Драгоне.

И да, им было обидно за меня. Марк назвал это «родительским лозунгом», и, на самом деле, в чем-то мой нареченный брат прав. Хадержи просто не могли простить самой мысли о том, что меня можно бросить, да еще и так подло. Так же, как не могли простить собственной беспомощности в этой ситуации. Для Хранителя неприемлемо видеть боль подопечного и не знать, как ее убрать, это противоречит его клятве.

— Парни, я… — я запнулась, подыскивая слова. — Я понимаю. Правда, понимаю. Я даже догадываюсь о том, что вы собираетесь мне сказать, но… Я рискну, потому что люблю его. Я рискнула, отправившись за тобой, Норд, потому что не смогла бы без тебя, и я рискну дать ему еще один шанс по той же причине. Это не поддается логике, характеризует меня не с самой лучшей стороны, просто… — я помотала головой, отказываясь от последнего слова, потому что это было как угодно, но не «просто». — Я люблю его. Нет-нет, не надо, — я подняла указательный палец, когда Лаэрт открыл рот, чтобы что-то сказать. Скорее всего, фразу со словом «не заслуживает». — Я не прошу вас относиться к Драгону хорошо или плохо, или, упаси Таврика, указывать, как вести себя с ним. Единственное, о чем прошу, не препятствуйте мне и не осуждайте. Пожалуйста.

Я отпила уже чуть теплый настой, предпочитая рассматривать ковер на полу, чем безмолвно переговаривающихся между собой братьев. Для меня не было тайной, что они способны превратить жизнь Бриара в Королевском Доме в ад, если того захотят. Причем так ловко, что я даже ни о чем не узнаю, а Драгон никогда не скажет, потому что это идет в разрез с дурацким мужским кодексом «я сам».

— Ри, — позвал Норд, и я подняла на него голову, ожидая их вердикта. — Мы никогда не осуждали тебя и не препятствовали. Даже когда ты покинула клан и отказалась от сил, мы приняли твое решение.

— Для нас самое главное, чтобы ты была в безопасности, здорова и счастлива, — добавил Анис, серьезно посмотрев на меня. Я кивнула, зная, что в его словах нет никакого пафоса или торжественности, какую мог углядеть кто-либо не знающий братьев. Они действительно так думали.

— И если Бриар может помочь в этом, сделать тебя счастливой, то… — Лаэрт замолк на полуслове, покосившись на Яна, и младший продолжил:

— То лучше бы ему так и поступить. Потому что в противном случае, клянусь богами, он пожалеет, что вернулся.

Я благодарно посмотрела на них. Они поняли и приняли мою позицию. Снова.

Не спешите, Ваша Ванильность, — фыркнула Люция. — Они ни слова не сказали о собственном отношении к Бриару, лишь то, что принимают твое решение.

И все же они сказали достаточно, чтобы успокоить меня, — высказала я, понимая, к чему ведет рысь. Скорпионы приняли мое решение, но их отношение к Драгону вряд ли изменится. Если только Бриар не сделает чего-то, что заставит его пересмотреть.

— Что ж, если с этим вопрос решен, то есть еще кое-что, что нужно обсудить, — неуклюже перевела я тему, разрушая этот момент понимания и залпом допивая настой. Гадость, маскирующаяся под чай. Скривившись, я отставила пустой стакан. — Во-первых, сколько сейчас времени?

— Около семи утра, — ответил Анис. — Ты проспала четырнадцать часов.

Ого. Так много, а чувствую себя, словно не спала вовсе. Неделю, примерно.

— Понятно. — Моргнув, я откинулась на спинку дивана, раздумывая, за что хвататься.

— Моя королева, какие бы дела ты сейчас не обдумывала, народу ты нужна сильной и отдохнувшей, — мягко указал Норд на мой нетоварный вид и необходимость еще поспать. Укрепляющий отвар поможет ненадолго, и здесь не было никого, кто этого бы не знал.

— Я согласна с этим, но дела, если с ними затягивать, превращаются в проблемы, а их и так уже слишком много.

— Вызвать Талбота? — приподнял бровь Ян.

— Он наверняка еще спит, — ответила я, не желая урезать отдых своему секретарю.

— Вряд ли, — в унисон ответили мне Скорпионы, и Норд пояснил: — Скорее всего, он уже на утренней тренировке с клинком.

— Хм… Что ж, тогда он нужен мне здесь, при условии, что Ричард точно не спит, и вы не собираетесь его будить. У нас будет тяжелый день сегодня.

Скорпионы склонили головы, признавая, что денек сразу после атаки Ревенджа и впрямь предстоит нелегкий. Хранители покинули кабинет, и не успела за ними закрыться дверь, как ко мне проскользнул Драгон, по дороге явно зацепившись плечом с кем-то из моих воинов. Ставлю на Яна.

— Тори?

Я вздрогнула, все еще где-то на подсознательном уровне переваривая факт его присутствия. Так долго убеждать себя, что Бриара больше никогда не будет в моей жизни, чтобы в итоге снова оказаться с ним лицом к лицу и начать разубеждаться. Святая Таврика, как логична и последовательна моя жизнь.

— Порядок, — махнула я рукой. — У нас тут сейчас намечается разгребание большого количество дел, поэтому я… ну, на самом деле, у меня просто нет времени, чтобы выслушать всю твою историю, хотя она мне очень и очень интересна. Отложим до вечера?

— Конечно, — Драгон опустился рядом и взял меня за руку, согревая успевшие озябнуть пальцы.

Казалось, холод ключа от Врат Тьмы распространялся по всему телу. Думаю, моя магия защищала от этого эффекта, а сейчас, когда я израсходовала ее так много и не успела восстановиться, защита пропала. Надеюсь, что временно, потому что артефакт оказался тяжелее, чем я предполагала. Во всех смыслах. Может быть, я ощущала тяжесть тайны его существования и накручивала себя.

— Мне… уйти? Я вроде бы остановился у Зака и Эрелл…

— Нет! — Я собиралась сказать это спокойно, но вместо этого получилось что-то близкое к панике, еще одним подтверждением которой служили мои пальцы, судорожно вцепившиеся в его.

— Хорошо, никуда не ухожу, прости, сглупил. — Драгон успокаивающе погладил костяшки моей руки, заглядывая в глаза. Проникновенно, по-кошачьи, как он это умеет.

— Тебе не впервой, — проворчала я.

— Я уж подумал, ты упустишь эту возможность съязвить, — усмехнулся он.

— Как же, — фыркнула я, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке. Непроизвольной. Черт.

— Иди сюда, — пробормотал Бриар, обнимая меня за плечи и прижимая к себе. Его нос снова оказался в моих волосах, и Драгон глубоко вздохнул. — Я так сильно скучал по тебе. Мне было плевать, даже если по возвращению твои Хранители снесли бы мне голову. Один такой вздох стоил бы этого.

Парализующий эффект его слов трудно было бы преувеличить. Сердце застучало с удвоенной силой, кровь зашумела в ушах, на пару секунд я из королевы ведьм превратилась в счастливую лужицу мечтаний и романтических переживаний. Однако я все еще была собой и все помнила, так что:

— Прекрати заливать мне в уши этот сироп. Не поможет, я все равно зла на тебя.

— Я всего лишь сказал правду, Тори, — в голосе Драгона слышались нотки веселья. Мы оба знали, что скрывалось за этим его «всего лишь».

— Ну конечно. «Я всего лишь сказал правду, завернув ее в комплимент и свою готовность на подвиги ради тебя», — передразнила я его. — Совсем незаметный маневр, господин Бриар. Незаметней его только сама Темная Гора.

— О, и по этому я скучал тоже, — грудь вертигра затряслась от смеха, и он поцеловал меня в макушку. — Ты так мило бубнишь, кроха.

Я ткнула его локтем в живот, что, впрочем, лишь еще больше развеселило эту самоуверенную кошару. Скривившись от болевого ощущения, возникнувшего после встречи локтя и каменного пресса Бриара, я не успела прочувствовать ушиб в полной мере, как Драгон уже растирал его пальцами.

— Мы уже это проходили, помнишь? — пробормотал он, качая головой.

— Договорились, в следующий раз позову Норда, — вякнула я, чтобы по-детски не оставлять последнего слова за ним.

Честное слово, присутствие Бриара пробуждало во мне подростковый идиотизм. Судя по очередному смешку Драга, он считал это забавным и даже очаровательным. Я считала это симптомом расстройства личности.

Словно почувствовав, что разговор коснулся его имени, Старший Хранитель обратился ко мне телепатически:

— Ричард Талбот здесь.

Отстранившись от Драгона, я выбралась из его рук и поднялась на ноги:

— Королевское утро официально начинается. Впусти его, — мысленно обратилась я к Норду, и Талбот зашел в кабинет, облегченно улыбнувшись мне.

— Доброе утро, Ри, я… — взгляд секретаря остановился на Драгоне, и окончание фразы, каким бы оно ни было, повисло в воздухе.

— Ричард, это Драгон Бриар. Драгон, это мой секретарь и бывший Хранитель моей матери, Ричард Талбот, — представила я их друг другу, не давая молчанию затянуться. Что-то подсказывает, что симпатий Драг у Ричарда не вызывал.

Мужчины кивнули друг другу, а я прошла за стол, опускаясь в кресло. Ричард занял место напротив, оставляя Бриара за спиной и внимательно посмотрев на меня. На лицо Талбота опустилась маска безразличия, классическая мина Хранителя, и это, как ничто другое, подтвердило мои догадки.

— Хорошо, что ты пришел так быстро, Ричард. — Я сплела пальцы замком, раздумывая с чего начать и с какого края взяться за клубок проблем. — Свяжись с капитанами Винтер и Вест, я хочу видеть их в своем кабинете к девяти. Скажи, что меня интересует отчетность по деятельности их отрядов во время вчерашнего сражения. Далее, к двенадцати в тронном зале должен быть созван Совет поселения, я предчувствую, что ко мне масса вопросов.

— Конечно, — кивнул Талбот, быстро черкая пометки в своем блокноте.

Закусив губу, я завозилась в кресле, не зная, как подступиться к тому, о чем говорить вовсе не хотелось.

— Ричард… Сколько писем с соболезнованиями мне нужно будет написать сегодня?

— Шесть. Стражи, — коротко ответил Талбот, ожидая этого вопроса и обходясь без деталей.

Я прикрыла глаза, глубоко вздохнув. Еще шесть жизней оборвалось по вине Ревенджа. Могло быть семь. Я спасла Норда, но разве эти неизвестные мне воины не были кому-то столь же нужны, как мой Старший Хранитель мне и своей семье? Разве кто-то не любил их так же, как его Вира? Светлые боги, простите мне мой эгоизм.

— Ри, с тобой все в порядке? — снова спросил Драгон, скорее всего, ощутив пожирающее меня чувство вины.

Я кивнула, не позволяя себе раскисать и встречаясь взглядом с Талботом:

— Раненые?

Секретарь пожал плечами:

— Об этом лучше спросить у капитана Вест, но, насколько мне известно, в критическом состоянии не было никого.

— Понятно. Тогда займись организацией встреч и Совета в тронном зале, и возьми пока что на себя мою корреспонденцию, подозреваю, сегодня ее особенно много.

— Да, — подтвердил Ричард. — На столике в холле около дюжины писем, я спешил, так что не успел просмотреть… На вторую половину дня есть что-то?

— Зависит от первой, — безрадостно усмехнулась я. — Но, на всякий случай, не назначай на сегодня никаких аудиенций. Думаю, мне нужно еще отдохнуть.

— После того, что ты сумела призвать — это совсем неудивительно, — он с улыбкой посмотрел на меня. — Мари Ора гордилась бы тобой.

— Спасибо, — улыбнулась я в ответ, и Ричард поднялся, поняв, что разговор окончен.

Повернувшись к Драгону, ожидая, когда Талбот покинет кабинет, чтобы спросить, не голоден ли Бриар (учитывая аппетит веров), но Ричард, уже взявшись за дверную ручку, обернулся:

— Ри?

Я взглянула на секретаря, предчувствуя что-то неприятное. То, из-за чего он изначально был таким… мрачным и закрытым. Кажется, он до последнего не мог решиться на этот разговор, что бы ни было его предметом, и все же не смог уйти просто так.

— Ты… действительно убила Пейлан?

Ох. И, правда, неприятный момент. Я знала Фрэнс как предательницу и убийцу, Ричард же помнил ее преданным воином и своей напарницей, Старшим Хранителем моей матери.

— Да.

— Значит, я последний, — кивнул сам себе Талбот, поворачивая ручку и выходя за дверь, не дав мне ничего сказать в ответ. Да и что тут можно было сказать?

— Тебе нужно поесть, — отвлек меня Бриар от мрачных размышлений о матери и ее Хранителях. В голове зазвучали слова Пейлан, сказанные там, на поляне, о смерти моего родного отца… Да еще и Люция так странно среагировала на вопрос…

— Забавно. Я хотела предложить тебе то же самое, — удивленно взглянула я на него, получая в ответ широкую улыбку и едва приподнимая уголки губ в ответной.

— Пойду, разведаю обстановку у мадам Оливии. Надеюсь, твои Хранители не подговорили ее избить меня поварешкой.

— Надейся, — легко ответила я, зная, что в любой другой ситуации расхохоталась бы над его предположением, но не сейчас, когда не прошло и пяти минут после разговора с Ричардом, доложившим о смерти шести воинов Темной Горы и напомнившем о схватке с Пейлан и всем, что было ею сказано.

— Ри, — Драгон оказался возле моего кресла смазанным движением, уловить которое до конца у меня не получилось. — Ты не виновата. Марк и Джил рассказали мне, что ты была в патруле, когда началась атака. В смерти этих шестерых нет твоей вины. Из того что я слышал, если бы не ты и то, что ты применила, чтобы уничтожить демонов, погибло бы куда больше. Если кого и обвинять, то только Ревенджа. Понимаешь?

Трудно было не понимать Драга, теряясь в янтаре его глаз. Они завораживали, мерцали уверенностью, которой мне не хватало и любовью, без которой едва дышалось. Драгон не пытался гипнотизировать, обычно, я всегда могла почувствовать, когда он играет нечестно, чтобы добиться своего, и сейчас этого не было. Только мое собственное желание затеряться и не выплывать.

— Понимаю, — шепотом ответила я, потому что в горле пересохло.

— Хорошо, — одобрил Драгон тем же тоном, склоняясь ко мне. — Вернусь через две минуты. Обещаю.

— Время пошло, — сглотнула я, не заметив, в какой момент успела сжать руки на воротнике его зеленой рубашки. Уверена, Драгон специально выбрал именно ее, зная, как мне нравится это сочетание зелени с цветом его глаз.

Бриар нежно погладил мои запястья, пуская покалывающие кожу разряды прямо по ниточкам вен. Я выпустила ткань, но он не спешил убирать руки, притягиваясь и окутывая меня теплом, излучаемым им самим и ароматом, притягивающим меня с тех пор, как я впервые его увидела. Горячие губы накрыли мои, я откинула голову, отвечая, и стало легче, мысли, приносящие горечь и тяготящие разум и сердце, пропали.

— Драгон… — на вздохе. — Минута.

Его смешок коснулся моих губ, легкий ветерок всколыхнул волосы и, открыв глаза, я увидела только пустой кабинет. Даже не услышала, как щелкнула дверь. Скорость веров ни с чем не сравнить. И выпендреж тоже.

Воспользовавшись минуткой уединения, я сосредоточилась на телепатической связи с Ястребами и позвала Тристана.

— Тристан?

— Да, Ри? — мгновенно откликнулся Вайт.

— Зайди ко мне.

— Сейчас буду.

Дверь кабинета снова открылась и сначала я увидела большой поднос, а потом Драгона, разговаривающего с кем-то.

— Без проблем, Рэн, я сам все сделаю…

— Но мастер Бриар, вы…

— Все в порядке.

Я покачала головой Рэн, возникнувшей на пороге и растерянно смотревшей как Драгон ставит поднос мне на стол и разливает чай. Служанка явно не знала, как себя вести, чувствуя, что Бриар выполняет ее обязанности, но ведь не драться же с ним за чайник? Вот был бы номер.

— Все хорошо, Рэн, как видишь, мастер Бриар, — выделила я статус, каким Драгона отчего-то наградила вся прислуга Королевского Дома, едва познакомившись с ним, — вполне способен разлить кипяток по чашкам.

— Да, Ваше Величество, — поклонилась Абнар, покраснев, и прикрыла дверь, покосившись на кого-то вправо. Скорее всего, на одного из Скорпионов.

— А сейчас, по старинной традиции, ты должна взять чайник и плеснуть кипятка мне на руки, чтобы убедиться, что я оборотень, — еле сдерживая смех, проговорил Драгон.

Я поджала губы, чтобы не засмеяться, но такого эмпата как Бриар сложно провести.

— Уверена, что не лопнешь, если будешь так долго сдерживаться? Ты уже краснеешь, опасный момент, между прочим.

— Ты… — Я скрыла лицо в ладонях, качая головой и хихикая. — Я понять не могу: ты чего такой веселый?

Бриар хитро на меня прищурился, намазывая свернутый конвертом блин сметаной:

— Ну, давай посмотрим. Я вернулся к любимой девушке и успел спасти ее от жуткого вида твари, драка с которой потребовала от меня регенерировать каждую секунду. Потом, я сумел убедить лучших друзей своей любимой девушки, что не такой… (тут вставляем нехорошее слово, непредназначенное для твоих ушей), как они все думали. Далее мой абсолютно сумасшедший план «просто прийти в Королевский Дом» удался, и моя чудесная, замечательная и самая лучшая половина, согласилась меня выслушать, а, выслушав, поверила. Видишь? Я счастлив и в эйфории, которую у меня может вызвать только один человек, и он сейчас рядом.

— У меня такое ощущение, что ты пьян, — протянула я, недоверчиво разглядывая парня, уплетающего больше сметану, чем блинчики.

— Ага, — легко согласился Драгон. — Твоим присутствием.

— Ну хватит, — не поверила я. — Не нужно приписывать мне все эти эпитеты, комплименты, растапливать весь этот мед…

Янтарные глаза потемнели, и я замолкла на полуслове, не совсем понимая, почему Бриар помрачнел и отставил тарелку.

— Ри. Я не пытаюсь тебя задобрить. Я действительно так себя чувствую. Счастливым, потому что вижу тебя, и потому что ты не указала мне на дверь со словами «не желаю ничего слушать». — Драг покачал головой, словно не веря в это. — Это не комплименты, не лесть, или что-то подобное. Это данность. Я знаю, что впереди у нас еще долгий разговор, понимаю, что ты не простила меня до конца, ожидаю, что все это еще всплывет между нами самой неприятной стороной и не единожды, поскольку я действительно виноват. Кроме того, я так же осознаю, что ты — королева, и твой мир — это не только мы вдвоем и наши отношения, но и множество проблем, ежедневно возникающих в твоем клане и требующих твоего внимания и вмешательства. НО. Ничто из вышеперечисленного не мешает мне просто радоваться оттого, что я здесь, смотрю в твои глаза, дышу твоим ароматом, и имею возможность дотронуться. За три недели я едва с ума не сошел без всего этого. Я… понятно изъяснил свою позицию?

— П-предельно, — запнулась я, покраснев от его пламенной речи, без единого лживого слова, как я чувствовала.

— Ри, Тристан здесь, — сообщил мне Норд, и снова прорыв, назревающий в наших с Бриаром отношениях, был отложен до более подходящего времени.

— Секунду.

— Мне нужно поговорить с Тристаном, так что забирай все это на диван, — я сняла с подноса свою чашку с чаем, обхватывая нагревшийся фарфор рукой, согреваясь. Мне все еще было холодновато, хотя усталость отступила стараниями укрепляющего настоя. Следует попросить сделать еще один попозже. — Пусть заходит, — разрешила я, когда Драгон перекочевал на диван и освободил кресло для посетителей.

Шагнув в кабинет, Тристан поздоровался со мной уважительным кивком, однако вскоре, как и Талбот, остановился взглядом на Драгоне. Только вот реакция Вайта отличалась от всех до этого. Улыбнувшись Бриару, он протянул ему руку:

— Рад снова видеть тебя, Драгон.

— Взаимно, — улыбнулся в ответ вертигр, скрепляя рукопожатие.

— Ри? — повернулся ко мне старший Ястреб, качнув головой на мое приглашение присесть.

— Как ребята? — спросила я.

— Осборн, Волдо и Висдом в лазарете у Чаек, идут на поправку. Стоун… сбежал из-под наблюдения Чайки Роуленс и отказался от лечения, самовольно уйдя в сегодняшний рассветный патруль с Саммерс и Ловелем. Подозреваю, Эрелл отправилась с ними. — Тристан усмехнулся, в то время как я закатила глаза. Марк такой Марк. И вся эта компания тоже. Подсуетились с Драгоном, проследив, чтобы Скорпионы сразу его не убили, и ушли проверять границы территории клана. — Я не стал их возвращать, все равно собирался заменить кем-то Беренгарда и Индиру, сегодня должно было быть их с Таей дежурство. Остальные в порядке, проверяют своих стражей в казармах и на постах, потери в отрядах у меня, Рейнхардт, Фридом и Норвуда. Думаю, следует назначить испытательные на завтра.

— Хорошо, — кивнула я, усваивая информацию. — Да, ты прав, чем раньше, тем лучше. Мы не можем позволить себе численное сокращение среди стражи… Все верно. Тристан, ты присутствовал при начале атаки, видел, с чего все началось?

— Нет, я был в Крыле, — покачал головой Вайт. — Насколько мне известно, тревогу подняли стражи у ворот, так что, вероятнее всего, именно они и смогут ответить на этот вопрос.

— Ясно. Уверен, что никто из Ястребов не мог этого видеть?

— Точно сказать не могу, — пожал плечами Тристан. — Есть какая-то причина, по которой необходим именно Ястреб?

— Да, — не стала я скрывать. — Членам своего отряда я доверяю. Каждому, без исключения.

— Считаешь, кто-то помог Ревенджу с нашей территории? — нахмурился Вайт.

— Я подумала об этом еще во время сражения, — кивнула я. — Все дело в портале. Он был невидимым для всех, кроме меня и Зака, после того, как я указала ему, где точно тот расположен. Подобный пространственный коридор нужно открывать с нашей стороны, и вот еще что… Пейлан Фрэнс была в белом, чтобы слиться со снегом и незамеченной открыть портал на тропе, в зоне видимости стражи, но…

— Чтобы она открыла портал, кто-то должен был впустить и провести ее, я понял, — встревоженно потер подбородок Тристан. — Хочешь, чтобы я занялся этим?

— Да, опроси стражей, которые подняли тревогу… Только как-нибудь ненавязчиво, — я сделала колебательный жест рукой, отпивая чая.

— Будет сделано, — склонил голову Тристан. — Я могу привлечь к этому Беренгарда? Это все же его отряд стражи.

— Конечно, так даже лучше, — поддержала я воина.

— Значит, решено.

Уточнив со мной расписание патрулей и то, что я отправляюсь в завтрашнее ночное дежурство вместе с Анисом и Яном, Вайт кивнул нам с Драгоном и вышел за дверь.

— Я так понимаю, произошло что-то, что убедило тебя не доверять стражам? — спросил Бриар. — В смысле, ты сказала Тристану, что доверяешь Ястребам…

— А, — понятливо выдала я, расшифровав его запутанную фразу. — Оказалось, что Фрэнсы, которых считали погибшими в режиме Ревенджей, на самом деле живы и шпионили для Карла с тех пор, как я взошла на трон. Эйприл (тетка Пейлан) в прошлом Ворон и пряталась под личиной стража Королевского Дома, совсем рядом со мной. Помнишь карканье вороны, которое я слышала по ночам? Это было предупреждением об Эйприл. А ее брат, Бертран, поджидал меня в склепе моей династии на кладбище. Мы взяли его в плен, но не успели довести до Пещеры Раздумий, потому что напала Эйприл и убила его, после чего сбежала, — сжато пересказала я ключевые моменты, опустив до поры до времени новость об экспериментах Карла и транквилизаторах с кровью, вселяющей в ведьм нечто демоническое, при этом убивая. Нужно уточнить у Гертруды, выяснилось ли еще что-то полезное об этой дряни.

— Какая милая семейка, — высказал Драгон вслух мысль, постоянно посещавшую меня в раздумьях о династии Фрэнс.

— О да… — протянула я, допивая чай.

— И это могут быть не единственные шпионы Карла, верно? — нахмурился Бриар.

— Верно. — Я повернула голову к входу, когда в дверь снова постучали. На этот раз Норд сообщил о прибытии Тары Винтер и Гертруды Вест.

Королевский день набирал обороты, а я с каждой минутой все больше хотела оказаться в кровати под одеялом и проспать столько, сколько потребуется организму, чтобы перестать испытывать этот холод и усталость.

Терпи, — лаконично обронила Люция.

Покосившись на незатопленный камин, я прислушалась к себе, пытаясь сориентироваться достаточно ли у меня магии всего лишь на одну маленькую сферу Огня. Почему-то в ответ на этот вопрос пришла четкая уверенность, что нет, и быстрая картинка меня самой, падающей без сил. Не самый оптимистичный прогноз, которому я поверила. Вряд ли это полноценное видение, скорее предчувствие, чему Брендон всегда уделяли особое внимание.

— Драгон, растопи, пожалуйста, камин, — чуть посомневавшись, решилась я на просьбу. Бриар, внимательно на меня посмотрев, оставил все вопросы при себе, хотя они точно у него были. В кабинет вошли Тара и Гертруда, и мы снова потеряли с ним зрительный контакт.

Капитаны, едва обратив внимание на Драгона, по очереди отчитались о состоянии своих отрядов, где, слава Таврике, обошлось без потерь. Винтер заверила, что ни одно из наблюдений, порученных мною, не было под угрозой, поскольку во время сражения Воронов подменяли их ученики, чьи личности так же были засекречены. Я кивнула, понимая, какая именно миссия скрывалась за этими словами. Заговор Арвес и Теос, планирующих убить меня на балу в честь зимнего солнцестояния.

Кстати говоря, бал следует перенести. Я собиралась объявить траур по погибшим во вчерашней атаке… Подцепив пустой листок на столе, быстро черкнула эту запись, чтобы не забыть отдать соответствующие распоряжения.

Конечно, можно было бы обратиться к Ричарду Талботу телепатически и сразу все решить, но за утро я уже достаточно прибегала к высшей ступени Воздуха, и это аукалось головной болью. Странно, раньше такого со мной не случалось. С другой стороны, раньше я никогда не использовала столько магии и никого не воскрешала.

Гертруда попросила еще времени для анализов заразы, придуманной Карлом, поскольку сейчас Чайки, закрепленные за этим заданием, были заняты уходом за ранеными и приходили в себя после работы в полевых условиях. Я ожидала от нее вопроса о Вире, учитывая, что Анис выхватил Тэренс прямо из-за барьера и переместился с ней ко мне и Норду, но его не последовало. Либо Вест в суматохе битвы не заметила, куда и насколько пропала одна из ее старших Чаек, либо сама Вира уже объяснила свое отсутствие, не дожидаясь допроса со стороны своего капитана.

— Хорошо, Гертруда, я поняла тебя. Тара, задержись, пожалуйста.

Вест, поклонившись, вышла, в то время как капитан Воронов выжидающе посмотрела на меня.

— Как обстоят дела с Милисент Ревендж?

— Девочка постоянно находится под наблюдением, как и те слуги, что остались при ней. Один из Воронов внедрен в ее окружение. Ничего подозрительного замечено не было. Она все еще отказывается посещать школу поселения и занимается дома. Живет скромно, не выходит за ограду особняка, предпочитая прогулки по домашнему саду. Кроме слуг ее дом так же посещают преподаватели.

Я нахмурилась, прекрасно помня испуганное заплаканное лицо младшей Ревендж, когда я посетила ее в Пещере Раздумий. Четырнадцатилетняя девочка ничего не знала о грандиозных планах своего отца и брата, как и о темных ритуалах, в которых те поднаторели, и к тому же боялась их, как огня. Мужчины династии Ревендж вдобавок ко всем заслугам оказались еще и приверженцами женоненавистничества.

Фактически, единственное, в чем Милисент была виновата, так это в том, что родилась не в той семье. За это не наказывают, так что я отпустила ее, пообещав тогда нанести визит, но до сих пор мне было как-то некогда.

— Получается, она добровольный затворник?

— Да, — кивнула Тара. — Впрочем, я могу ее понять. Фамилия делает ее мишенью для всех, кто потерял близких, или пострадал сам во время переворота, устроенного ее отцом.

— У нее все еще нет Хранителя?

— Нет.

Да, тогда не удивительно, что Милисент предпочитает прятаться. Единственное, что защищает ее — стены родного дома, и, возможно, слуги, не оставившие после того, как на династию Говорящих и Воронов пал позор и закрепилась слава предателей и угнетателей народа Темной Горы. Наверное, окажись я на ее месте, мне бы тоже было страшно выходить на улицу и смотреть в глаза кому бы то ни было. Все это мерзко и несправедливо.

Проведя черту под предыдущей заметкой о бале, я сделала еще одну запись о необходимости встречи с Милисент и публичном появлении. Возможно, если ведьмы увидят мое нейтральное отношение к младшей Ревендж, это избавит ее от слепой ярости и ненависти, а так же от необходимости жить в изоляции.

— Ри? — напомнила о себе Тара.

— Да, можешь идти, но в двенадцать в тронном зале Совет.

— Талбот сообщил мне. — Винтер кивнула нам с Драгоном и удалилась, тихо закрыв за собой дверь.

Опустив глаза на свои заметки, я, чуть подумав, провела стрелочку от Ревендж к балу. Вот и событие для публичной демонстрации своей благосклонности к девочке. Если бы все задачи решались так просто.