Глава 21

Глава 21

Впервые за долгое время пробуждение принесло тепло, уют и тихое счастье. Полная противоположность холоду, одиночеству и бескрайней пустоте сна. Источник светлых эмоций окутывал, соприкасаясь с телом везде, где это было возможно. Пальцы все так же нежно вычерчивали под одеялом по моей спине вдоль шрамов, словно Драгон не прекращал этого занятия с тех пор, как я заснула, что, судя по моему самочувствию, было давно.

— Доброе утро, — пробормотала я.

— Еще не утро, Тори. Всего лишь около полуночи, — прошептал Бриар.

Я заторможенно подсчитала, что проспала примерно часов десять. И, если сейчас полночь, то в запасе времени до восьми утра, мне же не идти в патруль. Отлично, мой внутренний соня ликующе подбросил подушку в воздух и, поймав, снова улегся спать.

— Это же прекрасно, — ответила я, пряча нос в сгибе его шеи и снова погружаясь в эту атмосферу тишины и покоя. — Все прекрасно, когда ты рядом, — неожиданно для себя разоткровенничалась я. Должно быть, во всем виноват не проснувшийся мозг, забывший о своей обязанности контролировать речевой аппарат.

Пальцы Бриара дрогнули, мазнув по рубцам, он крепче обнял меня, прижавшись губами к макушке. На краткий миг почудилось, что Драг собирается что-то сказать, даже воздуха в легкие набрал больше, но вместо слов раздалось мурчание. Лучший вариант, маленькая деталь, дополняющая совершенство этого часа.

Улыбнувшись, я закрыла глаза, собираясь уплыть на волнах царившего в кровати комфорта обратно в сон. Однако потревоженный улей мыслей разжужжался не на шутку, жаля вопросами и тревогами. Думать о них не хотелось, но и игнорировать не получалось.

— Не спится? — спросил Драг минут через десять. Со всем его арсеналом вера не составило труда понять, что я просто валяюсь.

— Нет, — тяжело вздохнула я, признавая поражение. — Есть тоже не буду, даже не предлагай.

— Это ты откуда взяла? — усмехнулся Бриар.

— А так всегда, — проворчала я. — Ты либо укладываешь меня спать, либо пытаешься накормить.

Маленькая заминка, и мы оба засмеялись. Это было так легко, и в то же время так остро… Почти забытое ощущение наших пикировок, с которых все и началось.

— Я думаю, кое-что ты забыла упомянуть.

— Твое «кое-что» не нуждается в упоминании, — парировала я.

— Как лестно, кроха, — проурчал Драгон мне на ушко. — Я имел в виду прогулку, разумеется.

— Разумеется, — скептично отозвалась я, и мы снова затряслись от смеха.

— Но ты точно не голодна? — все же спросил Бриар.

— Сейчас позову Норда, — недовольно пробубнила я, зная, что вертигр нарочно меня подзуживает. Мои ворчания всегда веселили его.

— Зачем? — не понял Драг.

Мои губы растянулись в довольной милой улыбке, и я проворковала:

— Мы же жалеем мои руки, так что право ткнуть тебя от моего имени достается Старшему Хранителю.

— Прямо здесь и сейчас? Я бы на это посмотрел, да что там, я согласен даже подставиться ради такого, — посмеиваясь, ответил Бриар. — Спорим, ты покраснела бы, как никогда еще до этого?

Чертыхнувшись, я не удержалась, но на этот раз кара была другая. Оставив тычки в прошлом, я мстительно ущипнула Драгона за бок. Ну и кто теперь все прочувствовал?

— Шшш… — прошипел Бриар, дернувшись. — Ах, так, Тори?

Я взвизгнула и засучила руками и ногами, когда Драгону пришло в голову ответить мне щекоткой. Задыхаясь от смеха и попыток остановить эту гору мускулов, подгребшую меня под себя, я запросила пощады, когда изо рта вместо смешков стало вырываться что-то похожее на хрюканье и всхлипы. Смеясь, Бриар прекратил перебирать мои ребра пальцами и соприкоснулся со мной лбами, глубоко вздохнув.

— С возвращением, — прошептала я, чувствуя особенность момента.

— Спасибо, — еле слышно на выдохе ответил Драгон, зажмурившись.

Подняв руки, я погладила его лицо, перебираясь за уши и почесывая линию роста волос. Конечно же, он заурчал, я знала, что не сможет сдержаться, и широко улыбнулась, наслаждаясь этим. Драг, улавливая мое довольство, закачал головой, забавляясь двойным мотивом моих действий.

Скатившись с меня, уходя из-под прикосновений, вертигр сел в кровати, согнув одну ногу в колене и подтянув ее к груди, чтобы опереться на нее локтем. Второй рукой Драг накрыл мою, переплетя наши пальцы. В этом чувствовалась какая-то особая необходимость.

— Время разговора? — тихо спросил он, проводя большим пальцем по моим костяшкам.

— Время разговора, — подтвердила я, понимая, что лучшего момента, чем сейчас, когда мы вдвоем в тишине и ночи нашего мира «в границах кровати», отделенного от всего остального пологом, не найти.

— Я… не знаю с чего начать… — Драг усмехнулся самому себе, легонько сжав мои пальцы. — Много раз репетировал и представлял, как все это тебе рассказываю, а сейчас вдруг…

— Я помогу, — коротко обронила я, переворачиваясь на бок и подпирая голову свободной рукой. — Ты сказал, что у портала в лесу Вэндскопа тебя встретила Цера и поставила перед выбором: либо она убивает Бриаров, либо ты идешь с ней, верно?

— Верно, — выдавил Драгон, и я с запоздалым сожалением подумала, что, возможно, не стоило говорить так резко и стервозно, но меня можно было понять. Наверное. Само упоминание Церы… Как красная тряпка для быка, боги тому свидетели.

— Она дала мне день на размышления. Ты права, я мог бы вернуться в поселение и все рассказать тебе, но было несколько моментов, которые меня насторожили, — голос Бриара зазвучал увереннее, и я внутренне подобралась, зная, как он умеет убеждать. — Во-первых, Цера точно знала, где меня найти. Не просто в Вэндскопе, а конкретно у портала в лесу. А, во-вторых, идеально подобранное время. Ровно за день до твоего отбытия на Совет Пяти. Очевидно, что кто-то просветил ее в такие тонкости, ты знаешь, я не верю в совпадения. И я решил… подыграть, чтобы все выяснить.

— Подыграть? — возмутилась я, дернув нашими сплетенными руками.

— Не придирайся к словам, — пробормотал Драгон, шумно вдохнув, и у меня сердце сжалось от его несчастного тона. — Я все равно не смогу найти подходящее, потому что такого нет.

— Понимаю, — печально согласилась я. — И так, ты проводил меня на Совет…

— Вернулся домой, устроил сцену Софи с Эрелл и убежал туда, где мы заранее договорились встретиться с Церой. Они последовали за мной, но я был… быстрее. — Не обладая даром эмпата, я, тем не менее, почувствовала, что сейчас Бриару стыдно. Верволчицы звали его и умоляли остаться, а ему пришлось разыграть карту холодного и неприступного, которому они надоели. Если по отношению к Софи такое еще можно было представить, то Эл и правда воспринималась им как любимая младшая сестренка.

— Ты еще не виделся с Софи, да? — догадалась я.

— Нет, конечно, — качнул головой Драг. — После того, как с дарфиром было покончено, а тебя унес Лаэрт, я хотел пойти следом, но Зак открыл портал, и они вместе с Марком и Эл запихнули меня в него, опасаясь, что твои Хранители сдерут с меня шкуру, — Бриар фыркнул. Удивительно, но этот факт его веселил. — Так что все время с битвы до прихода в Королевский Дом я проторчал в доме Ловеля.

— Понятно… — протянула я, догадываясь, что на самом деле его ответ означал: «я выдержал допрос твоих лучший друзей и своей очень злой сестры».

— А почему ты спросила? — в янтарных глазах зажегся огонек любопытства. Честно говоря, этот огонек редко их покидал, Драгону всегда все было интересно, и если он не спрашивал что-то сразу, это ничего не значило.

— Ну… После Совета, я… сама отправилась в Вэндскоп вместо со Скорпионами за тобой, и…

— Оу, — Драг втянул воздух сквозь сжатые зубы.

— Софи наговорила мне массу вещей, и Норд… среагировал.

— Среагировал? — настороженно переспросил Драг.

— Он поднял ее за шею и сломал кисть, если я не ошибаюсь, — задумалась я, смутно помня тот момент, мне тогда было не до выяснения отношений со старшей Бриар.

— Серьезно? — не поверил Драгон. — Норд?

— Он тебе утром нос сломал, чему ты удивляешься? — не поняла я.

— Мне — это нормально, я сам бы так поступил на его месте, но…

— Хватит, — оборвала я этот разговор, уводивший нас от главной темы. — Я много раз говорила тебе, как и почему могут действовать Хранители, неважно, мои, или чьи-то еще. Что было дальше? Ты встретился с Церой?

— Не даешь мне сорваться, — хмыкнул Драг. — Да. С ней, десятком ее подчиненных и одной незнакомой мне ведьмой.

— Ведьмой? — нахмурилась я. — Как она выглядела?

— Я никогда не встречал ее раньше, и она точно не из твоего клана. Запах был совсем другой, — пояснил Драгон раньше, чем я успела задать вопрос. — Так или иначе, но ее я видел только один раз. Она связала меня с Церой «путами» … Я не учел такой поворот событий, так что мой план «разузнать и уйти» провалился в тот момент.

— Шоарова свита, — буркнула я с не меньшей досадой, чем та, что звучала в голосе Драга.

Они использовали особое заклинание, в котором один — штырь с цепью, я второй — заключенный в эту цепь. Сколько кругами не ходи, штырь все время будет в поле зрения. Драгона магически привязали к Цере, и как бы он ни старался, он не мог уйти дальше, чем она видела.

— Ты пытался сбежать? — я заранее сморщилась, догадываясь о его ответе.

— Около восьми раз, — подтвердил Драг.

— Это… Насколько все было плохо? — Я сжала его пальцы, закусив губу.

— Ощущения не из приятных, — пожал плечами Бриар, как и всякий настоящий мужчина, предпочтя преуменьшить собственные страдания. В том, что они были, я не сомневалась. «Путы» — мерзкий прием не только потому, что ограничивает передвижения и не разрешает отдаляться от объекта привязки. Магия так же наказывает за нарушение установленной ею границы. Из теории я знала, что за каждый побег пленник платит болью, помноженной на предыдущие попытки.

Я села, чтобы быть к Бриару ближе, чувствуя, что ему это нужно. Так же, как и мне. Мы не будем разговаривать о неделях врозь, соприкасаясь только руками. Драг тоже это понял, потому как в следующую секунду я сидела верхом на нем в центре кровати. Нас, скрывая по пояс, окружало одеяло, словно какое-то подобие гнезда.

Усмехнувшись этой мысли, я устроила голову у него на плече, сдув с лица мешающую прядь волос. Широкие ладони вертигра легли на лопатки привычным точным движением. Большие пальцы, оказавшись на шершавой коже шрамов, принялись ласкать ее, расслабляя меня. Или же так успокаивался сам Бриар.

— В прайде Церы многое изменилось, — вернулся Драгон к рассказу, и его бархатный голос напомнил наши разговоры на узкой кровати моей комнаты в родительском доме в Вэндскопе. — По-прежнему веры только с кошачьими сущностями, но теперь это действительно напоминало общину, которую я видел у пантер Бесшумных Лап, а не банду. Больше никаких «пустых» драк между членами прайда, только за повышение, или за женщину… причем, иногда с этой самой женщиной, — Драг фыркнул, и я внутренне напряглась.

— Надо думать, ты дрался? — не сдержалась я.

— Тори… — Драг потерся щекой о мой затылок на кошачий манер, словно оставляя метку. — Нет, у меня не было схваток за женщину. Хотя нельзя сказать, что я не боролся ради женщины. Одной маленькой королевы ведьм, очаровательной даже в гневе и ревности.

— От собственника слышу, — пробурчала я, не желая признавать собственных слабостей. Бриар поцеловал меня в щеку, улыбаясь. Ничего не сказал о том, что я покраснела. Хороший вертигр. — Ты сказал, что Цера хотела, чтобы ты заплатил за прошлое предательство… Что она имела в виду?

— Вот мы и подходим к самой интересной части истории, — протянул Бриар.

— Ты… был с ней? — прошептала я, зажмуриваясь, когда этот вопрос, рвущийся наружу с тех пор, как Бриар сказал, в обществе кого находился, оказался на воле и повис между нами.

— Господи, Тори, ты можешь думать о чем-нибудь еще? — не смотря на то, что прозвучало это грозно и возмущенно, Драг скорее был удивлен и развеселен.

— О, конечно, услышав, что оставив меня, ты ушел с Церой, своей бывшей, между прочим, я сразу же подумала о правилах стирки цветного белья, поставив эту мысль в список между: «что надеть завтра» и «вычесать Хану»! — огрызнулась я, стараясь не заострять внимания на собственном облегчении и смущении, вызванных его реакцией.

Драгон засмеялся. В голос. Хорошо, что здесь темно, хотя уже по одной интенсивности жара, он догадается какого сейчас оттенка мое лицо. Что-то близкое к пурпурному, судя по ощущениям.

— Хорошо-хорошо, — отсмеялся Бриар. — Признаю, у тебя была причина подумать так. — Коснувшись указательным пальцем моего подбородка, он мягко потянул вверх, вынуждая приподнять голову и встретиться с его глазами, все еще искрящимися весельем. Какой отличный повод для смеха нашел, а!? — Я не изменял тебе. Подобная мысль вызывает у меня тошноту. Как ты не понимаешь, что назвав тебя половиной своей луны, я одними лишь этими словами разом принес тебе сотни клятв? Ты — единственная, Тори. Во всех смыслах. В любом понимании. Сколько раз мне нужно тебе это сказать, чтобы ты поняла и приняла? Когда я писал то письмо, я думал, что лишь раз проглядев его, ты поймешь, насколько оно фальшиво и не примешь на веру ни единой глупой фразы. Мне и в голову не могло прийти, что все наши дни и ночи, все мои слова, поступки и взгляды, ты приравняешь к актерской игре, а пару абзацев на тетрадном листе примешь за чистую монету!

Я сжалась в его руках, не зная, как выбраться из этих обвинений. Сказать, что люди всегда охотнее верят в плохое, чем в хорошее? Или лучше признаться, что наши отношения с момента их возникновения казались мне чем-то нереальным: начиная от скорости, с какой они возникли, и заканчивая его особым пониманием меня? То, что он знает, что сказать или сделать, чтобы успокоить, считывает с одного взгляда и порой ориентируется в мотивах моих поступков лучше, чем я сама… Я не могу к этому привыкнуть.

— Я… О чем ты думаешь? — уже спокойнее и без прежнего запала спросил Драгон.

— Слишком о многом, — размыто ответила я, пока не готовая покаяться в собственном недоверии, дремавшем с нашего первого поцелуя. — Итак, какую плату потребовала Цера?

— Ну… Она снова приняла меня в прайд на правах низшего. Ты знаешь, что это значит?

— То, что ты младший член общины, и любой может тобою помыкать? — неуверенно спросила я, стараясь быстро припомнить школьный курс по «КМР» («культура мифических рас»).

— Именно, — подтвердил Бриар. — Объявила это перед всем прайдом и сказала, что ждет от меня прежних успехов. Иными словами, она нарисовала мне на лбу мишень, побуждая каждого второго нарваться на вызов от меня, совершенно точно понимая, что я не буду выполнять идиотские приказы недомерков, возомнивших себя альфами.

— А чем больше ты побеждал, тем…

— … выше продвигался по иерархии прайда, — закончил Драг. — Пока снова не стал вторым.

Я отстранилась от него, заглядывая в глаза:

— В скольких боях тебе пришлось участвовать?

— Я не считал, — моргнул Драг. — Иногда по три в день, иногда ни одного…

— И все они до смерти противника?

— До сдачи, — поправил меня Бриар. — Некоторые признавали мою силу и уступали после первой крови, другие шли до конца.

Сглотнув, я крепче обняла его, примерно представляя, что такое драка между верами. Дикая, быстрая, свирепая бойня, где одним ударом могут переломить позвоночник, а укусом выгрызть глотку так, что никакая регенерация не спасет. Сколько раз за эти три недели Драг смотрел в лицо смерти, сколько раз я могла потерять его, и так не узнать об этом? Он мог никогда не вернуться, а я до самого конца верила бы письму.

Запоздалая реакция, но мне стало страшно. В голове застыла картинка истерзанного тигра с окровавленной шерстью и потухшими глазами, смотрящими в одну точку. В горле образовался тугой ком, и я втянула носом, вжимаясь в своего вертигра.

— Ты чего? — нежно прошептал в волосы Бриар, поглаживая по спине. Думаю, на этот раз он точно понял, о чем я думаю. Мои эмоции служили яркой подсказкой. — Со мной все хорошо, Тори. Я рядом и не собираюсь никуда уходить.

— Зачем ей было это нужно? В чем тут плата? — я попыталась отвлечься от мрачных картин попыткой понять логику этой чокнутой сучки.

У меня была припасена для нее еще пара эпитетов покрепче, а так же огромное желание увидеться лично. Так сказать, нанести царице прайда королевский ведьмовской визит. Есть какая-то ирония в том, что мы обе занимаем один и тот же статус у своих народов.

— В повторении истории, — глухо произнес Драгон. — Прайд по-прежнему вел кочующий образ жизни, правда, теперь более цивилизованно, путешествуя в трейлерах и останавливаясь на ночные стоянки. Напоминало бродячий цирк. — Бриар пожал плечами, и я легко представила себе такой образ жизни. Всегда в дороге, постоянная охота во всех смыслах. — По крайней мере, так мы провели две недели. И за них я узнал многое. Как я и думал, Цере помогли меня найти.

— Ревендж? — предположила я, даже смутно догадываясь, что двигало этой тварью.

— Не совсем. Ева Рэд.

— Рэд? — я была слишком удивлена, чтобы проговорить это имя с должным презрением.

Ева была давним другом (уже бывшим) Бриаров, вертигрицей, вздыхающей по Драгу. Софи пригласила ее погостить, когда мы с Ястребами жили у них в особняке. Конечно же, назло мне, чтобы показать, насколько я не подхожу Драгону. Все закончилось взаимными оскорблениями, ее хищным прыжком (ни шанса на успех, при Скорпионах-то!) и перевернутой на ее голову сковородкой с жареной рыбой.

— После того, как мы выгнали ее из дома, она отправилась на поиски Церы, решив отомстить мне.

— Не тебе, — буркнула я, качая головой. — Мне.

— Неважно, — бросил Драг. — Гораздо более интересный вопрос: кто помог Еве найти Церу? Прайд не так легко обнаружить даже тому, кто когда-то в нем состоял, тем более одиночке.

— Ревендж? — предприняла я вторую попытку, пока в моей голове складывалась занятная схема.

— Почти, — признал Бриар. — Не лично, а через его наемников.

— И как ты это узнал?

— Просто поговорил с Церой, — сказал Драгон, и я недоверчиво посмотрела на него. «Просто поговорил» — было бы последним, на что я поставила. Ожидалось что-то вроде допроса с применением пыток, или шантаж… Кто вообще добровольно рассказывает узнику о том, как и кто помог его пленить?

Ох. Вопрос снят. Это неплохая моральная пытка, учитывая, что «сдала» его та, о ком Драг никогда бы такого не подумал. Интересно, я смогу хотеть убить Церу еще больше, чем сейчас?

— Хотя, скорее это был монолог, подтвердивший все мои подозрения, — протянул Бриар. — Видишь ли, как только я увидел ведьму, привязывающую меня путами, я ни на секунду не думал о чем-то безобидном, вроде как «ведьма, чем-то обязанная Цере». До знакомства с тобой, я за свои двести лет никогда не слышал о ведьмах, как и Натан с Софи, а они старше меня на пару веков, как и Джеда с Максом, а эти двое много путешествовали в свое время. Так какова была вероятность, что Цера встретит ведьму, и та согласится ей помочь «найти и наказать предателя»?

— Я сразу об этом подумала, — понимающе кивнула я, неосознанно рисуя по его груди пальцами.

— Так что, когда Цера заговорила о том, что в какой-то мере она спасает меня из неприятностей, в которые я успел вляпаться, сопровождая все это лекцией об обязанностях веров жить общинами, она упомянула, что нечего лезть в дела других рас. «Не знаю, что у тебя за дела с ведьмами, но мой новый друг очень хочет, чтобы ты был подальше от них, лучше всего, на том свете. Твое счастье, что решать это мне». — Драгон фыркнул. — Пока все понятно, да?

— Ревендж через своих пешек помог Цере найти и связать тебя путами, и у них все получилось, потому что ты решил поиграть в разведчика. И твоя помешанная на контроле и манипулировании бывшая стравила тебя с остальными членами своего прайда, вынудив занять при ней прежнее место. Яснее ясного, — высказала я основную мысль. — О, и не забудем, что все это время ты провел в боях и попытках сбежать, и в любой момент тебя могло не стать, а я…

Драгон не дал мне договорить, захватив в горсть волосы на затылке и потянув их вниз, вынуждая запрокинуть голову и подставиться под его губы. Что ж, он всегда знал, как остановить надвигающуюся на него бурю моих эмоций. Отвечая на поцелуй, я шумно выдохнула, ощутив некоторые пульсирующие изменения под собой, и уперлась ладонями в грудь Драга, отстраняя.

Довольно таки жалкая попытка, да и не особо уверенная… Настолько, что даже мне она казалась неубедительной. Хитрый Бриар, улавливающий мой эмоциональный фон своей кошачьей эмпатической антенной, и вовсе позволил себе проигнорировать мое движение. Перевернувшись, Драг вжал меня спиной в кровать, пробежавшись пальцами по ноге до бедра, и накрыл собою, мурлыча. И снова отключение от реальности. Добровольное. Необходимое. Поглощающее.

Чуть позже, когда страсть, насытившись, уступила место нежности и лени, я растянулась вдоль Драгона, уютно устроившись у него под рукой и положив голову на горячую грудь. Мои пальцы медленно поглаживали его горло, впитывая вибрацию довольного урчания, остановить которое Драг был не в силах, если только не отведет мою руку, чего точно делать не станет. Уж я-то знала.

— Тори… — улыбнулся Драгон через несколько минут, мягко перехватывая меня за кисть, но не мешая касаться впадинки у горла. — Ты хочешь дослушать историю?

— Хочу, — с тяжелым вздохом признала я, успокаивая свою тягу ко всем этим почесываниям, хотя я даже до пресса еще не успела добраться… Уж эти-то его рельефы я обожаю очерчивать… Соберись, Ри!

— Это все ты! Сломал всю беседу, — пожаловалась я, вспоминая, как же могло получиться, чтобы разговор со слов перешел на язык тел.

— Я не нарочно, — невинно улыбнулся Драг, что смотрелось комично в свете недавно развернувшегося между нами действа. — Это все «оно». Знаешь, вся эта штука с половинками одного целого, непреодолимого притяжения и…

— Заткнись. Само оно, как же, — недоверчиво хмыкнула я, качая головой, что на деле выглядело как потирание о грудь Бриара. Не хуже, чем Хана днем, Таврика тому свидетель. Драг с укором посмотрел на меня, и я остановилась. Да, определенно, оно само так получалось, точно. — Я вся внимание.

— Я вижу, — усмехнулся Драгон, и искорки смеха в янтарных глазах намекнули, что он догадывается, о чем я только что думала. — Мы остановились на моменте, в котором Цера, преисполненная уверенности, что я привязан к ней на веки вечные, подтверждает мои подозрения. Через день после этого я попытался сбежать последний раз, потому что почувствовал твой страх. Это… Я не могу точно описать это состояние, но меня раздирало изнутри от необходимости бежать к тебе, ломая ноги, и невозможности этого сделать, потому что любой бег приводил обратно к Цере. — Бриар судорожно сжал мою ладонь, едва ли заметив это. — В тот же вечер она объявила, что мы отправляемся в Ирландию, где я сотру последние напоминания о своем предательстве, убив его причину.

— Хиссу? — поперхнулась я именем той, кто вырастил Драгона. Единственной, кто по праву мог считаться его матерью. Хисса, а не Софи. — Цера решила снова напасть на Бесшумных Лап?

— Да, — кивнул Драгон. — Во-первых, ей нравилась их территория; во-вторых, и, думаю, это основная причина, она хотела по-настоящему наказать меня.

— В чем тут наказание? — вспылила я. — Путы привязали тебя к ней, но не подавили личность. Ты не стал бы атаковать Хиссу!

— Конечно, не стал бы, и Цера прекрасно это понимала. Хиссу убили бы на моих глазах, — Бриар успокаивающе пожал мои пальцы, надежно укрытые в его руке. То, как он сказал это, убедило меня, что с ней все в порядке. Я не была знакома с Хиссой лично, что не мешало мне испытывать уважение и более чем симпатию, к этой сильной женщине, когда-то взявшей на себя ответственность за Драгона и воспитавшей его тем, кого я люблю.

— При условии, что прайд одержал бы победу. В прошлой раз все закончилось не в пользу Церы, — скептично отозвалась я, удивляясь самоуверенности верльвицы.

— В этот раз все было бы иначе, учитывая трех появившихся ведьм, открывших портал для нас. Цере очень понравился этот способ покрывать расстояние, — мрачно сказал Драг, со значением посмотрев на меня.

— А эти ведьмы…

— Паутинники, — ответил Драг. — Я узнал их по татуировкам на лице и одежде.

Наемники, ранее сотрудничающие с Ревенджами. И Карл приказал им сопровождать прайд Церы и сражаться на ее стороне. Зачем? Несколько вариантов. Либо проследить, что «наказание» Бриара точно состоится, либо он… хотел ответной услуги от Церы, или же… Какая-то мысль, поскребшись на задворках, исчезла, не оставив и следа. Значит, именно она и была ближе всего к истине.

— Ри?

— Я слушаю, просто задумалась, — пробормотала я.

— Понимаю. — Драг свободной рукой погладил меня о щеке и улыбнулся. — Пройдя порталом, мы оказались в поле, в нескольких часах бега от деревни Бесшумных Лап, и наемники остались с нами, к моему счастью.

— К счастью? Почему?

— Скоро поймешь. Цера приказом альфы заставила меня проследить за лагерем, не догадываясь, что я ему не подчиняюсь…

— Стой-стой, тут я не поняла. В смысле «приказ альфы»?

— Надо же, — удивленно приподнял бровь Драгон. — Ты не знаешь, что это такое? Мне казалось, ты знаешь о верах едва ли не больше меня.

— Ммм… Наверное, я прогуляла эту лекцию… — Пожатие плеч было встречено хихиканьем.

— Лекцию. Все время забываю, что в вашей школе, кроме стандартного набора дисциплин, есть еще нестандартные вроде «социологии ведьм», или… как же оно… а! «Схематика магических процессов».

— Откуда такие познания, господин Бриар? — притворно изумилась я, в принципе догадываясь об ответе, и он меня не разочаровал:

— Я любопытный.

— И заражаешь меня тем же. Так что такое «приказ альфы»?

— Ты сама сказала, что путы привязывают к человеку, но не подавляют волю. Я не мог сбежать от Церы, или убить ее, что вполне логично, наверное, какая-то подстраховка этого заклинания…

— Так и есть, иначе оно было бы бессмысленным, — подтвердила я.

— Для подавления воли у веров существует «приказ альфы», иначе в первые же пять минут я разодрал бы пару-тройку ее любимчиков, или ведьму, связавшую нас, — продолжил Драг, кивнув на мою реплику. — Чем больше членов прайда или стаи верят в силу предводителя, тем мощнее «приказ». Эта сила возникает только в общинах, когда есть последователи, уважающие, преданные и восторгающиеся. Я еще давно говорил тебе, что Цера умеет вытаскивать из людей нужное ей отношение, так что недостатка в мощи у ее воли не было. Первые секунды она действительно едва не распластала меня, чувство, как будто на тебя опускается гора, и остановить ее можно лишь согласием на все, что требует альфа, иначе раздавит.

То, о чем говорил Драг, напоминало мне узы у ведьм. Связь между членами одной общины, такая пирамида потока веры, на верхушке которой вожак. Интересно. Но если у ведьм может быть несколько уз (ярким примером тому я), а значит больше каналов веры, и к тому же они разные (одно дело вера в Таврику, другое — в собственное право правления и третье — доверять Хранителям), то у веров было нечто основательное и массивное.

Вера общины в того, кто ее возглавляет. Безоговорочное подчинение. Никакой свободы воли. Это практически добровольная тюрьма, ирония которой в том, что заключенные сами ее создают, не осознавая, что делают. Разумеется, если во главе угла некто амбициозный и властолюбивый, упивающийся контролем. Например, Цера.

— А потом, что-то случилось, — продолжил Драг. — Знаешь, как будто резко включили свет, и давящая темнота отступила, правда, едва не размозжив мне мозги при этом. Я случайно коснулся медальона, — Бриар погладил его и сейчас, чуть улыбнувшись, — и подумал о тебе. Сила голоса Церы сошла на нет. По крайней мере, для меня. Думаю, все дело в преданности. Навязываемое ею — искусственное, не принадлежащее мне, дутая обязанность, столкнулось с истинным и настоящим, верностью тебе, и последнее, конечно же, победило.

— Конечно же, — только и сказала я севшим от волнения голосом. — Получается… Я тоже помогла тебе, даже раньше, чем ты мне… Во время патрулирования, мы столкнулись с Кровавыми Всадниками, и один все-таки добрался до меня, принялся копаться в голове, как они это умеют, и я почти сдалась, когда услышала твой голос, встряхнувший меня.

— Что и требовалось доказать, — проурчал Бриар. — Мы расстались физически, но не…

— …ментально, — закончила я, чувствуя, как внутри, то, что ожило и прогрелось в присутствие Драгона, собиралось пышно зацвести, опьяняя. Никакого разрыва не было. Вот почему, нащупывая связь с территориями позавчера, я увидела наши зелено-золотистые узы с Драгом. Потускневшие, но не исчезнувшие.

Столько подсказок: интуиция ставила под сомнение письмо с самого начала, голос Драгона, слышный только мне, медальон, снять который не представлялось возможным — каждый раз руки опускались, и, наконец, не исчезнувшие узы. А я все это прозевала и не сопоставила, потому что никогда по-настоящему не верила, что такой, как Драгон, со всеми его плюсами и минусами, достался мне.

— Так… Цера не поняла, что на тебя не действует ее «приказ альфы»? — вернулась я к началу, не горя желанием истязать себя дальше. Случай еще представится, можно не сомневаться.

— Не поняла, а я не спешил ее в этом разубеждать, решив использовать это позже, так что покорно выполнял все ее приказы, и это, между прочим, заслуживает отдельной истории, — недовольно поделился Драг. — В мои планы входило выловить одного из наемников, скрутить и заставить снять путы, убить, а потом сбежать к Бесшумным Лапам, чтобы предупредить о планах Церы на их территорию. Потом, предположительно, после того, как я отгрыз бы этой твари голову, я отправился обратно домой, где или все еще был портал в поселение, или же рано или поздно появился бы Зак, создавший новый. И да, при обдумывании этого за считанные секунды, мне дико повезло, что никто из Паутинников не мог пробраться ко мне в голову. Мыслеблок, поставленный тобой, все еще держался.

— Там не только мой, там еще и Марк постарался, наверняка, назло Скорпионам подстраховав тебя, — сморщилась я, пытаясь припомнить, в какой момент поверх моей защиты в голове у Драга появилась фирменная и изящная стена-ловушка Стоуна. — Марк гениальный пользователь Воздуха, каждый его блок — произведение искусства, потому как он сам их придумывает, основываясь на общеизвестных принципах создания, а не приемах… кхм, неважно. У тебя был хороший план, только мне почему-то видится большое и жирное «НО», пустившее все под откос. — Я сменила позу, передвинувшись чуть повыше.

— Так и есть. Я приметил, что один Паутинник «как бы незаметно», — Драгон показал одной рукой кавычки, — следует за мной по пятам. Оглянувшись на Церу, увлеченно что-то обсуждающую со старшим костяком, я пошел дальше, думая, как завести ведьму и при этом не напороться на нарушение границ заклинания, когда с неба, передо мной, спикировала ведьма, — Драг широко улыбнулся. — Разъяренная ведьма. Хотя даже не это было странным.

— А что?

— У нее был рюкзак за спиной, и из него высовывались две кошачьи головы. Раньше, чем кто-нибудь успел двинуться, она выпустила их из рюкзака, и они превратились во… что-то огромное и отдаленно напоминающее кошек. Потом-то Алария объяснила мне, что Матильда и Серафима баканэко, но тогда…

— Баканэко? — переспросила я, привстав на локте. — Матильда и Серафима?

— Ну… Она зовет их Тильда и Фима, — легко сказал Драгон, словно не уловил, что именно повергло меня в шок. — Подожди, я немного опережаю события. Так вот. За моей спиной Паутинник, в трех шагах впереди незнакомая ведьма и два монстра. Незнакомка громко, доступным языком объясняет, что с нами со всеми будет, если мы в течение минуты не покинем ее территорию, и выглядит это колоритно. Цера командует мне напасть на новоприбывшую, используя власть альфы… и я поворачиваюсь, делаю один точный прыжок, после чего освобождаю Паутинника от необходимости дышать.

— Эффектно, — оценила я, надеясь, что выражение лица Церы было непередаваемым.

— Мне всегда нравилось, как легко ты воспринимаешь эту мою сторону, — заметил Бриар, усмехнувшись, в то время как я закатила глаза. — Ведьма, оценив мой жест, скомандовала на каком-то неизвестном мне языке (и это точно не китайский или японский), и две ее меховые горы с красными глазами перепрыгнули через меня и врезались в веров Церы.

— Кошачья бойня, — глубокомысленно произнесла я, не ожидая такого поворота событий.

— Кошачья бойня, — согласился Драгон. — Для Церы история повторилась.

— Сбежала? — с досадой спросила я.

— Да. Алария (так зовут эту ведьму) схлестнулась со вторым Паутинником, я перекинулся и прикрыл ее от пары верльвов, в это время последний наемник Ревенджа открыл портал, и, думаю, Цера была первой, кто в него проскочил.

— О да, настоящая царица, вся в заботах о народе, — протянула я.

— Я тоже так подумал, — хихикнул Драгон. — Вот только, когда она побежала, меня потащило за ней. У меня была очень «веселая» минута, прежде чем Алария это заметила и, высказав: «поводок для кошки — зло», обезвредила путы.

— Кажется, я слышу в твоем голосе восхищение? — приподняла я бровь, не чувствуя ревности, честно говоря, не имея на нее права после всего, что уже было сказано Драгом.

— Да, — кивнул Бриар. — Она… чтобы понять, нужно с ней познакомиться, — он пожал плечами, улыбнувшись. — Взрывная, язвительная и мудрая, что-то у нее в глазах есть такое… — Драг щелкнул пальцами, не найдя слова.

— Ты меня заинтриговал, — искренне сказала я, действительно желая познакомиться с ведьмой, спасшей его. Хотя бы для того, чтобы поблагодарить. — Она, должно быть, очень необычная ведьма. Баканэко никому не служат. И, честно говоря, я вообще не слышала, чтобы эти существа когда-либо приживались у кого бы то ни было. По преданию, они сопровождают одиноких или пострадавших от мужской руки женщин в обличие обыкновенных домашних кошек, а потом находят и пожирают обидчика, принимая истинное обличие. На этом их миссия, как правило, окончена, и они берутся за следующее «дело».

— Мило, меня в такие тонкости не посвятили, — усмехнулся Драгон. — И, хочу сказать, что обидчики женщин — не единственное, что они едят. Анхеоты у них тоже нарасхват. Даже рога и ядовитая кровь не помеха.

— Анхеоты? — вытаращилась я.

— Когда веры сбежали, Алария пригласила меня к себе в гости. Оказалось, что она живет в небольшом домике в лесной глуши неподалеку и очень ревностно оберегает собственное одиночество, так что, каким-то образом ощутив портал, созданный Паутинниками, она пришла разобраться с нарушителями спокойствия.

Я нахмурилась. То, что говорил Драг, больше напоминало страх. И такая реакция на портал… Похоже, что Алария от кого-то пряталась. Может быть, она изгой, или когда-то состояла в банде.

— В общем, она пригласила меня в гости, естественно, я понравился Матильде и Серафиме…

— Естественно, — пробурчала я. — Ты нравишься всем кошкам, неважно, веры это, обычные домашние, или баканэко. Нечестно.

— Ты никогда не перестанешь ворчать на меня из-за Ханы, да?

— Да! — обиженно надула я губы, но продержалась недолго, присоединяясь к смеху Драгона.

— Я рассказал ей все, как есть, и с присущей мне наглостью попросил о помощи, — самодовольно улыбнулся Бриар. — Я не сомневался, что Ревендж устранил меня по какой-то серьезной причине, чтобы я не смог помешать. Потом на меня обрушилась тирада, что бывает с ведьмами-одиночками, взламывающими защитный купол одного из пяти кланов за Покровом. Она отказала, велев убираться с рассветом. И… — Драг посмотрел на меня: — Тебя нисколько это не удивляет и не возмущает.

— Нет, — покачала я головой. — Алария права. Создать портал в клан, не являясь его членом — все равно, что взлом. То есть преступление. Портал отследили бы Ястребы, и далее для нее все могло обернуться не самой лучшей стороной.

— Ясно, — протянул Драгон. — Как бы то ни было, но до рассвета ждать не пришлось. Мы даже чай допить не успели, как на ее участок заявились три анхеота.

— Паутинник донес Карлу, что ты сбежал с помощью незнакомой ведьмы, и он отправил на поиски демонов, — понятливо вставила я.

— Нет, не на поиски, — мотнул головой Драг. — Убить. Сражение вышло эпичным и долгим. Скажу только, что у Аларии полный подвал мешков с солью, жутко сварливый ученик Джонатан, подоспевший в самый разгар драки, а Фима и Тильда действительно откусили голову одному анхеоту.

— Ого, — выдохнула я, смутно представляя себе двух ведьм, баканэко и Драгона, выстоявших против трех демонов второй ступени в мире смертных. — А она действительно сильная ведьма. Даже очень.

— Я пришел к тому же выводу, вспомнив, что случилось, когда анхеот нагрянул к нам домой, — высказал вслух Бриар мои мысли. — За время боя я успел спасти Матильду, и Алария, сказав, что терпеть не может оставаться в долгу и вообще ее дом помогает только таким чокнутым, как я, а моя выходка по шкале безумия достигает самой высокой отметки, согласилась помочь.

— Какая выходка? — я заглянула в янтарь его глаз, намекая, что вопрос не риторический.

— Хм… Я… раскрутил анхеота за хвост и… оторвал его.

— Ты оторвал хвост анхеоту?

— Я был очень зол.

— Нет, серьезно? — не поверила я, даже садясь в кровати от такого открытия. — Оторвал хвост?

— Ага.

— Ты понимаешь, что этого никто никогда еще не делал?

— Я полагаю, до этого они не атаковали веров.

Я потрясенно покачала головой и, думаю, еще немного, и мой подбородок коснулся бы простыни, учитывая, как открылся рот. Оторвал хвост анхеоту. И еще так спокойно говорит об этом, как будто муху прихлопнул!

— Кажется, я слышу в твоем голосе восхищение?? — лукаво поинтересовался Драгон, довольно щурясь на меня. Ни дать, ни взять, огромный кот, наевшийся сметаны и греющий пузо на солнце.

— Да, — кивнула я, как и он ранее, в такой же ситуации.

— Так что, Алария согласилась помочь, обозвав это еще одним безумием, — вернулся Драг к рассказу, когда молчание между нами заметно потяжелело, пропитавшись пониманием, способным воспламениться от одного неосторожного вздоха и обеспечить нам еще один уход от реальности.

Я моргнула, переключаясь, ощущая, что кожу покалывает в тех местах, где мы соприкасались. Святая Таврика, это было близко, и у Бриара с самоконтролем лучше, чем у меня. Я была в мгновении от того, чтобы облизнуть нижнюю губу, тем самым давая зеленый свет.

— Я отправился на охоту, подремал пару часов, восстанавливаясь, пока Алария ломала голову над тем, что ей использовать для открытия портала. Как я понял, это не такая уж простая вещь, — Драг вопросительно посмотрел на меня, поглаживая по плечу.

— Она не принадлежит к ведьмам Темной Горы, поэтому не может пользоваться узами с этими землями, да и вряд ли когда-нибудь была на территории нашего клана, поэтому не представляет даже визуально, где открыть портал. То есть, знает точку «А», но мысленно не видит точки «Б», так что не может создать пространственный коридор, — объяснила я.

— Вот как, — принял к сведенью мой вертигр. — В общем, я сидел на крыльце ее домика, пока она решала эту проблему в компании кофе и сигарет, когда медальон буквально огнем загорелся на шее, и я почувствовал все, что чувствуешь ты. Это было… ужасно. В смысле то, что ты тогда испытывала. Ярость и горе, вина и страх, чувство, словно у тебя душу на клочки рвали…

Конечно. Я потеряла Норда. Все, о чем говорит Драг… Так и было. Именно эти эмоции. Неповторимый клубок отчаянья, ужаса и гнева, из которого, неожиданно, сплелась надежда.

— На этот раз меня обозвали идиотом, — продолжил Бриар, сделав вид, что не заметил моего погружения в себя. — Потому что только «полный идиот и кретин может носить на себе решение проблемы и не понимать этого», — Драг усмехнулся цитате. — Пока Алария открывала портал, используя связь проводников, заодно объяснила мне, что это такое. Правда, когда она открыла его в первый раз, он тут же закрылся…

— Это я, — сморщилась я. — Подумала, что Ревендж снова пытается прорваться, и велела закрыться всем порталам. Потом сила, которую я призвала, покинула меня, и я уже не смогла повторить этот прием, так что пролез и дарфир, и ты. Очень вовремя, — я улыбнулась ему. — Ты всегда появляешься очень вовремя… Что в овраге с пумой, собравшейся мною перекусить, что позавчера…

— Ты засыпаешь, — нежно пробормотал Драг, ответив на мой поцелуй и укладывая мою голову на подушку.

— А вот и нет, — запротестовала я.

— А вот и да. — Он поцеловал меня в нос. — Засыпай.

Вместо того чтобы лечь со мной, Драг внезапно сел, откинув одеяло. Липкая паника сковала сердце, и я встревоженно посмотрела на него:

— Ты куда?

— Поесть, — ухмыльнулся он, и паника рассеялась, позволив вздохнуть. — Ты же знаешь, после активных движений у меня всегда зверский аппетит…

— О, заткнись! — Я перевернулась на другой бок, покраснев. — У тебя две минуты, потом пойду искать, и тебе это не понравится.

— Да, моя королева, — молниеносно оказавшись рядом, Драг коснулся щеки губами и прикусил за ушко.

— Придумай что-нибудь свое, — развредничалась я, решив не спускать такой явный и ничем не прикрытый плагиат у Скорпионов. Даже интонацию скопировал!

— Кроха, — засмеялся Бриар, взъерошив мне волосы, но, прежде, чем я успела надавать подушкой по его самодовольной тигриной заднице, его уже не было.

К тому же, не собираюсь признавать этого вслух, но Драгон прав. Я хотела спать, и теперь, когда он закончил свой рассказ, держаться наяву было не за что. Обдумывать услышанное пока что не тянуло, лучше переспать с этим, а утром все само разложится. Проверенная схема.

Я скользнула в полудрему, и все же его возвращение в кровать не прошло незамеченным.

— Это было больше двух минут, — сонно пробормотала я в подушку.

Драгон обнял меня со спины, прижимая к себе и согревая от пяток до макушки. Я и не заметила, что успела подмерзнуть без его присутствия. Положив свои руки поверх его, я для верности еще и пальцы переплела, чтобы теперь Бриар точно никуда не сбежал. Ни на две минуты, ни на десять секунд. Страшно представить, каких масштабов будет мое безумие, если утром Драгона не окажется рядом. Страшно, так что лучше и не представлять.

— Прости, Тори, не хотел оставлять после себя беспорядок. Мадам Оливия точно не поблагодарила бы меня. Засыпай, — сконфуженно объяснил Драгон, наверное, не ожидая, что я не буду спать и поймаю его на «опоздании».

Расслабившись, я улыбнулась, когда прямо над ухом зазвучало его урчание. Вот же хитрый кот. Знает, как добиться своего.