Глава 23

Глава 23

Джорджиана Грей покинула Королевский Дом в растрепанных чувствах. Недовольная моим отказом, она старалась спрятать гнев, но то ли выходило у нее это из рук вон плохо, то ли снова о себе давал знать мой прогресс в пользовании стихией Огня. Так или иначе, рассказ о пророчестве насторожил и даже встревожил, но не перетянул меня на ее сторону.

Я все еще свято верила в свободу выбора, самостоятельные решения взрослых людей и, как бы наивно это ни прозвучало, в любовь. Хотя, именно в моем случае, это не может звучать наивно. Любовь однажды вытащила меня с того света, а потом еще несколько раз спасала жизнь как напрямую, так и косвенно.

И потом, почему Джорджиана подумала, что в пророчестве Мари Оры говорится именно о Кристине и Лаэрте? С такой же вероятностью оно могло относиться к любому из моих Хранителей и его паре. Старшая Грей предпочла попытку подстраховки, но не рискнула прийти в дом Хадержей, переговорить с братьями напрямую и постараться уберечь всех девушек. Насколько я знала, Вира в то время уже была с Нордом, как и Амелия с Яном.

Причина, по которой Джорджиане не хватило на это смелости, была не ясна. Страх перед самими Скорпионами, или же страх перед Мари Орой? За подслушанные разговоры на такие темы по головке не гладят.

Я пережевывала третье или четвертое печенье по счету, когда в дверь постучали. Я тяжело вздохнула, зная, кто это. Чего я не представляла, так это, как ответить на их вопросы.

— Моя королева? — мысленно обратился ко мне Норд.

— Заходите, — я постаралась, чтобы даже мысленно голос звучал спокойно, без тревоги и гнева.

Договорив, я обнаружила саму себя уже не в кресле перед камином, а возле дивана. Когда успела пересечь гостиную и сколько кругов по комнате уже нарезала, оставалось загадкой. Думать, застыв на месте — не моя сильная сторона.

Скорпионы черными тенями переступили порог. Бесшумно и быстро, даже дверь никак не предупредила о них: ни скрипа, ни щелчка, ничего. Если бы не смотрела, никогда не заметила бы момента их появления. А, стоя спиной, точно не знала бы о присутствии Хранителей, пока не обернулась, или кто-то из них его намеренно не выдал.

Они выстроились передо мной в шеренгу, столь же опасные в свете зимнего дня, как и ночью. Я смотрела на братьев, впитывая вид всей четверки разом, ни на ком не заостряя внимания и ощущая гордость. Не самое ожидаемое сейчас чувство, но это было оно. В упряжке с довольством и спокойствием.

Я не знала, за что или вопреки чему мне достались такие Хранители, но вряд ли когда-нибудь перестану задаваться этим вопросом или же благодарить Таврику за них в моей жизни. Мои защитники и наставники, советники и каратели, фундамент, что не дает трещин, когда все вокруг рушится. Не зря магически преображенный трон во время коронации имел ножки в виде скорпионов.

— Не то чтобы нам не льстил, или не радовал такой взгляд, моя королева, но сейчас мы не понимаем, чем заслужили подобное… одобрение, — слился голос Яна с треском углей в камине.

Моргнув, я встряхнула головой, смутившись:

— Я просто рада, что вы — мои Хранители, — улыбнулась я им, и где-то в области сердца потяжелело. Это ко всем уже имеющимся присоединился груз очередной тайны. Интересно, сколько секретов способно выдержать одно сердце?

Я не могла сказать им правды. Не могла сказать о пророчестве и сделать несчастными и одинокими. Мне не нужно было никаких снов, чтобы предвидеть следующий их шаг после такой новости. Они постараются защитить своих любимых, покинув их, сняв «отметину». Вряд ли это что-то изменит, но они попробуют.

— Ри… что, все настолько плохо? — спросил Лаэрт, после того, как вся четверка склонила голову.

— Почему ты думаешь, что все плохо? — нахмурилась я, раздумывая, где прокололась и проверяя свои блоки. Судя по тому, что они все еще так спокойны, мыслей моих никто не читал.

— Потому что ты подслащиваешь пилюлю, говоря нам комплименты, — ответил Анис.

— Правда не считается комплиментом, — с укором посмотрела я, искренне возмутившись такой их реакции.

— Прости, мы…

— Не за что, — отмахнулась я. — Буду говорить вам это почаще, вы привыкнете и не будете так удивляться.

Такое решение проблемы вызвало у всех четверых смешки, и я хихикнула, хотя на самом деле говорила всерьез.

— Так… зачем она приходила? — спросил Норд, покосившись на Лаэрта, как на самое заинтересованное в ответе лицо.

— Если нам, конечно, позволено об этом знать, — добавил Ян.

Я с сожалением ответила на его взгляд, понимая, почему он это сказал. Младший Скорпион наверняка вспомнил мои увертки и отказы что-либо объяснять всякий раз, когда дело касалось ключа от Врат Тьмы. Я сама это ненавидела, но поделать ничего нельзя. Хотя в голове все чаще проскальзывала мысль заставить следующего приспешника Ревенджа, который нам попадется, проговориться об артефакте перед братьями.

Не удивлюсь, если о цели Карла знает вся его шайка, так что разыграть такой сценарий вполне возможно. А уж сложить два и два Скорпионам ничего не будет стоить. Останавливало только, что это будет умышленно, то есть осознанно. То есть, отвертеться от вины не получится, и богам это не очень-то понравится. В лучшем случае.

— То, зачем она приходила, она не получила, — улыбнулась я Лаэрту.

— Джорджиана просила тебя наложить запрет, — утвердился в мысли третий Скорпион.

— Да, — кивнула я. — И я его наложила. На нее.

— Что? — моргнул Хранитель.

— Я напомнила Джорджиане о вещах, помнить которые она не хотела, и велела впредь о них не забывать, — пояснила я, не желая пересказывать разговор и передавая общий его смысл. — Ни у кого нет права указывать, что к кому чувствовать, и как с кем жить.

Я буквально видела себя на острие лицемерия. Противно, но оправдать можно любую мерзость, особенно, когда хочется верить, что она во благо. Я умалчивала правду, отказывалась предупреждать своих Хранителей об угрозе, нависшей над одной из их девушек. Ситуацию облегчало не только действие из лучших побуждений, без какого-либо злого умысла и эгоизма (не то что Грей), но и невозможность поделиться пророчеством в принципе. Знание его Джорджианой — дикое, возможно, единственное в своем роде, исключение.

Пророчицам династии Брендон с малых лет вбивается в голову поступать с любым видением по собственному усмотрению. Молчать, если нет знака об оглашении, и делиться лишь в том случае, когда чувствуешь, что так правильно. Вот такие нюансы и составляли основную сложность моего индивидуального дара. Мало увидеть, нужно еще расшифровать, понять, а потом решать: озвучивать видение кому бы то ни было, или нет. И если да, то в какой момент?

Есть вещи элементарные, вроде того, как я увидела нападение на Таю, Беренгарда и Индиру у черты Вэндскопа, рассказала об этом воинам и отправила их помочь. Не было никакого сомнения или потребности призадуматься «стоит ли?». А есть поворотный момент, наподобие видения собственной смерти в дуэльном круге с Ревенджем. И вот там тоже вопроса не возникало, в голове сразу же щелкнуло четкое «нельзя». Еще существовала мелкая категория знаков и символов, как карканье вороны, указывающее на присутствие Фрэнс. Не видение, предостережение, о котором знали и Скорпионы, и Драгон, и лишь подтвердили, что оно предназначается мне.

От слов, сказанных Джорджианой, веяло тем же самым «запрещено, высокое напряжение». Это могло значить, что сейчас неподходящее время, а наступить оно способно месяцы или годы спустя, или что они только для пророчицы, и ей решать эту загадку в одиночку. Хотя мама поделилась пророчеством с Эланор и неосознанно с Грей…

Миурхатова псарня, это даже не мое собственное видение! Что, если я вообще не должна была его знать, и сейчас на полотне судьбы появились нити, перечеркнувшие какое-то мамино решение? Тонкостей много, и, боюсь, Мари Ора не успела обучить меня всему, что требовалось. Например, как трактовать пророчество, не принадлежащее тебе, и тобою не прочувствованное, и что вообще с ним делать.

Сама поймешь. Индивидуальному дару не нужны наставники. Он с рождения твой, живет в тебе и растет с тобой, — серьезно сказала Люция.

Это, конечно, все объясняет, — с сарказмом подумала я в ответ, переключаясь с духа-хранителя на Хранителей в мире материальном.

— Благодарю, моя королева, — тихо, чуть сдавленно ответил Лаэрт, а потом, словно не доверяя голосу, продолжил мысленно: — За последние три дня ты дважды сберегла мое сердце от потери, что я могу сделать для тебя?

Всегда, когда кто-либо из них говорил такие вещи, у меня в горле ком образовывался, и глаза начинало щипать. Я не знала, отчего каждый раз после их искренности возникает такая «трогательная» реакция, но поделать с собою ничего не могла. Обычно как-то отшучивалась, но сейчас ничего путного в голову не шло. Видимо, там пробка из уже накопившегося.

Шагнув вперед, я остановилась перед Лаэртом и крепко обняла, уткнувшись лбом ему в грудь:

— Делай то же, что и всегда, — я говорила тихо, практически шепотом. — Все вы. Будьте рядом, замечайте все, чего не вижу и не слышу я, будьте моим щитом и мечом, делом и словом, в глаза и за спиной.

Руки Лаэрта легли поверх черной ткани моего траурного платья, согревая лопатки и крепче прижимая. Скорпион чуть сжал пальцы, и я задрала голову, встречаясь с его теплыми карими глазами, светлее, чем у Норда. Улыбнувшись, он прижался губами к моему лбу, этим жестом уверяя, что все будет так, как я сказала. Следом этот маленький ритуал доверия повторился с каждым Хранителем. Только сегодня, впервые, последним, в чьих руках я оказалась, был Норд.

— Я сказал тебе слова благодарности, но не смог ее показать, моя королева. Ради меня ты рискнула….

— Нет. Не надо, не напоминай мне о минуте, когда ты лежал у меня на руках в крови и прощался, а потом никто не смог… Нет. Ты здесь, с теми, кому близок, и это то, о чем надо думать, — лихорадочно проговорила я.

— Я что-то пропустил? — пробрался в комнату густой бархатный голос Драгона, обволакивая со всех сторон. Черт. Не то чтобы раньше он не видел, как я обнимаю своих Хранителей, но смотреть на это всего спустя час после нашей стычки в тронном… Наверное, неприятно.

Выпустив Норда из рук, я отстранилась и кивнула ему. Он ответил понимающим взглядом и отступил в сторону, давая увидеть Драгона. Вертигр опирался плечом о косяк, скрестив руки на груди. Да, ему было неприятно, но вряд ли это ревность.

Вернее, не та разновидность ревности, какую можно было ожидать от парня, увидевшего свою девушку в объятьях другого. Скорее Драг тяжело переносил понимание, укрепившееся у меня с Хранителями за время его отсутствия и ослабшее между нами по той же причине.

— Пропустил. Много чего, — кивнула я, встречаясь с ним взглядом.

Скорпионы, поклонившись, покинули гостиную, поняв мое желание без лишних слов с моей стороны. Едва Хранители вышли, Драг шагнул вперед и закрыл за собой дверь. Я ожидала, что он подойдет, но Бриар прислонился спиной к стене, не делая попытки приблизиться.

Не делая, но его глаза все еще держали мои. В некотором роде это было более давяще, чем если бы он навис надо мной всем своим мускулистым телом, представляющим угрозу в чьем угодно понимании. Все эти штучки хищника и охотника ощущались даже в состоянии покоя, а сейчас Драг спокоен не был.

Я выдержала его взгляд, не чувствуя укуса совести за собственный ответ. Это тоже была правда. Бриар пропустил очень многое, и я понятия не имела, как покрыть необходимость присутствия «тогда» несколькими часами разговора «сейчас». Нерешаемая задача в силу собственной бесполезности.

Драгон тяжело вздохнул и закрыл глаза. Опустив руки, он перестал загораживаться от меня, и я восприняла это как знак подойти. Придержав длинную юбку, старающуюся коварно попасться под каблук туфли, я сократила дистанцию между нами до одного крохотного шага, сделать который должен был он. Отношения — это движение навстречу друг другу, и не всегда только на эмоциональном плане.

Бриар отлепился от стены, хотя это слишком грубое слово для определения такого грациозного и текучего движения. Рябь нерешительности прошлась по янтарю его глаз, тут же сменившись облегчением, отражающим мое собственное.

— Прости, — тихо проговорил он. — Я не должен был… Ты испугалась?

— Да, — еле выдохнула я.

— Того, что я снова ушел, — Драгон с сожалением посмотрел на меня.

— Тебе нужно было подумать, — напомнила я эту причину.

— Угу, — мой вертигр наклонился вперед и подхватил меня под пятую точку, на что я с готовностью обняла его руками и ногами, наплевав на задравшееся платье. — О тебе. Я разозлился, потому что ты говорила со мной так в присутствии Скорпионов, и это…

— Я понимаю, — я доверчиво заглянула ему в глаза. — Я не хотела как-то уязвить тебя, только чтобы ты остановился и увидел все со стороны, а ты…

— Вспылил, как двадцатилетний сопливый вер, — недовольно прокомментировал собственное поведение Бриар, зарываясь носом мне в волосы. — Понравился чай? Такой мяяяутный, как и ты, — на кошачий манер протянул Драг, переводя тему. Номер не пройдет, хотя попытка достойная.

— Я знала, что это ты, — усмехнулась я. — Недалеко ушел, да?

— На кухню, — признал Драгон. — Решил скрасить обдумывание парой-тройкой бутербродов, и… вообще-то, я просто не смог выйти за порог.

— В смысле? — не поняла я, сквозь одежду чувствуя уверенное биение его сердца.

— В смысле: как только я понял, что вот-вот покину дом, где остаешься ты, я просто застыл. Но так как возвращаться уже через минуту было как-то…

— Стыдно? Не по-мужски? О, нет, стой, я знаю. Истерично. Кажется, кое для кого мнение моих Хранителей все-таки что-то значит, — я захихикала, поскольку меня ему не удалось запутать.

Будь я одна в комнате, он вернулся бы сразу, как решил, но присутствие Скорпионов и вся эта мужская гордость пополам с упрямством плюс давно установившееся между ними соревновательное «кто круче?» … Все ясно. Неважно, два десятка лет или два столетия, жизненный опыт и характер — подобное поведение сидит в мужчинах на генном уровне.

Драг шлепнул меня по тому самому месту, за которое держал, стараясь остановить хихиканье. Безуспешно. От этого стало еще смешнее, и тогда Драгон прибег к плану «Б». Поцеловал. Беспроигрышно.

Двумя часами позже, после обеда, я призвала форму Ястреба и позволила Деб заплести мне волосы в косу, пока мы с Драгоном и моими Хранителями ждали Эрелл с Заком. К тому времени, как я вышла из спальни, заодно выпустив Хану на поиски приключений, и спустилась вниз, парочка уже подошла и составила компанию Драгу.

— Привет, Ри, — ярко улыбнулась Эрелл, стоя прислонившись спиной к груди Зака и поглаживая обвитые вокруг нее руки Ловеля. Воин склонил голову в приветствии, и я снова поймала себя на маленькой паузе сердечного ритма при встрече с его голубыми глазами без зрачков.

Ответив на приветствия, я повернулась к Драгону, взглядом спрашивая, готов ли он пойти и выстоять в буре эмоций Софи Бриар. Готовность отсутствовала, но отсрочка — признак трусости, а это не про нас. Обреченно вздохнув, вызвав этим понимающий смешок Драга, я натянула перчатки и повернулась на выход. Вертигр поравнялся со мной, Скорпионы заняли свои привычные позиции, и мы покинули Королевский Дом с Заком и Эрелл за спиной.

Мелкий снежок таял, прикасаясь к щекам, и, спасая волосы от мокрой участи, я накинула капюшон. Драгон протянул руку, и я с готовностью переплела наши пальцы, чувствуя тепло его кожи сквозь плотную ткань перчаток. Замечательное это чувство. Его согревающее тепло в моей руке.

Мы прошли несколько улиц, двигаясь к выходу из поселения, чтобы открыть в лесу портал в Вэндскоп, как и прежде. Внезапная мысль, посетившая голову, заставила обернуться на Зака так резко, что шея хрустнула.

— Зак, а когда началось нападение, портал в Вэндскоп был открыт?

Ястреб моргнул и нахмурился. Я про себя скрестила пальцы наудачу. Если был открыт коридор, соединяющий территорию Темной Горы и лес Вэндскопа, Пейлан могла воспользоваться им. Тогда получалось, что никто намеренно ее не впускал.

— Нет, — растоптал надежду Ловель. — Я закрыл его сразу после ссоры Эл с Софи.

— Я попросила его, — объяснила Эрелл. — Не хотела, чтобы мама приходила сюда и…

— Приносила скандал с собой, — понимающе закончил Драгон, поглаживая большим пальцем мои костяшки. Я посмотрела на него, чувствуя, как к щекам прилила кровь. Не от мороза, но погода послужит идеальным прикрытием моей… восприимчивости. Для всех, кроме людей с повышенной эмпатией в крови.

Словно слыша мои мысли, Драг хитро улыбнулся краешком рта и под предлогом «поправить капюшон», скользнул кончиками пальцев от виска до скулы, что заставило меня вздрогнуть. Нечестный прием при внезапной атаке. Надеюсь, мой взгляд донес до Бриара, что ответное действие точно будет и в самый неудобный для него момент. Посмотрим, кто коварнее.

Хмыкнув, Драгон приподнял бровь, принимая вызов. Я мило улыбнулась в ответ, снова взяв его за руку и крепко ее сжав. В голове коротко рыкнули. Ни слова, но Люция была чем-то недовольна.

Ваша Отвлекаемость бьет собственные рекорды, — снизошла до подсказки дух-хранитель, когда, поломав голову, я так и не смогла понять, чем вызвано ее рычание.

Отвлекаемость… Я отвлеклась на Драгона, и это помешало мне продолжить мысль о порталах. Вот черт! Бриар и правда оказывал на меня такой эффект. Даже осознавая, я не смогла этого избежать и все равно полностью переключилась на него.

Бииинго, — привычно протянула Люц.

Знаешь, у тебя это слово — паразит, — отметила я со знанием дела.

В моем возрасте можно позволить себе такие капризы, — рассержено прошипела рысь, и я перестала ее чувствовать. Интересно, какая потустороння муха (или блоха, хах?) ее укусила?

Значит, кто-то все же помог Пейлан Фрэнс пробраться на нашу территорию. Никаких случайностей и везения, просто еще один шпион. Может быть не один. Складывается впечатление, что Ревендж, убегая, оставил здесь целое осиное гнездо своих последователей. Мы его разворошили, и теперь все они разлетелись по углам, отчего поймать их стало еще труднее.

А тем временем, пока нам досаждают эти вредители, Карл пополняет свой серпентарий не только демонами, но и вербуя веров. Хотя, тут погорячилась. Он их использует, но от одного до другого путь близок.

— Моя королева? — обратился ко мне Норд, первым ступая на тропу вверх. Ту самую, на которой во время нападения был демонический невидимый портал.

— Да?

— Мне нужно будет извиниться перед Софи Бриар?

Я сбилась с шага и оступилась, услышав такое. Драг и Ян среагировали одновременно, не дав мне опрокинуться на спину и покатиться обратно в низину. Вот было бы зрелище стражам у ворот поселения.

— Порядок, просто поскользнулась, — отмахнулась я от своих помощников со смущенной улыбкой. — Спасибо.

— Не за что, — покачал головой Драг, высказав то же, что передавал взглядом младший Скорпион.

Разобравшись с этой маленькой неловкой ситуацией, я вернулась к мысленному разговору с Нордом:

— Вот еще. Ты не будешь извиняться за то, что защищал меня, — проворчала я, раздражаясь от одной мысли, что мой Старший Хранитель должен о чем-то просить старшую Бриар.

— Это я и хотел услышать, моя королева, — признался Норд, довольный моим возмущением.

Драгон, ощутив всплеск чувств, вопросительно посмотрел. Я весьма по-взрослому показала ему язык, пока никто не видел. Моргнув, вертигр засмеялся, привлекая внимание окружающих, так что я постаралась сделать лицо как можно невиннее, да еще и плечами пожать в ответ на вопросительные взгляды обернувшихся Эл и Зака.

Мы ступили в лес, и я нехотя посмотрела в сторону, где находилась та самая поляна, на которой мы сошлись с Пейлан и охраняющими ее анхеотами. Где я чуть не потеряла Норда. Нервно посмотрев на Старшего Хранителя, я наткнулась на его серьезный взгляд. Видимо, он подумал о том же.

Закари открыл портал несколькими изящными и точными движениями, показывая превосходство индивидуального дара над обучением. Все присутствующие, кроме Бриаров, могли открыть портал, но только Ловель делал это как нечто обыденное, вроде как чашку до раковины донести, или там выдавить зубную пасту на щетку.

— Зак, если бы ты хотел провести на территорию кого-то незаметно, где бы ты открыл портал? — спросила я.

Ловель нахмурился, не понимая, с чем связан вопрос, но ответил, чуть подумав:

— У себя дома.

— Почему? — я примерно представляла себе причины, но хотелось бы услышать его ответ.

— Больше возможностей скрыть гостя. Во-первых, я могу сразу же его переодеть, навести маскирующие чары и вывести в поселение. Во-вторых, портал дома исключает возможность быть замеченным патрулем Ястребов, и необходимость зайти в поселение через главные ворота, охраняемые стражей.

Я кивнула, соглашаясь.

— Что такое? — спросил Анис.

— Я думаю, что в Темной Горе нет сети шпионов. Есть один, и он пускает сюда остальных, когда это нужно, — ответила я. — Бертрана Фрэнса знали многие, но никто не видел или не узнавал до тех пор, пока Кэрри Пеган не заметила его ночью. Я не верю, что все два месяца он спокойно прятался на кладбище. Жрицы Таврики не упустили бы подобного нарушения, сами знаете, они слышат и видят больше, чем мы, тем более на вверенных их заботе участках.

— Но Эйприл Фрэнс была здесь постоянно, под личиной стража Королевского Дома, — возразил мне Ян. — Она могла укрывать брата.

Я покачала головой:

— Эйприл в прошлом — Ворон. У Бертрана такой подготовки не было. Так или иначе, можно было подумать, что это Эйприл всех пускает, но мы рассекретили ее и вынудили бежать, так что ее точно здесь не было. Пейлан провел кто-то другой.

— Но кто? — Эрелл дернула прядь волос, успев накрутить ее на палец.

— Если бы я знала, — тяжело вздохнула я, с досадой закусив губу.

— А это можно как-то узнать? — спросил Драгон.

— Можно только сузить круг подозреваемых, — вступил Лаэрт. Он не смотрел на Бриара, но это было очень близко к поддержанию беседы с вертигром. Я украдкой посмотрела на третьего по старшинству Скорпиона, взглядом показывая свою признательность.

— Действительно, — кивнул Закари. — Открывать порталы без специального разрешения можно только Ястребам, Воронам, членам Совета поселения и главам династий, состоящим в Гильдии торговцев и ремесленников.

— А Чайкам? — спросил Драг.

— Целителей за пределами поселения всегда сопровождает воин, — ответила я. — Ладно, нужно идти…

Я сжала руку Драгона в ответ на его пожатие. Норд и Анис вошли в портал, Зак, неожиданно подхватив Эл на руки, прыгнул в портал под ее вскрик. Засмеявшись, я замотала головой Драгону, запрещая проворачивать со мной тот же маневр. Но когда это Бриар обращал внимание на запреты.

Он попытался перехватить меня за пояс, я ловко вывернулась из его рук приемом самообороны, прекрасно понимая, что Драг позволил мне это сделать. Если бы мы не дурачились, а противоборствовали всерьез, я смогла бы избавиться от его захвата только посредством магии. В физической силе верам конкурентов нет.

Хихикнув на его прищур, я прыгнула в портал спиной вперед. Все внутри привычно вздрогнуло, и на той стороне, уже в лесу Вэндскопа, я приземлилась на едва покрытую снегом почву рядом с Анисом.

— Да, тут как-то не по-зимнему, — отметила я, осматриваясь.

— Тут всегда так, зима — только название времени года, — пожала плечами Эл. — Это у вас здорово…

Из портала выпрыгнул Драгон и застыл точно рядом со мной, азартно сверкая кошачьими глазами. Я потянула к нему руку, не задумываясь, Бриар чуть наклонился, и я погладила его по щеке, добиваясь мурлыканья. Эрелл нарочито громко кашлянула, привлекая наше внимание, и мы вздрогнули, как малыши, застигнутые за поеданием сладостей в обход супа и тихого часа.

Драг ожидаемо рыкнул на младшую сестренку, я ожидаемо покраснела, Скорпионы ожидаемо сделали вид, что ничего не заметили. Неожиданным стало только то, что Ловелю удалось не расхохотаться. Титаническое усилие, наверное. Потянув Эл за руку, Зак исключил ее из соревнования «перерычи родственника», побежав.

Мы сорвались за ними, я перепрыгнула старое поваленное дерево, заросшее мхом, и постаралась не вспоминать о другом беге через этот лес. Беге, приведшем меня в собственную залитую кровью комнату родительского дома. Миновав тропинку, на которой нас с Драгоном фотографировала Эрелл, я оказалась застигнута врасплох еще одной сессией плохих воспоминаний, связанных с моим последним визитом в Вэндскоп.

Покосившись на Бриара, подстроившегося под мой темп, я убедилась, что воспоминания — обрывки прошлого, и в настоящем конкретно этим клочкам места нет. Мой вертигр, словно почувствовав, о чем я думаю, тепло улыбнулся, подмигнув.

Медальон-проводник потеплел под рубашкой формы, и я ощутила приток нежности, едва не отправивший меня с растяжением в ближайший овраг. Слишком неожиданно, как огромная волна, появившаяся без штормового предупреждения и всколыхнувшая спокойное до того море. Интересно, это влияет близость Драгона, или же так было всегда, и особую роль играют проблески эмпатии, проявляющиеся у меня все чаще?

Особняк Бриаров как всегда мог похвастать ухоженностью и заботой своих хозяев. Все тот же идеальный рисунок разноцветных клумб, тщательно подстриженные кусты вдоль забора, подметенные дорожки и сверкающие окна. От осеннего варианта двор отличали только укрытые пленкой и пластиком цветы, немного снега и рождественские украшения, на которые явно никто не поскупился.

К тому времени, как мы прошли ворота, Натан, Софи, Джеда и Макс уже стояли на крыльце. Драгон с Эл остановились так резко, что мы с Заком едва не прошли вперед. Оказаться нос к носу со старшей Бриар без поддержки — последнее, чего мне сейчас хотелось бы. Кто знает, может слюна, которой она собирается брызгать на меня, ядовита.

Вовремя затормозив, я осталась на одной линии с Драгом, чувствуя его напряжение. Скорпионы дисциплинированно замерли на своих позициях. Не сомневаюсь, если между ними провести линии, образуется идеальный квадрат.

Над двором от крыльца до ворот повисло тяжелое молчание, возглавляемое неловкостью с большой «Н». Странно, но молчали даже Джеда и Макс, хотя я ожидала от верлисов теплого приема. Складывалось впечатление, что мы вторглись на чьи-то поминки, а не привели блудных дочь и сына на счастливое воссоединение семьи.

— Привет, мам, пап, — неуклюже, с запинкой, начала Эрелл, и я вдруг поняла, что, скорее всего, это первый раз в ее жизни, когда она покинула родителей так надолго и не сообщила о себе ни словечка. Сделай я такое, мама устроила бы мне трепку по-королевски. С другой стороны, Мари Ора всегда знала, где я нахожусь или буду находиться еще раньше, чем я сама.

Сразу несколько вещей случилось одновременно. Слишком быстро для меня, настолько быстро, что я увидела уже результат, без промежуточных действий. Эрелл и Софи с Натаном крепко обнимались на середине дорожки, Натан целовал дочь в макушку, а его жена словно не могла решить, говорить ли ей слова радости, или читать нотацию о страдавшем материнском сердце. Драгон кружил Джеду на крыльце, через каждый оборот стукаясь кулаком с Максом, вся троица смеялась.

Чувствуя себя лишней на этом празднике жизни, я шагнула назад. Уловив мое сомнение, Скорпионы сжали квадрат, становясь ближе. Зак, оглянувшись, посмотрел в глаза, и я сглотнула от понимания, сквозившего в них. Он тоже тут в любимчиках не значился.

Можно сказать, украл родное дитятко прямо из-под носа опекающих родителей, и забудем, что дитятку этому девятый десяток капает. А виновата во всем я, конечно же. Мало того, что влезла в привычный жизненный уклад Бриаров и разрушила его, так еще и привела за собой Ловеля. Сжечь ведьму, сжечь, ату ее.

В голове захихикала Люция. Рысь всегда забавлял сарказм того особого вида, когда то, что должно звучать шуткой, на самом деле рождается насмешкой и горькой иронией. Разумеется, точно передать такой нюанс может лишь внутренний голос, вслух подобное просто не слышится так, глубины и красок не хватает.

Прежде чем я окончательно успела убедиться в собственном напрасном присутствии здесь и сейчас, передо мной возник Драгон. И, говоря «возник», я не преувеличиваю. Скорость веров как всегда вызывала восхищение и желание поворчать из зависти. Драг собирался протянуть мне руку, но между нами вклинилась Джеда, набрасываясь на меня с объятиями.

— Привет, Ри! — Джей крепко сжала меня, вдавливая носом себе в плечо, и я придушенным голосом ответила, что тоже рада ее видеть.

Макс был более сдержан, ограничившись улыбкой и легким пожатием руки, таким осторожным, словно опасался сломать мне пальцы, не рассчитав силы. Посмотрев в лицо верлису, я успела заметить, как настороженно он покосился на Драга. Я что-то пропустила?

Не додумав до конца эту мысль, я встретилась взглядом с волчьими глазами Софи Бриар. За ее спиной Ловель пожимал руку Натану, приобнимая за плечи Эл и улыбаясь. Джеда с Максом, уважительно кивнув Скорпионам, отошли поздороваться с Заком и Эрелл, и теперь ничто не мешало Софи поочередно сверлить дырку взглядом во мне и Драгоне.

— Ты не рада, что я вернулся? — спросил Драг, у нее на глазах беря меня за руку и прижимая к своему боку.

— Как ты можешь так думать? — возмутилась верволчица с рычащими нотками. — Я, конечно, хочу задать тебе хорошую трепку за такой поступок, но бежал ты не от меня, дорогой, и со временем я это поняла и даже одобрила. — Софи приподняла бровь на наши переплетенные пальцы. — Что заставило тебя вернуться к ней? Приворот?

В груди у Драга что-то нехорошо заклокотало. Я сжала его пальцы, а на плече Софи в таком же усмиряющем жесте появилась рука Натана. Отец семейства с сожалением посмотрел на меня, извиняясь взглядом за слова жены.

— Я не уходил от Ри, — прорычал Драгон, раздув ноздри, и у меня волосы на голове зашевелились от ментального поля силы, возникнувшего вокруг него. Кажется, мое прикосновение его не успокаивает.

— Ри, отойди от него, — пробормотала Джеда, встревоженно наблюдая за гляделками Софи и Драга. Как и все мы. Я не понимала, что именно происходит, но оно отличало эту ситуацию от других схожих, когда старшая Бриар так явно выказывала свое отношение.

Я растерянно посмотрела на верлису, а Анис осторожно потянул меня за свободную руку, вынуждая сделать шаг назад. Крохотный шажок, пальцы Бриара еще сжимали мои, но Драгон обернулся так резко, словно я отпрыгнула от него. Сверкнув глазами на Скорпиона, он остановил взгляд на мне. Увиденного в них оказалось достаточно, чтобы вернуться на прежнюю позицию, мягко вытянув руку у Хранителя. Драг не причинит мне вреда.

Отвернувшись, он вернул внимание Софи, и я заметила, что рука Натана больше ее не касается. Не знаю, сама ли она ее сбросила, или муж убрал по какой-то причине. Возможно, той самой, что преобразила ее лицо в нечто среднее между человеческим и волчьим. Совсем как у Евы Рэд несколько месяцев назад, когда та собиралась броситься на меня на кухне особняка Бриаров. Святая Таврика…

Драг молниеносно оказался точно передо мной, заслоняя. Горячая ладонь отпустила мою, и я, проследив за ней взглядом, увидела выпущенные когти. Тихое рычание впереди подсказало, что Софи так же показала свой арсенал хищника, и тогда Драгон… взревел. Мощный, с каждой секундой набирающий обороты рык сопровождался волнами силы, сгущающей вокруг нас воздух. Похоже, не только у Драгона проблемы с восприятием сверхъестественной стороны пары. Я тоже иногда забываю, на что способны веры.

— Тебе придется принять то, что Виктория — моя половина луны, Софи Бриар, — прорычал Драг.

— Она не может ею быть! Она — ведьма, а не вер! — спина Драга перекрывала обзор, но я уверена, что та ощерилась.

— Зак тоже! — вклинилась Эрелл. — А он — моя пара!

— Они оба вас околдовали, и это стало совершенно очевидно, когда Драгон смог уйти от нее! Истинную половину луны невозможно оставить даже на день!

— Если только это не было сделано ради нее, — пророкотал Драгон, делая шаг вперед.

— Она запудрила тебе мозги с первого же дня, как ты ее увидел, — стояла на своем Софи.

— Я вообще-то здесь, — напомнила я на всякий случай, если вдруг кто забыл.

— Лучше бы тебя никогда здесь не было! — среагировала старшая Бриар, и это стало последней каплей для Драгона.

Он рванул вперед, зарычав так, что у меня его рычание в костях отдалось. Я не успела и рта раскрыть, как оказалась заключенной в квадрат Скорпионов, судя по напряженным позам готовых применить силу и вступить в бой, если дойдет до крайности. Впереди огромный тигр угрожающе скалился на припавшую к земле волчицу, хлеща себя хвостом по бокам. Зак, Джеда и Макс удерживали Натана и Эрелл, Норд и Анис не позволяли мне протиснуться между ними.

— Это их дело, — мысленно сказал мне Норд.

— Которое касается меня! — возмущенно отозвалась я, не сводя глаз с разъяренного Драгона.

— Не совсем, — возразил Анис. — Он должен доказать ей свою позицию так, как это принято у веров.

— Не поняла, — честно призналась я.

— Силой, — пояснил Лаэрт. — Как в стае, когда один член вызывает другого, чтобы выйти из подчинения и показать, что равен ему.

— Хотите сказать, Софи считает себя… выше по иерархии? Но у них же семья, а не община веров!

— Инстинкты везде работают одинаково, — многозначительно проговорил Норд.

Об этом я как-то не задумывалась… Успев забыть, насколько Драгон красив и грозен во второй своей ипостаси, я смотрела, как он теснит Софи к дому, прижав уши. Драг не пытался нанести удар или укусить, не готовился к прыжку, но все же это была атака, с которой Софи не справлялась.

Сила Драга сдавливала ее со всех сторон, прогибала и клонила голову к земле. Даже я, не будучи вером и при том, что направлена она была не на меня, чувствовала ее. Она липла к коже гудящей волной, шевелила волосы на голове и заставляла ежиться. Первобытная, дикая, основанная на кипучей жизненной энергии вертигра, эта сила подавляла и не давала вдохнуть полной грудью. Трудно представить, каково Софи, ведь на нее приходился основной удар. Не то что бы мне было ее жаль, точно не после ее едких слов, но все же смотреть на это было неприятно.

Никто из Бриаров больше не пытался влезть между ними, все они лучше меня понимали, что происходит на самом деле. Только Натан качал головой и цеплялся за Эрелл, не желая смотреть и, в то же время, не смея отвести глаз. Взглянув на него, я точно уловила это состояние еще одной эмпатической вспышкой, сверкнувшей в голове. Джеда и Макс держались за руки, выглядя спокойнее всех присутствующих. Верлисы не верили, что все может закончиться чем-то серьезным, поэтому просто ждали, хотя от меня не укрылся неодобрительный взгляд Макса, направленный на Софи.

Драгон сделал еще один шаг вперед, сопровождавшийся глухим рычанием. Со своего места я отлично видела его вздыбленную шерсть, едва ли не потрескивающую от напряжения и гнева. На земле позади него остались глубокие борозды от когтей, значит, он все же царапнул по ней лапой в устрашение.

Старшая Бриар коснулась брюхом земли, подметая хвостом вымощенную дорожку, и ее злобный утробный рык истончился до непонимающего скулежа. С усилием вскинув голову, она попыталась выпрямить лапы, но следующий рык Драгона загубил это стремление на корню. Он напирал, и Софи отползала к дому, с каждой секундой все больше напоминая побитую собаку, чем матерую волчицу, какой она предстала в самом начале.

Когда она уперлась в первую ступеньку террасы, стало очевидно, кто кому здесь по-настоящему способен проредить шерсть. Драгон остановился, издав протяжный мяв. Я расшифровала его для себя как: «мне продолжать, или не стоит?». Софи заворчала, помотала головой и поднялась на лапы, а потом исчезла в доме. Натан бросился следом за ней, а Норд и Анис наконец-то расступились, позволив выйти из-за их спин.

Драгон обернулся, в один прыжок покрыл расстояние между нами, и останавился в нескольких шагах от меня. Ни следа ярости на тигриной морде: чуть подрагивающие уши, распушенные усы, взгляд лукавый и довольный. Даже шерсть как будто не вздыбливал, сейчас она волосок к волоску.

Подойдя вплотную, я опустилась на корточки, обнимая его за теплую шею и зарываясь пальцами в мех. Еще одно забытое ощущение, чуть не ставшее сном. Мягкость его шерсти, бархат кошачьего подбородка на щеке, от которого щекотно, и это потрясающее, порабощающее, урчание. Он выдохнул мне в ухо, и я хихикнула, уткнувшись лбом в широкую грудь.

— Чудо-зверь, — шепнула я, почесывая его за ушком.

Возможно, окружающим мое поведение казалось странным, но для нас этот момент был особым. Я никогда не боялась животной сущности Драгона. Даже в нашу первую встречу в овраге огромный тигр вызывал смешанные чувства восхищения и опаски, но не парализующий на месте страх. И инцидент с Софи, еще одна грань его зверя, не стала для меня каким-то откровением.

Драгон отстранился, повернув голову к крыльцу, и я посмотрела в ту сторону, обнаруживая уже переодевшуюся и успокоившуюся Софи:

— Думаю, дальнейший разговор лучше перенести в дом, — кивнула она мне и Драгону.